Дело № 2-1278/2025

УИД 61RS0013-01-2025-003521-76

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 ноября 2025 года г. Гуково Ростовской области 

Гуковский городской суда Ростовской области 

в составе: председательствующего судьи Рябенко И.В.,

при секретаре Гордеевой В.И.,

с участием ст. помощника прокурора г. Гуково Мажуриной М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Донской антрацит» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что 25.12.2024 в период работы в АО «Донской антрацит» горнорабочим по ремонту горных выработок с ним произошел несчастный случай, в результате которого отслоившимся куском породы травмировало 

<

данные изъяты>. В связи с указанной травмой Бюро МСЭ 04.04.2025 установило ему 30 % утраты профтрудоспособности.

В соответствии с п.9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2025-2027 годы истец написал заявление на выплату единовременной компенсации морального вреда в связи с травмой на производстве и ответчик должен был издать приказ по предприятию и назначить выплату единовременной компенсации морального вреда в размере двукратного среднего заработка потерпевшего, однако не выплатил. Вместе с тем, истец считает, что суммы в соответствии с п.9.3 вышеназванного Коллективного договора в размере двукратного среднего заработка в возмещение морального вреда в связи с повреждением здоровья ввиду травмы на производстве недостаточно, чтобы компенсировать его нравственные и физические страдания. При этом размер компенсации морального вреда оценивает в размере 250 000 рублей. В связи с изложенным просит суд взыскать с АО «Донской Антрацит» в пользу компенсацию морального вреда в связи несчастным случаем на производстве, в размере 250 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей, расходы по совершению доверенности в сумме 2 000 рублей, а всего 277 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, указанным в исковом заявлении, просил удовлетворить.

Представитель истца ФИО2, извещенная о дате судебного заседания в суд не явилась, просила дело рассмотреть в свое отсутствие.

Представитель ответчика АО «Донской антрацит» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом; представил возражение на исковое заявление, просил удовлетворить исковые требования ФИО1 в части компенсации морального вреда с учетом разумности в размере не более 250 000 рублей. 

Выслушав истца, заключение помощника прокурора г. Гуково Мажуриной М.И., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, суд пришел к следующему мнению. 

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 25.12.2024 в период работы в АО «Донской антрацит» на участке шахтного транспорта №2 с истцом горнорабочим по ремонту горных выработок ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого ему травмировало 

<

данные изъяты>.

12 февраля 2025 года составлен акт о несчастном случае на производстве № 10, в соответствии с которым 25 декабря 2024 года в 11 часов 00 минут с кровли выработки выпал отслоившийся кусок породы и травмировал левую руку. Основной причиной несчастного случая явились прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность. Сопутствующие причины: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. 

Согласно медицинскому заключению установлен диагноз – открытый перелом головки трети пястной кисти левой кисти с повреждением разгибателя третьего пальца. Несчастный случай произошел на опасном производственном объекте, класс вредности (опасности) -3,3. 

При освидетельствовании в бюро МСЭ 01.04.2025 ФИО1 установлено 30% утраты профтрудоспособности. 

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами. 

Согласно ч. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Суд считает, что в результате несчастного случая на производстве истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать работу по своему усмотрению. 

Таким образом, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать с ответчика в соответствии со ст. 151 ГК РФ.

Причинителем вреда здоровью истца в данном случае является ответчик, в период работы у которого с истцом произошел несчастный случай на производстве, а также впоследствии утрата трудоспособности вследствие травм, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для подземных работников.

По смыслу закона возмещение морального вреда является самостоятельным видом возмещения вреда, причиненного здоровью, следовательно, выплачивается независимо от получения ежемесячных страховых выплат. 

Статьей 21 Федерального закона «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» от 29.06.1996 № 81-ФЗ предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Положения п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (срок действия продлен по 31.12.2024), предусматривающего компенсацию морального вреда, причиненного работнику в случае утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, в отношении работодателя – АО «Донской антрацит» и работников указанной организации в данном случае применению не подлежат, так как АО «Донской антрацит» в установленном законом порядке отказалось от присоединения к указанному Соглашению.

Действующим у ответчика Коллективным договором предусмотрена компенсация морального вреда в случае причинения вреда здоровью работника. Так, согласно п. 9.3 Коллективного договора АО «Донской антрацит» на период спорных правоотношений, работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, исходя из среднего заработка работника, степени утраты трудоспособности, количества лет работы в АО «Донской антрацит». 

Однако компенсация морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы ФИО3 не выплачена.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке. 

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Таким образом, истец имеет право требовать выплаты ему компенсации морального вреда в связи с причинением вреда его ответчиком АО «Донской антрацит», так как это прямо предусмотрено нормами действующего законодательства, при этом не ограничиваясь размером, определенным Коллективным договором АО «Донской антрацит», так как это существенно нарушает права работника.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст. 151 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что в данном случае размер компенсации морального вреда в связи с полученной производственной травмой подлежит определению не только с учетом положений Коллективного договора ответчика, но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, степени испытываемых истцом физических и нравственных страданий, причиненных ему повреждением здоровья вследствие несчастного случая на производстве, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей, что будет соответствовать требованиям разумности и справедливости. 

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в числе прочих относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со статьей 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1).

В силу части 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумность размеров, как категория оценочная, определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела и зависит от сложности, характера рассматриваемого спора, категории дела, объема доказательной базы по делу, количества судебных заседаний и их продолжительности, а также ценности защищаемого права.

Согласно правовой позиции, неоднократно сформированной в Определениях Конституционного Суда РФ, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. 

Таким образом, судебные расходы присуждаются, если они понесены фактически, являются необходимыми и разумными в количественном отношении. 

Факт понесенных истцом ФИО4 расходов на оплату услуг представителя подтверждается представленными в материалы дела договором на возмездное оказание услуг №9 от 6 октября 2025г., распиской от 6 октября 2025 года о получении денежных средств по указанному договору а размере 25 000,00 руб.

Доверенностью нотариуса С.Е. согласно которой ФИО1 уполномочивает ФИО2 на представление его интересов.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов по требованию ФИО1, суд принимает во внимание следующее: фактические обстоятельства данного дела, не относящегося к категории сложных; удовлетворение требований истца; объем проделанной представителем заявителя работы, степень участия представителя ФИО1 - ФИО2 в рассмотрении данного гражданского дела, объем и степень сложности рассмотренного дела, продолжительность судебного разбирательства. Представитель истца ФИО2 участие в судебном заседании 13.11.2025 не принимала; составила исковое заявление. В связи с изложенными обстоятельствами, суд считает, что заявленная ФИО1 сумма судебных расходов на оплату услуг представителя, подлежит удовлетворению, поскольку подтверждается представленными в материалы дела документами. 

В связи с изложенным и с учетом принципа соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, приняв во внимание, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований и необходимости взыскания с АО «Донской Антрацит» в пользу ФИО1 судебных расходов в размере 27 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета госпошлина в размере 3000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Взыскать с Акционерного общества «Донской Антрацит» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей; судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, расходы по совершению нотариальной доверенности в размере 2 000 рублей, всего 277 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Донской Антрацит» (ИНН 

<

***>) госпошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья И.В. Рябенко

Решение в окончательной форме изготовлено 27.11.2025.