Дело № 2-1/2017 31 марта 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Приморский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Е.А. Лощевской 

при секретаре Аксеновой Н.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске в помещении Приморского районного суда Архангельской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об установлении границы земельного участка, признании недействительным межевого плана земельного участка с кадастровым № от 23.06.2016,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 об установлении границы земельного участка. В обоснование требований указал, что по договору дарения от 15.12.1989 г. им получен жилой дом по адресу: 

<

адрес>. В соответствии с решением общего собрания колхозников колхоза «Организатор» от 17.11.1989 за ним сохранен земельный участок под 1/2 частью указанного дома, в связи с оформлением дарственной на 1/2 долю на дом от матери Г. 18.06.2013 им проведено межевание земельного участка по вышеуказанному адресу. Акт согласования был подписан всеми собственниками смежных участков, за исключением ответчика, которая в согласовании отказала. Просит установить границы земельного участка между смежными землепользователями согласно межевому плану от 18.06.2013.

В ходе судебного разбирательства сторона истца уточнила исковые требования и дополнительно просил суд признать недействительным межевой план земельного участка с кадастровым № от 23 июня 2016 г, установить границу между земельным участком истца и ответчика по координатам поворотных точек смежной границы с т1 по т7, согласно заключению эксперта, выполненному по определению суда по настоящему делу. 

В судебное заседание 31 марта 2017 г. истец, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился.

Представитель истца ФИО1 – ФИО4, участвующая в деле на основании доверенности, в обоснование требований указала, что в результате межевания земельного участка ФИО2, проведенного 23 июня 2016 г. кадастровым инженером ФИО3, неправильно определена граница участка, в результате чего происходит частичное наложение на участок ФИО1, хозяйственные постройки ФИО1 частично оказываются расположенными на земельном участке ФИО2. По мнению истца, указанное наложение образовалось ввиду того, что при межевании не были учтены границы фактического землепользования, сложившиеся более 15 лет назад. Указывает, что с 1972 года между участками существовала межа в виде тропы шириной около 90 см., постройки со стороны истца и ответчика были вдоль межи, сейчас эта межа полностью перешла на земельный участок ответчика, правильно будет, если граница земельных участков будет проходить посредине межи. При проведении кадастровых работ по заявлению ФИО2, кадастровым инженером ФИО3 не была согласована граница со смежным землепользователем ФИО1, в результате чего были нарушены его права как землепользователя, т.к. произошло наложение участка ответчика на участок истца. 

Ответчик ФИО2 указала, что межевой план в июне 2016 г. был составлен на основании ее правоустанавливающих документов, согласовывали границы с другими соседями, с Горбуновым не согласовывали, границы его участка определялись по документам. 

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5, участвующая в деле на основании устного ходатайства, с исковыми требованиями не согласилась. В обоснование возражений указала, что в результате межевания, проведенного по заявлению ФИО2, права истца не нарушены, т.к. граница, установленная межевым планом от 23.06.2016 г. сдвинута относительно границы, установленной правоустанавливающим документом, вглубь земельного участка ответчика, что не может затронуть права истца. Полагает, что правовые основания для согласования смежной границы земельного участка с ФИО1 при проведении межевания в июне 2016 г. отсутствовали, т.к. ФИО1 владел земельным участком без каких-либо закрепленных прав, кроме этого, земельный участок не был сформирован и поставлен на кадастровый учет. Устанавливать границу по точкам, указанным в заключении экспертизы, нет оснований, т.к местоположение границы определено экспертом по нахождению построек на земельных участках, при этом, давность нахождения построек экспертом не устанавливалась и не учитывалась, тогда как граница земельного участка ФИО2 при межевании в 2016 г. установлена по правоустанавливающим документам. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании 07 октября 2016 года пояснила, что с исковыми требованиями не согласна, полагает, что согласования смежной границы земельного участка с ФИО1 не требовалось, т.к. у него нет правоустанавливающих документов на земельный участок, а факт нахождения в собственности части дома не является основанием для согласования границы земельного участка. 

В судебное заседание 31 марта 2017 г. ответчик ФИО3, надлежаще извещенная о времени и месте судебного заседания, не явилась, ходатайств об отложении рассмотрения дела не представила. 

Третье лицо - администрация муниципального образования «Приморский муниципальный район» о времени и месте судебного заседания извещена (расписка в получении повестки), в судебное заседание не явилась, мнения по иску не представила. 

С учетом мнения участников процесса, в силу ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено при данной явке. 

Выслушав участников процесса, свидетелей, пояснение эксперта, исследовав письменные материалы дела, оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к следующему:

ФИО1 является собственником 1/2 доли в праве на жилой дом, расположенный по адресу 

<

адрес>.

