РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

29 ноября 2018 года г. Самара

Октябрьский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Семёнцева С.А., 

при секретаре судебного заседания Бамбуровой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3792/18 по иску ФИО1 к ПАО «Сбербанк», третьим лицам ФИО2, прокуратуре Октябрьского района г. Самары о восстановлении на работе, отмене приказа о наказании, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что он работал в должности кредитного инспектора в управлении мониторинга и залоговых операций Московского Банка ПАО Сбербанк с 06 августа 2015, а 06 августа 2018 был незаконно уволен. В момент увольнения он находился на больничном. Приказ об увольнении был направлен ему с электронного адреса *** в электронную почту *** в 19-10 после окончания рабочего дня 06.08.2018, прочитан истцом 07.08.2018 и сразу после прочтения в течение рабочего дня 07.08.2018 обратным письмом в адреса *** на адреса *** *** и *** ФИО1 направлена скан-копия листа нетрудоспособности. Во время своей работы в управлении мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения Московского банка (филиал) ПАО Сбербанк с 06 августа 2015 в должности кредитного инспектора истцом было разработано рационализаторское предложение на основе своих математических результатов и организовано руководство его внедрением в бизнес-процесс ответчика. В системе учета инноваций ответчика «Биржа решений» ноу-хау занесено под номером 407507 «Выявление рисков неплатежеспособности и дефолта, связанных с колебаниями валютных курсов по всем типам заемщиков». Авторство истца совместно с соавтором ФИО2 закреплено 09.09.2015. Распоряжение №849 по Московскому Банку за подписью заместителя председателя Московского Банка ПАО Сбербанк ФИО3 о первом применении данного ноу-хау в масштабах Московского банка датировано 23 октября 2015. Указанное рационализаторское предложение было полноценно внедрено согласно распоряжения ФИО3 в октябре 2015, используется ответчиком в рамках Московского Банка за пределами подразделения истца и по сей день, ответчиком распоряжением от 23.04.2017 создана Лин-Лаборатория в Московском банке, в том числе на его основе, внедрено в новые кредитные заявки, стало основой дипломного проекта ФИО2 Сбер-500 (аналог МВА) в июне 2016, стало основой других рацпредложений истца, также внедренных ответчиком. Никаких вознаграждений за авторство и внедрение рационализаторского предложения с момента начала использования 23.10.2018 в нарушение Положения об открытиях ответчиком ФИО1 не выплачивалось. Истцу также неизвестно, выплачивалось ли вознаграждение его соавтору ФИО2 По мнению ответчика, истцу выплачивалась повышенная квартальная премия за рацпредложение, входящая в систему оплаты труда ответчика в соответствии с п.п. 2.1 Положения об оплате труда работников ОАО «Сбербанк России» от 01.08.2013 № 2985 ист. 191 ТК РФ. Однако, по мнению истца, повышенное премирование истца по системе квартального премирования ответчика 5+ не освобождает ответчика от обязанности выплатить вознаграждение автору и вознаграждение за внедрение. С 05.06.2017 ФИО1 на основании ст. 142 ТК РФ приостановил работу по причине невыплаты ответчиком вознаграждений, о чем письменно уведомил его 30.05.2017, 02.06.2017, в сентябре 2017, ноябре 2017, мае 2017. Однако ответчик уклоняется от диалога, не отвечает на требования, игнорирует попытки досудебного урегулирования. До июля 2018г. ответчик не принимал попыток увольнения, фактически соглашался с законностью приостановки работы истца и сознательно пропустил месячный срок привлечения к дисциплинарной ответственности. Срок применения дисциплинарных взысканий ответчиком пропущен за периоды ранее 06.07.2018, он составляет один месяц, так как на работе истец отсутствовал на основании ст.142 ТК РФ по причине невыплаты вознаграждений за рацпредложения, о чем неоднократно уведомлял председателя Московского Банка ПАО Сбербанк ФИО4 и пр. Ответчик с этим соглашался, в ответе ФИО4 в декабре 2017 по поручению Грефа никаких возражений на отсутствие на работе не содержится, требований ранее июня 2018 истцу не направляли, судом данная норма самозащиты не признавалась незаконной, так как никаких судов по данному спору не было, следовательно, законность применения истцом ст. 142 ТК РФ ответчиком не оспаривалась. По работе ФИО1 всегда характеризовался положительно, никогда дисциплинарных взысканий не имел, всегда был премирован по повышенному коэффициенту, его инновации неоднократно занимали первые места в МБ, повышался в должности. Также при нахождении в вынужденном прогуле по вине работодателя ФИО1 направлял Грефу и иным руководителям ответчика другие рационализаторские предложения, например, 03.07.2018 направил предложение о написании истцом программного модуля для аккумуляции всех его 12 инноваций в один блок, а 18.07.2018 направил управленческое предложение о создании департамента управления-нейросетевой оптимизации процессов. Оба они позволили бы сэкономить десятки миллионов государственных денег. Ответчиком при увольнении не выплачена истцу полная сумма отпускных за 2017-2018. В 2017 году ответчик не оплатил ФИО1 отпускных за 21 день. Поэтому, определив новый срок отпуска, истец 05.08.2018 направил ответчику требование о предоставлении отпуска с 06.08.2018 за 2017 и 2018 года, он был обязан его предоставить с 06.08.2018, но именно 06.08.2018 истца незаконно уволили. Так как истец работает с 2015 года, отсутствовал на работе на законных основаниях, следовательно за 2018г. ему положена компенсация в 28 дней. Итого 49 дней с оплатой в размере среднего заработка в сумме 8628 руб. С индексацией в 2017 на 9% получается 460822 руб. Вынужденный прогул за 30 дней дает компенсацию в 258840 руб. Ответчиком не выплачено вознаграждение за рационализаторское предложение истца в соавторстве с ФИО2, срок более 2-х лет, вознаграждение авторам рационализаторских предложений выплачивается независимо от премий, предусмотренных Положением об открытиях, и других премий, установленных действующим законодательством, приостановка работы на основании ст. 142 ТК РФ законна и оформлена истцом процессуально верно, прогула не было, истец отсутствовал на законных основаниях.

