Дело № – 738/2020

УИД 24RS0024-01-2020-000115-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 ноября 2020 год г. Канск

Канский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Блошкиной А.М.,

при секретаре Коробейниковой Ю.Е.,

с участием помощника Канского межрайонного прокурора Еланковой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению «Спортивная школа по зимним видам спорта заслуженного тренера России В.И. Стольникова» (МБУ СШ им. В.И. Стольникова) о взыскании недоначисленной заработной платы, стимулирующих выплат, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратился в суд с исковым заявлением к МБУ СШ им. В.И. Стольникова о взыскании недоначисленной заработной платы, мотивируя свои требования тем, что со стороны его работодателя - МБУ СШ им. В.И. Стольникова имеет место факт нарушения трудовых прав за период 2019 г., выразившееся в выплате ему заработной платы ниже минимального размера оплаты труда, в связи с чем истец просит взыскать в свою пользу с ответчика задолженность по недоначисленной заработной плате с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, невыплаченных выплат стимулирующего характера, невыплаченных командировочных расходах, в общем размере 47 305,58 руб. С учетом сделанных в ходе рассмотрения дела уточнений, истец в итоге просил суд дать оценку действиям работодателя в части уменьшения его тренерской нагрузки, порядка определения размера стимулирующих выплат, и взыскать с ответчика недоначисленную за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заработную плату, невыплаченные выплаты стимулирующего характера, невыплаченные командировочные, недоначисленные отпускные за период 2019 – 2020 г.г., в общей сумме 152 166 руб. 92 коп., а также в счет компенсации морального вреда – 50 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме, полагал, что работодателем без наличия на то правовых оснований была уменьшена его тренерская нагрузка, с 1,0 ставки до 37,5% в неделю, кроме того, при формировании стимулирующей части выплат за труд работодателем также безосновательно к выставленным баллам по итогам работы истца применялся уменьшающий коэффициент, пропорционально его нагрузке – 37,5%, при оплате его командировочных ответчиком также были нарушены требования ТК РФ, заработная плата в связи с этим истцу за спорный период выплачивалась ему ниже МРОТ, равно как и отпускные, просил суд учесть указанные обстоятельства, в том числе, факт того, что документы работодатель, скорее всего, подводил к необходимым данным из-за судебного разбирательства, полагал, что его требования о компенсации морального вреда также подлежат удовлетворению, поскольку он, от имевшей место по отношению к нему дискриминации со стороны работодателя, испытывал нравственные страдания, кроме того, полагал, что и состояние его здоровья ухудшилось именно из-за этих переживаний, в ходе рассмотрения дела истец также давал пояснения, аналогичные содержанию искового заявления и уточнений к иску.

Представитель ответчика – МБУ СШ им. В.И. Стольникова – директор ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, интересы ответчика представляли ФИО3 (по доверенности) и и.о. директора МБУ СШ им. В.И. Стольникова Кудреватых Т.А. (на основании приказа №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ), не признавшие иск в полном объеме, представив письменный отзыв на иск и документы в обоснование своей позиции по делу, а также дав ряд пояснений о сути спора, в частности, пояснив, что тренерская нагрузка, в том числе, и в отношении истца, на сезон 2019 – 2020 г. была утверждена в начале сезона, под подпись доведена до сведения всех работников – тренеров, в том числе, и до ФИО1, он приказ подписал, с ним согласился, возражений не заявлял, нагрузка в указанном размере – 37,5% в неделю (9 часов), была определена истцу с учетом показателей и ряда статистических данных, в части стимулирующих выплат локальными нормативными актами работодателя урегулирован порядок их исчисления, исходя из первоначального определения количества баллов стимулирующих выплат по 1,0 ставке, общая сумма которых потом увеличивалась либо уменьшалась пропорционально имеющейся у работника нагрузки; командировочные расходы по факту обучения истца ему начислялись и выплачивались, исходя из среднего заработка, согласно требований ТК РФ, оснований для каких-либо доплат не имеется, аналогичной позиции придерживались представители ответчика и в части требований истца по выплате недоначисленных отпускных, полагая при этом, что основания для компенсации морального вреда, предусмотренные ст. 237 ТК РФ, ва данном случае также отсутствуют

Представители третьих лиц – Администрации г. Канска, МКУ «МЦО», извещенные о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ранее представитель МКУ «МЦО» ФИО4 (на основании доверенности) суду пояснила, что МКУ «МЦО» обслуживает МБУ СШ им. В.И. Стольникова в части начисления заработной платы работникам учреждения, согласно утвержденным у ответчика локальным нормативным актам, регулирующим вопросы оплаты труда, также пояснив, что относительно стимулирующих выплат за исходный показатель применяется 1,0 ставки. 

В силу ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в части третьей данной статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. 

Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи, и несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

На основании ст. 167 ГПК РФ, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Суд, заслушав позицию истца и представителей ответчика по делу, учитывая мнение помощника прокурора Еланковой О.Н., полагавшей, что с учетом установленных по делу обстоятельств, требования истца подлежат частичному удовлетворению – по требованиям истца о выплате ему недоначисленной заработной платы в той части, в которой она, исходя из его нагрузки – 37,5%, не соответствует размеру МРОТ, пропорционально отработанному времени, а также пересчета в этой связи суммы отпускных, и как следствие, компенсации морального вреда, определенного представителем прокуратуры в сумме 2 000 руб., полагая при этом, что факт физических страданий в виде приобретенных истцом заболеваний в ходе рассмотрения дела не нашел своего подтверждения, также отказав в удовлетворении требований ФИО1 в части выплаты недоначисленных командировочных и стимулирующих выплат, в отсутствие правовых оснований для этого, и, исследовав письменные материалы дела, считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной. Конституцией РФ признается право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения. В соответствии с п. 3 ст. 37 Конституции РФ, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на выплату заработной платы своевременно и в полном размере.

Законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым в соответствии с ч. 1 и 2 настоящей статьи. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (п. 5 ст. 76). 

Согласно ст. 11 ТК РФ все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих норму трудового права. 

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим договором, правилами внутреннего трудового распорядка. 

В соответствии со ст. 132 ТК РФ заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ. Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника: о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате. 

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Постановлением администрации Красноярского края от 21.08.92 № 311-п «Об установлении районного коэффициента» установлен единый районный коэффициент к заработной плате работников предприятий и организаций, расположенных на территории городов и районов края, равный 1,3. Постановлением Совета Министров и ВЦСПС от 24 сентября 1989 года № 794 «О введении надбавок к заработной плате рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций, расположенных южных районах Иркутской области и Красноярского края» введена выплата процентной надбавки к заработной плате за непрерывный стаж работы южных районах Красноярского края, которым ранее не была установлена такая надбавка (в их состав входит, в том числе, и Канский район). В соответствии с п. 1 Постановления № 794, определенные им надбавки к заработной плате устанавливаются в размере 10% по истечении первого года работы с увеличением на 10% за каждые последующие два года работы, но не свыше 30%. 

Данные акты в настоящее время не отменены и не изменены, следовательно, применяются при регулировании трудовых правоотношений.

Разъяснением от 11.09.1995 г. № 3, утв. Постановлением Министра труда Российской Федерации от 11.09.1995 года № 49 «О порядке начисления процентных надбавок к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностям, в южных районах Восточной Сибири, Дальнего, Востока и коэффициентов» процентные надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Восточной Сибири, Дальнего Востока, и коэффициенты (районные, за работу в высокогорных районах, за работу в пустынных и безводных местностях), установленные к заработной плате лицам, работающим в местностях с неблагоприятными природно-климатическими условиями, начисляются на фактический заработок, включая вознаграждение за выслугу лет, выплачиваемое ежемесячно, ежеквартально или единовременно. Под южными районами Восточной Сибири подразумеваются южные районы Красноярского края, Иркутской и Читинской областей, Республики Бурятия и Республики Хакасия, на территории которых применяется 30-процентная надбавка к заработной плате.

С учетом изменений, внесенных статьей 1 Федерального закона от 25.12.2018 № 481-ФЗ в статью 1 Федерального закона "О минимальном размере оплаты труда"», на территории РФ установлен МРОТ с 1 января 2019 года 11 280 рублей в месяц; с 01.01.2020 г. – 12 130 руб. (ст. 1 Федерального закона от 27.12.2019 № 463-ФЗ).

Следовательно, заработная плата за отработанную месячную норму рабочего времени и выполнения нормы труда должна быть начислена не менее МРОТ, с последующим начислением на данную заработную плату районного коэффициента 30% и надбавки за стаж работы 30%, т.е. не менее 18 048 руб. в 2019 г. и не менее 19 408 руб.в 2020 г., соответственно. 

Данная позиция закреплена Постановлением Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 № 38-п, которым постановлено следующее: Статья 133 ТК РФ предусматривает, что минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже МРОТ. Согласно ч. 1 ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). В силу прямого предписания Конституции РФ (ч. 3 ст. 37) минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность. В соответствии с ч. 1 ст. 133 ТК РФ величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории РФ, т.е. без учета природно-климатических условий различных регионов страны. 

Следовательно, повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда. 

Поглощение выплат, специально установленных для возмещения дополнительных материальных и физиологических затрат работников, связанных с климатическими условиями, минимальным размером оплаты труда, по существу, приводило бы к искажению правовой природы как этой гарантии, так и самих указанных выплат, что недопустимо в силу предписаний статьи 37 (часть 3) Конституции РФ и принципов правового регулирования трудовых правоотношений.

Согласно статье 133.1 ТК РФ, в субъекте РФ региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте РФ, который определяется с учетом социально-экономических условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте РФ и не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом (ч.ч. 1, 3 и 4). 