Решением Приморского районного суда Архангельской области от 30.06.2016 за ФИО1 признано право собственности на земельный участок площадью 400 кв. м. расположенный по адресу: 

<

адрес>. Основанием для признания права собственности на земельный участок являлось фактическое принятие наследства ФИО1 после смерти матери - Г.. умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Регистрация права собственности истца на указанный земельный участок до настоящего времени не произведена, сведения в государственный кадастр недвижимости не внесены.

ФИО2 является собственником 1/2 доли в праве на жилой дом, расположенный по адресу 

<

адрес>, а также земельного участка с кадастровым №, площадью 830 кв. м., расположенного по этому же адресу. Сведения о земельном участке внесены в государственный кадастр недвижимости. 

Основанием для приобретения права собственности ответчика на часть дома и земельный участок являлся договор купли продажи от 29 декабря 1998 года, заключенный между К. и ФИО2, согласно которому ФИО2 купила у К. земельный участок размером 830 кв. м. с расположенным на нем 1/2 долей жилого дома 

<

адрес>.

На основании договора купли-продажи ФИО2 10 февраля 1999 г. выдано свидетельство 

<

серия> № (кад. №) о праве собственности на земельный участок общей площадью 0,0830 га, расположенный по адресу 

<

адрес> (1/2), приложением к свидетельству является план на земельный участок, передаваемый в собственность. 

Земельные участки ФИО1 и ФИО2 являются смежными.

В июне 2013 года ФИО1 обратился к кадастровому инженеру П.С.И., которая подготовила межевой план земельного участка, однако, собственник смежного земельного участка с кадастровым № ФИО2 отказалась согласовывать проектную границу участка, в связи с чем, в феврале 2016 г. ФИО1 обратился в суд с настоящим иском. 

В период рассмотрения дела, в июне 2016 г. ФИО2 обратилась к кадастровому инженеру ФИО3, которая подготовила межевой план земельного участка с кадастровым №, принадлежащего ФИО2

В уточнении требований истец просит признать незаконным проведенное ответчиком в июне 2016 г. межевание, указывает на нарушение ФИО2 его прав при установлении границы земельного участка, т.к. граница проходит по его постройкам, просит установить границу между земельным участком истца и ответчика по координатам поворотных точек смежной границы с т1 по т7, согласно заключению эксперта, выполненному по определению суда по настоящему делу. 

Ответчик с данными требованиями не согласна, полагает, что граница должна быть установлена по межевому плану, подготовленному ФИО3 23.06.2016 г. 

В соответствии с ч. 1, ч. 3 ст. 39 Федерального закона "О государственном кадастре недвижимости" местоположение границ земельных участков подлежит в установленном данным Федеральным законом порядке обязательному согласованию с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности, пожизненного наследуемого владения, постоянного (бессрочного) пользования или аренды, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в государственный кадастр недвижимости.

Результат согласования местоположения границ оформляется кадастровым инженером в форме акта согласования местоположения границ на обороте листа графической части межевого плана (часть 1 статьи 40 названного Федерального закона).

Споры, не урегулированные в результате согласования местоположения границ, после оформления акта согласования границ разрешаются в судебном порядке ( ст. 64 ЗК РФ).

Отсутствие подписи смежного землепользователя в акте согласования границ при проведении кадастровых работ является основанием для признания результатов межевания недействительными только в случае нарушения прав и законных интересов смежного землепользователя.

В связи с тем, что судебной защите в силу ст. 11 ГК РФ и ст. 3 ГПК РФ подлежит только нарушенное право, необходимо определять, в какой мере установление границ земельного участка ответчика при проведении кадастровых работ без соответствующего согласования могло нарушить права и законные интересы истца.

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 60 Земельного кодекса РФ действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ч. 3 ст. 6 Земельного кодекса РФ, земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

В судебном заседании установлено, что право собственности ФИО1 на земельный участок площадью 400 кв. м. расположенный по адресу: 

<

адрес>, признано решением суда по делу № от 30 июня 2016 г. Основанием для признания права собственности на земельный участок площадью 400 кв. м. явилась запись в похозяйственной книге о том, что в личном пользовании хозяйства, главой которого являлась мать ФИО1–Г. находилась земля 0,04 га, в том числе 0,01 га под постройками.

Из оспариваемого межевого плана видно, что работы по уточнению местоположения границ и площади межевого плана земельного участка ответчика производились 23 июня 2016 г., решение суда о признании права собственности истца на земельный участок вступило в законную силу 06 августа 2016 года. Из указанного следует, что на момент проведения работ по межеванию земельного участка ответчика, истец не обладал на каком-либо законном праве, предусмотренном ст. 39 Федерального закона от 24 июля 2007 года N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" земельным участком в тех границах, на которые он претендует, оспаривая межевой план ответчика. 