Просит суд признать приказ ответчика о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, обязать ответчика издать приказ об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, восстановить истца на работе с 06.08.2018, обязать ответчика выдать дубликат трудовой книжки истца с исключением записи под № 17 о дисциплинарном взыскании в виде увольнения, взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула в размере среднего заработка с 06.08.2018 по 03.09.2018 в размере 258840 руб., обязать ответчика на основании заявления истца от 05.08.20918 предоставить истцу ежегодный оплачиваемый отпуск за 2017 в 21 день с даты вынесения решения суда о восстановлении на работе, обязать ответчика включить истца в график ежегодных оплачиваемых отпусков за 2018г. и ознакомить истца с ним, обязать ответчика в соответствии с графиком отпусков за 2018 г. предоставить истцу ежегодный оплачиваемый отпуск за 2018 в 28 дней, взыскать с ответчика оплату отпускных за 49 дней в соответствии с индексацией зарплат ответчиком в 2017-2018 г. в размере 460 822 руб., взыскать с ответчика в силу его ЛНА № 2002 вознаграждение автору за инновацию 5000 руб., взыскать с ответчика в силу Положения об открытиях вознаграждение за рационализаторское предложение истца № 407507 «Выявление рисков неплатежеспособности и дефолта, связанных с колебаниями валютных куров по всем типам заемщиков» 100000 руб., вынести частное определение об административном правонарушении со стороны ответчика ст. 5.27 КоАП- непредоставлении отпуска в 2017 в полном объеме и невыплате отпускных в 2017 году на срок более 8 месяцев, вынести частное определение об административном правонарушении со стороны ответчика ст. 5.27 КоАП- не предоставлении отпуска в 2018 г в полном объеме и невыплате отпускных за 2018 год, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в 10 000 руб.

26.11.2018 истец дополнил исковые требования, к ранее заявленным требованиям просил взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула за период с 04.09. по 29.11.2018 в размере 742008 руб., в случае отказа в иске просил изменить дату увольнения на 31.08.2018 – последний день непрерывной нетрудоспособности.

Истец в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении судебного разбирательства с предоставлением доказательств уважительности неявки до судебного заседания не заявил. Ранее в ходе судебного разбирательства пояснял, что его программы являются рационализаторскими предложениями, это инновации, ноу-хау. 5 тыс. руб. он просит взыскать с ответчика в качестве вознаграждения автору за инновацию № 407507, 100 тыс. руб. просит взыскать за нее же по Положению об открытиях. Вознаграждение в размере 100 тыс. руб. – это субъективная оценка истца. Эта сумма не может быть меньше 10 тыс. руб., как указывает 4 часть ГК РФ. Размер премии ФИО1 самостоятельно оценил в 100 тыс. руб. За время трудовых отношений с ответчиком истцом было разработано 13 рационализаторских предложений. Они были внедрены в работу, используются ответчиком. За них истцу ничего не заплатили. Предметом иска является рационализаторское предложение под № 407507. Выплаченная истцу премия не является оплатой за рационализаторские предложения. Поскольку ответчик выплаты не производил, ФИО1 на основании ст. 142 ТК РФ приостановил трудовую деятельность. В период больничного 06.08.2018 он был уволен за прогул. Прогула не было, это была вынужденная мера. Во время больничного истца незаконно уволили, поскольку увольнение в период нетрудоспособности действующим законодательством не допускается. Компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении ему неправильно посчитали, не учли премию в размере 750 тыс. руб. за декабрь 2016 года. В справке о расчете среднего заработка для оплаты компенсации отпуска премия за декабрь 2016 года не учтена при расчете. Трудовую книжку истец получил, ответчик выслал ее почтой в конце августа 2018 года. Просил обязать ответчика выдать истцу дубликат трудовой книжки без записи об увольнении, поскольку данная запись будет препятствовать истцу в дальнейшем трудоустройстве. Банк фактически испортил истцу трудовую книжку. При увольнении ФИО1 выплатили компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 146 225 руб. 04.08.2018 ФИО1 находился на больничном. В письме ответчику он просил предоставить ему отпуск, о том, что он находится на больничном, истец банк не уведомлял. 31.07.2018 ФИО2 по телефону истец написал соответствующее сообщение. 01.08.2018 ФИО1 не вышел на работу, так как ему не выплатили заработную плату за рационализаторское предложение, истец предупредил об этом заблаговременно и не выходил на работу. Первый больничный был закрыт 31.07.2018. Следующий больничный был открыт 02.08.2018 и закрыт 13.08.2018. 04.08.2018 ФИО1 писал по электронной почте ответчику письмо с просьбой предоставить ему отпуск. В данном письме о том, что он находится на больничном, не сообщал, так как у него было плохое самочувствие. Возможно, истец посчитал, что в уведомлении банка о том, что он находится на больничном, нет необходимости. Кроме того, предыдущее общение с ответчиком не предполагало такое развитие событий. Ни 05.08.2018, ни 06.08.2018 ФИО1 ответчика не уведомлял о том, что находится на больничном. Истец считает, что у него такой обязанности нет. Кроме того, банк изначально был уведомлен о том, что истец свою трудовую деятельность приостановил в связи с невыплатой заработной платы. 07.08.2018, когда он получил приказ об увольнении, истец направил ответчику копию листа нетрудоспособности. ФИО1 не скрывался, был всегда на телефоне, однако, ему никто не звонил. Факт незаконного увольнения подтверждается невыплатой вознаграждения за инновации, законностью приостановки работы. 

