Судья Перов В.Л. Дело № 22-7452-2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 10 декабря 2020 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Шестаковой И.И., 

при секретаре Лисиной С.А.,

с участием:

прокурора Максимовой Н.В.,

потерпевших К1., К2.,

представителя потерпевшей К1. адвоката Поварницыной Л.Ю.,

подсудимого Г.,

адвоката Шипиловских А.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление исполняющего обязанности прокурора Индустриального района г. Перми Боголюбова В.В. и апелляционную жалобу подсудимого Г. на постановление Индустриального районного суда г. Перми от 28 октября 2020 года, которым уголовное дело в отношении

Г., родившегося дата в ****, судимого:

11 августа 2011 года Ленинским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

11 октября 2011 года Индустриальным районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 159 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденного 5 февраля 2016 года по отбытии наказания;

1 декабря 2016 года мировым судьей судебного участка № 4 Мотовилихинского судебного района г. Перми по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, освобожденного 31 августа 2017 года по отбытии наказания;

9 апреля 2018 года мировым судьей судебного участка № 2 г. Кунгур Пермского края по ст. 264.1 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 4 месяца, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 1 год, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 318, ч. 1 ст. 318, ч. 2 ст. 159 УК РФ возвращено прокурору Индустриального района г. Перми для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Шестаковой И.И., изложившей существо постановления, доводы апелляционного представления исполняющего обязанности прокурора Индустриального района г. Перми Боголюбова В.В. и апелляционной жалобы подсудимого Г., мнение прокурора Максимовой Н.В. поддержавшей представление и жалобу подсудимого, объяснения потерпевших К1., К2., адвоката Поварницыной Л.Ю. – об оставлении судебного решения без изменения, подсудимого Г. и адвоката Шипиловских А.С. об удовлетворении жалобы и представления, суд 

УСТАНОВИЛ:

15 сентября 2020 года в Индустриальный районный суд г. Перми поступило уголовное дело в отношении Г., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 318, ч. 1 ст. 318, ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Органами предварительного следствия Г. обвиняется в совершении в период с 22 по 23 июня 2016 года хищения денежных средств потерпевшей К1. в сумме 68000 рублей, путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением ей значительного материального ущерба, а также в применении насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей К2. и, применении насилия не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей Ф., совершенных 30 апреля 2020 года.

В ходе судебного заседания суд поставил на разрешение вопрос о возвращении уголовного дела прокурору Индустриального района г. Перми, посчитав, что в действиях Г. в отношении потерпевшей К1. усматриваются признаки более тяжкого преступления, чем предъявлено органами предварительного расследования, что, по мнению суда, может привести к возникновению права потерпевшей заявить требование о возмещении морального вреда, и возвратил дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. При этом, суд первой инстанции пришел к выводу, что вышеуказанные обстоятельства исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения. 

Выслушав мнение участников судебного заседания государственного обвинителя Шатровой С.С., возражавшей против направления дела прокурору, потерпевшей К1. и адвоката Поварницыной Л.Ю., которые разрешение данного вопроса отнесли на усмотрение суда, подсудимого Г. и адвоката Шипиловских А.С. не возражавших против возвращения дела прокурору Индустриальным районным судом г. Перми, 28 октября 2020 года, судом принято вышеуказанное решение.