По смыслу приведенных законоположений, минимальная заработная плата в субъекте РФ устанавливается в целях повышения уровня оплаты труда, если экономика региона развивается стабильно и создает условия для возможности учета величины прожиточного минимума трудоспособного населения в субъекте РФ. Нормы Трудового кодекса РФ, дающие регионам право устанавливать на своей территории собственный размер минимальной зарплаты, не предполагают включения в ее состав коэффициентов и процентных надбавок, начисляемых за работу в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. 

В силу положениям, содержащимся в Определении Конституционного Суда РФ от 27.02.2018 № 252-О-Р, отказ судов первой или апелляционной инстанции после провозглашения Постановления Конституционного Суда РФ от 07.12.2017№ 38-П в удовлетворении требований заявителей на основании указанных законоположений в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом РФ в этом Постановлении, недопустим в силу правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.11.2012 № 25-П, а соответствующие судебные решения подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий. 

При пересмотре по предусмотренным процессуальным законодательством основаниям в кассационном или надзорном порядке вынесенных по данному вопросу судебных постановлений, основанных на соответствующих нормах в истолковании ином, чем выявленный Конституционным Судом РФ их конституционно-правовой смысл, суды также должны в силу правовых позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.11.2012 № 25-П, руководствоваться его Постановлением от 07.12.2017 № 38-П. 

Упомянутым выше Постановлением Конституционного Суда РФ № 38-п от 07.12.2017 г. признаны не противоречащими Конституции РФ взаимосвязанные положения ст. 129, ч.ч. 1, 3 ст. 133, ч.ч. 1 – 4, 11 ст. 133.1 ТК РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, при этом указано, что выявленный в Постановлении конституционно-правовой смысл вышеобозначенных положений Трудового кодекса РФ является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. 

Статья 57 ТК РФ называет условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) одним из обязательных условий трудового договора. А потому установление педагогу объема нагрузки, от которого зависит размер заработной платы, также является существенным условием трудового договора,

В соответствии со статьей 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ. Такое исключение содержится, в том числе, в статье 74 ТК РФ, согласно которой в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника. О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено ТК РФ. 

Таким образом, условия оплаты труда как обязательное условие трудового договора могут быть изменены либо по соглашению с работником (ст. 72 ТК РФ), либо работодателем в одностороннем порядке при наличии соответствующих оснований (ст. 74 ТК РФ).

В соответствии со статьей 333 ТК РФ для педагогических работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 36 часов в неделю. В зависимости от должности и (или) специальности педагогических работников с учетом особенностей их труда продолжительность рабочего времени (нормы часов педагогической работы за ставку заработной платы), порядок определения учебной нагрузки, оговариваемой в трудовом договоре, и основания ее изменения, случаи установления верхнего предела учебной нагрузки педагогических работников определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в МБОУ ДО «ДЮСШ по зимним видам спорта им. В.И. Стольникова» тренером-преподавателем на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, и Приказа №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ о приеме на работу, руководствуясь в своей деятельности должностной инструкцией тренера, осуществляющего тренировочный процесс на этапах спортивной подготовки МБУ СШ им. В.И. Стольникова, с тренерской нагрузкой – 18 час. 

Как следует из представленных в материалы дела ответчиком приказов об установлении ставок заработной платы и тренерской нагрузки, которые также содержат подписи истца относительно согласования и ознакомления с указанными приказами, с ДД.ММ.ГГГГ ставка заработной платы за норму часов тренерской работы в МБУ СШ им. В.И. Стольникова (на основании приказа Отдела ФКС и МП Администрации г. Канска №-ОД от ДД.ММ.ГГГГ) составила 24 часа, тренерская нагрузка ФИО1 составила 18 час. в неделю (75%) (Приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); с ДД.ММ.ГГГГ, на основании утвержденного плана комплектования на 2018 – 2019 учебный год, тренерская нагрузка ФИО1 составила 12 час. в неделю (50%) (Приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); с ДД.ММ.ГГГГ, на основании утвержденного плана комплектования на 2019 – 2020 учебный год, тренерская нагрузка ФИО1 составила 9 час. в неделю (37,5%) (Приказ №-лс от ДД.ММ.ГГГГ); также в материалы дела были представлены и соответствующие планы комплектования с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ.

Вопросы учебной нагрузки и оплаты труда тренерско-преподавательского состава спортивной школы регулируются Федеральным законом от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», Приказом Министерства образования и науки РФ от 22 декабря 2014 г. № 1601 «О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре», с учетом особенностей, утвержденных приказом Министерства спорта РФ от 25 декабря 2013 г. № 1125 (далее приказ Минспорта РФ от 25.12.2013 г.), а также приказами непосредственно МБУ СШ им. В.И. Стольникова - в рассматриваемом споре.

В силу пункта 1.4 Порядка определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре, утвержденного приказом Министерством образования и науки Российской Федерации от 22 декабря 2014 г. N 1601, в трудовом договоре педагогического работника должен быть определен объем его учебной нагрузки.