Представители ответчика ФИО5 и ФИО6, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали по основаниям, изложенным в отзыве, указали, что по Постановлению Правительства при расчете среднемесячного заработка могут быть учтены 1 годовая премия и не более 4 квартальных премий. Премия за 2017 год в декабре была выплачена истцу и учтена. Оригинал листка нетрудоспособности от 02.08.2018 был представлен ответчику только 07.09.18, после поступления иска в суд. Суды уже ранее, в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-3343/17 и др. дали оценку, что невыплата премии не является основанием для приостановления трудовой деятельности по ст. 142 ТК РФ. Ответчик полагает, что истец не представил доказательства уважительности неявки на работу, все документы об этом имеются. Ничего, кроме уведомления о приостановлении работы, истец работодателю не представил. Копия листка нетрудоспособности была представлена истцом только 07.08.2018. Банк неоднократно запрашивал информацию и документы, поясняющие причины отсутствия истца на работе, а именно информацию обо всех листках нетрудоспособности, датах освобождения по ним, в том числе информацию, с какого числа и по какое число открыт текущий листок нетрудоспособности. ФИО1 иногда указывал в качестве причины своего отсутствия нетрудоспособность, а иногда невыплату премии. 154 дня прогула истца подтверждаются. 04.08.2018 ФИО1 направил в адрес банка требование, в котором указал, что выход на работу не планирует в связи с задолженностью работодателя по оплате. Работодателем были получены объяснения о том, что уведомлений от истца о причинах отсутствия на работе не поступало. Истец также указывает, что одной из причин невыхода на работу, является невыплата премии. ФИО1 сам спровоцировал ситуацию, указав, что на работу ходить не собирается по неправомерным основаниям, которые уже ранее оценены судами. Приостановление работы истцом на основании ст. 142 ТК РФ является неправомерным. ФИО1 совершил дисциплинарный проступок - отсутствие на работе 154 дня. С 05.06.2017 по 06.08.2018 ФИО7 отсутствовал на работе. Месячный срок применения дисциплинарного взыскания за период с 07.02.2018 по 21.02.2018 прерывался непрерывными больничными ФИО1 с 22.02.2018, которые банк получал вплоть до 31.07.2018. У работодателя отсутствует задолженность по оплате труда истца. Премия за рационализаторское предложения не входит в состав заработной платы, поэтому приостановление работы на основании ст. 142 ТК РФ является неправомерным. Кроме того, ранее судами уже дана оценка, что истцом были созданы производственные инициативы, а не рационализаторские предложения, в связи с чем какие – либо основания для дополнительного премирования истца и выплаты ему вознаграждения также отсутствуют. 

Представитель прокуратуры Октябрьского района г. Самары ФИО8, действующий на основании доверенности, полагал, что требования истца не подлежат удовлетворению, поскольку требования трудового законодательства со стороны ответчика были соблюдены. 

Выслушав представителей ответчика, изучив материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, суд считает исковые требования необоснованными и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 работал в Московском банке ПАО Сбербанк в должности кредитного инспектора отдела организации мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения Управления мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения на основании трудового договора № 1963 от 13.11.2015 и дополнительных соглашений к нему, приказа (распоряжения) о приеме работника на работу от 13.11.2015, приказа (распоряжения) о переводе работника на другую работу от 01.02.2016. Указанные обстоятельства также подтверждаются трудовой книжкой серии №....

02.06.2017 ФИО1 обратился к директору Управления организационно-кадровой экспертизы и вознаграждения НЕП с заявлением о приостановке работы в связи с невыплатой заработной платы согласно ст. 142 ТК РФ и о нарушении авторских прав на программу для ЭВМ. 

В указанном заявлении ФИО1 указал, что на текущую дату имеет место невыплата части заработной платы –авторской премии в размере 50000 руб., просил произвести расчет выплаты (премия+неустойка) и начислить ее в 15-ти дневный срок на заработную карту истца, произвести в 15-ти дневный срок начисление заработной платы за вынужденный прогул по вине работодателя за весь срок приостановления работы на его заработную карту, а также вернуть в первоначальное состояние программу для ЭВМ «КС-kk&cc.jar» в части названия и интерфейса с обязательным указанием истца автором и знака авторского права в трехдневный срок, прекратить использование программы в бизнес-процессе с момента получения требования. 

В исковом заявлении ФИО1 просит суд признать приказ ответчика о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, обязать ответчика издать приказ об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, восстановить истца на работе с 06.08.2018, обязать ответчика выдать дубликат трудовой книжки истца с исключением записи под № 17 о дисциплинарном взыскании в виде увольнения.

Согласно ст. 142 ТК РФ в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы. 

В соответствии с ч. 1 ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. 

Часть 1 ст. 191 ТК РФ закрепляет право работодателя поощрять работников, добросовестно исполняющих свои обязанности, создавая тем самым дополнительный стимул к высокопроизводительному труду, предоставляет работодателю возможность максимально эффективно использовать труд своих работников в целях ведения экономической деятельности.

Согласно ст.142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. В случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы. В период приостановления работы работник имеет право в свое рабочее время отсутствовать на рабочем месте. На период приостановления работы за работником сохраняется средний заработок.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае, в том числе, однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как следует из отзыва ответчика на иск, согласно п.5.2 Правил внутреннего трудового распорядка ПАО Сбербанк от 29.12.2012 № 2736 работник обязан немедленно информировать руководителя подразделения, если работник не может выполнять свои должностные обязанности в результате болезни или несчастного случая, сообщив причину и примерную продолжительность своего отсутствия. В соответствии с п.7.16 в случае отсутствия работника на работе по причине болезни работник обязан предупредить по телефону или по электронной почте работодателя. 

С Правилами внутреннего трудового распорядка ПАО «Сбербанк» ФИО1 был ознакомлен под роспись 06.08.2015, что усматривается из листа ознакомлений с внутренними нормативными документами. 

Из иска следует, что с 05.06.2017 ФИО1 на основании ст. 142 ТК РФ приостановил работу по причине невыплаты ответчиком вознаграждений.

Представитель ответчика не оспаривал факт уведомления истцом об этом. 

Начальником отдела организации мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения ПАА на имя НЕП составлялись акты об отсутствии сотрудника, в которых сообщалось об отсутствии ФИО1 на рабочем месте с 05.06.2017. также сообщалось, что ФИО1 периодически направлял закрытые больничные листы по почте на кадровую службу, но не уведомлял о невыходе на работу и периоде, в который планирует не посещать работу. ФИО1 не представлены пояснения и оправдательные документы по факту отсутствия на работе в периоды с 01.01.2018 по 21.02.2018, с 18.06.2018 по 19.06.2018, 16.07.2018, с 01.08.2018 по 06.08.2018.

