РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тверь 02 октября 2020 года

Заволжский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Тарасова В.И.

при секретаре Масленниковой Л.С.,

с участием:

истцов ФИО1, ФИО2,

представителей ответчика ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» - ФИО3, ФИО4,

прокурора – помощника прокурора Заволжского района г. Твери – Беспаловой А.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1026/2020 по иску ФИО5 ФИО28, ФИО5 ФИО29 к ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной», Министерству имущественных и земельный отношений Тверской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью, причинённого не квалифицированными действиями медицинских работников,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с вышеуказанным иском, в котором просили взыскать с ответчика ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 – 700 000 рублей и в пользу ФИО2 – 300 000 рублей.

Заявленные требования мотивированы следующим.

Заволжским межрайонным следственным отделом г. Тверь следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области расследовано уголовное дело № 11902280002040042 возбужденное 19.03.2019 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности новорожденному ребенку истцов вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» своих профессиональных обязанностей.

Проведенным расследованием установлено, что 06.01.2019 на сроке беременности 28-29 недель ФИО1 была госпитализирована в ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» в связи с подтеканием околоплодных вод, где проходила лечение в связи с преждевременным разрывом плодных оболочек.

09.01.2019, 18.01.2019 и 25.01.2019 ФИО1 были проведены ультразвуковые исследования, согласно которым у плода пороков развития и аномалий выявлено не было.

В связи с плохим самочувствием ФИО1 09.01.2019 была направлена самостоятельно на 1 этаж для прохождения исследований, несмотря на неоднократные сообщения о своем плохом самочувствии лечащему врачу. Из-за плохого самочувствия в очереди ФИО1 дважды упала в обморок. Полагают, что данной ситуации ей должны были прописать постельный режим, и обслуживать в палате.

25.01.2019 в 22 часа 30 минут состояние ФИО1, ухудшилось: появились боли в области живота, схватки. Несмотря на это, медицинская помощь ФИО1 не оказывалась.

В 01 час 00 минут 26.01.2019 ФИО1 направили в родовое отделение, где в 04 часа 15 минут она родила живого мальчика массой 1520 г.

26.01.2019 в 10 часов 10 минут наступила смерть новорожденного в отделении реанимации ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной».

Согласно заключения комиссионной экспертизы АНО «Центр урегулирования конфликтов в медицине» смерть ребенка наступила от дыхательной гипоксии вследствие болезни гиалиновых мембран, которая, в свою очередь, развилась из-за недоразвития легких, что явилось следствием длительного безводного периода.

Подобные неблагоприятные последствия возможны вследствие ненадлежащей организации работы, недостаточной квалификации медицинских работников ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной».

В ходе расследования уголовного дела в АНО «Центр урегулирования конфликтов в медицине» была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно которой:

1. При оказании медицинской помощи новорожденному ребенку в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» были допущены следующие ошибки (ФИО6 Анестезиология, реаниматология и интенсивная терапия у детей, 2016 г.; ФИО7, ФИО8 Детская анестезиология и реаниматология, 2001 г.; ФИО9, ФИО10 Анестезиология: национальное руководство, 2011 г.; Национальное руководство «Неонатология» под ред. ФИО11 и др., 2007 г.; Методическое письмо «Первичная и реанимационная помощь новорожденным детям» Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 21 апреля 2010 года № 15-4/10/2-3204): 

- не обоснована оценка по шкале Апгар (6 баллов на 1-й минуте и 7 баллов на 5-й минуте);

- не проводилась балльная оценка тяжести дыхательной недостаточности по шкале Сильвермана или Даунса;

- выбран неадекватный размер интубационной трубки - 3,5 (для новорожденных с массой тела от 1000 до 2000 г. и сроком гестации 28-34 недель должен применяться размер иптубационной трубки 3,0);

- нарушена последовательность проведения реанимационных мероприятий - вначале введено 15 мл физиологического раствора хлорида натрия, а затем введен экзогенный сурфактант (вначале проводится респираторная поддержка и введение экзогенного сурфактанта, а затем, при признаках гиповолемии или угнетения сердечной деятельности — внутривенное введение растворов и лекарств);

