Дело № 2-1484/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2018 года город Новосибирск

Ленинский районный суд города Новосибирска в лице судьи Васильева Д.С.,

при секретаре судебного заседания Аверине Н.С.,

с участием истца ФИО1, ответчицы ФИО2, ее представителя ФИО3, представителя третьего лица ЗАО «МКС-Новосибирск» ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО5 о признании недействительным решения общего собрания собственников помещений,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО5 о признании недействительным решения общего собрания собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, проведенного в очно-заочной форме в период с 10 мая 2017 года по 21 мая 2017 года и оформленного протоколом № 2 от 31 мая 2017 года.

Иск мотивировал тем, что он является собственников 

<

адрес> и исполняет обязанности председателя совета данного дома. 31 мая 2017 года по инициативе ФИО2 проведено общее собрание собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>. Он участия в общем собрании не принимал. Полагал, что решения данное собрание является недействительным, поскольку а) не соблюден порядок его проведения, он не получал извещения о проведении общего собрания; б) общее собрание не имело кворума, процент голосов в протоколе общего собрания исчислен неверно; в) решение о его переизбрании принято без вывода о ненадлежащем исполнении им своих обязанностей; г) протокол общего собрания оформлен с нарушением установленных правил, в нем отсутствуют необходимые реквизиты, не указаны количество голосов собственников, принявших участие в голосовании, к нему не приложен реестр собственников и бюллетени голосования. Иск предъявлен им к ФИО2 как инициатору проведения общего собрания и ФИО5 – как к секретарю общего собрания.

В судебном заседании истец ФИО1 доводы иска поддержал.

Ответчица ФИО2 и ее представитель ФИО3 против удовлетворения иска возражали, указывая, что порядок проведения в очно-заочной форме общего собрания соблюден, так как о предстоящем общем собрании собственники помещений многоквартирного дома были уведомлены путем размещения информации на досках объявлений. Кворум на общем собрании имел место, так как на общем собрании присутствовали собственники помещений, располагающие 67,77 % от общего числа голосов. Участие истца в голосовании не могло повлиять на его результаты. Истец пропустил срок исковой давности.

Представитель третьего лица ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала.

Ответчица ФИО5, представитель третьего лица ООО «КамСан-Сервис» в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены, о причинах неявки не сообщили.

Иные собственники помещений многоквартирного дома, будучи письменно уведомленными истцом путем направления ценных писем до принятия дела к производству суда о его намерении обратиться в суд (л.д.46-153), заявлений о вступлении в дело не подали, с самостоятельными исками не обратились.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, изучив материалы дела, приходит к следующему.

В первую очередь суд полагает необходимым дать оценку заявлению ответчицы о пропуске срока исковой давности.

В силу пункта 5 статьи 181.4 ГК Российской Федерации решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Согласно части 6 статьи 46 Жилищного кодекса Российской Федерации заявление об обжаловании решения общего собрания собственников помещений многоквартирного дома может быть подано в суд в течение шести месяцев со дня, когда указанный собственник узнал или должен был узнать о принятом решении.

ФИО1 предъявил рассматриваемый в настоящем деле иск 28 декабря 2017 года. Шесть месяцев, предшествующие дате предъявления иска, начали свое течение 28 июня 2017 года. 

Суду не представлено бесспорных доказательств того, что ФИО1 узнал или должен был узнать о принятых на общем собрании решениях в период до 28 июня 2017 года.

Формально-определенных доказательств (актов, фотодокументов и т.д.) размещения протокола общего собрания на досках объявления подъездов дома в определенную дату суду не представлено. Показания свидетелей по этому поводу не содержат четкой, конкретной и непротиворечивой информации о дате размещения протокола общего собрания на досках объявления, являются приблизительными и вероятностными.

По утверждению ФИО1 он получил протокол общего собрания только в августе 2017 года.

Поскольку это утверждение истца доказательно не опровергнуто, суд полагает, что ФИО1 срок исковой давности при обращении в суд не пропущен.