В материалах, представленных ответчиком, имеются акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте от 09.01.2018, 10.01.2018, 11.01.2018, 12.01.2018, 15.01.2018, 16.01.2018, 17.01.2018, 18.01.2018, 19.01.2018, 22.01.2018, 23.01.2018, 24.01.2018, 25.01.2018, 26.01.2018, 29.01.2018, 30.01.2018, 31.01.2018, 01.02.2018, 02.02.2018, 05.02.2018, 06.02.2018, 07.02.2018, 08.02.2018, 09.02.2018, 12.02.2018, 13.02.2018, 14.02.2018, 15.02.2018, 16.02.2018, 19.02.2018, 20.02.2018, 21.02.2018, 18.06.2018, 19.06.2018, 16.07.2018, 01.08.2018, 02.08.2018, 03.08.2018, 06.08.2018.

ФИО1 в материалы дела представлен листок нетрудоспособности ООО «Медсправки 63», свидетельствующий о нахождении на больничном в период с 17.07.2018 по 31.07.2018, а также листок нетрудоспособности ГБУЗ СО СГП 14, свидетельствующий о нахождении на больничном в период с 02.08.2018 по 13.08.2018, ГБУЗ СО СГП 6 – с 18.08.2018 по 27.08.2018, ГБУЗ СО СГП 3 – с 28.08.2018 по 31.08.2018.

Из материалов, представленных ответчиком, следует, что ФИО1 направлялись требования о предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте, в том числе с 01.01.2018 по 21.02.2018, 09.04.2018, с 28.05.2018 по настоящее время (отправлено ФИО1 по электронной почте 21.06.2018), с 18.06.2018 по 19.06.2018, с 05.07.2018 по настоящее время (отправлено по электронной почте в июле 2018), с 14.07.2018 по настоящее время (отправлено 27.07.2018), также ответчик извещал ФИО1 о необходимости представить письменные объяснения телеграммами, заказными письмами с описью вложения по месту жительства. ПАО «Сбербанк» предлагалось истцу представить скан-копии или фото-копии открытых/закрытых листков нетрудоспособности, другие доказательства отсутствия на работе по уважительным причинам. 

В соответствии с перепиской по электронной почте, представленной представителями ответчиков, ФИО1 сообщал работодателю, что на работе он отсутствует на основании ст.142 ТК РФ по причине вынужденного прогула по вине работодателя при невыплате работодателем вознаграждений за 5 инноваций и 2 программы для ЭВМ, невыплаты разницы в окладах при совмещении и иных сумм, невыплаты вознаграждения за 7 инноваций. Врачами были открыты листы нетрудоспособности за указанные периоды (01.01.2018 по 21.02.2018, 09.04.2018, с 28.05.2018) по фактам резкого расстройства здоровья, оригиналы листков нетрудоспособности направлялись почтой, также будут направлены своевременно почтой или в электронном виде, на текущую дату (письмо от 25.06.2018) ФИО1 находится на больничном. Письмом от 28.06.2018 ФИО1 сообщил, что 27.06.2018 он отправил почтой оригиналы листков нетрудоспособности за период с 27.05.2018 по 15.06.2018. Письмом от 30.07.2018 истец сообщил ПАО «Сбербанк», что на текущую дату он находится на больничном, поэтому освобожден от трудовых обязанностей.

04.08.2018 посредством направления электронных писем работодателю ФИО1 потребовал предоставить ежегодный оплачиваемый отпуск, выплатить отпускные, известил о приостановке работы на основании ст.142 ТК РФ с 07.08.2018 по причине невыплаты отпускных за 2017-2018 года. 

Как следует из пояснений истца, данных им в ходе рассмотрения дела, о нахождении на больничном со 02.08.18 он работодателю ни 04.0818, ни 05.08.18, ни 06.08.18 не сообщал, копию листка нетрудоспособности с датой начала нетрудоспособности представил ответчику только 07.08.18 посредством электронной почты.

Согласно акта о непредставлении работником письменного объяснения по факту совершения дисциплинарного проступка ПАО «Сбербанк» от 06.08.2018 за период с 01.01.2018 по 21.02.2018, с 18.06.2018 по 19.06.2018, 16.07.2018 и начиная с 01.08.2018 по настоящее время ФИО1 не представил. 

Далее по данному факту начальником отдела организационно-кадровой экспертизы КВН на имя НЕП была составлена служебная записка, в которой предлагалось применить к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде увольнения в соответствии с п.п. «а» п.6 ст. 81 ТК РФ за прогул. 

