Судья Большакова Т.А. дело № 22-1202-2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Мурманск 04 сентября 2023 года

Мурманский областной суд в составе председательствующего судьи Мартынова Н.Л.,

при секретарях Смолиной А.В., Манжосовой О.Н., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Мурманской области Иняковой М.Н.,

осужденного ФИО1,

адвоката Багровой А.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Мончегорского городского суда Мурманской области от 02 июня 2023 года, которым

ФИО1, ***,

осужден по ч.2 ст.297 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей.

Постановлено взыскать с ФИО1 процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитника в ходе предварительного расследования в сумме *** рубля.

Изучив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и поступивших возражений, выслушав осужденного ФИО1 и адвоката Багрову А.Б., поддержавших доводы жалобы, а также мнение прокурора Иняковой М.Н. об оставлении приговора без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в неуважении к суду, выразившемся в оскорблении судьи, участвующего в отправлении правосудия. 

Преступление, как установил суд, совершено им 12.01.2022 в г.Оленегорске Мурманской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, выражая несогласие с принятым решением, обращает внимание на то, что суд в описательно-мотивировочной части приговора не указал, за какое именно деяние он должен понести наказание, в частности, какими именно словами он оскорбил судью. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Блескина Д.И., полагает, что изложенные в ней доводы являются несостоятельными, просит приговор оставить без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым. 

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности доказательств, исследованных судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, сообщил, что ему не понятна сущность обвинения, а именно, какие именно высказанные им фразы содержат оскорбление судьи. Вместе с тем осужденный фактически подтвердил свои действия и выражения, зафиксированные на аудиозаписи протокола судебного заседания, и пояснил, что не считает их оскорблениями. По мнению осужденного, последняя произнесенная им фраза, не зафиксированная аудиозаписью, не была связана с отправлением судьей Б правосудия, поскольку судебное заседание было закончено, и судья данную фразу не слышала. 

Несмотря на занятую осужденным позицию по предъявленному обвинению, вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается:

- показаниями потерпевшей Б, из которых следует, что она, являясь судьей Оленегорского городского суда Мурманской области, 12 января 2022 года проводила судебное заседание по гражданскому делу, истцом по которому являлся ФИО1, в зале судебных заседаний Оленегорского городского суда Мурманской области. В судебном заседании она находилась в мантии, вела судебный процесс за столом председательствующего. Во время судебного заседания ФИО1 на вопросы председательствующего по существу не отвечал, пререкался, нарушал правила поведения граждан в зале судебного заседания. При очередном вопросе по установлению его личности произнес в ее адрес фразу «Да Вы не уйметесь». После вопроса об имеющихся отводах, ФИО1 заявил об ее отводе как председательствующего по делу, мотивируя свою позицию тем, что судья находится в неадекватном состоянии. Ею было принято решение о приглашении в судебное заседание судебного пристава, и после того, как ФИО1 неоднократно не реагировал на ее замечания, приняла решение об удалении его из зала суда, дав соответствующее распоряжение судебному приставу. Далее она закончила процесс и вышла из зала. Через некоторое время помощник судьи К и судебный пристав П сообщили ей о том, что ФИО1 при выходе из зала суда высказал в ее адрес оскорбления с использованием недопустимых оборотов. Она сама не слышала этой фразы, поскольку выходила из зала суда в другую дверь. Фразы, высказанные ФИО1 в ее адрес, она восприняла как оскорбление;

- показаниями свидетелей П и К, согласно которым 12 января 2022 года ФИО1 произнес оскорбительную фразу в адрес судьи Оленегорского городского суда Мурманской области Бахаревой И.В.;

- показаниями свидетеля П1, из которых следует, что 12 января 2022 года к нему, как к исполняющему обязанности председателя Оленегорского районного суда Мурманской области обратился судебный пристав П, который сообщил, что ФИО1, который является истцом по гражданскому делу, находящемуся в производстве судьи Б, оскорбил председательствующего с использованием неприемлемого для официального общения бранного слова. При обсуждении данного вопроса с судьей Б она сообщила, что ФИО1 препятствовал проведению судебного заседания, часто ее перебивал, не реагировал на замечания, в связи с чем она пригласила в зал судебного пристава. По мнению свидетеля сказанная ФИО1 фраза является оскорбительной, унижающей честь и достоинство любого человека, тем более судьи в присутствии других лиц;

- показаниями свидетеля Щ, согласно которым 12 января 2022 года по просьбе судьи Б в зал судебного заседания был приглашен судебный пристав, поскольку ФИО1, который являлся истцом по гражданскому делу, нарушал порядок в процессе. После судебного заседания к нему обратился судебный пристав П, сообщив, что ФИО1 после прихода в зал суда судебного пристава продолжил нарушать порядок в процессе, не реагировал на замечания, назвал судью неадекватной, в связи с чем был удален из зала с суда. В момент, когда судья выходила из зала судебного заседания, ФИО1, повернувшись в ее сторону, громко сказал в ее адрес выражение с использованием неприемлемого для официального общения бранного слова. В этот момент в залет также присутствовала секретарь судебного заседания К;