При рассмотрении спора по существу суд полагает необходимым в первую очередь проверить наличие кворума, поскольку сам по себе факт участия в общем собрании значительного количества собственников помещений многоквартирного дома может свидетельствовать о достаточной осведомленности о проведении такого собрания.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181.5 ГК РФ в случае, если решение собрания принято при отсутствии необходимого кворума, оно ничтожно, если иное не предусмотрено законом.

В силу части 3 статьи 45 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме правомочно (имеет кворум), если в нем приняли участие собственники помещений в данном доме или их представители, обладающие более чем пятьюдесятью процентами голосов от общего числа голосов.

В соответствии с частью 3 статьи 48 Жилищного кодекса Российской Федерации количество голосов, которым обладает каждый собственник помещения в многоквартирном доме на общем собрании собственников помещений в данном доме, пропорционально его доле в праве общей собственности на общее имущество в данном доме.

Из материалов дела видно, что общая площадь помещений многоквартирного дома составляет 4 819,77 кв.метров. Согласно данным протокола общего собрания, в нем приняли участие собственники помещений, располагающие право собственности на помещения общей площадью 3 266,62 кв.метра, что составляет 67,77 % от общего числа голосов. В подтверждение участия собственников помещений в голосовании суду представлены копии 71 бюллетеня голосования (решения собственников).

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 оспаривал достоверность данных об участии в голосовании собственников помещений в указанном в протоколе количестве. В обоснование своих доводов он сослался на отсутствие в бюллетенях голосований сведений о документе, подтверждающим право собственности, сведений в ЕГРН о собственнике, заполнение сведений о собственнике не собственноручно, отсутствие указаний на долю, принадлежащую собственнику, а также смену собственника или его смерть. По его утверждению, данные нарушения при заполнении бюллетеней голосования дают основания признать недействительными 44 бюллетеня голосования собственников помещений, располагающих правом собственности на 1 881,12 кв.метров. При их исключении из числа лиц, участвовавших в голосовании, останется участие только собственников помещений, располагающих право собственности на помещения общей площадью 1 296,78 кв.метров, то есть 26,91 % от общего числа голосов, что, по его мнению, дает основания для вывода об отсутствии кворума.

При рассмотрении данных доводов истца суд полагает необходимым отметить, что при оценке достоверности бюллетеней голосования, в том числе нарушений при его заполнении следует исходить из того, что недействительным может быть признан только тот бюллетень голосования, который заполнен лицом, не являющимся собственником помещений многоквартирного дома, его представителем или из содержания которого невозможно установить волеизъявление собственника помещений многоквартирного дома.

В этой связи суд не принимает во внимание доводы истца о недействительности бюллетеней в связи с отсутствием сведений о документе, подтверждающим право собственности лица, участвовавшего в голосовании. Даже если такие сведений не указаны в бюллетене голосования, это не влечет его недействительности, так как то обстоятельство, является ли лицо, принявшее участие в голосовании, собственником помещения многоквартирного дома, может быть проверено post factum, в частности, путем изучения реестра собственников помещений многоквартирного дома или данных ЕГРН.

Изложенная позиция касается и доводов истца относительно действительности бюллетеней, в которых не указана доля, принадлежащая собственнику. В том случае, если даже при отсутствии указания доли в праве собственности в бюллетене голосования, при подсчете голосов эта доля учтена правильно, оснований для признания по этому мотиву бюллетеня голосования нет.

Не являются состоятельными доводы истца о необходимости исключения тех бюллетеней, данные о собственниках которых содержатся в реестре, но отсутствуют в ЕГРН. Следует учитывать, что ЕГРН (с учетом его предшественника – ЕГРП) ведется с 1 января 1999 года, собственники, приватизировавшие свои помещения до этой даты, могли не регистрировать свое право собственности.

Не может суд принять во внимание и ссылку на то, что в части бюллетеней сведения о собственниках заполнены не собственноручно. Требования о собственноручном заполнении текста бюллетеня только собственником помещения в законе нет. Кроме того, данный довод при отсутствии соответствующей экспертизы является предположительным.

