Административное дело № 2а-217/2020 (УИД 24RS0028-01-2019-003896-52) 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Красноярск 30 июля 2020 г. 

Кировский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Измаденова А.И. при секретаре судебного заседания Борониной К.Н. с участием: 

истца – прокурора Шандро А.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по исковому заявлению прокурора Центрального района г. Красноярска к ФИО1 ФИО8 о прекращении права управления транспортными средствами, возложении обязанности, 

установил:

прокурор Центрального района г. Красноярска обратился в суд к ФИО1 с требованиями о прекращении права управления транспортными средствами, возложении обязанности. 

В иске указано, что ФИО1 имеет право управления транспортными средствами, которое подтверждено водительским удостоверением от 01.02.2019 г. Вместе с тем, ответчик состоит на учёте в наркологическом диспансере с диагнозом – «зависимость от психостимуляторов». Такое заболевание является противопоказанием к управлению транспортными средствами.

Учитывая данные обстоятельства, прокурор просит суд прекратить право ФИО1 на управление транспортными средствами, обязав его сдать водительское удостоверение в подразделение государственной инспекции безопасности дорожного движения (л.д. 3-4).

В судебном заседании истец – прокурор Шандро А.И. требование поддержала, сослалась на доводы, изложенные в иске. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании не присутствовал, судебное извещение возвращено в суд с почтовой отметкой «истёк срок хранения» (л.д. 79). 

Заинтересованное лицо МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Красноярское» своего представителя в судебное заседание не направило, уведомлено надлежащим образом, что следует из почтового уведомления (л.д. 77). 

Решая вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, суд исходит из следующего. 

По сведениями Информационного центра ГУ МВД России по Красноярскому краю, а так же территориальных отделов Агентства записи актов гражданского состояния, ФИО1 среди умерших лиц или лиц, находящихся в местах изоляции от общества, не числится (л.д. 45, 48, 63). 

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик может получать поступающую в его адрес почтовую корреспонденцию. 

Судебное извещение направлялось ответчику на адрес регистрации по месту жительства, то есть на 

<

адрес>, известный из справки отдела адресно – справочной работы Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Красноярскому краю. На тот же адрес, как на место жительства ФИО1 указано в выписке из домовой книги и поквартирной карточки (л.д. 35, 36). 

В деле нет сведений об иных местах, где мог бы жить либо находится ответчик, а потому у суда отсутствовали основания для направления извещений по другим адресам. 

Вместе с тем, направленное извещение возвращено в суд с почтовой отметкой «истёк срок хранения» (л.д. 79). 

Нарушений Порядка приёма и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утверждённого Приказом ФГУП «Почта России» от 07.03.2019 г. № 98-п, а так же Правил оказания услуг почтовой связи, утверждённых Приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 г. № 234, судом не установлено. 

Почтальон выходил на адрес, предприняв попытку вручить извещение, о чём на конверте имеется служебная отметка, которой нет оснований не доверять (л.д. 79). 

В силу п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее «ГК РФ») извещения, с которыми закон или сделка связывает гражданско – правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. 

По смыслу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам. 

Положения ст. 165.1 ГК РФ подлежат применению к судебным извещениям и вызовам (п. 63, п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25). 

Поскольку судом, равно как и почтовой службой предприняты все необходимые меры по извещению ответчика, суд приходит к выводу, что извещение не получено последним по обстоятельствам, зависящим от него. 

В связи с изложенным и на основании п. 1 ст. 165.1 ГК РФ извещение следует признать доставленным, а ФИО1, извещённым надлежащим образом.

Поскольку лица, участвующие в деле уведомлены надлежащим образом, их явка обязательной не является и не признавалась таковой, судом на основании ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее «КАС РФ») приято решение о рассмотрении дела в их отсутствие.

Оценив доводы, изложенные в исковом заявлении, выслушав истца, исследовав предоставленные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

В силу ст. ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ст. 5 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» от 10.12.1995 г. № 196 – ФЗ (далее «ФЗ от 10.12.1995 г. № 196») обеспечение безопасности дорожного движения осуществляется посредством проведения комплекса мероприятий по медицинскому обеспечению безопасности дорожного движения. 