Под объемом учебной нагрузки подразумевается количество часов, предусмотренных для выполнения учебной (преподавательской) работы во взаимодействии с обучающимися по видам учебной деятельности, установленным учебным планом (индивидуальным учебным планом), текущему контролю успеваемости, промежуточной и итоговой аттестации обучающихся, что следует из пункта 1.2 Порядка определения учебной нагрузки.

Пунктом 1.3 Порядка определения учебной нагрузки предусмотрено, что объем учебной нагрузки педагогических работников, выполняющих учебную (преподавательскую) работу, определяется ежегодно на начало учебного года (тренировочного периода, спортивного сезона) и устанавливается локальным нормативным актом организации, осуществляющей образовательную деятельность.

В соответствии с пунктом 1.5 и 1.6 Порядка определения учебной нагрузки, объем учебной нагрузки педагогических работников (за исключением педагогических работников, замещающих должности профессорско-преподавательского состава), установленный на начало учебного года (тренировочного периода, спортивного сезона), не может быть изменен в текущем учебном году (тренировочном периоде, спортивном сезоне) по инициативе работодателя за исключением изменения объема учебной нагрузки педагогических работников, указанных в подпункте 2.8.1 приложения № к настоящему приказу, в сторону ее снижения, связанного с уменьшением количества часов по учебным планам, учебным графикам, сокращением количества обучающихся, занимающихся, групп, сокращением количества классов (классов-комплектов).

Объем учебной нагрузки педагогических работников (за исключением педагогических работников, замещающих должности профессорско-преподавательского состава), установленный в текущем учебном году (тренировочном периоде, спортивном сезоне), не может быть изменен по инициативе работодателя на следующий учебный год (тренировочный период, спортивный сезон) за исключением случаев изменения учебной нагрузки педагогических работников, указанных в пункте 2.8 приложения № к Приказу, в сторону ее снижения, связанного с уменьшением количества часов по учебным планам, учебным графикам, сокращением количества обучающихся, занимающихся, групп, сокращением количества классов (классов-комплектов). Установление педагогу объема нагрузки, от которого зависит размер заработной платы, является существенным условием трудового договора, в этой связи изменение продолжительности рабочего времени должно производиться с учетом требований закона (статьи 57, 74 ТК РФ).

В соответствии с положениями пунктами 1.2 - 1.8 Приложения № к приказу Министерства образования и науки Российской Федерации от 22 декабря 2014 г. № 1601 «О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре» при определении учебной нагрузки педагогических работников устанавливается ее объем по выполнению учебной работы во взаимодействии с обучающимися по видам учебной деятельности, установленным учебным планом, текущему контролю успеваемости, промежуточной и итоговой аттестации обучающихся. Объем учебной нагрузки педагогических работников, выполняющих учебную работу, определяется ежегодно на начало учебного года (тренировочного периода, спортивного сезона) и устанавливается локальным нормативным актом организации, осуществляющей образовательную деятельность. Объем учебной нагрузки, установленный педагогическому работнику, оговаривается в трудовом договоре, заключаемом педагогическим работником с организацией, осуществляющей образовательную деятельность. Временное или постоянное изменение (увеличение или снижение) объема учебной нагрузки педагогических работников по сравнению с учебной нагрузкой, оговоренной в трудовом договоре, допускается только по соглашению сторон трудового договора, заключаемого в письменной форме, за исключением изменения объема учебной нагрузки педагогических работников в сторону его снижения, предусмотренного пунктами 1.5 и 1.6 настоящего Порядка.

Об изменениях объема учебной нагрузки (увеличение или снижение), а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить педагогических работников в письменной форме не позднее, чем за два месяца до осуществления предполагаемых изменений, за исключением случаев, когда изменение объема учебной нагрузки осуществляется по соглашению сторон трудового договора.

Суд, таким образом, считает неподтвержденным довод истца о незаконности пересмотра нагрузки со стороны работодателя и об отсутствии между сторонами письменного соглашения об изменении определенных сторонами условий трудового договора относительно учебной нагрузки, поскольку указанный довод опровергается исследованными судом доказательствами, свидетельствующими о достижении между истцом и ответчиком соглашения относительно учебной нагрузки, как ранее, на 2018 – 2019 учебный год, так и на 2019-2020 учебный год, что было оформлено письменными документами (в частности, приказом №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ), подписанными сторонами. 

Следовательно, соглашение между сторонами об изменении объема тренерской нагрузки фактически было достигнуто и оформлено надлежаще. Таким образом, из материалов дела следует, что указанные нормативные положения при распределении истцу ФИО1 тренерской нагрузки на 2019 - 2020 учебный год ответчиком нарушены не были. 

Доводы истца о том, что в отношении него работодатель допускает дискриминацию, о чем, по мнению ФИО1, свидетельствует неравномерное распределение часов тренерской нагрузки, суд также отклоняет, поскольку на законодательном и локальном нормативно-правовом уровне не содержится положений, обязывающих ответчика распределять имеющуюся нагрузку между тренерами в равном объеме и обеспечивать тренеру нагрузку в объеме на ставку заработной платы, либо запрещающих распределять имеющуюся нагрузку вновь принятому на работу тренеру. 

