№2-1729/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 июля 2021 года г.Оренбург

Центральный районный суд г.Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Крыгиной Е.В. 

при секретаре Федуловой Т.С., 

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, действующей на основании ордера 

ответчика ФИО3, ее представителя ФИО5, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 указав в его обоснование, что она является племянницей ФИО6, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которая при жизни завещала на случай своей смерти все принадлежащее ей имущество ей, в том числе 

<

адрес>, о чем было составлено завещание ДД.ММ.ГГГГ. 

После смерти ФИО6 при обращении к нотариусу ей стало известно, что тетя составила новое завещание от 14.08.2015 года, которым все свое имущество завещала постороннему лицу ФИО3 

В настоящее время нотариусом ФИО8 заведено наследственное дело после смерти ФИО6 и ФИО3 заявила права о принятии наследства как наследник по завещанию.

Ссылаясь на то, что ФИО6 являлась инвалидом второй группы, и начиная с 2015 года и до последних дней ее психическое состояние ухудшалось, в связи с наличием психического заболевания, в связи с чем в момент составления завещания она не понимала характер совершения своих действий, не могла ими руководить, в силу имеющихся заболеваний, просила суд признать завещание составленное ФИО6 в пользу ФИО3 от 14.08.2015 года недействительным. 

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора привлечена ФИО15

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении требований о признании составленного завещания ФИО6 от 15.08.2015 года недействительным настаивала, пояснив, что состояние ФИО6 с 2015 года ухудшалось в виду имеющихся заболеваний, последняя страдала гипертонической болезнью, кроме этого у последний наблюдались постоянные перепады настроения, она была агрессивной ко всем, в том числе и к окружающим ее лицам. Результаты судебной экспертизы просила не принимать во внимание, поскольку выводы основаны в том числе на содержании писем составленных ФИО6, однако нет доказательств и уверенности что данные письма написаны именно ФИО6, а не другим лицом. Кроме того, просили принять во внимание, что по факту наступления смерти не было произведено вскрытие, которое могло бы повлиять на установление причины смерти, как и на результаты экспертизы. Просила суд заявленные исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании также настаивала на удовлетворении заявленных требований, при этом просила критически относится к результатам судебной экспертизы, поскольку экспертное заключение основано на медицинской документации, в которой находится недостаточно сведений о состоянии здоровья ФИО6 Полагает, что факт того, что в момент составления завещания ФИО6 в силу возраста, эмоционального состояния, а также ввиду иных обстяотельств, связанных с приемом лекарственных препаратов и алкоголя не понимала значения своих действий и не могла руководить ими.

ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала пояснив что за ФИО6 она осуществляла уход более 6 лет до смерти и как в момент составления завещания, так и в дальнейшем ФИО6 понимала значение своих действий и могла руководить ими, какими – либо заболеваниями, способными повлиять не ее волеизъявление не страдала, алкогольными напитками не злоупотребляла, какие - либо лекарственные препараты способные оказать влияние на психику не принимала. Просила суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании просила в иске отказать, поскольку каких-либо доказательств тому, что ФИО6 на момент составления завещания 14.08.2015 года не отдавала отчет своим действиям не представлено, напротив результатами судебной экспертизы данное утверждение опровергнуто. Ссылаясь на то, что порок воли при составлении завещания отсутствовал, просила суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Привлеченная к участию в дело в качестве третьего лица ФИО15, нотариус ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащем образом. 

Суд, с учетом мнения участников процесса, определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Заслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к следующему.

Статьей 1111 ГК РФ установлено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных данным кодексом.