Приказом (распоряжением) ПАО «Сбербанк» о применении дисциплинарного взыскания от 06.08.2018 № 24-кд к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виду увольнения в соответствии с п.п. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ за неоднократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей: прогула. В соответствии с данным приказом установлено, что в течение всего периода отсутствия работник посредством почты России предоставил к оплате листки нетрудоспособности за периоды: с 05.06.2017- по 08.06.2017, с 09.06.2017 – по 16.06.2017, с 06.09.2017 - по 11.09.2017, с 18.11.2017 - по 01.12.2017, с 02.12.2017 по 15.12.2017, с 22.02.2018 - по 05.03.2018, с 06.03.2018 - по 12.03.2018, с 13.03.2018 - по 23.03.2018, с 26.03.2018 - по 06.04.2018, с 04.04.2018 - по 09.04.2018, с 10.04.2018 по 18.04.2018, с 19.04.2018 - по 28.04.2018, с 03.05.2018 - по 07.05.2018, с 08.05.2018 - по 18.05.2018, с 21.05.2018 по 25.05.2018, с 27.05.2018 - по 04.06.2018, с 05.06.2018 - по 07.06.2018, с 08.06.2018 - по 15.06.2018, с 20.06.2018 - по 04.07.2018, с 05.07.2018 - по 13.07.2018, с 17.07.2018-по 31.07.2018. В нарушение пунктов 5.2, 7.16 Правил внутреннего трудового распорядка ПАО Сбербанк от 29.12.2012 № 2736 ФИО1 не уведомлял работодателя об отсутствии на работе по причине болезни по телефону или электронной почте. Все листки нетрудоспособности и скан-копии квитанций об отправке листков нетрудоспособности были предоставлены ФИО1 после окончания периода нетрудоспособности, по истечении длительного промежутка времени. При этом работник также отсутствовал на рабочем месте в период с 19.06.2017 по 05.09.2017, с 12.09.2017 по 17.11.2017, с 18.12.2017 по 21.02.2018, с 18.06.2018 по 19.06.2018, 16.07.2018 и начиная с 01.08.2018 по настоящее время. Документы, подтверждающие отсутствие на рабочем месте по уважительным причинам за вышеуказанные периоды работником не предоставлены. Согласно табелям учета рабочего времени за 2017, 2018 гг. отсутствие ФИО1 за за период с 05.06.2017 по настоящее время без уважительных причин составляет 154 рабочих дня. ФИО1 направлялись требования о предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте в вышеуказанные дни, в том числе в период с 01 января 2018 по 21 февраля 2018, с 18 июня 2018 по 19 июня 2018, 16 июля 2018, с 01 августа 2018 по настоящее время: 21.06.2018, 26.06.2018, 28.06.2018, 16.07.2018, 19.07.2018, 24.07.2018, 27.07.2018, 31.07.2018, 03.08.2018 посредством электронной почты со статусом доставки «Доставлено по адресу», телеграммами от 21.06.2018, 22.06.2018, 03.07.2018, 11.07.2018, 16.07.2018, 19.07.2018, 24.07.2018, 27.07.2018, 31.07.2018, 03.08.2018, заказными письмами с описью вложения по адресу места жительства 26.06.2018, 03.07.2018, 16.07.2018, 19.07.2018. ФИО1 предлагалось предоставить скан-копии или фото-копии открытых/закрытых листков нетрудоспособности, другие доказательства отсутствия на работе по уважительным причинам. Объяснения от работника о причинах отсутствия на рабочем месте в указанные дни не получены, о чем составлен акт о непредставлении работником письменных объяснений по факту совершения дисциплинарного проступка от 06.08.2018. На текущий момент работодатель не располагает сведениями о причинах отсутствия ФИО1 на рабочем месте. Получены объяснения от непосредственного руководителя ФИО1 - начальника отдела организации мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения ПАА, начальника отдела организационно-кадровой экспертизы КВН, о том, что на сегодняшний день уведомлений от ФИО1 о причинах отсутствия на работе, планируемой дате выхода на работу не поступало.

Как следует из п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Согласно Определения Верховного Суда РФ от 15.03.2013 № 20-КГ13-5 при установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников….За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Из материалов дела видно, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте 154 дня без уважительных причин: с 05.06.2017 по 06.08.2018.

Месячный срок применения дисциплинарного взыскания за прогулы за период с 07.02.2018 по 21.02.2018 прервался больничными ФИО1 с 22.02.2018, которые банк получал до 31.07.2018, исключая периоды с 18.06.2018 по 19.06.2018, 16.07.2018, 01.08.2018, за которые банку оправдательных документов не поступило, что истцом в ходе судебного разбирательства не оспаривалось. 

Срок применения дисциплинарного взыскания за период с 18.06.2018 по 19.06.2018 прервался больничным с 20.06.2018, возобновлялся 16.07.2018 и 01.08.2018, соответственно, на день издания приказа о применении дисциплинарного взыскания 06.08.2018 не истек. 

Подпунктом «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях…прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В силу ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Таким образом, принимая во внимание факт неуведомления истцом ответчика о нахождении на больничном в период со 02.08.18, отсутствие на рабочем месте без уважительных причин 01.08.18, суд приходит к выводу, что ответчиком была соблюдена процедура применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения за прогул к ФИО1 В определенные периоды истец не уведомил ответчика о нахождении на больничных в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ПАО «Сбербанк», в ходе рассмотрения дела указанные обстоятельства не отрицал. 

Исходя из общепризнанного принципа недопустимости злоупотребления правом и учитывая обстоятельства сокрытия истцом сведений о наличии у него листков нетрудоспособности, суд признает в действиях ФИО1 факт злоупотребления правом. В связи с чем, ответчик не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны истца. Истец не представил доказательств отсутствия возможности сообщить работодателю о периоде нетрудоспособности, работодатель сам проявлял инициативу и разъяснял работнику необходимость предоставлять данные о своей нетрудоспособности, но истец намеренно ставил работодателя в положение полной неопределенности. Представление впоследствии листков нетрудоспособности не имеет правового значения, так как уведомление работодателя о периоде своего отсутствия на работе должно быть заблаговременным и ясным по периоду.

Учитывая длительность дисциплинарного проступка, обстоятельства его совершения, поведение истца, связанное с неисполнением обязанности по уведомлению ответчика о выданных ему листкам нетрудоспособности, суд приходит к выводу, что примененное к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения соразмерно совершенному им проступку, что ведет к отказу в удовлетворении требований истца о признании приказа ответчика о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, обязании ответчика издать приказ об отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, восстановлении истца на работе с 06.08.2018 и, как следствие, о взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств за время вынужденного прогула. 

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ от 07.06.2006, 14.06.2006 «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2006 года», Определении Верховного Суда РФ от 15.03.2013 N 20-КГ13-5, Определении Верховного Суда РФ от 10.06.2011 N 5-В11-37, Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 11.04.2007 по делу N 4-ПВ07 Верховный Суд РФ обратил внимание не только на ситуации сокрытия листков нетрудоспособности, но и на поведение работников в целом. В Определении Верховного Суда РФ от 15.03.2013 N 20-КГ13-5 Верховный Суд РФ указал, что не подлежит восстановлению на работе работник, чьи действия являлись недобросовестными, поскольку были направлены на причинение ущерба и вреда репутации работодателя, а не на реальное восстановление трудовых прав.

