Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Тольятти 29.05.2018 года

Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе судьи Винтер А.В., при секретаре Усмановой Ю.Т., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-457/2018 года по иску ФИО1 к МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3» (далее по тексту МП ТПАТП № 3) о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, мотивируя свои требования тем, что 25.10.2017 года в 09-13 час. в районе 

<

...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Мерседес-Бенс С-класса г/н ... под управлением водителя СДЮ, принадлежащего истцу и автобусом VOLGABUS 5270G2 г/н ... под управлением ААА, принадлежащего МП ТПАТП № 3. Виновным в данном ДТП был признан водитель ААА, нарушивший п. 6.2 ПДД и привлеченный к ответственности по ст. 12.12 КоАП РФ. В результате данного ДТП автомобиль истца получил существенные механические повреждения. ФИО1 обратилась в порядке прямого возмещения убытков в АО ГСК «Югория» с заявлением о страховой выплате. 17.11.2017 года между истцом и АО ГСК «Югория» было заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО, согласно которому произведена выплата страхового возмещения в размере 400000 руб. 00 коп. С целью определения реальной стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля истец обратилась в Федеральную лабораторию судебной экспертизы. Согласно акту ... стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составила 1083700 руб. 00 коп., величина утраты товарной стоимости, - 86241 руб. 00 коп. Стоимость экспертного исследования – 17500 руб. 00 коп. Кроме того, за хранение послеаварийного автомобиля, его частичную разборку для осмотра экспертами истец понесла убытки в размере 12040 руб. 00 коп. В связи с тем, что ущерб имуществу ФИО1 причинен водителем ААА при исполнении трудовых обязанностей в качестве работника МП ТПАТП № 3, обязанность по возмещению ущерба возлагается на юридическое лицо, работником которого был причинен ущерб. Размер взыскания с ответчика составляет 683 700 руб. 00 коп. (1083 700 руб. 00 коп. (фактический ущерб) – 400 000 руб. 00 коп. (лимит ответственности страховой компании по ОСАГО). 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 15, 1064, 1072 ГК РФ просит взыскать с ответчика разницу между фактическим ущербом и страховой выплатой в размере 683 700 руб. 00 коп., 86241 руб. 00 коп. – утрату товарной стоимости, расходы по проведению осмотра и независимой технической экспертизы автомобиля в размере 17500 руб. 00 коп., расходы по оплате хранения послеаварийного автомобиля и его частичной разборке в размере 12040 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины – 11 195 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 20000, 00 руб., почтовые расходы - 79 руб. 00 коп.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, ее представитель ФИО2 исковые требования поддержал, доводы, изложенные в иске, подтвердил, просил иск удовлетворить в полном объёме.

Представитель ответчика МП ТПАТП № 3 ФИО3 в судебном заседании исковые требования признала частично, дала показания аналогичные доводам, изложенных в письменных возражениях (л.д. 140-142). 

Третье лицо ААА в судебном заседании исковые требования не признал, полагает, что в данном ДТП присутствует и вина водителя Мерседес. Просил суд при принятии решения обратить внимание на показания водителя СДЮ, которая утверждала, что стояла перед перекрестком и ждала разрешающий сигнал. На самом деле в это время горел зеленый свет, это видно из передней камеры, установленной на автобусе. Когда для автобуса загорелся красный свет, для Мерседеса горел зеленый. В это время автобус совершал объезд препятствия. С правой стороны по ходу движения автомобиля Мерседес за перекрестком есть светофор, находящийся напротив магазина Мультибум, установленный для пешеходов. Он не дублирует показания светофора для водителей, и на нем горел красный свет. Руководствуясь этим светом, то есть красным, водитель автомобиля Мерседес стоял, хотя должен был ехать. Время горения зеленого сигнала по ул. Жилина в 2 раза короче, чем красного по ул. Ленинградской. Время горения зеленого сигнала для автомобиля Мерседес заканчивалось, но он стоял, затем для него загорелся красный сигнал, а на светофоре, на который смотрела водитель автомобиля Мерседес, загорелся зеленый сигнал. То есть, когда было запрещено ехать водитель автомобиля Мерседес, руководствуясь не тем светофором, поехала, чем нарушила ПДД и въехала в автобус. Водитель автомобиля Мерседес перепутала светофоры и скорее всего, сориентировалась на светофор для пешеходов.