В силу ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Положениями ст. 1118 ГК РФ предусмотрено, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

При нарушении положений указанного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (пп. 1, 2 ст. 1131 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Исходя из анализа приведенных положений законодательства, когда неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует, юридически значимыми обстоятельствами в рассматриваемом случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

При этом недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания (пункт 5 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умерла, о чем сделана актовая запись о смерти №

На случай своей смерти ФИО6 составила завещание от 14.08.2015 года, удостоверенное нотариусом ФИО9, согласно которому ФИО6 завещала все свое имущество, в чем бы оно не заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе квартиру по адресу 

<

адрес> ФИО17 (после регистрации брака ФИО3) В.Ф. ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

При этом ранее составленное завещание от ДД.ММ.ГГГГ за №, удостоверенное нотариусом ФИО9, которым завещала все свое имущество, в том числе принадлежащую ей квартиру, ФИО1 отменила. 

Согласно наследственному делу заведенному нотариусом ФИО16 после смерти ФИО6, с заявлением о вступлении в права наследования по завещанию обратилась ФИО3, а также ФИО1 на основании ранее составленного завещания от 06.10.2014 года. 

С учетом вышеуказанных положений закона, а также того, обстоятельства, что ФИО6 ранее составленное завещание от 06.10.2014 года в пользу ФИО1 отменено, то последняя имеет правовой интерес в оспаривании завещания от 14.08.2015 года, поскольку его признание недействительным повлечет за собой возникновение у нее права на наследственное имущество, открывшееся после смерти ФИО6

В соответствии со ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указывает на то обстоятельство, что начиная с 2015 года состояние ФИО6 заметно ухудшалось, что выражалось в резких перепадах настроения, внезапной агрессии к окружающим, подозрительности, жаловалась на проблемы с памятью, появления апатии, появления непоследовательности в своих действиях, кроме того, последняя являлась инвалидом второй группы бессрочно в связи с комплексом соматической патологии, наличии гипертонической болезни, атеросклероза, в связи с чем последняя при составлении завещания 14.08.2015 года не могла осознавать значение своих действий и руководить ими, и с учетом положений статьи 177 ГК РФ просила признать завещание от 14.08.2015 года составленное в пользу ФИО3 недействительным. 

Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 суду пояснила, что с ФИО6 она была знакома более 40 лет, так как они являются соседями. Ранее они общались часто как соседи, но после 2018 года она более не приходила. ФИО6 была с характером трудным, очень эмоциональная. ФИО6 предлагала ей за ней ухаживать и говорила, что завещает квартиру, но она отказалась. В 2015-2016 году она видела с ней ФИО3, и ФИО6 сказала, что эта женщина будет за ней ухаживать то отдаст ФИО7 квартиру, так как племянница отказалась помогать ей. Племянницу она никогда не видела, ФИО6 говорила, что они в ссоре. ФИО4 она видела вплоть до самой смерти и она понимала значение своих действий, самостоятельно набирала номер телефона, всех узнавал. 

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что с ФИО6 они знакомы как соседи с 1972 года, общались как соседи до самой смерти, ранее она была председателем ЖСК. ФИО6 всегда производила впечатление нормального адекватного человека. В 2015 году состояние ФИО4 также было нормальным, в период 2014-2017 года ее психическое состояние не менялось, она ориентировалась в пространстве и во времени.

Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 пояснила, что за ФИО6 она как социальный работник ухаживала в период с 2015 по 2018 года, ФИО4 проживала одна, она к ней приходила 2 раза в неделю, спиртными напитками ФИО6 не злоупотребляла, ее узнавала, о своей жизни особо не рассказывала, после 2018 года ее перевели на другую должность и прикрепили за ФИО6 другого социального работника. В 2015 году ФИО6 значение своих действий понимала, в пространстве ориентировалась, говорила ей что хочет составить завещание в пользу ФИО7. 

Свидетель ФИО12 пояснила, что с ФИО6 они знакомы с 2008 года виделись ранее при посещении церкви, с 2017 года она перестала посещать церковь из –за болезни ног, не могла стоять, и приглашала батюшку на исповедь. Ранее приезжала в церковь на такси. По характеру была любезная, тактичная, рассудительная, была полная, ноги были опухшие. Про ФИО7 ей было известно, что последняя ухаживает за ней, со слов ФИО4 последняя не общалась. 