Между тем, как видно из представленного истцом перечня, только по указанным формальным основаниям, которые не могут влечь признания бюллетеня голосования недействительным, истец предложил признать исключить из числа лиц, участвовавших в голосовании, 29 собственников помещений, имеющих право собственности на помещений общей площадью 1197,458 кв.метров (

<

адрес> (79,6 кв.м.), № (38,4 кв.м.), № (79,8 кв.м.), № (39,7 кв.м.), № (56,4 кв.м.), № (57,4 кв.м.), № (53,6 кв.м.), № (53,5 кв.м.), № (54,4 кв.м.), № (55,2 кв.м.), № (26,85 кв.м.), № (18,633 кв.м.), № (52,4 кв.м.), № (60,0 кв.м.), № (60,7 кв.м.), № (54,9 кв.м.), № (37,2 кв.м.), № (18,7 кв.м.), № (29,475 кв.м.), № (54,6 кв.м.), № (80,9 кв.м.), № (56,9 кв.м.), нежилое № (78,2 кв.м.)). Суд не может согласиться с признанием этих бюллетеней голосования недействительными.

Надуманными полагает суд и доводы истца о необходимости признания недействительными бюллетеней голосования, в виду смерти или смены собственников. Так, истец ссылается на смену собственника квартиры № № (37,8 кв.метров), произошедшую 21 февраля 2018 года, смерть собственника квартиры № № (55,8 кв.метров), наступившую 22 ноября 2017 года, смену собственника квартиры № №(55,6 кв.метров), произошедшую 24 декабря 2017 года. Между тем все эти события наступили после проведения общего собрания в мае 2017 года и на действительность бюллетеней повлиять не могут. В связи с чем суд не может согласиться с признанием недействительными указанных бюллетеней голосования собственников, располагавших помещениями общей площадью 149,2 кв.метров.

В качестве основания признания недействительными бюллетеней голосования истец указал также на явные описки (например, указана «Баранова» вместо «Барабановой» (№ (26,85 кв.метров), «Хутзик» вместо «Худзик» (№ 25,25 кв.метров), «Артеменко Лидия» вместо «Артеменко Лилия» (№, 29,475 кв.метров), «Калиниченко» вместо «Каличенко» нежилое площадью 56,4 кв.метров), а также на смену фамилии («Антипова Ирина Николаевна» вместо «Драгайцевой Ирины Николаевны» (№, 28,1 кв.м.). Следует отменить, что ФИО6 выступила в данном судебном заседании в качестве свидетеля, с решением общего собрания она согласна. Поскольку указанные описки или разночтения не исключают возможности установить волеизъявление собственников указанных помещений, оснований для признания недействительными бюллетеней голосования указанных собственников, располагающих помещениями общей площадью 166,075 кв.метров.

Доводы истца о том, что часть бюллетеней (№, 13,625 кв.метров, №,113,2 кв.метров) подписана не собственниками, а иными лицами не подтверждены заключениями почерковедческой экспертизы, в связи с чем не могут быть признаны судом доказанными. Сами собственники указанных помещений, будучи уведомленными о подаче истцом иска в суд, поданных от их имени бюллетеней не оспорили.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания недействительными из числа указанных истцом бюллетеней голосования собственников помещений общей площадью 1639,558 кв.метров.

Суд соглашается с доводами истца об отсутствии подтверждения полномочий на подписание бюллетеней голосования ФИО7 от имени собственника ФИО8 и ФИО9 от имени собственника «город Новосибирск». Соответствующих доверенностей суду не представлено.

Истцом не оспорены 27 бюллетеней голосования собственников помещений, располагающих общей площадью 1 296,78 кв.метров. Судом отказано в признании недействительными бюллетеней голосования собственников помещений общей площадью 1639,558 кв.метров. Всего суд полагает действительными бюллетени голосования собственников помещений, располагающих общей площадью 2936,338 кв.метров.

Общая площадь помещений многоквартирного дома составляет 4 819,77 кв.метров. Судом признаны действительным бюллетени голосования собственников помещений, располагающих помещениями общей площадью 2936,338 кв.метров. Процент собственников, принявших участие в голосовании, составил: 2936,338/4819,77 = 0,609, то есть 60,9 %, что свидетельствует о наличии на общем собрании кворума.

При оценке доводов иска о нарушении установленного статьей 45 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка проведения общего собрания суд учитывает, что оно проводилось в очно-заочном порядке.