- не указано, сколько мочи выделено, не отправлена моча на анализ;

2. При ведении пациентки ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» в дородовый период были допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи (ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 Клиническое руководство. «Преждевременный разрыв плодных оболочек» (Преждевременное излитие вод) ФГБУ «Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. академика В.И. Кулакова», Москва, 2013 г.):

- не осуществлялось ведение специального листа наблюдений в истории родов с фиксацией каждые 4 часа температуры тела, пульса, ЧСС плода, характера выделений из половых путей, тонуса и сократительной активности матки;

- контроль динамики уровня С-реактивного белка проводился реже, чем 1 раз в 3 дня;

- не проводилось ежедневное определение амниотического индекса, допплерометрия кровотока в фетоплацентарной системе 1 раз в 3 дня.

Так же в процессе нахождения к ОКПЦ сотрудники (уборщицы, вахтерши, младший медицинский персонал) неоднократно проявляли свое неуважительное отношение, выражавшееся в некорректном и высокомерном обращении.

По мнению истцов, недолжные внимание медицинского персонала и квалификация сотрудников ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» привели к наступлению смерти их новорожденного ребенка.

Сотрудники ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» не признают данные нарушения и пытаются обвинить истцов в данной ситуации, говоря о генетических проблемах, что не доказано.

На данный момент истцам требуется обследование у врачей-генетиков. Стоимость анализов и исследований в данной отрасли медицины доходит до нескольких сотен тысяч рублей.

В результате случившегося истцам причинен моральный вред перенесенными глубокими нравственными страданиями из-за смерти новорожденного ребенка и являются предметом сильнейших моральных переживаний до настоящего времени.

В ходе рассмотрения к участию в деле в качестве соответчика было привлечено Министерству имущественных и земельный отношений Тверской области, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Правительство Тверской области и Министерство здравоохранения Тверской области.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, обосновав их доводами, изложенными в иске.

Представители ответчика ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной» - ФИО3 и ФИО4 возражали против удовлетворения заявленных требований, полагая об отсутствии оснований для возмещения ответчиком причиненного истцам морального вреда, о чем представили письменные возражения. В возражениях указали на отсутствие нарушений со стороны медицинского персонала, а также отсутствие причинно-следственной связи между действиями сотрудников медицинского учреждения и наступившими последствиями.

Иные участвующие в деле лица, извещенные в установленном порядке и месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направили, об уважительности причин неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили.

Представителями Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области, Министерства здравоохранения Тверской области и Правительства Тверской области представлены возражения на иск, в которых полагали об отсутствии оснований для взыскания с ответчиком компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих деле, и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки не уважительными.

При таких обстоятельствах, судом определено о рассмотрении гражданского дела в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего об отсутствии оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, вследствие причинения вреда жизни и здоровью, исследовав материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. ст. 18, 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощью. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В соответствии со ст. 10 указанного выше Закона доступность и качество медицинской помощи обеспечивается, в том числе применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Первичная медико-санитарная помощь оказывается бесплатно в амбулаторных условиях и в условиях дневного стационара, в плановой и неотложной формах. Первичная специализированная медико-санитарная помощь оказывается врачами-специалистами, включая врачей-специалистов медицинских организаций, оказывающих специализированную медицинскую помощь, в том числе высокотехнологичную.

Согласно ч. 2, ч. 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.112011 г. N 323-ФЗ (в редакции Федерального закона от 06.04.2015 г. N 78-ФЗ), медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу положений ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Абзацем 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Фактическим основанием ответственности медицинского учреждения является вред, причиненный жизни и здоровью пациента, помимо этого, законодатель определяет еще и следующие условия наступления ответственности причинителя вреда.

Обязательство по компенсации вреда наступает при наличии одновременно следующих условий: наступление неблагоприятных последствий для пациента, противоправность поведения причинителя вреда, выражающаяся в форме или ненадлежащего исполнения медицинским работником своих обязанностей, причинная связь между противоправным поведением медицинского работника и вредом, вина причинителя вреда.