В апелляционном представлении исполняющий обязанности прокурора Индустриального района г. Перми Боголюбов В.В. поставил вопрос об отмене судебного решения ввиду нарушения требований уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, а также несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Находит судебное решение, принятое по результатам судебного следствия о возвращении уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в связи с необходимостью предъявления подсудимому по преступлению в отношении К1. обвинения в более тяжком преступлении, ошибочным. В обоснование доводов ссылается на п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, что уголовное преследование в отношении обвиняемого невозможно при наличии в отношении него постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного по тому же обвинению. Указывает, что в материалах дела имеются необжалованные заинтересованными лицами и неотмененные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях Г. составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 126, 131, 132, 161, 162 УК РФ. Возвращая дело прокурору, суд необоснованно оценил указанные решения как незаконные, при отсутствии таких полномочий у суда на данной стадии уголовного судопроизводства. Указывает, что такими полномочиями наделены руководители следственного органа и прокуратуры, а также суд, при рассмотрении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, на вышеуказанные процессуальные документы, вынесенные должностными лицами на досудебной стадии производства по делу. Обращает внимание, что на досудебной стадии производства по делу, заинтересованное лицо – потерпевшая К1. и ее представитель указанные процессуальные решения не обжаловали, с квалификацией действий Г. по ч. 2 ст. 159 УК РФ были согласны. В судебном заседании при разрешении поставленного судом вопроса о возвращении уголовного дела прокурору для предъявления подсудимому обвинения в более тяжком преступлении отнесли на усмотрение суда. Кроме того, полагает, что постановление суда подлежит отмене и ввиду нарушения права на защиту Г. в судебном заседании. Указывает, что в судебном заседании подсудимый и его защитник не возражали против возвращения уголовного дела прокурору для предъявления Г. обвинения в совершении более тяжкого преступления. В данном случае адвокат фактически выступил против интересов своего подзащитного, поскольку судом на разрешение был поставлен вопрос об ухудшении положения подсудимого, в связи с возвращением уголовного дела прокурору для предъявления более тяжкого обвинения.

В апелляционной жалобе подсудимый Г. просит судебное решение отменить, как незаконное и необоснованное, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение. Указывает, что при рассмотрении уголовного дела судом нарушено его право на защиту, поскольку адвокат Шипиловских А.С. не оказал ему квалифицированной юридической помощи. В обоснование доводов указывает, что не возражал в судебном заседании вернуть дело прокурору для предъявления ему более тяжкого обвинения по преступлению в отношении потерпевшей К1., поскольку не обладает необходимыми юридическими знаниями. При этом не осознавал, что этим ухудшается его положение, а адвокат не разъяснил ему последствия принятого судом решения при возвращении уголовного дела прокурору по указанному основанию. 

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных представления и жалобы, выслушав мнения сторон, суд приходит к следующему.

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, либо в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий лица как более тяжкого преступления.

В соответствии с ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Исходя из положений ст. 237 УПК РФ, а также правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Постановлении от 02.07.2013 года № 16-П, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом, непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону.

Следовательно, при возвращении уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд должен установить фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, высказанной в Постановлении от 8 декабря 2003 года № 18-П, определении от 13 мая 2010 года № 623-О-О, содержащиеся положения в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм, не исключают правомочие суда возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, при условии, что возвращение дела не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Вышеуказанные требования закона судом при рассмотрении данного дела не соблюдены, что повлияло на исход дела.

Органами предварительного следствия Г. обвиняется в том, что в период с 22:00, 22 июня 2016 года до 11:00, 23 июня 2016 года путем обмана и злоупотребления доверием совершил хищение денежных средств у потерпевшей К1. в сумме 68000 рублей, причинив ей значительный материальный ущерб. Согласно обвинительного заключения, Г., находясь в период с 10:00 до 11:00 часов 23 июня 2016 года в автомобиле «BMW Х3» с гос. номер ** регион, принадлежащем К1., около перекрестка по ул. **** и ул. **** в г. Перми, сообщил ей заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о том, что является исполнителем организованного в отношении нее убийства, и, используя с корыстной целью их накануне возникшие личные отношения, попросил у К1. денежные средства в сумме 68000 рублей, якобы для возвращения денежных средств организатору убийства К1. за невыполненную работу, намереваясь в действительности противоправно завладеть деньгами, введя тем самым ее в заблуждение относительно своих истинных намерений. Не подозревая о преступных намерениях Г., поверив ему, она припарковала свой автомобиль на остановке ул. ****, зашла в отделение банка ПАО «***» на ул. ****, где в 10:49 сняла со счета своей банковской карты деньги в сумме 68000 рублей, которые передала Г., который с похищенным скрылся, распорядившись деньгами по своему усмотрению, причинив К1. значительный материальный ущерб.

Действия Г. квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ.