Вместе с тем, судом в ходе рассмотрения дела установлено, что работодателем заработная плата работнику в определенные периоды начислялась и выплачивалась с нарушением вышеуказанных требований трудового законодательства, в связи с чем, по расчетам определяется разница в выплаченной заработной плате, исходя из нормы труда и с учетом отработанных часов, в следующем порядке:

- в сентябре 2019 года истцом отработано 27 часов (18 дней – 37,5% ставки), начислено 8 352,16 руб. (за вычетом оплаты дней профподготовки), МРОТ равен 18 048 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 6 768 руб. (18 048 руб. х 37,5% = 6 768 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за сентябрь 2019 г. не установлен:

- в октябре 2019 года истцом отработано 38 часа (25 дней – 37,5% ставки), начислено 7 142,76 руб., МРОТ равен 18 048 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 6 768 руб. (18 048 руб. х 37,5% = 6 768 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за сентябрь 2019 г. не установлен;

- в ноябре 2019 года истцом отработано 33 часа (22 дня – 37,5% ставки), начислено 6 454,86 руб. (за вычетом оплаты дней профподготовки), МРОТ равен 18 048 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 6 768 руб. (18 048 руб. х 37,5% = 6 768 руб.), следовательно, сумма недоначисленной заработной платы за ноябрь 2019 г. составил 313,14 рублей = 6 768 руб. – 6 454,86 руб.

- в декабре 2019 года истцом отработано 39 часов (26 дней – 37,5% ставки), начислено 6 768 руб. (6 516,80 руб. в декабре 2019 г. + 251,20 руб. – в январе 2020 г.), МРОТ равен 18 048 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 6 768 руб. (18 048 руб. х 37,5% = 6 768 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за декабрь 2019 г. не установлен;

- в январе 2020 года истцом отработано 30 часов (20 дней – 37,5% ставки), начислено 7 278 руб., МРОТ равен 19 408 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 7 278 руб. (19 408 руб. х 37,5% = 7 278 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за январь 2020 г. не установлен;

- в феврале 2020 года истцом отработано 36 часов (24 дня – 37,5% ставки), начислено 7 278 руб., МРОТ равен 19 408 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 7 278 руб. (19 408 руб. х 37,5% = 7 278 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за февраль 2020 г. не установлен;

- в марте 2020 года истцом отработано 29 часов (19 дней – 37,5% ставки), начислено 8 272,21 руб. (за вычетом оплаты времени простоя), МРОТ равен 19 408 руб. (с учетом районного коэффициента и северной надбавки), в связи с чем начислено должно было быть 7 278 руб. (19 408 руб. х 37,5% = 7 278 руб.), следовательно, факт недоначисления заработной платы за март 2020 г. не установлен;

В апреле, мае и июне 2020 г., согласно приказам по МБУ СШ им. В.И. Стольникова, с учетом принимаемых на территории Российской Федерации мер по предупреждению распространения коронавирусной инфекции, оплата труда производилась, исходя из признания данных периодов нерабочими днями с сохранением заработной платы, а также временем простоя, в указанные периоды, согласно расчетным листкам, ФИО1 было начислено: в апреле 2020 г. – 9 705,54 руб.; в мае 2020 г. – 8 148,60 руб.; в июне 2020 г. – 8 918,25 руб. (при полагающемся начислении в размере 7 278 руб. (37,5% от МРОТ), в связи с чем, за указанный период факт недоначисления заработной платы судом также не установлен.

Указанные расчеты судом произведен в пределах срока, заявленного истцом для взыскания, и с учетом фактически отработанного периода времени истца, согласно данных расчетных листков и табелей учета рабочего времени, данная сумма получена, исходя из фактически отработанного времени за спорные периоды, судом учтены данные по количеству отработанного времени и начислениям за спорные периоды, в том числе, компенсационные и стимулирующие выплаты, исходя, в том числе, и из того, что из действующего правового регулирования следует, что стимулирующие выплаты включаются в состав минимального размера оплаты труда и не должны начисляться сверх минимального размера оплаты труда. 

С учетом установленного, суд полагает возможным требования истца о взыскании недоначисленной заработной платы удовлетворить частично, взыскав с ответчика в пользу истца 313,14 руб. – сумму недоначисленной заработной платы за ноябрь 2019 г. 

При этом, суд учитывает, что подлежит пересчету и сумма отпускных за 2019 – 2020 г., причитающихся в пользу истца, в связи с увеличением общей суммы заработной платы, исчисляемой при определении среднего заработка для расчета отпускных, на установленную судом сумму – 313,14 рублей. 

В силу положений ст.ст. 114, 115, 122 ТК РФ, работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами. Оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно. Право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. По соглашению сторон оплачиваемый отпуск работнику может быть предоставлен и до истечения шести месяцев. 

