дело №2-257/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 октября 2017 года пгт.Троицко-Печорск

Троицко-Печорский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Чулкова Р.В.,

при секретаре Задорожной О.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении, взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивировал тем, что в период с 26.08.2015 до 21.02.2016 работал у ответчика вахтовым методом на заготовке леса 

<

данные изъяты>. Каждую вахту истец писал заявления о приеме на работу, передавал их ответчику вместе с необходимыми для трудоустройства документами, однако, после окончания вахты ИП «ФИО3» возвращал документы обратно без внесения записей в трудовую книжку. Истец требовал заключения трудового договора, на что ответчик обещал это сделать, в последующем свои обещания не выполнял. ФИО1 обращался в органы прокуратуры, которые перенаправляли его заявление в государственную инспекцию по труду, в ходе проведения проверки которой установлено, что ФИО1 проработал у ответчика 21 день в октябре 2015, с чем категорически не согласен истец, в связи с чем, просит суд обязать ответчика внести в трудовую книжку сведения о приеме на работу с 26.08.2015 и увольнении по собственному желанию 21.02.2016. В связи с нарушением трудовых прав истца просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 5000 рублей. 

С учетом возникшего спорного правоотношения судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечен Ухтинский отдел Государственной инспекции труда в РК.

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал. В ходе рассмотрения дела пояснял, что устраивался к ответчику на работу по направлению центра занятости. Созвонившись с ответчиком, тот предложил истцу самому сформировать бригаду рабочих на лесозаготовку, что он и сделал, договорившись с ФИО4, А.В., ФИО5 и ФИО8 Изначально, по просьбе ответчика, истец с ФИО6 приезжал в п.Якша для ремонта трактора, где отработал 9 дней, передавал все необходимые документы для трудоустройства, которые по окончании ремонта трактора ответчик ему вернул, сообщив, что все оформит после того как бригада приступит к работе. Впоследствии с бригадой на работу к ИП ФИО3 приезжал 14.09.2015. По приезду все члены бригады, включая истца, писали заявления о приеме на работу, которые с трудовыми книжками, копиями ИНН, паспортов передавали ответчику. Проработав 46 дней, получили зарплату по 18000 рублей каждый, ответчик вернул им заявления о приеме на работу, трудовые книжки и т.п., сообщив, что все отчетные документы по работникам его предприятия уже сданы в Пенсионный фонд, налоговую, в следующий раз обещал оформить трудовые отношения, внести записи в трудовую книжку о приеме на работу. Впоследствии приезжали на работу, где проработали до декабря 2015 г. На третью вахту приехал 24.01.2016, должны были проработать до 24.02.2016, но поскольку закончили работу на делянке раньше, уехали 21.02.2016, при этом ответчик заплатил каждому по 5000 рублей, впоследствии выплатил еще по 11000 рублей. При каждом приезде на работу истец писал заявления о приеме, передавал трудовую книжку и другие документы для трудоустройства, которые после каждой вахты ответчик ему возвращал, без внесения записей в трудовую книжку. Приказов о приеме на работу не видел, с ними его ответчик не знакомил, трудовой договор с ним заключен не был, однако, он был допущен к работе с ведома и по поручению ответчика, работал по должности 

<

данные изъяты>, заработная плата истца и членов бригады зависела от кубатуры заготовленной древесины. Осипов самостоятельно вел учет заготовки, который потом сравнивал с расчетами произведенными учетчиком, работавшим у ответчика. Утверждал, что после каждой вахты расписывался в ведомостях выдачи заработной платы. С правилами внутреннего трудового распорядка его ответчик не знакомил, в журналах о проведении инструктажей не расписывался. Рабочий день был не нормированный, проживали в период вахты на делянке в балках, принадлежащих ИП ФИО3 за 70 км. от пст.Якша, куда их доставлял ответчик. Из пст.Нижняя Омра до пст.Якша добирались самостоятельно на рейсовых автобусах, либо на такси. Подтвердил факт получения от ответчика письма с просьбой приехать для оформления трудового договора и внесения записей в трудовую книжку, однако, этого не сделал по причине отдаленности и отсутствия возможности переночевать в пст.Якша. С заявлением об увольнении к ответчику не обращался. 