В соответствии с п. 6 ст. 23 ФЗ от 10.12.1995 г. № 196 целью обязательного медицинского освидетельствования является определение наличия (отсутствия) у водителей транспортных средств (кандидатов в водители транспортных средств) медицинских противопоказаний, медицинских показаний или медицинских ограничений к управлению транспортными средствами.

Как указано в ст. 23.1 ФЗ от 10.12.1995 г. № 196, медицинскими противопоказаниями к управлению транспортным средством являются заболевания (состояния), наличие которых препятствует возможности управления транспортным средством (п. 1). 

Медицинскими ограничениями к управлению транспортным средством являются заболевания (состояния), наличие которых препятствует возможности безопасного управления транспортным средством определенных категории, назначения и конструктивных характеристик (п. 2). 

Перечни медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортными средствами устанавливаются Правительством РФ (п. 4).

Из п. 1 ст. 28 ФЗ от 10.12.1995 г. № 196 следует, что выявленное в результате обязательного медицинского освидетельствования наличие медицинских противопоказаний или ранее не выявлявшихся медицинских ограничений к управлению транспортными средствами в зависимости от их категорий, назначения и конструктивных характеристик, является основанием для прекращения действия права на управление транспортными средствами. 

Исходя из Перечня медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством (утверждённого Постановлением Правительства РФ от 29.12.2014 г. № 1064), психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактивных веществ (код заболевания по «МКБ – 10» – «F10 – F16», «F18», «F19») являются противопоказанием к управлению транспортными средствами. 

В п. 2, п. 4, п. 7, п. 12 Приложения № 2 к Приказу Минздрава России от 30.12.2015 г. № 1034н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «психиатрия – наркология» и Порядка диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ» указано, что диспансерное наблюдение за состоянием здоровья пациентов, в том числе в целях лечения, подтверждения наличия стойкой ремиссии заболевания, осуществляют врачи – психиатры – наркологи в ходе проводимых осмотров пациентов: в течение первого года ремиссии – не реже одного раза в месяц; находящихся в ремиссии от 1 до 2 лет – не реже одного раза в шесть недель; находящихся в ремиссии свыше 2 лет – не реже одного раза в три месяца. 

Решение о прекращении диспансерного наблюдения принимает врачебная комиссия, в том числе в случае наличия подтверждённой стойкой ремиссии не менее трёх лет у пациентов с диагнозом «синдром зависимости».

В судебном заседании установлено, что ФИО1, 

<

данные изъяты>, имеет право на управление транспортными средствами категории «

ФИО2, 

<

данные изъяты>, имеет право на управление транспортными средствами категории 

<

данные изъяты>», которое подтверждено водительским удостоверением № от 01.02.2019 г. 

Кроме того, последний имеет транспортное средство марки «

<

данные изъяты>», которым управляет (л.д. 5, 21, 22, 47). 

Из справки КГБУЗ «Красноярский краевой наркологический диспансер № 1» (далее «КГБУЗ «КНД № 1»») от 27.05.2019 г. ФИО1 с 20.07.2014 г. значится на учёте с диагнозом «зависимость от психостимуляторов» (л.д. 6-7). 

Аналогичные сведения отражены в ответе на судебный запрос от 27.11.2019 г., выполненный КГБУЗ «КНД № 1», где указано, что ответчик состоит на диспансерном наблюдении у врача психиатра – нарколога с 2014 г. В период времени с 13.07.2014 г. по 18.07.2014 г. он проходил лечение в стационаре с диагнозом «Психотическое расстройство вследствие употребления психостимуляторов. Зависимость от психостимуляторов средняя стадия» 

Заболевание является медицинским противопоказанием к управлению транспортными средствами (код по «МКБ – 10» «F 15.2»). ФИО1 ежемесячно посещает врача – нарколога, а по амбулаторной карте ремиссия 2 года 3 месяца (л.д. 18). 