Таким образом, для возникновения права на возмещение вреда необходимо установление совокупности таких обстоятельств, при отсутствии одного из факторов такая материально-правовая ответственность не наступает.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные, права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные брага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Общие основания возникновения права на компенсацию морального вреда предусмотрены статьями 151, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда относится к обязательствам вследствие причинения вреда и регулируется положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из приведенных выше норм права следует, что по общему правилу обязательным условием наступления ответственности в виде компенсации морального вреда является совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, наличие его вины, а также нарушение соответствующими действиями личных неимущественных прав гражданина либо посягательство ими на нематериальные блага (наличие вреда), причинно-следственная связь. Отсутствие хотя бы одного из этих условий является основанием для отказа в компенсации морального вреда.

Судом установлено, что ФИО1 на сроке беременности 28-29 недель была госпитализирована в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» в связи с подтеканием околоплодных вод, где проходила лечение в связи с преждевременным разрывом плодных оболочек.

09.01.2019, 18.01.2019 и 25.01.2019 ФИО1 были проведены ультразвуковые исследования, согласно которым у плода пороков развития и аномалий выявлено не было.

25.01.2019 в 22 часа 30 минут состояние ФИО1, ухудшилось, а именно: появились боли в области живота, схватки. 

В 01 час 00 минут 26.01.2019 ФИО1 направили в родовое отделение, где в 04 часа 15 минут она родила живого ребенка массой 1520 г.

26.01.2019 в 10 часов 10 минут наступила смерть новорожденного в отделении реанимации ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной».

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия причиной смерти ребенка явились: множественные врожденные пороки развития: дисплазия обоих почек, бронхо-легочная дисплазия, гипоплазия мозолистого тела головного мозга, гипоплазия вилочковой железы. Патология осложнилась хронической почечной недостаточностью, анасаркой, дистрофией паренхиматозных органов.

19.03.2019 Заволжским межрайонным следственным отделом г. Тверь СУ СК РФ по Тверской области было возбуждено уголовное дело № 11902280002040042 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения по неосторожности смерти ребенку мужского пола ФИО1 вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Е.М. Бакуниной» своих профессиональных обязанностей.

Постановлением следователя Заволжского МСО г. Тверь от 29.05.2020 уголовное дело № 11902280002040042 прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Также из указанного постановления следует, что меры пресечения в ходе расследования не избирались, лица, в отношении которых велось уголовное преследование, отсутствуют.

В ходе расследования уголовного дела органами следствия была назначена по делу комиссионная экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Центр урегулирования конфликтов в медицине», результатами которой сторона истца, в том числе обосновывает заявленные требования.

Согласно заключению комиссии экспертов 33/1-19 установлено, что ФИО5 ФИО30, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 13.08.2018 г. взята на учет в женскую консультацию № 2 в связи с беременностью. Данная беременность была второй, первая беременность прервана по медицинским показаниям в 21 неделю в связи с врожденными пороками развития: двухсторонней расщелиной верхней губы, синдактилией. При первой явке 17.08.2018 г. срок беременности 7-8 недель, острая респираторная вирусная инфекция. При явке 21.09.2018 г. - вагинит, назначены свечи нео-пенотран во влагалище. При явке 25.12.2018 г. - анемия I ст., назначен сорбифер.

19.09.2018 г. проведено ультразвуковое исследование - размеры плода соответствуют 12 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. При ультразвуковом исследовании 07.11.2018 г. развитие плода соответствует 19 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. 07.11.2018 г. проведено допплеровское исследование маточно-плацентарного кровотока - признаков фетоплацентарной недостаточности не выявлено, скрининговое исследование сердца плода - признаков врожденных пороков развития сердца не выявлено. 06.01.2019 г. ФИО1 предъявляла жалобы на подтекание околоплодных вод с утра. Выставлен диагноз «Беременности 28-29 недель. Анемия. Преждевременный разрыв плодных оболочек», направлена в областной перинатальный центр согласно маршрутизации.