Третье лицо представитель АО «ГСК «Югория», будучи извещенным о времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, ходатайств об отложении судебного заседания или рассмотрении дела без его участия не поступало.

Стороны не возражали против рассмотрения дела в отсутствии представителя третьего лица АО «ГСК «Югория».

Выслушав стороны, свидетелей, экспертов, изучив видеозаписи, предоставленные сторонами, выслушав специалиста Центра организации дорожного движения г.о. Тольятти, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

В силу ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте положений ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 25.10.2017 года в 09-13 час. в районе 

<

...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Мерседес-Бенс С-класса г/н ... под управлением водителя СДЮ, принадлежащего истцу и автобусом VOLGABUS 5270G2 г/н ... под управлением ААА принадлежащего МП ТПАТП № 3. 

На основании трудового договора ... от ... и дополнительного соглашения к трудовому договору ... от ... ААА работает в МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3» в должности ....

Виновным в данном ДТП был признан водитель ААА, нарушивший п. 6.2 ПДД РФ; постановлением ... привлечен к административной ответственности по ст. 12.12 ч. 1 КоАП РФ.

Данное постановление в сроки и порядке, предусмотренном ст.ст. 30.2, 30.3 КоАП РФ не обжаловано. Вступило в законную силу 08.11.2017 года.

Вместе с тем, ААА в судебном заседании заявил о том, что второй участник ДТП – водитель автомобиля Мерседес СДЮ также виновата в ДТП. Ранее, в рамках административного дела не сообщал о данном факте, так как растерялся, не подумал о последствиях.

В силу ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке судом в их совокупности.

Следовательно, постановление, равно как и иные материалы дела об административном правонарушении, могут быть оценены судом в качестве доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ, с учетом пояснений третьего лица ААА могут быть перепроверены.

Согласно п. 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования ПДД РФ, сигналов светофоров, знаков и разметки.

В соответствии с п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. 

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 6.2 ПДД РФ движение разрешено на зеленый сигнал светофора; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый - запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных п. 6.14 ПДД и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий - разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение.

Статья 12.12 КоАП РФ предусматривает ответственность за проезд на запрещающий сигнал светофора.

Из пояснений данных третьим лицом ААА, следует, что при выезде на перекресток горел зеленый сигнал светофора. Перед перекрестком стоял автомобиль со знаком ремонтных работ, пока он его объезжал, загорелся желтый сигнал светофора, поскольку автобус в это время находился на встречной полосе и уже выехал на перекресток, несмотря на загоревшийся красный, он вынужден был закончить маневр, чтобы не создавать помех для движения другим участникам дорожного движения. 

В протоколе об административном правонарушении от 25.10.2017 года по ст. 12.12 ч. 1 КоАП РФ, ААА был согласен с вменяемым ему правонарушением.

Из пояснений, данных водителем СДЮ, опрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля, следует, что она, выехав на перекресток, двигалась на зеленый сигнал светофора в прямом направлении по .... со скоростью не больше 40 км/ч., автобус, выехавший на перекресток на красный сигнал светофора, не видела, предпринять мер к предотвращению ДТП у нее технической возможности не было. Аналогичные объяснения СДЮ дала в день ДТП инспектору ОБ ДПС ГИБДД У МВД России по .....

По мнению суда, показания СДЮ на разных стадиях разбирательств и в суде непосредственно об обстоятельствах предшествующих ДТП не являются противоречивыми. 

Оснований для критической оценки показаний свидетеля СДЮ не имеется, поскольку она не высказывала суждений, не давала субъективную оценку данным обстоятельствам, ее пояснения носили информационный характер об обстоятельствах предшествующих ДТП. Исходя из положений ст. 69 ГПК РФ вышеуказанный свидетель не относятся к субъектам материально-правовых отношений, и в отличие от сторон по делу не имеет юридической заинтересованности в его исходе.

Кроме того, согласно выводам судебного эксперта в заключении № 15932 от 09.04.2018 года ООО «ЗВЕНТА» максимально возможное значение скорости автомобиля Mercedes Benz при выезде на перекресток могло составлять значение 46 км/ч. В данной дорожной обстановке водитель автобуса располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Mercedes Benz, действуя в соответствии с требованиями п.п. 6.2, 6.13 ПДД РФ, а водитель автомобиля Mercedes Benz не располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автобусом путем своевременного принятия мер к экстренному торможению. Эксперт РНА в судебном заседании подтвердил свои выводы, полученные при проведении автотехнической экспертизы.