Отпуск за второй и последующие годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, установленной у данного работодателя.

Согласно данных расчета среднедневного заработка, используемого работодателем при расчете отпускных ФИО1 на основании приказа на отпуск №-ОО от ДД.ММ.ГГГГ, расчет среднего заработка производился, исходя из общей суммы заработка за период с июля 2019 г. по май 2020 г., который составил 65 151,28 руб., количества учетных дней – 214,21, в связи с чем среднедневной заработок составил 304,15 руб., а общая сумма отпускных за 40 календарных дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) составила 12 166 руб. 

Вместе с тем, в связи с увеличением общей суммы заработка за указанный период на 313,14 руб., общая сумм заработной платы составит 65 464,42 руб. (65 151,28 ру. + 313,14 руб.), а среднедневной заработок – 305,61 руб. (65 464,42 руб. : 214,21 день), следовательно, сумма отпускных, подлежащих начислению ФИО1, составит 12 224,40 руб. = 305,61 руб. х 40 дней = 12 224,40 руб., и, таким образом, к взысканию с ответчика в пользу истца также подлежит недоначисленная сумма отпускных в размере 58,40 рублей.

Вместе с тем, суд полагает необоснованными требования истца о перерасчете и доначислении ему суммы стимулирующих выплат, исходя из 1,0 ставки, за периоды времени 2019 – 2020 г., согласно представленному им расчету, на общую сумму 23 995,09 рублей, в обоснование чего истец ссылается на то, что выставленные ему баллы по итогам работы ежемесячно, которыми сначала он сам, а потом и комиссия, оценивали результаты его работы, согласно установленным критериям оценки и показателям указанных критериев, работодателем необоснованно переводились в пропорцию к его фактической нагрузке – 37,5%, в связи с чем неправомерно уменьшались, в связи со следующим:

Согласно Положению об оплате труда работников МБУ СШ им. В.И. Стольникова, утв. ДД.ММ.ГГГГ и являющегося Приложением № к Коллективному договору МБУ СШ им. В.И. Стольникова на 2018 – 2020 г.г., Работникам Учреждения в предела фонда оплаты труда могут устанавливаться следующие виды выплат стимулирующего характера: выплата за важность выполняемой работы, степень самостоятельности и ответственности при выполнении поставленных задач; выплата за качество выполняемых работ; персональные выплаты за опыт работы, сложность, напряженность и особый режим и т.п.; выплаты по итогам года (п. 4.1 Положения); выплаты стимулирующего характера производятся в пределах бюджетных ассигнований на оплату труда работников учреждения, а также средств, полученных от приносящей доход деятельности и направленных учреждением в установленном порядке на оплату труда работников. 

Решение об осуществлении выплат стимулирующего характера за важность выполняемой работы, степень самостоятельности и ответственности при выполнении поставленных задач, за качество выполняемых работ, принимает специально созданная комиссия; протокол заседания комиссии направляется Руководителю учреждения, решение руководителя учреждения об осуществлении выплат стимулирующего характера оформляется соответствующим приказом (п. 4.2 Положения).

При установлении выплат стимулирующего характера за важность выполняемой работы, степень самостоятельности и ответственности при выполнении поставленных задач, за качество выполняемых работ, применяется балльная оценка (п. 4.3 Положения).

Согласно Положения о комиссии по распределению стимулирующей части фонда оплаты труда работников МБУ СШ им. В.И. Стольникова, утв. Приказом №-ОД от ДД.ММ.ГГГГ, в функции указанной Комиссии входит изучение представленных оценочных листов работников по результатам работы за истекший период; установление размера выплат стимулирующего характера в пределах фонда стимулирующих выплат; установление размера выплат стимулирующего характера по итогам работы в пределах фонда стимулирующих выплат. Согласно порядка работы указанной Комиссии (гл. 3 Положения), Комиссия осуществляет: анализ и оценку результатов профессиональной деятельности работников по утвержденным критериям; в оценочном листе количество баллов учитывается из расчета 1 (одной) ставки заработной платы; по итогам рассмотрения оценочных листов работников, комиссия составляет сводный оценочный лист с указанием общего количества баллов – для работников основного персонала – с учетом тренерской нагрузки.

Из материалов дела следует, что в отношении истца ФИО1, в части стимулирующих выплат, имели место следующие расчеты баллов, подлежащих оплате в качестве стимулирующих выплат: 

за январь 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 25 баллов, оплачено 12,5 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за февраль 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 25 баллов, оплачено 12,5 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за март 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 25 баллов, оплачено 12,5 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за апрель 2019 г. – заявлено работником – 16 баллов, утверждено комиссией – 16 баллов, оплачено 8 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за май 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 25 баллов, оплачено 12,5 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за июнь 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 25 баллов, оплачено 12,5 баллов (50% тренерской нагрузки); 

в июле 2019 г.– отпуск;

за август 2019 г. – заявлено работником – 25 баллов, утверждено комиссией – 14 баллов, оплачено 7 баллов (50% тренерской нагрузки); 

за сентябрь 2019 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за октябрь 2019 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за ноябрь 2019 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за декабрь 2019 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за январь 2020 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за февраль 2020 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 16 баллов, оплачено 6 баллов (37,5% тренерской нагрузки); 

за март 2020 г. – заявлено работником – 18 баллов, утверждено комиссией – 18 баллов, оплачено 7 баллов (37,5% тренерской нагрузки). 