В обоснование своего решения суд привел содержание показаний потерпевшей К1. в судебном заседании, сослался на то, что на предварительном следствии она давала аналогичные показания, которые, по мнению суда, согласуются с показаниями свидетелей А., С1., Т1., и, пришел к выводу об установлении в судебном заседании достаточных оснований полагать о необходимости квалификации действий Г. как более тяжкого преступления, чем предъявлено органами предварительного расследования, и принял решение о направлении уголовного дела прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Вместе с тем таких нарушений суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку предъявленное Г. обвинение по ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении К1.), в том виде как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение отвечающее требованиям законности и справедливости. Обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, в нем содержится указание на существо обвинения, место и время совершения преступления, способ, мотивы, цели, последствия и иные обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, позволяющие суду при исследовании доказательств, проверить и оценить их.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев, предусмотренных разделом Х УПК РФ. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств. Судебное решение может быть основано лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч. 3 ст. 240 УПК РФ).

Эти требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции не соблюдены.

Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного следствия суд допросил потерпевших К1., К2., Ф., свидетелей В., З., А., Г1., исследовал материалы дела, допросил подсудимого Г.. 

Как следует из протокола судебного заседания, свидетели С1., Т1., на показания которых в своем решении ссылается суд, не были допрошены в ходе судебного разбирательства в условиях состязательного процесса по правилам, установленным ст.ст. 87, 88 УПК РФ, что противоречит фундаментальным основам уголовного судопроизводства.

Также следует отметить, что свидетели обвинения (по преступлению в отношении К1.) Т2., Б., Н., Ж. судом не допрашивались, при этом государственный обвинитель в судебном заседании от исследования данных доказательств не отказывался. 

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, предъявленное Г. обвинение, равно как и доказательства по делу подлежат проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу. При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что доказательства по уголовному делу предметом надлежащего и всестороннего исследования в ходе судебного разбирательства не были и в своей совокупности не оценивались.

При этом, в нарушение вышеприведенных требований УПК РФ и Постановлений Конституционного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции не указал, какие фактические обстоятельства дела, указывающие на наличие оснований для квалификации действий Г., как более тяжкого преступления, явились основанием для возращения уголовного дела прокурору, какие существенные нарушение УПК РФ допущены на досудебной стадии производства по делу. 

Помимо этого, как обоснованно указано в апелляционном представлении, в материалах уголовного дела имеются мотивированные постановления следователя следственного отдела по Индустриальному району г. Перми следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю М. от 6 июля 2020 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Г. по ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 126, п. «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанных преступлений (т. 5 л.д. 101 – 102), следователя ОРПОТ Индустриального района СУ Управления МВД России по г. Перми С3. от 11 июня 2020 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Г. по ч. 1 ст. 167 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления (т. 3 л.д. 143), следователя по ОВД следственного отдела по Индустриальному району г. Перми СУСК РФ по Пермскому краю С2. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Г. по ч. 1 ст. 131 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления (т. 2 л.д. 34 - 44). 

Из материалов уголовного дела следует, что указанные постановления потерпевшая К1. и ее представитель не обжаловали, что они подтвердили в суде первой и апелляционной инстанции. 

Следует отметить, что применение судом положений п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ должно иметь место во взаимосвязи с другими положениями уголовно-процессуального закона, а именно п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, что уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается при наличии неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела, а также с положениями ч. 1 ст. 252 УПК РФ о том, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. 

В этой связи суд апелляционной инстанции полагает, что наличие вышеуказанных неотмененных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Г. не давало суду первой инстанции оснований полагать о необходимости предъявления подсудимым более тяжкого обвинения и в связи с этим возвращать уголовное дело прокурору.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что настоящее уголовное дело возвращено прокурору без достаточных оснований, поэтому в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела, постановление суда в соответствии со пп. 1, 2 ст. 389.15, п. 4 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ подлежит отмене с направлением уголовного дела в тот же суд на новое рассмотрение, со стадии судебного разбирательства, в ином составе суда.

Оснований для передачи дела новое рассмотрение тому же судье не имеется. 

Как следует из смысла закона и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в постановлении от 2 июля 2013 года № 16-П, суд вправе принимать предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по устранению нарушений, допущенных органами предварительного следствия. Вместе с тем при возвращении уголовного дела прокурору требование суда об устранении указанных им препятствий рассмотрения уголовного дела, связанных с наличием оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, представляет собой выраженную позицию суда как органа правосудия, призванного беспристрастно, самостоятельно и независимо от сторон обвинения и защиты разрешить уголовное дело и вынести правосудное решение. Осуществление судом проверки наличия препятствий к рассмотрению уголовного дела по существу по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, связано с оценкой судом фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, и, таким образом, свидетельствует о возникновении в данных условиях обоснованных сомнений в обеспечении объективности и беспристрастности судьи при разрешении дела по существу и является препятствием для его участия в повторном рассмотрении данного дела. 