При поступлении ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» 06.01.2019 г. составлен план ведения, направленный на пролонгирование беременности на фоне антибактериальной терапии под контролем клинико-лабораторных данных. 09.01.2019 г. проведено ультразвуковое исследование - пороков и аномалий развития плода на момент исследования не выявлено, размеры плода соответствуют 28-29 неделям беременности, маточно-плацентарное кровообращение в переделах нормы. 18.01.2019 г. повторно проведено ультразвуковое исследование, пороков и аномалий развития плода на момент исследования не выявлено, размеры плода соответствуют 29-30 неделям беременности, маточно-плацентарное кровообращение в переделах нормы. При КТГ-контроле в динамике - нормальный тип КТГ. Отмечалось подтекание светлых околоплодных вод. 25.01.2019 г. с 23:00 развилась регулярная родовая деятельность. Роженица переведена в родильный блок. С 04:05 развилась потужная деятельность. 26.01.2019 в 04:15 родился живой недоношенный мальчик, массой тела 1520 г., длиной тела 41 см, с оценкой по шкале Апгар 67 баллов. Через 05 минут самостоятельно отделился и выделился послед, без дефектов, со всеми оболочками. При гистологическом исследовании последа отмечены умеренные дисциркуляторные изменения с развитием субкомпенсированной плацентарной недостаточности и признаки восходящей бактериальной амниотической инфекции с развитием хориоамнионита.

Новорожденный ребенок ФИО5 ФИО31 в очень тяжелом состоянии за счет дыхательной недостаточности III ст. на фоне респираторного дистресс-синдрома тяжелой степени переведен в ОРИТ(н) на ИВЛ в условиях транспортного кувеза. При осмотре в ОРИТн 26.01.2019 г. в 04:30 состояние крайне тяжелое, мышечный тонус снижен, рефлексы новорожденных нестойкие, в легких дыхание выслушивается с двух сторон, ослаблено, крепитация по всем полям. На рентгенограмме грудной клетки резкое снижение воздушности по всем полям. В 09:40 у ребенка развилась брадикардия с резким переходом в асистолию. Начаты реанимационные мероприятия: непрямой массаж сердца на фоне ВЧО ИВЛ с 100% кислородом, в/в введен натрия гидрокарбонат 4% - 6,0 мл, адреналин 0,1 мл трехкратно. Реанимационные мероприятия в течение 30 минут без эффекта. В 10:10 констатирована биологическая смерть. Выставлен заключительный клинический диагноз «Основной: Врожденная двусторонняя пневмония. Осложнение основного: Дыхательная недостаточность III ст., Недостаточность кровообращения II ст. Сопутствующий: Респираторный дистресс-синдром, низкая масса тела при рождении. Недоношенность 31 нед., умеренная острая асфиксия в родах».

При поступлении в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» 06.01.2019 г. ФИО1 выставлен диагноз «Беременность 28-29 недель. Преждевременный разрыв плодных оболочек». Данный диагноз выставлен правильно на основании жалоб (на излитие околоплодных вод 06.01.19 в 05:00 дома, без родовой деятельности), данных объективного осмотра (родовая деятельность отсутствует, околоплодные воды подтекают светлые), положительного результата теста на элементы околоплодных вод.

При ведении пациентки ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» в дородовый период были допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи (ФИО12, ФИО13, ФИО22, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 Клиническое руководство. «Преждевременный разрыв плодных оболочек» (Преждевременное излитие вод) ФГБУ «Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. академика В.И. Кулакова», Москва, 2013 г.):

- не осуществлялось ведение специального листа наблюдений в истории родов с фиксацией каждые 4 часа температуры тела, пульса, ЧСС плода, характера выделений из половых путей, тонуса и сократительной активности матки;

- контроль динамики уровня С-реактивного белка проводился реже, чем 1 раз в 3 дня;

- не проводилось ежедневное определение амниотического индекса, допплерометрия кровотока в фетоплацентарной системе 1 раз в 3 дня.