Доводы третьего лица ААА относительно того, что водитель автомобиля Мерседес перепутала светофоры и при движении ориентировалась на светофор для пешеходов, опровергнуты показаниями СДЮ и специалистом Центра организации дорожного движения г.о. Тольятти БСВ, который в судебном заседании подробно описал различия светофоров пешеходных и транспортных, схему их расположения и работы на спорном участке дороги, интервалы включения/отключения.

При исследовании записей с камер наблюдения системы ГЛОНАС, установленных в салоне автобуса, также усматривается, что маневр объезда препятствия перед перекрестком ААА начал осуществлять уже на желтый сигнал светофора, запрещающий движение. В соответствии с требованиями предписанными п. 6.13 ПДД при запрещающем сигнале светофора водитель должен остановиться перед стоп-линией. Для водителя автобуса желтый сигнал светофора включился до пересечения им стоп-линии, что подтверждается также и показаниями хронометра. Действуя в соответствии с вышеуказанными требованиями ПДД, водитель автобуса располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Мерседес.

Таким образом, совокупность указанных выше доказательств указывает на то, что водитель автобуса выехал на перекресток при запрещающем красном сигнале светофора, вина водителя ААА в рассматриваемом ДТП достоверно установлена.

В результате данного ДТП транспортное средство истца получило существенные механические повреждения, характер и объём которых описаны в актах осмотра и справке о ДТП.

Автогражданская ответственность истца была застрахована в АО ГСК «Югория» по полису страхования средств автотранспорта № ЕЕЕ ....

ФИО1 обратилась в порядке прямого возмещения убытков в АО ГСК «Югория» с заявлением о страховой выплате. 

17.11.2017 года между истцом и АО ГСК «Югория» было заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО, согласно которому произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 руб. 00 коп.

Согласно акту экспертного исследования ООО «Федеральной лаборатории судебной экспертизы» реальная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом износа составила 1083 700 руб. 00 коп., величина утраты товарной стоимости - 86241 руб. 00 коп.

Таким образом, в связи с тем, что ущерб имуществу ФИО1 был причинен водителем ААА, при исполнении им своих трудовых обязанностей, обязанность по возмещению ущерба возлагается на юридическое лицо, работником которого был причинен ущерб, то есть на МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3». 

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ истец в адрес ответчика 09.01.2018 года направил претензию о возмещении ущерба, претензия получена ответчиком 11.01.2018 года, однако ответ на претензию не дан, оплата не произведена, в связи с чем, истец обратилась в суд с данным иском.

В ходе рассмотрения дела в связи с несогласием ответчика со стоимостью восстановительного ремонта, рассчитанного досудебной экспертизой, предоставленной истцом, по ходатайству ответчика была назначена судебная автотехническая экспертиза. 

Согласно заключению судебного эксперта ООО «ЗВЕНТА» № 15932 от 19.04.2018 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля Mercedes Benz, с учетом износа составляет 1 055 200 руб. 00 коп., УТС, - 87466 руб. 08 коп.

С данным расчетом ответчик также не согласился, сославшись на заключение № 018/17-48-03657, предоставленное АО «ГСК «Югория» на основании которого производилась страховая выплата истцу.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Суд, изучив экспертные заключения, в совокупности с другими доказательствами по делу по правилам ст. 67 ГПК РФ, выслушав экспертов, при принятии решения о размере взыскания, принимает за основу судебное экспертное заключение ООО «ЗВЕНТА». Оснований не доверять указанному заключению, не имеется, судебный эксперт обладает специальными познаниями в исследуемой области, имеет стаж экспертной деятельности, не является лицом, заинтересованным в исходе дела; эксперт САС обосновал свои выводы, мотивированно и полно ответил на все вопросы сторон и суда по произведенным расчетам. 

Суд признает указанное заключение допустимым и относимым доказательством. По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Таким образом размер взыскания составляет 655 200 руб. 00 коп. исходя из следующего расчета (1055 200 руб. 00 коп. (фактический ущерб) – 400 000 руб. 00 коп. (лимит ответственности страховой компании по ОСАГО). 

Величина УТС, которая относится к реальному ущербу, также подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, поскольку утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости поврежденного в ДТП транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного вида автомобиля (внешнего вида) и его эксплуатационных качеств из-за снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов, механизмов и т.д. автомобиля и его последующего ремонта. Утрата товарной стоимости автомобиля относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей, поскольку уменьшение потребительской стоимости поврежденного в ДТП автомобиля нарушает права владельца транспортного средства.