- протоколом судебного заседания и содержанием аудиозаписи протокола судебного заседания по гражданскому делу №*;

- заключениям экспертов №***, согласно которым высказанная ФИО1 фраза в адрес судьи Б после его удаления из зала судебного заседания содержит лингвистические признаки унижения. Данное высказывание негативно оценивает судью. Оценка реализована, в том числе, при помощи ненормативной, бранной лексики русского языка. Негативная оценка выражена посредством употребления неприемлемого для официального общения бранного слова, обладающего грубой экспрессией презрения, в сочетании с разговорной лексемой, усиливающей общий негативно-оценочный характер высказывания;

- заключением специалиста от 05.11.2022 о том, что эта фраза, а также иные высказывания ФИО1 в судебном заседании с учетом коммуникативных норм речеповеденческих моделей, стилей взаимодействия в рамках судебного разбирательства, являются неприличными и противоречащими общепринятым нормам морали и нравственности, носят оскорбительный характер, способны унизить честь и достоинство адресата речи;

- а также другими доказательствами, анализ которых изложен в приговоре. 

Всем доказательствам, собранным по делу, исследованным в ходе судебного разбирательства и приведенным в приговоре, как каждому в отдельности, так и в их совокупности, суд дал надлежащую оценку, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Такая оценка произведена судом в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88, 307 УПК РФ и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не является основанием к отмене или изменению приговора. Обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному уголовному делу, установлены судом в полном объеме и верно. 

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется, все незначительные противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем оглашения ранее данных ими показаний, сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного, отсутствуют. 

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств в отношении ФИО1 в ходе предварительного следствия по настоящему уголовному делу, которые бы свидетельствовали о недопустимости положенных в основу приговора доказательств, не выявлено. 

Каких-либо нарушений, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора ни в ходе досудебного производства, ни при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

Оснований полагать нарушенным право осужденного на защиту в ходе расследования уголовного дела, рассмотрения его судом не имеется. 

Вопреки доводам жалобы, отсутствие в предъявленном ФИО1 обвинении, а также в описательно-мотивировочной части приговора конкретных оскорбительных слов, унижающих честь, достоинство и деловую репутацию судьи, не может расцениваться как нарушение права на защиту и не раскрытие объективной стороны преступления, поскольку присутствие в тексте процессуального постановления и судебного решения ненормативной лексики, тем более брани, является прямым нарушением требований части 6 статьи 1, пункта 4 части 1 статьи 3 Федерального закона от 01.06.2005 № 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации".

Аналогичную позицию высказал Пленум Верховного Суда Российской Федерации, который в п.41 Постановления от 29 ноября 2016 года № 55 "О судебном приговоре" обратил внимание судов на недопустимость использования в приговоре слов, неприемлемых в официальных документах.

При этом суть высказанных ФИО1 оскорбительных выражений нашла свое отражение, как в предъявленном ему обвинении, так и в приговоре путем описания приемлемыми словами. Из содержания, как предъявленного ФИО1 обвинения, так и описательно-мотивировочной части приговора, где указано, что ФИО1 высказал в адрес судьи словесно-смысловые конструкции оценочного характера, в том числе выраженные при помощи ненормативной бранной лексики, явно следует, что ему инкриминированы и он осужден за высказывания, допущенные как в ходе судебного заседания (про неадекватность), так и после его удаления из зала судебного заседания.

Аналогичные доводы осужденного являлись предметом проверки суда первой инстанции при разрешении его ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и обоснованно признаны несостоятельными. Решение об отказе в удовлетворении ходатайства является законным и обоснованным, выводы суда, содержащиеся в соответствующем постановлении от 10.05.2023, в достаточной степени мотивированы.

Вопреки доводу осужденного не было допущено в судебном заседании нарушения его права на защиту и тем, что ФИО1 удалялся из зала судебного заседания.

Удаление ФИО1 из зала судебного заседания было осуществлено в связи с допущенным им после неоднократных предупреждений председательствующего нарушения порядка в зале судебного заседания, что прямо предусмотрено ч.3 ст.258 УПК РФ. В данном случае закон предусматривает возможность исследования доказательств в отсутствие подсудимого. При этом интересы ФИО1 защищал адвокат.

Поскольку заключение судебной психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 содержало сведения о его состоянии здоровья, суд на законных основаниях в соответствии с ч.3 ст.241 УПК РФ постановил исследовать данное доказательство в закрытом судебном заседании. При таких обстоятельствах суд обоснованно на основании ч.1 ст.259 УПК РФ постановил отключить аудиопротоколирование закрытой части судебного заседания.