Кроме того, судом установлено, что сведения о земельном участке истца в государственный кадастр недвижимости на момент проведения межевания ответчиком и до настоящего времени не внесены.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что при проведении межевых работ по уточнению границ земельного участка ответчика, оснований для согласования границы со смежным землепользователем ФИО1 не имелось. 

Принимая во внимание, что межевание проводилось в период рассмотрения спора об установлении смежной границы в суде, судом проверен факт нарушения прав истца при определении границ земельного участка ответчика, установленной межевым планом от 23 июня 2016 г. 

Истец утверждает, что при межевании ответчиком не учтены границы землепользования, существующие на местности пятнадцать и более лет, в результате чего граница земельного участка ответчика двух местах проходит по постройкам истца. 

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

По смыслу статей 4, 45, 46, 47, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания лежит на сторонах, заявляющих требования относительно предмета спора. Стороны доказывают не только те обстоятельства, на которые ссылаются, но и те, которые в их интересах должны быть установлены судом по конкретной категории дел.

В Постановлении Европейского суда по правам человека от 26 июля 2007 года по делу "М. против Российской Федерации" указано, что "бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том кто его отрицает".

В нарушении указанных норм истцом не представлено доказательств тому, что граница существовала на местности по постройкам истца пятнадцать и более лет.

Сторона ответчика, не отрицая, что указанные постройки находились на земельном участке истца, указывает, что истец каждый год сдвигал указанные постройки в сторону земельного участка ответчика, в результате чего они заняли большую часть тропы, находящейся на земельном участке ответчика. 

Сторона истца опровергает указанное, однако доказательств своему утверждению не приводит, хотя, исходя их требований норм о предоставлении доказательств, именно сторона истца должна доказать факт нахождения границы земельного участка более пятнадцати лет по имеющимся в настоящее время постройкам.

Из пояснений свидетелей следует, что между земельными участками сторон проходила межа виде тропы, которая в последующем была заужена – с 90 см. до 50 см. постройками, однако пояснения по поводу того, кто именно из сторон производил новые постройки и давности нахождения построек на земельных участках, являются противоречивыми, 

Учитывая, что свидетель Свидетель №1 является супругой истца, свидетель Свидетель №2 является супругом ответчика, суд критически относится к их показаниям, т.к. оба свидетеля заинтересованы в исходе дела. Ходатайство истца о вызове иных свидетелей были удовлетворены судом, однако их явку в судебное заседание истец самостоятельно не обеспечил, адреса для вызова судебной повесткой не предоставил. 

Таким образом, показания свидетелей в данной части противоречивы, достоверно не доказывают факт прохождения границы земельных участков по имеющимся более пятнадцати лет на местности постройкам - дровянику, теплицам, компостной яме. 

Материалы технического паспорта составленного в 2009 году на жилой дом, также не содержат доказательств нахождения указанных построек на земельном участке.

На отсутствие каких-либо определенных границ земельного участка истца, существующих более пятнадцати лет, также указывает то, что в 2013 году ФИО1 заказывает кадастровые работы в связи с образованием земельного участка из земель, находящихся в муниципальной собственности, площадь отмежеванного участка составляет 507 кв. м.. Кроме этого, в материалах гражданского дела № по иску ФИО1 о признании права собственности на земельный участок, содержится заявление ФИО1 от 14 апреля 2016 г., адресованное в администрацию МО «Катунинское» о предоставлении ему в собственность земельного участка площадью 0,0100 га под жилым домом 

<

адрес>.

Перечисленные действия истца направлены на формирование нового земельного участка, что свидетельствует об отсутствии фактически сложившихся границ земельного участка истца на момент проведения кадастровых работ ответчиком ФИО2 

Правоустанавливающих документов и доказательств расположения общей фактической границы на местности более 15 лет, из которых бы следовало, что участок истца изначально находился в тех границах, которые по его мнению определены постройками (дровяник, теплицы, компостная яма) истцом не представлено. 

С учетом изложенного, суд полагает, что истцом не представлено доказательств тому, что принадлежащий ему земельный участок имеет определенные границы, при этом граница, смежная с земельным участком ответчика, существует на местности пятнадцать и более лет.

Межевание земельного участка ответчика, в свою очередь проведено в соответствии с требованиями действующего законодательства. 

В силу ч. 8 ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ (ред. от 03.07.2016) «О государственной регистрации недвижимости» (с изм. и доп., вступ. в силу с 02.01.2017), (далее Закон №218-ФЗ) местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

На дату межевания земельного участка с кадастровым №, действовал Федеральный закон от 24 июля 2007 года N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" в редакции до 1 января 2017 года.

В соответствии с пунктами 7, 9 ст. 38 указанного Закона при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае если указанные в настоящей части документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Указанные требования закона закреплены в нормах статьи 22 (пункты 3, 7, 10) Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", введенных с 1 января 2017 года.