Опрошенная в качестве свидетеля ФИО13 пояснила, что ФИО6 ей известна с сентября 2020 года до момента смерти, до этого времени они знакомы не были. По состоянию на 2020 год ее состояние было нормальным.

Свидетель ФИО19 пояснила суду, что с ФИО6 знакома, поскольку ее дочь проживает в 

<

адрес>. ФИО6 видела в октябре или ноябре 2014 года и она была очень агрессивным, не сдержанным человеком, не воспринимала критику, сама изготавливала самогон и его же употребляла, могла позвонить среди ночи и кричать. Алкоголь употребляла немного, по 2 рюмки, но практически ежедневно, запоев не было. ФИО4 помнила все события, значение денег понимала, по характеру была жестокой. 

Свидетель ФИО14 пояснила, что доводится ФИО4 крестницей, раньше виделись постоянно, с 2015 года стали видеться реже, всегда всех узнавала. Характер был жестокий, завистливый, не принимала чужое мнение. В 2016 году виделись 1-2 раза, изменилось ли состояние пояснить не может, но ей известно что ФИО4 изготавливала самогон и его употребляла одну рюмочку для здоровья как таблетку от давления, но была всегда агрессивной. 

Согласно сведениям, поступившим из 

<

адрес> психоневрологического диспансера ФИО6 умершая ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ООКПБ № не наблюдалась.

Согласно поступившему ответу № по 

<

адрес>» ФИО6 являлась инвалидом второй группы, бессрочно, причина инвалидности – «общее заболевание». Последнее медицинское освидетельствование ДД.ММ.ГГГГ году. Диагноз: № 

Из амбулаторной карты № №» г.Оребурга следует, что ФИО6 дала свое согласие 13.11.2014 года на прикрепление ее к указанному учреждению, затем обращалась в начале 2015 года к врачу- терапевту, прошла ряд общих обследований, самостоятельно подписала бланк информирования согласия на медицинское вмешательство от 19.02.2015 года, с установлением диагноза гипертоническая болезнь 3 ст., ишемической болезнь сердца в 2015 году. Затем неоднократно, практически ежегодно обращалась в поликлинику, где проходила флюорографию, сдавала общие анализы (кровь, мочу), и каких-либо иных диагнозов, в том числе психические заболевания, чем ранее были указаны при прохождении медицинского освидетельствования в 2008 году при установлении инвалидности медицинская документация не содержит. 

ФИО3, возражая относительно заявленных требований указывала на то обстоятельство, что до момента самой смерти ФИО4 понимала значение своих действий и могла руководить ими, завещание составила в силу личного волеизъявления, поскольку ее родственники отказались ухаживать, а супруга и детей у ФИО6 не имелось.

В соответствии с абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

В рамках рассмотрения дела с целью установления юридически значимых обстоятельств определением Центрального районного суда г.Оренбурга по делу была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено №

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО6 индивидуально-психологических особенностей, которые оказали существенное влияние на смысловое восприятие, оценку существа сделки и которые привели к формированию у нее заблуждения относительно существа или природы сделки, не выявлено. ФИО6 по своему состоянию здоровья (в том числе по своему психическому, психологическому состоянию) на период составления завещания от 14.08.2015 года могла понимать значение своих действий и руководить ими. При этом эксперты отмечают, что ссылки истца на наличие у ФИО6 существенного ухудшения ее психического состояния с начала 2015 года (обуславливающего ее неспособность понимать значение своих действий и руководить ими) не подтверждены фактически. Описанные ею разрозненные симптомы психических нарушений (эмоциональная неустойчивость, снижение памяти) также не соответствуют клинической картине какого-либо определенного психического расстройства и не могут быть приняты во внимание при формулировании диагностических выводов. Напротив в момент составления завещания 14.08.2015 года у ФИО6 отсутствовали какие-либо психические расстройства, которые лишали бы ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку у нее не описывалось каких-либо существенных диагностически значимых нарушений психических функций, которые дезадаптировали бы ее, напротив она сохраняла целенаправленность поведения, существовала независимо, при ухудшении состояния физического здоровья организовала уход за собой, самостоятельно обращалась за медицинской помощью, активно и лично участвовала в оформлении оспариваемого документа, с собственным волеизъявлением, сообщала об этом иным лицам, что отражено в пояснениях свидетелей, каких –либо индивидуально- психологических особенностей, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку при составлении заключения и формирования у ФИО6 заблуждения не выявлено. 