Представленные ответчиком в материалы дела документы – данные по выплатам стимулирующего характера для тренеров (помесячно), сводные оценочные листы показателей деятельности работников по распределению стимулирующих выплат (помесячно), протоколы заседаний Комиссии по распределению стимулирующей части фонда оплаты труда (помесячно), наравне с представленными расчетами объемов средств на стимулирующие выплаты работников (помесячно) и оценочные листы работника ФИО1 за спорные периоды, позволяют суду сделать вывод относительно того, что изначально установленные истцом себе стимулирующие баллы, после их утверждения Комиссией в том или ином размере, обосновано просчитывались с учетом имеющейся у истца тренерской нагрузки – 37,5%, поскольку такой алгоритм расчета стимулирующих выплат прямо предусмотрен локальными нормативными актами работодателя. 

Суд при этом исходит, что в указанной части доводы истца сводились именно к тому, что изначально установленные ему баллы по итогам работы ежемесячно, размер которых истцом не оспаривался, как таковой, и был положен в основу исковых требований по стимулирующим выплатам, в итоге незаконно определялись с учетом имеющейся у него тренерской нагрузки – 37,5%, в результате чего сумма баллов, и соответственно, оплата по ним, уменьшалась, иных доводов в части стимулирующих выплат и их пересчета истцом не заявлялось, в связи с чем, в пределах заявленных исковых требований относительно перерасчета стимулирующих выплат, оснований для их удовлетворения суд не усматривает.

Кроме того, вопреки позиции истца относительно того, что он оценивал свои результаты именно по факту выполненной работы и не полагал, что в последующем к данным результатам оценки будет применен уменьшающий (в его случае) коэффициент, пропорционально имеющейся тренерской нагрузке (37,5%), данные доводы также судом не принимаются во внимание, в том числе, исходя из того, что согласно представленных в материалы дела данных, в частности, данных по выплатам стимулирующего характера для тренеров (помесячно) за предыдущие периоды времени – январь 2015 г., апрель 2017 г., следует, что при наличии у ФИО1 тренерской нагрузки в размере 1,666 либо 133,3% соответственно, изначально установленные ему баллы увеличивались пропорционально данной нагрузке с 11 на 18 баллов, с 14 на 19 баллов, что, по мнению суда, также не противоречит правовым и локальным нормам, регулирующим спорный вопрос.

В части требований истца о пересчете сумм недоначисленных и невыплаченных командировочных по факту нахождения его на профподготовке в 2019 г., суд, с учетом установленных по делу обстоятельств, также не находит оснований для их удовлетворения, в силу следующего:

В силу положений ст. 187 ТК РФ, при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование, с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. Работникам, направляемым на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование, с отрывом от работы в другую местность, производится оплата командировочных расходов в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, направляемых в служебные командировки.

Исходя из приведенных норм, периоды командировок и нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы.

Согласно п.п. 4, 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 № 922, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев. При определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях – для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска; для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 указанного Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

В заявленные истцом спорные периоды – 2019 г., в течение которых ФИО5 направлялся на переподготовку в КГАУ ДПО «Красноярский краевой институт повышения квалификации работников физической культуры и спорта» в апреле 2019 г. (с 15.04 по ДД.ММ.ГГГГ), в мае 2019 г. (с 15.05 по ДД.ММ.ГГГГ), в сентябре 2019 г. (с 23.09. по ДД.ММ.ГГГГ), по мнению истца, ему не доплатили в части командировочных на общую сумму 2 954,66 руб. (конкретный расчет указанных сумм истцом так и не был предоставлен). Материалами дела достоверно установлено при этом, что на основании Приказов о направлении работника на переподготовку №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ, №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ, №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 действительно в указанные периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ соответственно направлялся на прохождение обучения по дополнительной профессиональной программе переподготовки в КГАУ ДПО «Красноярский краевой институт повышения квалификации работников физической культуры и спорта», с сохранением на период прохождения обучения за истцом места работы и средней заработной платы. 

Согласно расчетным листкам ФИО6 за указанные рабочие периоды – апрель, май, сентябрь 2019 г., указанные периоды проведены как командировка, количество дней нахождения на обучение рассчитано по среднему заработку: за ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 12 дней х 491,78 руб. (средний заработок) = 5 901,36 руб.; за ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 12 дней х 494,30 руб. (средний заработок) = 5 931,60 руб.; за ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ – 9 дней х 490,72 руб. (средний заработок) = 4 416,48 руб. ответчиком также в материалы дела представлены справки, согласно которым работодателем исчислялся средний заработок в данные периоды, который судом также признается верным, в связи с чем оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания недоначисленных сумм командировочных судом не усматривается.