В судебное заседание ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела не явился. В письменном отзыве на иск указал, что в октябре 2015 г. к нему обратился истец с просьбой предоставить работу, т.к. приехал к другому человеку работать, но место уже было занято, денег на обратную дорогу нет. ФИО3 предложил ФИО1 временную работу на заготовке леса. У истца отсутствовали какие-либо документы для трудоустройства, в связи с чем, он предложил предоставить их в следующий раз, когда тот вновь приедет на работу. С истцом был проведен инструктаж по технике безопасности и пожарной безопасности, он был допущен к работе. По окончании работы ФИО1 была выплачена заработная плата, что подтверждается платежной ведомостью. В периоды, указанные истцом в заявлении он не работал, заявлений о приеме на работу ни лично, не по почте не направлял. После проведения ГИТ проверки, истцу направлялось письмо с просьбой приехать для оформления трудовых отношений, что ФИО1 не сделал. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, с заявленными истцом требованиями не согласилась. Пояснила, что истец не доказал, что между ним и ответчиком существовали отношения, урегулированные трудовым законодательством, а также положением о вахтовом методе работы. По мнению представителя ответчика, истец работал у ИП ФИО3 по гражданско-правовому договору. 

В судебное заседание представитель третьего лица Ухтинского отдела ГИТ в РК извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился, о причинах неявки суд не уведомил, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял.

В порядке ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие ответчика и представителя третьего лица.

Выслушав пояснения сторон, показания допрошенных свидетелей, исследовав и проанализировав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из п.2 ст.1 Гражданского кодекса РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 №597-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.15 и 56 Трудового кодекса РФ (далее ТК РФ).

В соответствии со ст.15 ТК РФ, трудовыми признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно ст.56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст.61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст.67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Из ч.2 ст.67 ТК РФ следует, что если трудовой договор не был оформлен в письменной форме, однако работник фактически приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе, оформить трудовой договор в письменной форме.

Судом установлено, что ФИО3 является индивидуальным предпринимателем, поставлен на налоговый учет в качестве такового 20.12.2007. Согласно выписке из ЕГРИП одним из видов разрешенной деятельности являются лесозаготовки.

Из внесенных в трудовую книжку ФИО1 записей следует, что 25.07.2011 он принимался на работу в ООО «

<

данные изъяты>» рабочим по уборке территории, откуда был уволен 31.07.2011. В последующем трудоустраивался 04.05.2016 в администрацию СП «Нижняя Омра» временно, рабочим по благоустройству населенных пунктов. Последним местом его работы в период с 13.07.2017 по 17.07.2017 являлась 

<

данные изъяты>

Таким образом, сведения о работе у ответчика в трудовой книжке истца отсутствуют.

03.03.2017 ФИО1 обратился с заявлением в Ухтинский отдел Государственной инспекции труда в РК в котором просил разобраться в ситуации по поводу оформления трудовых отношений с ИП ФИО3, указывая, что по направлению центра занятости населения работал у него с 26.08.2015 по 20.02.2016 раскряжевщиком на верхнем складе, однако, работодатель не внес сведения в трудовую книжку о приеме на работу и увольнении, трудовой договор не оформил, отчисления в фонды не произвел.

На основании распоряжения от 29.03.2017 №-ОБ/424/20/1 в отношении ИП ФИО3 проведена внеплановая документарная проверка.