Из пояснений стороны ответчиков в судебном заседании, материалов межевого дела, составленного кадастровым инженером ФИО3,, следует, что межевание земельного участка ответчика произведено на основании правоустанавливающих документов - свидетельства о праве собственности и плана, являющегося приложением к нему, кадастровых выписок о земельном участке, при этом, площадь земельного участка ФИО2, соответствует площади, указанной в правоустанавливающих документах, конфигурация линий также соблюдена. 

Более того, как усматривается из исследовательской и графической частей заключения эксперта ООО «Арземкадастр», проведенной по определению суда землеустроительной экспертизы и пояснений эксперта Г. в судебном заседании, следует, что межевая линия между земельными участками истца и ответчика сформированная в рамках межевого дела в июне 2016 года по сравнению с границей, установленной правоустанавливающими документами, фактически отодвинута вглубь земельного участка ответчика. 

Довод представителя истца о том, что решением суда от 30 июня 2016 г. по делу № произведено лишь юридическое закрепление прав ФИО6 на земельный участок, фактически указанным участком пользовалась мать истца, а после ее смерти он, судом отклоняется, т.к. доказательств тому, что мать истца пользовалась земельным участком в границах, определенных существующими постройками, не имеется. 

При отсутствии доказательств о нарушении прав и законных интересов истца оспариваемым межеванием, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований о признании недействительным межевого плана земельного участка с кадастровым № от 23.06.2016.

Требования истца об установлении смежной границы земельных участков истца и ответчика по точкам, определенным экспертным учреждением, не подлежат удовлетворению на основании следующего:

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных познаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Определением суда от 20 октября 2016 г. по ходатайству истца по делу назначена землеустроительная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Архземкадастр», перед экспертом поставлен вопрос об установлении местоположения границы между земельным участком сторон.

Согласно выводам эксперта, граница между указанными земельными участками определена по точкам 1-7, приведено описание местоположения границы. Указанная граница сформирована с учетом сведений, содержащихся в ГКН (с 01.01.2017 ЕГРН), сведений, содержащихся в приложении к свидетельству на право собственности на землю от 19 февраля 1999 г 

<

серия> №, а также с учетом построек, находящихся на указанных земельных участках. 

Допрошенная в судебном заседании эксперт Г. пояснила, что уточненные границы земельного участка ответчика указанные в межевом плане 2016 г. практически совпадают с границами в правоустанавливающих документах, однако, при определении границы в ходе проведения землеустроительной экспертизы, она определила ее по точкам 1-7, основываясь на имеющиеся на земельных участках постройках, в связи с чем изменилась конфигурация линии - образовался ее изгиб. Эксперт также пояснила, что определяя границу по существующим постройкам, она не проверяла и не учитывала давность их нахождения на местности.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Согласно части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ заключение судебной экспертизы является одним из доказательств по делу. Суд может не принять выводы эксперта в том случае, если заключение явно находится в противоречии с остальными доказательствами по делу и нормами действующего законодательства.

Вывод эксперта об установлении смежной границы земельного участка сторон по точкам 1-7 основан на фактическом нахождении построек на земельных участках, без учета давности их нахождения на местности, однако, в силу ст. 38 221-ФЗ в случае невозможности определить границы по правоустанавливающим документам, границы земельного участка определяются по границам, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Как указано выше, истцом не приведено доказательств существования на местности пятнадцать и более лет земельного участка, в границах, обозначенных постройками (дровяник, теплица, сарай), вместе с тем, смежная граница между земельными участками сторон экспертом определена именно по этим постройкам, что противоречит установленным судом обстоятельствам и действующему законодательству.

С учетом указанного, выводы эксперта по установлению смежной границы земельных участков ФИО1 и ФИО2 по точкам 1-7 не могут быть приняты за основу принимаемого решения.

Учитывая, что суд пришел к выводу о том, что межевание земельного участка ФИО2 проведено без нарушений действующего законодательства, не нарушает права ФИО1, как землепользователя, сведения о местоположении границы земельного участка ответчика внесены в ЕГРН, оснований для установления иной границы не имеется.

Вывод экспертизы о том, что граница земельного участка ответчика, установленная проведенным в июне 2016 г. межеванием не совпадает с границей, определенной экспертом в рамках проведенной судебной землеустроительной экспертизой, судом отклоняется по основаниям, изложенным выше. 

В связи с изложенным, предусмотренных ст. 60 ЗК РФ оснований для удовлетворения иска о признании результатов межевания земельного участка ответчика и установления границы смежных земельных участков по варианту истца, не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об установлении границы земельного участка, признании недействительным межевого плана земельного участка с кадастровым № от 23.06.2016 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Приморский районный суд Архангельской области в течение месяца со дня изготовления мотивированной части решения.

Председательствующий: Е.А.Лощевская