При проведении судебной экспертизы комиссией экспертов исследовалась медицинская документация ФИО6 за спорный период, а также были приняты во внимание как пояснения свидетелей опрошенных при рассмотрении дела, так и пояснения сторон. 

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, суду не представлено, ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы не поступило. Заключение экспертов основано на собранных судом доказательствах, в том числе медицинских документах и в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, медицинских документов, сделанные в результате выводы и обоснованный ответ на поставленный вопрос. Оснований не доверять выводам экспертизы у суда не имеется, при этом эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и не заинтересованы в исходе дела. 

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы суду не представлено. Выводы, сделанные экспертами при производстве экспертизы согласуются с иными доказательствами, добытыми по делу.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, в том числе пояснения свидетелей и выводы, изложенные в экспертном заключении, которые полностью согласуются с иными доказательствами по делу, суд приходит к выводу о том, что в рамках рассмотрения дела каких – либо относимых и допустимых доказательств тому, что на момент составления завещания 14.08.2015 года на имя ФИО3 (до регистрации брака ФИО18) В.Ф. ФИО6 находилась в таком состоянии, что не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем сделка совершена с пороком воли, суду не представлено.

Какого – либо психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания (14.08.2015 год), которое могло бы нарушить интеллектуальный или волевой уровень наследодателя у ФИО6 не имелось, напротив и ее последующие действия, в том числе составление завещательных распоряжений в 2018 году, 2017 и 2019 году в различных кредитных организациях подтверждают волеизъявление ФИО6 распорядиться всем принадлежащим ей имуществом на случай свой смерти, завещав их конкретному лицу. 

При таких обстоятельствах, поскольку объективных данных, свидетельствующих о том, что у ФИО6 умершей ДД.ММ.ГГГГ в момент составления завещания от 14.08.2015 года имел место порок воли и она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, в виду наличия психического заболевания, а ее волеизъявление не соответствовало действительным намерениям в рамках рассмотрения спора суду не представлено, в удовлетворении заявленных требований о признании завещания недействительным суд отказывает.

Также в рамках рассмотрения спора определением суда от 02.04.2021 года по ходатайству истца были приняты меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на квартиру № в доме 

<

адрес>, запрете совершать регистрационные действия, а также запрете нотариусу, в производстве которого находится наследственное дело осуществлять выдачу свидетельств о праве на наследство, открывшееся после смерти ФИО6

В силу п.3 ст.144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

При таких обстоятельствах, поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано, меры по обеспечению иска принятые определением Центрального суда г.Оренбурга от 02.04.2021 года отменить.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 223-237 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании завещания составленного ФИО4 15.08.2015 года недействительным – отказать в полном объеме. 

Меры по обеспечению иска наложенные определение Центрального районного суда г.Оренбурга от 02.04.2021 года в виде наложения арест на квартиру № расположенную в 

<

адрес> кадастровый №, запрете Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области совершать действия по государственной регистрации прав и перехода прав в отношении квартиры № расположенную в 

<

адрес> и запрете нотариусу, в производстве которого находится наследственное дело, заведенное после смерти ФИО4 умершей ДД.ММ.ГГГГ выдачу свидетельств о праве на наследство лицам, обратившимся с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти ФИО4 - отменить.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию Оренбургского областного суда через Центральный суд г.Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Е.В. Крыгина

В окончательной форме решение принято 02 августа 2021 года