С одной стороны, выраженное маловодие по результатам ультразвукового исследования от 18.01.2019 г. и 25.01.2019 г. и повышение уровня С-реактивного белка более 5 мг/л в анализах крови от 09.01.2019 г., 10.01.2019 г. и 21.01.2019 г. являлись показаниями для прекращения выжидательной тактики и оперативного родоразрешения методом кесарева сечения. Однако в данном случае тактика лечения ФИО1 в виде максимального пролонгирования беременности с целью максимально возможного формирования органов и систем плода была выбрана правильно, так как более раннее родоразрешение ухудшило бы прогноз для ребенка ФИО1

Роды принимались у ФИО1 правильно, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (утв. приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н), Стандартом специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании (приложение к приказу Министерства здравоохранения РФ от 6 ноября 2012 г. № 584н).

Ведение пациентки ФИО1 в послеродовый период осуществлялось правильно, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (утв. приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н), Стандартом специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании (приложение к приказу Министерства здравоохранения РФ от 6 ноября 2012 г. № 584н).

При патологоанатомическом исследовании трупа новорожденного ребенка ФИО2 и ФИО1 обнаружено: «...Вилочковая железа над трахеей, величина 1г... уменьшено в объеме мозолистое тело... легкие: размеры 3x3 см, форма уплощенная, масса 28 г., воздушность снижена... почки: размеры 3x2 см, масса 11 г., консистенция уплотнена, характер поверхности зернистый, на разрезе паренхима истончена, рисунок стерт, толщина коркового вещества 1 мм...»

При гистологическом исследовании стеклопрепаратов с фрагментами тканей, полученными при патологоанатомическом исследовании трупа новорожденного ребенка ФИО2 и ФИО1, обнаружено: «...Легкое представлено многочисленными каналами и мешочками с толстыми перегородками, в которых незрелая соединительная ткань и полнокровные капилляры с лейкостазами. Покровный эпителий кубический и цилиндрический. В просвете незрелых альвеол многочисленные эозинофильные массы, встречаются скопления сегментоядерных лейкоцитов... Вил очковая железа представлена очень маленькими дольками, разобщенными соединительной тканью. В корковом веществе единичные лимфоциты, эпителиоретикулярные клетки обнажены. Мозговой слой малоклеточный, отмечаются многочисленные, крупные, слоистые тельца Гассаля... Почка. В толще многочисленные разноразмерные полости, выстланные кубическим эпителием и окруженные недифференцированной мезенхимой. В корковом веществе многочисленные клубочки, капсула Боумена у единичных клубочков расширена. Имеются участки, в которых многочисленные эмбриональные клубочки на разных стадиях развития и примитивные канальцы...»

Согласно результатам патологоанатомического исследования и гистологического исследования смерть новорожденного ребенка ФИО2 и ФИО1 с множественными врожденными пороками развития наступила от дыхательной гипоксии вследствие болезни гиалиновых мембран, которая в свою очередь развилась из-за недоразвития легких (имела место средняя каналикулярная стадия внутриутробного формирования легких, что указывает на полное несоответствие степени зрелости легких гестационному возрасту).

Согласно заключению комиссии экспертов 33/2-19 установлено, что ФИО5 ФИО32 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 13.08.2018 г. взята на учет в женскую консультацию № 2 в связи с беременностью. Данная беременность была второй, первая беременность прервана по медицинским показаниям в 21 неделю в связи с врожденными пороками развития: двухсторонней расщелиной верхней губы, синдактилией. При первой явке 17.08.2018 г. срок беременности 7-8 недель, острая респираторная вирусная инфекция. При явке 21.09.2018 г. - вагинит, назначены свечи нео-пенотран во влагалище. При явке 25.12.2018 г. - анемия I ст., назначен сорбифер.