Как обоснованно указал суд в приговоре, оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения не имеется, поскольку они последовательны, согласуются между собой, объективно подтверждены иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Судом были проверены и опровергнуты доводы ФИО1 о том, что его высказывания не были направлены на неуважение к суду. Довод ФИО1 о том, что последняя фраза, высказанная им с использованием бранного слова при его выходе из зала судебного заседания, адресовалась не судье, опровергается показаниями свидетелей П и К, которые показали, что в момент произнесения данной фразы осужденный повернулся в сторону судьи, для них было очевидно, что фраза адресовалась именно судье Б

Более того, изначально в ходе судебного заседания, находясь в зале судебного заседания, ФИО1 неоднократно пререкался с председательствующим судьей, высказал в ее адрес фразы про ее неадекватность, что также подтверждает то, что последняя сказанная им фраза с использованием бранного слова адресовалась именно судье. 

Изложенные обстоятельства совершения преступления, позволили суду сделать вывод о наличии у ФИО1 прямого умысла на оскорбление судьи Б С учетом наличия у ФИО1 прямого умысла на оскорбление судьи, то обстоятельство, что Б в момент высказывания им последней оскорбительной фразы с использованием бранного слова уже вышла из зала судебного заседания, и не услышала оскорбления, никак не влияет на квалификацию действий осужденного, поскольку все инкриминируемые ФИО1 высказывания непосредственно связаны с отправлением судьей Б правосудия по гражданскому делу, одним из участников по которому являлся ФИО1, сказаны им в ходе судебного заседания, а также непосредственно после его окончания, при его нахождении в зале судебного заседания, высказаны им публично в присутствии секретаря судебного заседания и судебного пристава.

Судом установлено, что все инкриминируемые ФИО1 высказывания в адрес судьи Б носят оскорбительный характер, поскольку унижают ее честь и достоинство, дают отрицательную оценку ее личности, направлены на дискредитацию общественной оценки профессиональных качеств судьи, подрыв морального престижа суда и судебной власти в целом. При этом одно из выражений является неприличным по форме, что подтверждено заключениями экспертов и специалиста.

Оснований подвергать сомнению выводы положенных в основу приговора экспертных заключений у суда не имелось, т.к. они соответствуют положениям ст.204 УПК РФ, выводы экспертов мотивированы, не противоречивы и сомнений не вызывают.

Вопреки доводам осужденного выводы эксперта Т, отраженные в заключении № ***, подтверждают, что высказанная ФИО1 после его удаления из зала судебного заседания фраза содержит лингвистические признаки унижения (*). Вывод эксперта Т об отсутствии такого признака в отношении иных фраз, высказанных осужденным в адрес судьи Б в ходе судебного заседания (про неадекватность), опровергается заключением специалиста Р (*).

При этом суд правильно отдал предпочтение в указанной части заключению специалиста Р, поскольку она оценивала высказывания осужденного (про неадекватность) применительно к их использованию именно в рамках судебного разбирательства, официальная обстановка которого предъявляет особые требования к лексическому составу речи, в который не должны входить бранные, жаргонные, просторечные слова и диалектизмы (абзац 2 страницы 4 заключения).

Изложенные в приговоре выводы суда о признании несостоятельными доводов защиты о недопустимости заключения специалиста Р ввиду ее филологического, а не лингвистического образования, аналогичные заявленным суду апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции находит правильными.

Иные доводы осужденного и его защитника, высказанные суду апелляционной инстанции, не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора, поскольку направлены на переоценку доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела, вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции на основе исследованных доказательств обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления и дал его действиям верную юридическую оценку по ч.2 ст.297 УК РФ.

Оснований для оправдания ФИО1, а также для отмены приговора и направления его на новое судебное разбирательство, о чем поставлен вопрос в апелляционной жалобе, не имеется.

Наказание в виде штрафа назначено осужденному с соблюдением требований ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств смягчающих наказание, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного. 

Личность ФИО1 исследована судом с достаточной полнотой по имеющимся в деле данным, которые получили объективную оценку.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел состояние здоровья осужденного. Иных смягчающих наказание обстоятельств, судом не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не имеется. 

На основании части 3 статьи 46 УК РФ размер штрафа в сумме 100 тысяч рублей суд определил с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного, его возраста, отсутствия ограничений к трудовой деятельности, отсутствия лиц на иждивении, а также учел время нахождения осужденного в психиатрическом стационаре для проведения судебной экспертизы, в связи с чем смягчил назначенное наказание, путем уменьшения размера штрафа. 

При таких обстоятельствах назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру является справедливым, находится в пределах, предусмотренных уголовным законом, соответствует личности виновного и совершенному им преступлению, а также отвечает целям наказания, оснований утверждать о чрезмерной суровости назначенного наказания не имеется.

Решение суда о взыскании с осужденного процессуальных издержек, связанных с оплатой труда защитника по назначению на стадии предварительного расследования при том, что на данной стадии ФИО1 от защитника не отказывался, является правильным, соответствует требованиям ч.1 ст.132 УПК РФ. Оснований для освобождения осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек не имеется.

При таких обстоятельствах, оснований к удовлетворению жалобы осужденного суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Мончегорского городского суда Мурманской области от 02 июня 2023 года в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев. Осужденный вправе принимать участие в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий _____________ Н.Л. Мартынов