В материалы дела предоставлено сообщение инициатора общего собрания ФИО2, которое содержит все установленные частью 5 статьи 45 Жилищного кодекса Российской Федерации реквизиты.

Из показаний свидетелей ФИО10, ФИО12, ФИО22., ФИО15, ФИО16 следует, что сообщение о проведении общего собрания размещалось на доске объявлений.

В соответствии со статьей 47 Жилищного кодекса Российской Федерации первоначально 10 мая 2017 года проведено очное собрание, список регистрации которого представлен суду (л.д.158-159). Из списка регистрации видно, что на нем приняли участие 21 собственник помещений многоквартирного дома.

При таких обстоятельствах вопросы общего собрания обоснованно вынесены на заочное голосование, проводившееся в период с 10 мая 2017 года по 21 мая 2017 года. 

Как указано выше, само по себе наличие на общем собрании установленного кворума свидетельствует об осведомленности собственников помещений многоквартирного дома о проведении общего собрания.

При таких обстоятельствах суд не усматривает существенных нарушений порядка проведения общего собрания, которые могли бы повлечь его признание недействительным.

Доводы истца о ненадлежащем оформлении протокола общего собрания не могут влечь за собой признания недействительными решений общего собрания, проведенного с соблюдением установленного порядка и при наличии кворума. Из протокола видно, что по всем вопросам повестки дня в протоколе указано количество проголосовавших «за», «против» и «воздержавшихся». Из содержания протокола видно, что по всем вопросам «за» проголосовало абсолютное большинство лиц, принявших участие в голосовании, вывод суда о недействительности части бюллетеней не может повлиять на результаты голосования.

Ссылки истца на неясность в количестве проголосовавших по 11 вопросу, устранены в представленном ответчицей копии подлинника протокола (л.д.163-165). Кроме того, в данном пункте повестки дня ставился вопрос о заключении договора на монтаж и техническое обслуживание систем домофонизации и видеонаблюдения с ООО «КамСан-Сервис». Однако, как видно из объяснений сторон, указанная организация в одностороннем порядке обслуживание 

<

адрес> прекратила, вследствие чего заключение договора с ней стало невозможным, в связи с чем указанный принятие решения по указанному пункту повестки дня не нарушило прав истца ФИО1

Доводы истца о том, что он мог быть переизбран с должности председателя совета дома только при постановке вопроса о ненадлежащем исполнении советом дома своих обязанностей и принятии положительного решения по этому вопросу, основаны не неверном понимании норм жилищного законодательства.

В соответствии с частью 10 статьи 161.1 Жилищного кодекса Российской Федерации при ненадлежащем исполнении своих обязанностей совет многоквартирного дома может быть досрочно переизбран общим собранием собственников помещений в многоквартирном доме.

Как видно из приведенной нормы, она вовсе не требует обязательности формальной постановки отдельного вопроса о признании совета дома не надлежаще исполняющим свои обязанности. В данном случае ненадлежащее исполнение своих обязанностей советом дома указано в качестве мотива для переизбрания совета дома, что не исключает возможности принятия данного решения путем выбора нового совета дома. Данное право было в установленном порядке реализовано собственниками помещений многоквартирного дома путем проведения оспариваемого общего собрания. Описка в написании фамилии и инициалов избранной в совет дома собственника № («Марченко» вместо «Маркиной») не влияет на установление волеизъявление собственников, поскольку в данном случае указан номер квартиры, позволяющей идентифицировать личность избранного лица и устранить описку.

Доводы иска о неразмещении протокола общего собрания не имеют правового значения при оценке действительности принятых на общем собрании решений. Неразмещение протокола общего собрания или его несвоевременное размещение в случае, если оно имело место, может являться основанием для соответствующего исчисления срока исковой давности оспаривания принятого решения, но не влияет на его действительность.

При таких обстоятельства в удовлетворении иска следует отказать.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 о признании недействительным решения общего собрания собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, оформленного протоколом № 2 от 31 мая 2017 года, отказать.

Решением может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение составлено в окончательной форме 9 июля 2018 года.

Судья (подпись) Д.С. Васильев

«Подлинник определения суда находится в деле № 2-1484/2018 Ленинского районного суда города Новосибирска».