19.09.2018 г. проведено ультразвуковое исследование - размеры плода соответствуют 12 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. При ультразвуковом исследовании 07.11.2018 г. развитие плода соответствует 19 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. 07.11.2018 г. проведено допплеровское исследование маточно-плацентарного кровотока - признаков фетоплацентарной недостаточности не выявлено, скрининговое исследование сердца плода - признаков врожденных пороков развития сердца не выявлено. 06.01.2019 г. ФИО1 предъявляла жалобы на подтекание околоплодных вод с утра. Выставлен диагноз «Беременности 2829 недель. Анемия. Преждевременный разрыв плодных оболочек», направлена в областной перинатальный центр согласно маршрутизации.

Новорожденный ребенок ФИО5 ФИО33 в очень тяжелом состоянии за счет дыхательной недостаточности III ст. на фоне респираторного дистресс-синдрома тяжелой степени переведен в ОРИТ(н) на ИВЛ в условиях транспортного кувеза. При осмотре в ОРИТн 26.01.2019 г. в 04:30 состояние крайне тяжелое, мышечный тонус снижен, рефлексы новорожденных нестойкие, в легких дыхание выслушивается с двух сторон, ослаблено, крепитация по всем полям. На рентгенограмме грудной клетки резкое снижение воздушности по всем полям. В 09:40 у ребенка развилась брадикардия с резким переходом в асистолию. Начаты реанимационные мероприятия: непрямой массаж сердца на фоне ВЧО ИВ Л с 100% кислородом, в/в введен натрия гидрокарбонат 4% - 6,0 мл, адреналин 0,1 мл трехкратно. Реанимационные мероприятия в течение 30 минут без эффекта. В 10:10 констатирована биологическая смерть. Выставлен заключительный клинический диагноз «Основной: Врожденная двусторонняя пневмония. Осложнение основного:Дыхательная недостаточность III ст. Недостаточность кровообращения II ст. Сопутствующий: Респираторный дистресс-синдром, низкая масса тела при рождении. Недоношенность 31 нед., умеренная острая асфиксия в родах».

При рождении у ребенка ФИО2 и ФИО1 был диагностирован респираторный дистресс-синдром с тяжелой дыхательной недостаточностью (III ст.) и асфиксия средней степени тяжести на фоне недоношенности 28-29 недель, что подтверждено результатами судебно-гистологического исследования. Однако в дальнейшем диагноз респираторный дистресс-синдром был изменен и предположено наличие врожденной двухсторонней пневмонии. В пользу данного предположения свидетельствовали: очень длительный безводный промежуток (19 суток 23 часа 15 минут), незначительный эффект от введения сурфактанта и признаки гиповолемического шока (артериальная гипотензия, низкая сатурация крови кисородом, такардия, феномен бледного пятна более 3 сек.). Диагноз «Врожденная двухсторонняя пневмония», установленный новорожденному ребенку ФИО2 и ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной», не нашел подтверждения при патологоанатомическом исследовании трупа и судебно-гистологическом исследовании стеклопрепаратов с фрагментами тканей новорожденного ребенка ФИО2 и ФИО1, что обусловлено кратковременностью пребывания ребенка в медицинском учреждении.

При оказании медицинской помощи новорожденному ребенку ФИО2 и ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» с учетом возраста и наличия сопутствующих заболеваний были допущены следующие ошибки (ФИО6 Анестезиология, реаниматология и интенсивная терапия у детей, 2016 г.; ФИО7, ФИО8 Детская анестезиология и реаниматология, 2001 г.; ФИО9, ФИО10 Анестезиология: национальное руководство, 2011 г.; Национальное руководство «Неонатология» под ред. ФИО11 и др., 2007 г.; Методическое письмо «Первичная и реанимационная помощь новорожденным детям» Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 21 апреля 2010 года № 15-4/10/2-3204):

- не обоснована оценка по шкале Апгар (6 баллов на 1-й минуте и 7 баллов на 5-й минуте);

- не проводилась балльная оценка тяжести дыхательной недостаточности по шкале Сильвермана или Даунса;

- выбран неадекватный размер интубационной трубки - 3,5 (для новорожденных с массой тела от 1000 до 2000 г. и сроком гестации 28-34 недель должен применяться размер интубационной трубки 3,0);

- нарушена последовательность проведения реанимационных мероприятий - вначале введено 15 мл физиологического раствора хлорида натрия, а затем введен экзогенный сурфактант (вначале проводится респираторная поддержка и введение экзогенного сурфактанта, а затем, при признаках гиповолемии или угнетения сердечной деятельности - внутривенное введение растворов и лекарств);

- не указано, сколько мочи выделено, не отправлена моча на анализ.