Согласно акту проверки от 20.04.2017 №-ОБ/424/20/2Ухтинским отделом ГИТ в РК установлены нарушения работодателем положений ст.303, ч.2 ст.22, ч.1, 2 ст.67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.136, ст.66, ч.4 ст.91 ТК РФ, Федерального закона №212-ФЗ от 24.07.2009 «О страховых взносах в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования РФ, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», выразившиеся в следующем:

-не произведены выплаты страховых взносов и других обязательных платежей в ПФР, ФСС, ФОМС в отношении работника ФИО1 за весь период его работы в 2015 г.;

-трудовой договор с работником ФИО1 индивидуальным предпринимателем не оформлен в письменной форме. Работник приступил к работе у предпринимателя в качестве 

<

данные изъяты> в октябре 2015 на 20 календарных дней;

-при приеме на работу работника ФИО1 не оформлен приказ (распоряжение) о приеме на работу данного работника;

-предпринимателем не составляются и не выдаются работникам расчетные листки, в т.ч. ФИО1;

-предпринимателем не велась трудовая книжка ФИО1, проработавшего в октябре 2015 20 календарных дней;

-не велся учет времени, фактически отработанного работником ФИО1

По результатам проведенной проверки в адрес ИП ФИО3 20.04.2017 вынесено предписание об устранении выявленных нарушений трудового законодательства со сроком исполнения до 05.05.2017. Срок исполнения предписания по ходатайству предпринимателя продлевался до 05.06.2017.

Из представленных ответчиком как ГИТ в РК, так и суду документов следует, что в штатном расписании на 16.11.2013 на верхнем складе числились две должности чокеровщика. Согласно списку работников ИП ФИО3, работавших в период с августа 2015 по 31.03.2016 

<

данные изъяты> в нем отсутствуют.

Согласно платежной ведомости за ноябрь 2015 ФИО1 выплачено 18000 рублей – 16.11.2015.

В книге учета движения трудовых книжек ИП ФИО3 сведения в отношении истца отсутствуют. 

25.10.2015 ИП ФИО3 с ФИО1 проведен первичный инструктаж на рабочем месте, что подтверждается соответствующим журналом. В этот же день проведен инструктаж на рабочем месте по пожарной безопасности. При этом в обеих журналах указана должность ФИО1 – 

<

данные изъяты>.

27.04.2017 ответчиком в адрес истца направлено извещение, содержание которого заключается в необходимости явиться к индивидуальному предпринимателю для заключения трудового договора, производстве выплат в целях исполнения предписания ГИТ в РК.

Указанные обстоятельства подтверждены суду представленными доказательствами, оценив которые, суд приходит к выводам, что заявленные истцом требования законны, обоснованы и подлежат частичному удовлетворению в силу нижеследующего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 ТК РФ). Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом. Решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 ТК РФ). В соответствии с частью второй статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 ТК РФ), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Из смысла приведенных норм следует, что к признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Обращаясь в суд с заявлением, истец просит установить факт трудовых отношений с ответчиком и внести в его трудовую книжку записи о приеме на работу с 26.08.2015 и увольнении с 21.02.2016 по инициативе работника.

Из содержания представленных как в суд, так и ГИТ по РК со стороны ответчика документов, ИП ФИО3 не отрицает того факта, что ФИО1 работал у него в октябре 2015. Остальные периоды работы истца у ответчика ФИО3 не признает. Таким образом, направление в адрес истца извещения о необходимости явиться для оформления трудовых отношений и внесении записей в трудовую книжку, являются фактическим признанием ответчиком наличия таковых между ним и ФИО1 в неоспариваемый ответчиком период. 

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Представленные суду доказательства, в том числе показания допрошенных свидетелей, письменные пояснения ответчика, объяснения истца в своей совокупности свидетельствуют о том, что сложившееся отношения между ФИО1 и ИП ФИО3 имеют признаки, характерные для трудовых, а не гражданско-правовых отношений, поскольку работник явно был допущен к работе с ведома индивидуального предпринимателя, что не оспаривалось сторонами, подчинялся его указаниям, выполняя его поручения и задания на лесозаготовке, выполняемая им функция носила не эпизодический, а постоянных характер в течение определенного промежутка времени и не была связана с выполнением отдельного действия, подразумевающего прекращение взаимодействия по получению конкретного результата, выполнение данной функции требовало личного участия и вовлечения истца, с заинтересованностью со стороны работодателя выполнения функции непосредственно данным лицом; перечень совершаемых истцом действий соответствовал обычно предъявляемым требованиям к должности 

<

данные изъяты>.