С доводами, содержащимися в апелляционной жалобе подсудимого Г. и апелляционном представлении о нарушении права на защиту Г. при разрешении судом вопроса о возвращении уголовного дела прокурору, согласиться нельзя.

Законом предоставлена возможность суду вернуть уголовное дело прокурору по основаниям, указанным в ст. 237 УПК РФ. Такой возврат производится в целях устранения нарушений уголовно-процессуального закона, которые были допущены на стадиях, предшествовавших судебному производству, и повлекли лишение или стеснение гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, исключающие возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора, если это не связано с восполнением неполноты дознания или предварительного следствия. 

Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного следствия при разрешении постановленного на рассмотрение судом вопроса о возвращении уголовного дела прокурору адвокат Шипиловских А.С. по просьбе подсудимого Г. разъяснил ему положения ст. 237 УПК РФ. Каких-либо заявлений и ссылок о ненадлежащем выполнении адвокатом Шипиловских А.С. своих профессиональных обязанностей, на отсутствие надлежащей помощи и расхождения в позиции от подсудимого не поступило, от его услуг он не отказывался. Не было таких заявлений и стороны государственного обвинителя в судебном заседании. Суд апелляционной инстанции находит доводы жалобы и представления в части нарушения права на защиту голословными, поскольку они не содержат каких-либо фактов, свидетельствующих о ненадлежащем оказании адвокатом Шипиловских А.С. юридической помощи подсудимому Г..

При этом возвращение судом уголовного дела в предшествующую стадию уголовного процесса, то есть для производства предварительного расследования, в том числе для квалификации действий лица как более тяжкого преступления, само по себе право Г. на защиту не нарушает. 

Возвращение уголовного дела прокурору имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, что дает возможность после устранения выявленных существенных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения. Тем самым обеспечиваются гарантированные Конституцией Российской Федерации право обвиняемого на судебную защиту и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст.ст. 46, 52 Конституции Российской Федерации).

Процессуальный институт возвращения уголовного дела прокурору направлен на реализацию положений, закрепленных в ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации, о необходимости обеспечения баланса частных и публичных интересов на основе принципа справедливости, что предполагает защиту как интересов правосудия, прав и свобод потерпевших, так и прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности и считающихся невиновными до тех пор, пока их виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Приведенные положения закона соотносятся с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 14 ноября 2017 года № 28-П о недопустимости произвольного возобновления прекращенного уголовного дела, в том числе многократное его возобновление по одному и тому же основанию, создающее для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянную угрозу уголовного преследования и, положениями п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ о том, что следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, а в силу требований ч. 1 ст. 175 УПК РФ, при наличии оснований для изменения предъявленного обвинения, следователь в соответствии со ст. 171 УПК РФ выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и предъявляет его обвиняемому в порядке, установленном ст. 172 УПК РФ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что в судебном заседании не выявлено процессуальных нарушений, повлекших лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства и исключающих возможность постановления законного и обоснованного итогового решения по делу. Указанные в постановления суда обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения дела судом и принятия по нему законного и обоснованного решения.

На досудебной стадии производства по делу и при поступлении уголовного дела в суд в отношении Г. была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая постановлением суда от 25 сентября 2020 года о назначении уголовного дела к слушанию и при возвращении уголовного дела прокурору, оставлена судом без изменения. В целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного заседания в разумные сроки, суд, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, положений ст.ст. 97, 102 УПК РФ, а также данных о личности Г., избирает в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Руководствуясь ст.ст. 389.13-15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Индустриального районного суда г. Перми от 28 октября 2020 года о возвращении уголовного дела по обвинению Г. по ч. 2 ст. 318, ч. 1 ст. 318, ч. 2 ст. 159 УК РФ прокурору Индустриального района г. Перми отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Избрать в отношении подсудимого Г. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья подпись