В остальном проводимое лечение соответствовало диагнозу «Респираторный дистресс-синдром» и предполагаемому диагнозу «Врожденная пневмония».

Установление, кем именно были допущены ошибки в оказании медицинской помощи новорожденному ребенку ФИО2 и ФИО1, не входит в компетенцию комиссии экспертов.

Малое количество амниотической жидкости у ФИО1 является наиболее вероятной причиной задержки роста и развития легких ребенка. Роды принимались у ФИО1 правильно, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (утв. приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н), Стандартом специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании (приложение к приказу Министерства здравоохранения РФ от 6 ноября 2012 г. № 584н).

Согласно заключению комиссии экспертов 33/3-19 установлено, что ФИО5 ФИО34, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 13.08.2018 г. взята на учет в женскую консультацию № 2 в связи с беременностью. Данная беременность была второй, первая беременность прервана по медицинским показаниям в 21 неделю в связи с врожденными пороками развития: двухсторонней расщелиной верхней губы, синдактилией. При первой явке17.08.2018 г. срок беременности 7-8 недель, острая респираторная вирусная инфекция. При явке 21.09.2018 г. - вагинит, назначены свечи нео-пенотран во влагалище. При явке 25.12.2018 г. - анемия I ст., назначен сорбифер.

19.09.2018 г. проведено ультразвуковое исследование - размеры плода соответствуют 12 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. При ультразвуковом исследовании 07.11.2018 г. развитие плода соответствует 19 неделям 6 дням беременности, патологии не выявлено. 07.11.2018 г. проведено допплеровское исследование маточно-плацентарного кровотока - признаков фетоплацентарной недостаточности не выявлено, скрининговое исследование сердца плода - признаков врожденных пороков развития сердца не выявлено. 06.01.2019 г. ФИО1 предъявляла жалобы на подтекание околоплодных вод с утра. Выставлен диагноз «Беременности 28-29 недель. Анемия. Преждевременный разрыв плодных оболочек», направлена в областной перинатальный центр согласно маршрутизации.

Медицинская помощь новорожденному ребенку ФИО2 и ФИО1 должна была оказываться в соответствии с порядком оказания медицинской помощи детям по профилю «анестезиология и реаниматология» (утвержден приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года № 909н).

Нарушений данного порядка допущено не было.

Стандартов оказания медицинской помощи в данном случае в настоящее время не имеется.

Выявленные ошибки при оказании медицинской помощи новорожденному ребенку ФИО2 и ФИО1 в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» не находятся в причинно-следственной связи с наступлением его смерти.

При ведении ФИО1 в женской консультации не проведены повторные осмотры врачом - терапевтом и врачом - стоматологом, осмотры врачом - оториноларингологом и врачом - офтальмологом проведены позднее 7-10 дней после первичного обращения в женскую консультацию, что является нарушением Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (утв. приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н).

Множественные врожденные пороки развития: простая тотальная смешанная дисплазия почек гипопластический вариант, а также гипоплазия легких (средняя каналикулярная стадия развития легких несоответствующая сроку гестации), гетеротопия и гипоплазия вилочковой железы с полным запустеванием коркового вещества, гипоплазия мозолистого тела, возникли у ребенка Б-вых во внутриутробном периоде.

Диагностировать данные заболевания у плода во внутриутробном периоде не представлялось возможным.