При этом, с учетом специфики поручаемой истцу работы на лесозаготовке, суд считает, что между сторонами фактически сложились трудовые правоотношения, урегулированные срочным трудовым договором.

В качестве доказательств работы у ответчика и наличия между сторонами трудовых, а не гражданско-правовых отношений, судом принимается во внимание то обстоятельство, что с ФИО1 работодателем были проведены первичные инструктажи на рабочем месте и по пожарной безопасности, проведение которых при заключении гражданско-правового договора не требуется, при выполнении работы он подчинялся непосредственно ответчику, который в свою очередь контролировал выполнение работ, выплачивал истцу заработную плату по ведомости от 16.11.2015.

С учетом специфики работы истца, нахождения в лесу на делянке, отдаленности фактического исполнения им своих трудовых обязанностей от местонахождения ИП ФИО3, суд считает обоснованным доводы ФИО1 о том, что при выполнении работы он и его бригада не подчинялись Правилам внутреннего трудового распорядка, существующим у ответчика, рабочий день был не нормированный. Истец и члены его бригады проживали без выезда в предоставляемых ответчиком и принадлежащим ему балках. Продовольствие к месту работы истца и членов его бригады завозилось ответчиком, при этом, ФИО1 и члены его бригады формировали список необходимого, передавая его ФИО3 Доставка истца и членов его бригады к фактическому месту работы, расположенному в 70 км. от п.Якша в лесу и обратно осуществлялась силами ответчика. Данные обстоятельства стороной ответчика в суде не опровергнуты. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что трудовые отношения между сторонами имели место с октября 2015 года и продолжались в течение 21 календарного дня. Об этом в частности свидетельствуют следующие доказательства: подписи истца и ответчика в журналах проведения инструктажей 25.10.2015, ведомость выдачи заработной платы от 16.11.2015, материалы проверки ГИТ в РК, результаты и выводы которой сторонами в установленном законом порядке не оспорены.

Отсутствие оформленных трудовых договоров, приказов о приеме на работу, вопреки ошибочному суждению представителя ответчика, само по себе не подтверждает отсутствие между истцом и ответчиком трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении последним обязанности по оформлению трудовых отношений (ст.67, 68 ТК РФ).

В соответствии со ст.56 ГПК РФ относимых и допустимых доказательств наличия между сторонами таковых правоотношений с 26.08.2015 и до 21.02.2016 истцом не представлено. К показаниям допрошенных по делу свидетелей в указанной части суд относится критически и не может принять их за основу при вынесении решения, поскольку достоверными доказательствами они не подтверждены. Свидетель ФИО8 пояснил, что приезжал с истцом к ответчику на работу впервые 14.09.2015, а до этого, ФИО1 с ФИО6 ездили к ответчику восстанавливать трактор. Относительно периода работы у ответчика дал показания аналогичные показаниям истца. Вместе с тем, письменными доказательствами, представленными суду, достоверно подтверждается факт работы указанного свидетеля с истцом у ответчика только с ДД.ММ.ГГГГ. К показаниям свидетеля ФИО13 в части выдачи истцу и членам его бригады заработной платы, переданной ей ФИО3 суд относится критически, поскольку, во-первых, отсутствуют достоверные сведения, что ответчик уполномочивал ФИО13 выдавать истцу и членам его бригады заработную плату, во-вторых, что переданные ФИО13 истцу и членам его бригады денежные средства являлись заработной платой, а, в-третьих, не установлено, за какой период времени переданные ФИО13 денежные средства выплачены ответчиком, являлись ли они заработной платой за выполненную работу после 16.11.2015, либо остатками невыплаченной своевременно заработной платы за работу с 25.10.2015 до 16.11.2015. Ведомостей выдачи заработной платы истцу в период с 26.08.2015 по 15.11.2015 и с 17.11.2015 по 21.02.2016 суду не представлено, наличие таковых судом не установлено. 