Ссылки истца о том, что действия работодателя, в том числе, в оспариваемой им части, являются следствием дискриминации со стороны работодателя, суд не может принять во внимание, поскольку каких-либо доказательств, свидетельствующих о дискриминации в сфере трудовых отношений, суду не представлено.

Иные доводы истца, озвученные в ходе рассмотрения дела, в том числе, о незаконности оплаты его труда, исходя из тренерской нагрузки 37,5% и, как следствие, незаконность действий ответчика при исчислении стимулирующих выплат, отпускных и прочих платежей в спорные периоды, с ссылкой на подделку работодателем документов и на злоупотребление работодателем своим правом, допущенной с его стороны дискриминации, а также на предвзятость со стороны руководства, связанную с позицией истца в процессе осуществления трудовой функции, суд признает несостоятельными, поскольку они основаны на неверном толковании норм действующего трудового законодательства РФ и локальных нормативных актов ответчика. Кроме того, утверждения истца в данной части не подтверждаются какими-либо доказательствами, при этом, документы - локально-правовые акты ответчика, ставившиеся под сомнение истцом, судом в ходе рассмотрения дела исследовались, в том числе, путем ознакомления с оригиналами указанных документов, в частности, приказа №-ЛС от ДД.ММ.ГГГГ «Об установлении тренерской нагрузки», плана комплектования с ДД.ММ.ГГГГ, протоколов тренерского совета в 2019 г., приказа №-СД от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении годовых планов-графиков, тренерской нагрузки».

В соответствии со ст. 142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. В силу положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. В силу положений п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 ТК РФ, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Суд, вместе с тем, достоверно установив факт нарушения трудовых прав истца, связанный с недоначислением заработной платы и отпускных истцу в установленные судебным решением периоды, руководствуясь ст. 237 ТК РФ, приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО1 компенсации причиненного морального вреда, удовлетворив в этой части требования истца частично - в сумме 1 500 руб. 

В части доводов истца о компенсации ей морального вреда в заявленном размере – 50 000 руб., в том числе, по факту ухудшения его здоровья, как такового, в подтверждение чего истцом в материалы дела был представлен в копии акт исследования УЗИ органов брюшной полости от 2020 г., с выводами относительно наличия очагового образования печени, эхо-признаки капиллярной гемангиомы, умеренные диффузные изменения в печени, деформация желчного пузыря, эхо-признаки хронического холецистита, диффузные изменения в поджелудочной железе, а также ФГДС протокол от ДД.ММ.ГГГГ, с выводами о наличии у ФИО1 поверхностного гастрита с атрофией, суд, с учетом анализа представленных документов, а также медицинской карты амбулаторного больного № на имя ФИО1, приходит к выводу, что имеющиеся у истца заболевания и диагнозы не могут находится в какой-либо причинной связи с действиями работодателя, поскольку указанные диагнозы и жалобы имели место у истца ранее, имеют характер хронических заболеваний. 

Размер компенсации морального вреда, определенный в сумме 1 500 руб., с учетом обстоятельств дела, исходя из периода и объема нарушения трудовых прав истца, определен, по мнению суда, с учетом требований разумности и справедливости, с точки зрения защиты прав и интересов обеих сторон.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В силу пп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий. 

В силу пп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, размер госпошлины при цене иска до 20 000 рублей составляет 4 % цены иска, но не менее 400 рублей; согласно пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера размер госпошлины для физических лиц составляет 300 рублей. В силу пп. 1 п. 1 ст. 333.20 НК РФ, при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

Согласно положениям ст. 103 ГПК РФ, таким образом, с ответчика МБУ СШ им. В.И. Стольникова в доход местного бюджета к взысканию также подлежит государственная пошлина в размере 700 руб. (размер госпошлины в части удовлетворенных требований неимущественного характера - компенсации морального вреда – 300 руб. + 400 руб. (размер госпошлины в части удовлетворенных требований имущественного характера по недоначисленной заработной плате и отпускным в общей сумме 371,54 руб.).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению «Спортивная школа по зимним видам спорта заслуженного тренера России В.И. Стольникова» (МБУ СШ им. В.И. Стольникова) о взыскании недоначисленной заработной платы, стимулирующих выплат, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Спортивная школа по зимним видам спорта заслуженного тренера России В.И. Стольникова» в пользу ФИО1 в счет недоначисленной заработной платы за ноябрь 2019 г. – 313,14 рублей, в счет недоначисленных отпускных за 2019-2020 гг. в сумме 58,40 руб., в счет компенсации морального вреда – 1 500 рублей. 

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований – отказать.

Взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Спортивная школа по зимним видам спорта заслуженного тренера России В.И. Стольникова» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Канский городской суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья А.М. Блошкина

Мотивированное решение изготовлено 20 ноября 2020 года.