Судом принимаются в качестве доказательств представленные заключения комиссионных экспертиз АНО «Центр урегулирования конфликтов в медицине», поскольку они отвечают принципам относимости и допустимости доказательств, составлены по результатам исследования материалов уголовного дела и представленных медицинских документов, выводы экспертов мотивированы и основаны на произведенных исследованиях, эксперты имеют соответствующую квалификацию, достаточный стаж работы в данной области, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ничем объективным данное заключение не опорочено. 

Также из материалов дела следует, что при поступлении в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им.Е.М.Бакуниной» 06.01.2019 года ФИО1 диагноз был выставлен правильно на основании жалоб пациентки (на излитие околоплодных вод 06.01.19 в 05:00 дома, без родовой деятельности), данных объективного осмотра, положительного результата теста на элементы околоплодных вод. Согласно выписки из Протокола заседания комиссии по изучению летальных исходов ГБУЗ ТО «ОКПЦ им.Е.М.Бакуниной» от 18.02.2019 следует, что «Оказание медицинской помощи женщине на всех этапах проведено в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», утвержденным Приказом М3 РФ от 01.11.2012 в ред. от 12.01.2016 № 572н, приказом М3 РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Тактика лечения ФИО1 в виде максимального пролонгирования беременности с целью максимального возможного формирования органов и систем плода была выбрана правильно, так как более раннее родоразрешение ухудшило бы прогноз для ребенка ФИО1.

Роды у ФИО1 принимались правильно, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», утвержденным Приказом М3 РФ от 01.11.2012 в ред. от 12.01.2016 № 572н, Стандартом специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании.

Ведение пациентки ФИО1 в послеродовой период осуществлялось правильно, в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», Стандартом специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании.

Множественные врожденные пороки развития у ребенка Б-вых - возникли в внутриутробном периоде.

Медицинская помощь новорожденному ребенку Б-вых оказывалась в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи детям по профилю «анестезиология» и Реаниматология» (утвержден приказом М3 РФ от 12.11.2012 № 909н). Нарушений данного порядка допущено не было. Выявленные ошибки при оказании медицинской помощи новорожденному ребенку Б-вых, не находятся в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

По результатам патологоанатомического исследования и гистологического исследования смерть новорожденного ребенка ФИО2 и ФИО1 с множественными врожденными пороками развития наступила от дыхательной гипоксии вследствие болезни гиалиновых мембран, которая в свою очередь развилась из-за недоразвития легких, а не вследствие недолжного внимания медицинского персонала, не должной квалификации сотрудников ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М.Бакуниной».

Указанные обстоятельства также подтверждаются заключениями экспертов 33/1-19, 33/2-19, 33/3-19.

В данном случае, прямая причинно-следственная связь между действиями или бездействием медицинских работников ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» с наступлением смерти новорожденному ребенку Б-вых отсутствует. Летальный исход обусловлен тяжестью имевшегося у новорожденного заболевания и его осложнений.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной истцов не представлено доказательств причинения действиями ответчика вреда здоровью, допущения сотрудниками ответчика каких-либо нарушений при оказании медицинской помощи истцу, повлекших за собой наступление неблагоприятных последствий.

Таким образом, оценивая в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что указываемые истцами неблагоприятные последствия, причинившие им моральные и нравственные страдания, не находятся в причинно-следственной связи с действиями медицинского персонала ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М.Бакуниной» при оказании медицинской помощи истцу ФИО1 и не повлекли указываемых истцами неблагоприятных последствий.

Исходя из изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку в ходе судебного разбирательства не был установлен как факт некачественно оказанной в ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» медицинской услуги, так и факт причинения вреда жизни и здоровью в связи с неправомерными действиями ответчика. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 ФИО35, ФИО5 ФИО36 к ГБУЗ ТО «Областной клинический перинатальный центр им. Бакуниной», Министерству имущественных и земельный отношений Тверской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью, причинённого не квалифицированными действиями медицинских работников – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд путем подачи жалобы или апелляционного представления через Заволжский районный суд города Твери в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий В.И. Тарасов

Мотивированное решение изготовлено 15 октября 2020 года.

1версия для печати