В ходе судебного разбирательства проведена амбулаторная наркологическая экспертиза. 

В экспертном заключении № 11 от 03.04.2020 г. указано, что ФИО1 в 2014 г. врачом – наркологом установлен диагноз «зависимость от психостимуляторов средней стадии» (шифр по «МКБ – 10» «F15.242), по поводу которого в текущее время по записям в медицинской карте состояние стойкой трёхлетней ремиссии (выздоровления) не зафиксировано. 

В связи с этим в настоящее время у ФИО1 имеется заболевание, относящееся к рубрике психических расстройств и расстройств поведения, связанных с употреблением психостимуляторов. 

Согласно перечню медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством (утверждённому Постановлением Правительства от 29.12.2014 г. № 1064), психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением алкоголя, являются противопоказанием к управлению транспортным средством до момента прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением) (л.д. 73). 

У суда нет оснований не доверять названному заключению, поскольку оно выполнено врачами психиатрами – наркологами, имеющими необходимые образование, стаж, опыт работы, предупреждёнными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ). 

Заключение содержит подробную исследовательскую часть, где отражён ход исследований, которые проводились с учётом полного объёма медицинских документов подэкспертного (ответчика). Выводы врачей согласуются как с исследовательской частью, так и между собой, противоречий не имеют.

Кроме того, выводы экспертов соответствуют сведениям, указанным в справке от 27.05.2019 г. и в ответе на судебный запрос от 27.11.2019 г. (л.д. 6-7, 18). 

Стороны заключение не оспаривали, о проведении повторных либо дополнительных исследований не просили. 

В связи с изложенным суд принимает заключение экспертов в качестве достоверного доказательства и считает возможным руководствоваться им при разрешении дела. 

Вышеуказанные доказательства объективно подтверждают, что ФИО1 страдает заболеванием «зависимость от психостимуляторов средней стадии» (шифр по «МКБ – 10» «F15.242), а состояние стойкой трёхлетней ремиссии (выздороволения) у него не наступило. 

Названное заболевание является противопоказанием для управления транспортными средствами, а потому суд находит требование прокурора обоснованным. Право ФИО1 на управление транспортными средствами следует прекратить на основании абз. 3 п. 1 ст. 28 ФЗ от 10.12.1995 г. № 196. 

Прекращение специального права ответчика будет объективно способствовать предупреждению угрозы нарушения прав и законных интересов неопределённого круга лиц – участников дорожного движения, и исключит опасность причинения вреда при управлении транспортным средством.

Равно по тем же причинам и в целях пресечения возможности управлять транспортными средствами на ФИО1 следует возложить обязанность сдать водительское удостоверение в государственную инспекцию безопасности дорожного движения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 114 КАС РФ государственная пошлина, от уплаты которой административный истец был освобождён, в случае удовлетворения административного искового заявления взыскиваются с административного ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов. 

Прокурор при подаче иска был освобождён от уплаты государственной пошлины, а в ходе судебного разбирательства не установлено оснований для освобождения ответчика от возмещения судебных расходов. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что с ФИО1 на основании ч. 1 ст. 114 КАС РФ следует взыскать в доход местного бюджета 300 рублей в счёт государственной пошлины. 

Руководствуясь ст. ст. 175 – 180 КАС РФ, суд 

решил:

исковые требования прокурора Центрального района г. Красноярска к ФИО1 ФИО9 удовлетворить. 

Прекратить право ФИО1 ФИО10, 

<

данные изъяты>, на управление транспортными средствами. 

Возложить на ФИО1 ФИО11, 

<

данные изъяты>, обязанность сдать водительское удостоверение № от 01.02.2019 г. в МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Красноярское».

Взыскать с ФИО1 ФИО12 в доход местного бюджета 300 рублей в счёт государственной пошлины. 

На решение может быть подана апелляционной жалоба и (или) принесено апелляционной представление в судебную коллегию по административным делам Красноярского краевого суда. Апелляционная жалоба и (или) апелляционное представление подаются через Кировский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Измаденов А.И.

Решение в окончательной форме принято 13.08.2020 г.