Истец в качестве обоснования неявки на работу ссылается на приостановление работы в соответствии со ст.142 ТК РФ.

В соответствии с ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары по гражданскому делу № 2-3343/17 от 23.08.2017, оставленным без изменения Апелляционным определением Самарского областного суда от 14.12.2017, Кассационным определением Самарского областного суда от 02.02.2018, ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 об обязании ПАО Сбербанк провести необходимые шаги по подтверждению фактических эффектов от инноваций № 415198, № 407507, № 417273, № 421009, № 434735, оформлению авторской премии и премии за внедрение, признании внедрения инноваций, обязании в десятидневный срок издать распоряжение об этом, взыскании премии за инновации в размере 5 250 000 рублей, компенсации в виде процентов за задержку выплаты премии за период с 01.03.2016 по 17.01.2017 в размере 202 952, 05 рублей, вознаграждения за создание двух программ для ЭВМ в размере 10 000 000 рублей, морального вреда в размере 50 000 рублей, заработной платы за время вынужденного прогула в размере 519 672 рублей. Определением Верховного суда от 26.06.2018 отказано в передаче кассационной жалобы на данные судебные акты на рассмотрение в Верховном суде РФ. При этом судами установлено, что инновация № 407507, которая также является предметом рассмотрения настоящего гражданского дела, внедрена на уровне подразделения (автора) – Управление мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения. Учитывая, что инновация была внедрена истцом самостоятельно на уровне подразделения, в котором работал истец, суды пришли к выводу, что разработанные истцом инновации относятся к производственным инициативам, за которые истец был премирован во 2 квартале 2016 г. в размере 72355,67 руб., в 3 квартиле 2016г. – 66323,64 руб., в 1 квартале 2017 – 72037,72 руб. Также судами было установлено, что заработная плата, в том числе премии работнику выплачивались в полном объеме и в сроки, установленные трудовым договором, в связи с чем оснований для приостановления работы у истца не было.

В рамках гражданского дела № 2-3912/2017 решением Октябрьского районного суда г. Самары от 01.11.2017, оставленным без изменения апелляционным определением Самарского областного суда от 23.01.2018, кассационным определением Самарского областного суда от 18.04.2018 также отказано в удовлетворении иска ФИО1 о признании незаконными и отмене приказа о назначении на должность начальника отдела мониторинга кредитных операций № 6 Управления мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения Московского банка ПАО Сбербанк другого сотрудника ПАО Сбербанк, признании незаконным отказа ПАО Сбербанк в переводе истца на другую должность, признании бессрочным перевода на другую должность с совмещением должности кредитного инспектора с 10.04.2017, восстановлении в должности с 10.04.2017, обязании ПАО Сбербанк заключить дополнительное соглашение к трудовому договору с указанием должности начальника отдела мониторинга кредитных операций № 6 Управления мониторинга кредитных операций и залогового обеспечения Московского банка ПАО Сбербанк и внести соответствующую запись в трудовую книжку, взыскании заработной платы за время вынужденного приостановления работы в размере 1 500 700 рублей и морального вреда в размере 50 000 рублей. Определением Верховного суда от 03.07.2018 отказано в передаче кассационной жалобы на данные судебные акты на рассмотрение в Верховном суде РФ.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 15.01.2018, оставленным без изменения апелляционным определением Самарского областного суда от 10.04.2018 по делу № 2-4391/2017 отказано в удовлетворении иска ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании незаконной в системе премирования оценки за второй квартал 2017 года и взыскании с Банка денежных средств в размере 48 000 рублей в счет компенсации недополученной заработной платы – невыплаченной прибавки к квартальной премии за 2 квартал 2017 в размере 30 % за участие в открытии в Банке Лин-лаборатории на базе инноваций № 415198, № 407507, № 417273, № 421009, № 434735. В указанных судебных актах указано, что инновации ФИО1 являются производственными инициативами, за которые ФИО1 премирован во втором и третьем квартале 2016 года, в первом квартале 2017 года. Требование ФИО1 о его премировании за участие в Лин-лаборатории отклонено судом ввиду того, что предложения ФИО1 в рамках данного проекта были оценены Банком в системе премирования; в открытии Лин-лаборатории Истец не принимал участие, так как приостановил работу в Банке с 03.06.2017.

Решением от 18.12.2017 по делу № 2-4863/2017, оставленным без изменения апелляционным постановлением Самарского областного суда от 27.03.2018, отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 об истребовании у ПАО Сбербанк документов, в том числе касающихся инновационной деятельности (Протокола совещания коллегиального Банка от 22.06.2016, Распоряжения от 21.04.2017 № 479-Р в Московском Банке ПАО Сбербанк о создании Лин-Лаборатория; Служебных записок по инновациям; Справку об информации, размещенной на ресурсе Работодателя «Биржа решений»; Копии распоряжения о внедрении программы для ЭВМ «АС ОБОРОТЪ»; Справки о проведенной Ответчиком индексации заработной платы с 01.07.2017; Повестки стратегической сессии Сбербанка в 2016 году; Оценок Истца по «Системе 5+», выставленных за каждый квартал в течение 2016-2017 годов; справки о проектах Истца на «Зеленый пояс» и «Черный пояс»; Копий трех электронных статей с описанием инноваций Истца, Гражданско-правовой договор Банка с САВ, Характеристику на Истца, подготовленную ПАА, информации, хранящейся на ресурсе «Биржа идей» по инновациям Истца в объеме, имеющем отношение непосредственно к Истцу в рамках рассматриваемых судом требований в отношении указанных ФИО1 инновациям (№ 407507, № 434735, № 421009, № 417273, № 415198, № 459355); Распоряжения от 21.04.2017 № 479-Р в Московском Банке ПАО Сбербанк Лин-Лаборатории; Методики оценки личной эффективности № 3794-3 от 12.02.2016; Положения о премировании работников ОАО Сбербанк России от 19.06.2013 № 1031; заверенных надлежащим образом проектов «Зеленый пояс» и «Черный пояс», заверенного надлежащим образом проекта «Сбер-500», справки о внедрении 2-х программ для ЭВМ, справки о значении инноваций со статусом «серебро» и «золото», Распоряжение о внедрении двух способов прогноза резерва; Положении о выплате работникам ОАО Сбербанк России вознаграждения по итогам работы за год от 14.12.2012 № 1201-2-р).