Истцом заявлено требование о взыскании УТС в размере 86241 руб. 00 коп., согласно судебной экспертизы, которая положена в основу решения размер УТС составляет – 87466 руб. 08 коп.; истцом в данной части исковые требования не уточнялись.

В ч. 3 ст. 196 ГПК РФ предусмотрено, что суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, прямо предусмотренных федеральным законом.

Учитывая существо и основания заявленных требований, принимая во внимание, что в результате рассмотрения дела по правилам суда первой инстанции истец заявленные требования в части взыскания УТС не уточнил и не изменил, исковые требования о взыскании с ответчика заявлены в размере 86241 руб. 00 коп., у суда не имеется законных оснований для выхода за рамки заявленных исковых требований в части увеличения размера УТС и с ответчика в пользу истца подлежит взысканию УТС в заявленном истцом размере, -86 241 руб. 00 коп.

Подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании с ответчика расходов по проведению осмотра и независимой технической экспертизы автомобиля в размере 17 500 руб. 00 коп., расходов по оплате хранения послеаварийного автомобиля и его частичной разборке в размере 12 040 руб. 00 коп., расходов по оплате почтового отправления претензии в сумме 79 руб. 00 коп., поскольку данные расходы являлись необходимыми и находятся в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, в силу требований ст. 15 ГК РФ должны быть возмещены истцу в полном объёме.

Истцом заявлены требования о взыскании судебных издержек.

Из ст. 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи ее со ст. 19 (часть 1), закрепляющей равенство всех перед законом и судом, следует, что конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями.

В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, ГПК РФ предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов.

Согласно п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования, в связи с чем, управомоченной на возмещение таких расходов будет являться сторона, в пользу которой состоялось решение суда.

Материалами дела подтверждается, что в связи с рассмотрением настоящего дела истец понесла расходы по оплате государственной пошлины в размере 11195 руб. 00 коп.

Поскольку заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворены частично, истец имеет право на возмещение понесенных ее судебных расходов по оплате госпошлины пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 10911 руб. 00 коп. 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Материалами дела подтверждается, что процессуальные интересы ФИО1 в ходе рассмотрения дела представлял ФИО2, действовавший на основании доверенности № ....9 от 24.11.2017 года, сроком действия 3 года.

Согласно ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными.

При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст.ст. 1, 421, 432, 779, 781 ГК РФ).

Правовую основу деятельности представителя составило соглашение об оказании юридической помощи № 0137 от 22.01.2018 года.

На основании указанного соглашения истец уплатила 20 000 руб. 00 коп.

При определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены. Однако ни материально-правовой статус юридического представителя (адвокат, консультант и т.п.), ни согласованный доверителем и поверенным размер вознаграждения определяющего правового значения при разрешении вопроса о возмещении понесенных участником процесса судебных расходов не имеют.

В свою очередь, закрепляя правило о возмещении стороне понесенных расходов на оплату услуг представителя, процессуальный закон исходит из разумности таких расходов (ст. 100 ГПК РФ).

В рассматриваемом правовом контексте разумность является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 21.12.2004 года № 454-0 и применимой к гражданскому процессу, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (часть 3) Конституции РФ.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. 

При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, категории дела, объема и сложности выполненной представителем работы, продолжительности рассмотрения дела, занятости представителя в судебных заседаниях по делу, суд считает, что с ответчика в пользу истца в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя подлежит взысканию 10 000 руб. 00 коп., полагая, что размер взысканных расходов является разумным и баланс прав и обязанностей сторон не нарушает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, – удовлетворить частично.

Взыскать с МП «Тольяттинское пассажирское автотранспортное предприятие № 3» в пользу ФИО1 стоимость восстановительного ремонта в размере 655 200 руб. 00 коп., УТС – 86241 руб. 00 коп., расходы по оплате экспертного заключения -17 500 руб. 00 коп., расходы по хранению послеаварийного автомобиля и частичной разборке – 12040 руб. 00 коп., почтовые расходы - 79 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере - 10 000 руб. 00 коп., расходы по оплате госпошлины – 10911 руб. 00 коп.

Мотивированное решение суда изготовлено 01.06.2018 года.

Судья А.В. Винтер