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют, что истцом не доказан факт наличия трудовых отношений с ответчиком в период с 26.08.2015 по 25.10.2015 и с 17.11.2015 по 21.02.2016, в связи с чем, в указанной части заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворению не подлежат.

Поскольку как установлено судом, учет рабочего времени истца ответчиком не велся, а из представленных суду доказательств с абсолютной достоверностью невозможно определить начало работы ФИО1 у ответчика, при определении начала трудовых отношений, суд исходит из записей в журнале проведения первичного инструктажа на рабочем месте 25.10.2015. Это же следует из Правил внутреннего трудового распорядка, действующих у ответчика, в п.2.5 которых сказано, что при приеме на работу работодатель обязан проинструктировать работника по технике безопасности, производственной санитарии, противопожарной охране и другим правилам по охране труда, имеющим отношение к трудовой функции работника. 

Оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о внесении в его трудовую книжку записи об увольнении по инициативе работника, в т.ч. с 21.02.2016, суд не усматривает, поскольку, во-первых, факт работы ФИО1 у ответчика до 21.02.2016 своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашел, во-вторых, заявления об увольнении ФИО1 ответчику не подавал, что не отрицал в суде.

Трудовой кодекс РФ, содержащий конструкцию заключения трудового договора путем фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя (ч.3 ст.16, ч.1 ст.61, ч.2 ст.67 названного Кодекса), не содержит конструкции фактического прекращения трудового договора.

По смыслу действующего законодательства трудовые отношения считаются длящимися, продолжающимися независимо от фактического выполнения или не выполнения работником работы и поручения или не поручения работодателем работы работнику. Основания прекращения и расторжения трудовых договоров предусмотрены в ст.77 - 84 ТК РФ. Общий порядок оформления прекращения трудового договора предусмотрен в ст.84.1. названного Кодекса.

Как следует из пояснений истца, фактические трудовые отношения между ним и ответчиком прекращены 21.02.2016, поскольку после указанной даты работник к выполнению своих обязанностей не приступал.

Вместе с тем, заявляя требование о возложении на ответчика обязанность внести запись об увольнении по собственному желанию с 21.02.2016 ФИО1 доказательств того, что он обращался к работодателю с таким заявлением, не предоставил. Следовательно, у работодателя не возникло оснований для прекращения с истцом трудовых отношений в установленном законом порядке. Указанное не лишает истца права подать такое заявление, а ответчика принять его и внести соответствующую запись в трудовую книжку. 

По мнению суда, с учетом установленного нарушения трудовых прав истца ответчиком, выразившимся в ненадлежащем оформлении трудовых отношений, подлежат частному удовлетворению заявленные требования о компенсации морального вреда.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 разъяснено, что в соответствии с ч.4 ст.3 и ч.9 ст.394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. 

Учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст.21 (аб.14 ч.1) и ст.237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его неимущественных прав. 

В соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

По делу судом установлены нарушения со стороны ответчика трудовых прав истца, в результате чего, работодателем причинены истцу нравственные страдания.

Исходя из обстоятельств дела, учитывая объем причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, суд находит возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 1000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истица была освобождена, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, а истец в соответствии с требованиями ст.393 ТК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления, с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в силу ст.333.19 Налогового кодекса РФ подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 в период с 25.10.2015 по 16.11.2015.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу на должность 

<

данные изъяты> с 25 октября 2015 г.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 1000 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме на работу и увольнении, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину 300 рублей.

Резолютивная часть решения изготовлена на компьютере и подписана судьей в совещательной комнате.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Троицко-Печорский районный суд Республики Коми в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено судьей 23 октября 2017.

Судья Р.В.Чулков