Таким образом, судебными актами, вступившими в законную силу, установлено, что у ответчика нет задолженности перед ФИО1 по выплате заработной платы, платы за инновационную деятельность; инновации ФИО1, в том числе предложение № 407507, являются производственными инициативами, ФИО1 был премирован в повышенном размере в рамках существующей в Банке ежеквартальной системы премирования во втором и третьем квартале 2016 года, в первом квартале 2017 года, что является правом, а не обязанностью работодателя, ФИО1 не имеет законных оснований для приостановления работы с 05.06.2017 на основании статьи 142 ТК РФ. Указанные в исковом заявлении нормативные акты о рационализаторской деятельности не регулируют отношения, возникшие в связи с указанной в исковом заявлении инновационной деятельностью истца. Выплаты за рационализаторские предложения не входят в состав заработной платы, так как не являются вознаграждением за труд. 

В иске ФИО1 просит суд взыскать с ответчика в силу его ЛНА № 2002 вознаграждение автору за инновацию 5000 руб., в силу Положения об открытиях вознаграждение за рационализаторское предложение истца № 407507 «Выявление рисков неплатежеспособности и дефолта, связанных с колебаниями валютных куров по всем типам заемщиков» - 100000 руб.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Премии за рационализаторские предложения, к которым относится и предложение № 407507, как это было установлено в рамках гражданского дела № 2-3343/17 и подтверждено вышестоящими судебными инстанциями, не входят в состав заработной платы.

Изучением решения суда по указанному делу установлено, что требования истца в части оплаты инноваций, в том числе, заявленные в настоящее время, были рассмотрены, также установлено, что приостановление работы ФИО1 ввиду невыплаты премии за инновации в соответствии со ст.142 ТК РФ является незаконным. Ссылка истца на отнесение данного продукта к рационализаторским предложениям и взыскании с ответчика вознаграждений со ссылкой на Постановление Совета Министров СССР от 21.08.1973 № 584, методические рекомендации по организации и проведению рационализаторской работы на предприятиях РФ, одобренных совместным решением Роспатента и Госкомпрома РФ от 25.06.1996 № 6/7, Инструкцию о порядке выплаты вознаграждения за изобретения и рационализаторские предложения, утвержденную постановлением Совета Министров СССР от 15.01.1974 не может быть принята во внимание, поскольку основана на неправильном толковании действующего законодательства.

Советом Министров РСФСР 22 июня 1991 г. издано Постановление N 351 "О мерах по развитию изобретательства и рационализаторской деятельности в РСФСР". В соответствии с данным Постановлением до принятия и введения в действие законодательных актов РСФСР по вопросам изобретательства и охраны объектов интеллектуальной собственности в РСФСР предприятия, объединения, организации и учреждения самостоятельно определяют порядок рассмотрения заявлений на рационализаторские предложения, их внедрения и выплаты авторского вознаграждения, решают вопросы премирования за содействие рационализаторству, поощрение авторов осуществляется не только за предложения, имеющие технический характер, но и за другие предложения (организационные, управленческие и т.п.), являющиеся новыми для предприятия и приносящими реальную экономическую или иную пользу; вопросы содействия изобретательской и рационализаторской деятельности на предприятиях, в объединениях, организациях и учреждениях, обеспечения социальных льгот и защиты законных прав авторов регулируются на договорной основе. Данным нормативно – правовым актом предприятиям предоставлено право разработать положение о рационализаторских предложениях, определить порядок выплаты вознаграждения за рационализаторское предложение.

Как следует из вышеуказанного решения суда, в соответствии с Политикой по инновационной деятельности в Сбербанке России от 10.11.2010 № 2002, методикой оценки личной эффективности работников по системе «5+», работодатель премировал истца, что не противоречит вышеуказанным положениям законодательства.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика в силу его ЛНА № 2002 вознаграждения автору за инновацию 5000 руб., в силу Положения об открытиях вознаграждение за рационализаторское предложение истца № 407507 «Выявление рисков неплатежеспособности и дефолта, связанных с колебаниями валютных куров по всем типам заемщиков» - 100000 руб. не подлежат удовлетворению. 

Согласно ст.84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой…В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. Работодатель также не несет ответственности за задержку выдачи трудовой книжки в случаях несовпадения последнего дня работы с днем оформления прекращения трудовых отношений при увольнении работника по основанию, предусмотренному подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 или пунктом 4 части первой статьи 83 настоящего Кодекса, и при увольнении женщины, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности или до окончания отпуска по беременности и родам в соответствии с частью второй статьи 261 настоящего Кодекса. По письменному обращению работника, не получившего трудовую книжку после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника.

Из материалов дела видно, что 06.08.2018 ПАО «Сбербанк» направило ФИО1 уведомление о необходимости получить трудовую книжку либо дать согласие на направление ее по почте по указанному истцом в письменном виде адресу. 

ФИО1 в ходе судебного разбирательства не оспаривал тот факт, что трудовую книжку он получил в конце августа 2018 г.

Суд приходит к выводу, что требование истца об обязании ответчика выдать дубликат трудовой книжки истца с исключением записи под № 17 о дисциплинарном взыскании в виде увольнения не основано на законе и не подлежит удовлетворению с учетом вышеназванных обстоятельств. 

Согласно ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму (статья 140 ТК РФ).

В силу положений, содержащихся в письме Роструда от 31.10.2008 № 5921-ТЗ компенсация за неиспользованный отпуск рассчитывается в соответствии со ст. 139 Кодекса РФ исходя из расчета 2,33 дня отпуска за 1 месяц.

В соответствии с п.35 Правил об очередных и дополнительных отпусках (утв. НКТ СССР 30.04.1930 № 169) при исчислении сроков работы, дающих право на пропорциональный дополнительный отпуск или на компенсацию за отпуск при увольнении, излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца, округляются до полного месяца.

Из ст. 139 ТК РФ, п. 10 Правил об очередных и дополнительных отпусках следует, что средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

В силу ст.123 ТК РФ очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов. График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника. О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала.

Как видно из расчета среднего заработка, представленного ответчиком, ФИО1 выплачена компенсация за неиспользованные отпуска в размере 21,33 дня, что им не оспаривалось в ходе рассмотрения дела. 

Согласно отзыва на иск, ФИО1 был принят на работу 13.11.2015, по 12.11.2016 использовал 28 дней отпуска в полном объеме. С 13.11.2016 по 12.11.2017 у ФИО1 было 100 прогулов без уважительных причин. Без прогулов ФИО1 работал с 13.11.2016 по 18.06.2017 – 7 месяцев, за которые начислено 16,33 дня отпуска. С 19.06.2017 ФИО1 отсутствовал на работе без уважительных причин, но некоторое время пребывал на больничных, которые включаются в период, дающий право на отпуск: с 19.06.2017 по 12.11.2017. Этот период дает 4,67 дней отпуска. За рабочий период с 13 ноября 2016 по 12.11.2017 право на отпуск составило 21 день, из которых 16 дней ФИО1 было использовано до июня 2017 года, за 5 дней положена компенсация при увольнении. За период работы в банке с 13.11.2017 по 06.08.2018 у ФИО1 было 54 дня прогула. В период с 13.11.2017 по 06.08.2018 за счет больничных, выходных и праздничных дней ФИО1 приобрел право на отпуск в количестве 16,33 дня. Поскольку график отпусков на 2018 год составлен и утвержден в декабре 2017 года, а ФИО1 не посещал работу с 05.06.2017, ознакомить его с графиком отпусков под роспись не представлялось возможным. Очередной отпуск ФИО1 был спланирован в отсутствие работника, прогнозно, период мог быть согласован только при возобновлении работы. Волеизъявления на продолжение трудовых отношений, осуществление трудовой деятельности и предоставлении отпуска от ФИО1 вплоть до увольнения не поступало. Таким образом, ФИО1 не было использовано за период с 13.11.2016 по 12.11.2017 - 5 дней, с 13.11.2017 по 06.08.2018 - 16,33 дня, что составляет 21,33 дня, за которые ФИО1 была выплачена компенсация.

Указанные обстоятельства подтверждаются ответчиком расчетом среднего заработка, справками о доходах ФИО1 за 2016, 2017 года.

Истцом в силу ст. 56 ГПК РФ указанные обстоятельства не опровергнуты.

Суд соглашается с вышеуказанными доводами ответчика, вследствие чего, отказывает истцу в удовлетворении требований об обязании ответчика на основании заявления истца от 05.08.20918 предоставить истцу ежегодный оплачиваемый отпуск за 2017 в 21 день с даты вынесения решения суда о восстановлении на работе, обязании ответчика включить истца в график ежегодных оплачиваемых отпусков за 2018 и ознакомить истца с ним, обязании ответчика в соответствии с графиком отпусков за 2018 г предоставить истцу ежегодный оплачиваемый отпуск за 2018 в 28 дней, взыскании с ответчика оплату отпускных за 49 дней в соответствии с индексацией зарплат ответчиком в 2017-2018 г в размере 460 822 руб. Кроме того, признание судом законности факта увольнения истца исключает удовлетворение данных требований.

ФИО1 заявляет требования о взыскании с ответчика оплаты вынужденного прогула в размере среднего заработка с 06.08.2018 по 03.09.2018 в размере 258840 руб., с 04.09.2018 по 29.11.2018 в размере 742008 руб., однако, данные требования не могут быть удовлетворены судом, поскольку решением суда установлена неправомерность приостановления работы истцом на основании статьи 142 ТК РФ.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований, требования о компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению как производные от основного требования. 

ФИО1 просит суд вынести частное определение об административном правонарушении со стороны ответчика по ст. 5.27 КоАП РФ за непредоставление отпуска в 2017 в полном объеме и невыплате отпускных в 2017 году на срок более 8 месяцев, частное определение об административном правонарушении со стороны ответчика по ст. 5.27 КоАП РФ за непредоставление отпуска в 2018 в полном объеме и невыплате отпускных за 2018.

В соответствии с ч. 1 ст. 226 ГПК РФ при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах. 

Поскольку факты неправомерных действий со стороны ответчика судом не выявлены, оснований для вынесения частных определений в отношении ПАО «Сбербанк» не усматривается.

Кроме того, вынесение частного определения – это право суда, а не обязанность, в рамках гражданского судопроизводства суд не дает оценку наличию или отсутствию состава административного правонарушения в действиях сторон.

Истец в уточненном исковом заявлении просит в случае отказа в удовлетворении его исковых требований изменить дату его увольнения на 31.08.18, последний день его непрерывной нетрудоспособности.

Согласно п.27 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. N 2 «О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ТРУДОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» при установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Принимая во внимание, что истец был уволен с 06.08.18, в период его нетрудоспособности, суд полагает возможным изменить по заявлению истца дату его увольнения на 14.08.18 – дату, следующую за последним днем непрерывной нетрудоспособности. Доказательств того, что непрерывная нетрудоспособность истца длилась до 31.08.18, суду истцом не представлено. Напротив, как следует из представленных истцом копий листков нетрудоспособности, ФИО1 находился на больничном в период с 02.08.18 по 13.08.18, предписано приступить к работе 14.08.18, в дальнейшем находился на больничном с 18.08.18 по 31.08.18.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Изменить дату увольнения ФИО1 на 14.08.18.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Октябрьскийрайонный суд г. Самары в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 07.12.2018. 

Судья: /подпись/ С.А. Семёнцев

Копия верна. Судья: Секретарь: