Решение

 в окончательной форме изготовлено 07 сентября 2018 года.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

03 сентября 2018 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе

председательствующего судьи Шумковой Н.В., 

при секретаре судебного заседания Юзеевой Е.В.,

с участием прокурора – помощника прокурора г. Краснотурьинска Михалевой А.А.,

истца ФИО1, представителя ФИО2, действующего на основании ордера № от 03.09.2018 и удостоверения №,

представителя ответчика - ОАО «БРУ» ФИО3, действующей на основании доверенности от 20.03.2018 года (до 30.10.2018),

третьего лица ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ча к открытому акционерному обществу «Богословское рудоуправление» о возмещении морального вреда, причиненного в связи с трудовым увечьем, 

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с иском открытому акционерному обществу «Богословское рудоуправление» (далее по тексту-ОАО «БРУ») о возмещении морального вреда, причиненного в связи с трудовым увечьем на производстве. Указав в обоснование требований, что 06 апреля 2005 года принят учеником проходчика в подземных условиях на подземный очистной участок № шахты «Северопесчанская». 19 мая 2005 года при бурении забоя на него упал закол. В результате произошедшего несчастного случая, в котором его вина не была установлена, ему причинены следующие телесные повреждения: перелом верхней стенки орбиты справа, перелом костей носа, ушибленная рана лица, ушибленная рана правого плеча. Истец просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 500 000 руб.

На основании определения суда от 14.08.2018 к участию в деле привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (л.д. 84-85).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме, пояснив, что 19 мая 2005 года во время обрыва забоя получил телесные повреждения в области головы и лица, ему диагностировали облом верхней и нижней челюстей, были выбиты зубы, сломаны левая скула, нос, кость височная правая, у него были многочисленные шрамы на лице, повреждена правая рука. 4 дня он пролежал в городской больнице г. Краснотурьинска, затем был направлен в г. Екатеринбург в отделение челюстно-лицевой хирургии в городскую больницу № 23 и находился на лечении до конца июня 2005 года. Ему была выполнена операция по восстановлению скулы, челюсти и височной кости. Затем он был переведен в офтальмологическое отделение, так как ослеп на правый глаз. Ему ставили уколы в области глаз. Находился на больничном до конца ноября 2005 года. В течение 2006 и 2009 годов неоднократно обращался за медицинской помощью в центр офтальмологии, ежемесячно ездил в медицинские учреждения г. Екатеринбурга. В декабре 2005 года вышел на работу и был переведен по медицинским показаниям механиком в ОАО «БРУ». Во время длительного лечения испытывал физическую боль, из-за повреждений лица и челюсти не мог принимать пищу и самостоятельно ухаживать за собой, не мог долгое время разговаривать, зрение восстановлено было частично, но глаза не концентрируются, он был ограничен в возможности общения с детьми, не может теперь заниматься любимым хобби – охотой. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы истца.

Представитель ответчика ОАО «БРУ» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования признала частично в судебном заседании, пояснив, что в результате несчастного случая истец получил на производстве травму, но трудоустроившись, он был осведомлен об опасном характере работы подземного рабочего в шахте. В соответствии с медицинскими документами ему рекомендован труд с небольшой зрительной нагрузкой и может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки. Истец не потерял способность к труду и имеет возможность трудиться с учетом состояния своего здоровья. При вынесении решения необходимо учесть факт обращения в суд спустя 13 лет. Просит удовлетворить исковые требования частично с учетом требований разумности и справедливости.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании пояснил, что 19 мая 2005 года спустился в шахту вместе с истцом, который работал учеником проходчика, и во время бурения на истца обвалился закол, а ему (ФИО4) был объявлен выговор.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и дате судебного разбирательства были извещены путем направления судебных извещений по месту жительства и размещения информации на сайте Краснотурьинского городского суда, об отложении дела не ходатайствовали, о причинах неявки суд не известили, своих представителей не направили.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено рассмотреть при указанной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

С 06 апреля 2005 года ФИО1 принят на шахту «Северопесчанская» ОАО «БРУ» проходчиком (учеником) на подземный горнопроходческий участок №. 

В судебном заседании установлено, и стороны не оспаривают, что 19 мая 2005 года с истцом произошел несчастный случай на производстве.

Из Акта № о несчастном случае от 03 июня 2005 года следует, что 19 мая 2005 года в шахте на ФИО1 обрушился кусок горной массы, что повлекло причинение ему телесных повреждений в виде перелома верхней стенки орбиты справа, перелома костей носа, ушибленной раны лица, ушибленной раны правого плеча, что относится к тяжелым производственным травмам (л.д. 12-16).

Причиной несчастного случая, согласно Акта №, явилось внезапное отслоение куска горной массы с кровли выработки из-за некачественной обработки заколов – нарушение п.4 раздела «Требования безопасности к оборке заколов в горных выработках», отсутствие съемного щитка от возможного обрушения заколов в процессе бурения – нарушение раздела «Указание мер безопасности» «Технического описания и инструкции по эксплуатации установки бурильной УБШ-221П», слабая производственная дисциплина на подземном участке №–нарушение п.п. 5.8 раздела 2 «Должностной инструкции мастера горного подземного участка ш. «Северопесчанская», п.п. 12,14 раздела 2 «Должностной инструкции начальника подземного участка ш. «Северопесчанская».

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, явились:

ФИО4 – проходчик пятого разряда (взрывник) подземного участка №, который допустил бурение забоя установкой бурильной УБШ-221П при некачественной оборке заколов. Нарушение: распоряжения по Шахте «Северопесчанская» № от 08.04.2005, п.2.4 «Инструкции по охране труда для горнорабочего очистного забоя, проходчика» (ТО 81-18-03), п. 4 раздела «Требования безопасности к оборке заколов в горных выработках», «Инструкция по ОТ и ПБ по основным положениям, правам и обязанностям для работников шахты «Северопесчанская» (ОТ 81-01-04), 

ФИО5 – горный мастер подземного участка № ш. «Северопесчанская», который не обеспечил безопасное состояние вентиляционного орта № гор.-308 м., выполнение работниками смены требований инструкций по охране труда. Нарушение: п.п. 5.8 раздела 2 «Должностной инструкции мастера горного подземного участка ш. «Северопесчанская», утвержденной директором предприятия 01.07.2003,

ФИО6 – главный механик шахты «Северопесчанская», который допустил эксплуатацию установки бурильной УБШ-221П, не обеспечив съемными щитками от возможного обрушения заколов в процессе бурения. Нарушение раздела «Указание мер безопасности» «Технического описания и инструкции по эксплуатации установки бурильной УБШ-221П», п.п. 1.5 раздела 2 «Должностной инструкции главного механика шахты «Северопесчанская», утвержденной директором 01.07.2003,

ФИО7 – начальник подземного участка № шахты «Северопесчанская», который не обеспечил правильную организацию и безопасное производство работ, ослабил контроль за производственной дисциплиной на участке. Нарушение п.п. 12, 14 раздела 2 «Должностной инструкции начальника подземного участка шахты «Северопесчанская», утвержденной директором предприятия 01.07.2003.

После несчастного случая истец переведен механиком на подземный участок внутришахтного транспорта №, 16 июня 2018 года переведен слесарем по обслуживанию и ремонту оборудования 4 разряда на дробильно-обогатительную фабрику.

Частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола № от 20 марта 1952 года к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод здоровье - это состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов. Поэтому под охраной здоровья понимается совокупность мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья.

На основании ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба. 

На основании ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Представители работодателя обязаны обеспечить работникам здоровые и безопасные условия труда, создать нормальные условия для выполнения работником трудовой функции в связи с чем, вина работодателя при получении работником травмы в процессе трудовой деятельности, профессионального заболевания, совершении им других действий (бездействия), повлекших нарушение трудовых прав работника, в причинении ему физических и (или) нравственных страданий презюмируется.

По смыслу статей 212, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Установлено из материалов дела, что с 21 ноября 2005 до 20 ноября 2006 года ФИО1 установлена третья группа инвалидности, согласно справки МСЭ, повторно установлена инвалидность той же группы на срок до 20 ноября 2007 года и определена утрата профессиональной трудоспособности 10%. В соответствии Программой реабилитации установлено, что истец может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки.

Из представленных истцом медицинских документов следует, что он длительное время находился на лечении. Так, с 03 по 15 июня 2005 года ФИО1 находился на лечении в МУ Центральная городская больница № Областного офтальмо-травматологического центра, 01 июня 2005 года ему выполнена операция по восстановлению скулы, 04 июля 2005 года произведено удаление спицы, снятие шины. 18 июля 2005 года истец направлен на госпитализацию для рассасывающей терапии. С 25 июля 2005 по 05 августа 2005 года находился на лечении в областном глазном травматологическом центре. 19 сентября 2005 года истец обратился на прием с жалобами на низкое зрение правого глаза, ему рекомендовано пройти курс лечения. С 05 октября 2005 по 19 октября 2005 года ФИО1 находился на лечении в Свердловском областном клиническом психоневрологическом госпитале ветеранов войны по поводу отслойки сетчатки глаза. 21 ноября 2005 года истцу диагностировано частичное помутнение хрусталика. 05 апреля 2006 года ФИО1 проведена консультация в Уральской государственной медицинской академии на кафедре глазных болезней. С 19 апреля 2006 по 28 апреля 2006 года истец находился на лечении в Свердловском областном клиническом психоневрологическом госпитале ветеранов войн. С 30 ноября 2009 по 11 декабря 2009 года ФИО1 проходил лечение в Областном офтальмотравматологическом центре.

Свидетель 

<

ФИО>1 в судебном заседании показала, что является женой истца. После несчастного случая, увидела мужа в больнице в тяжелом состоянии, лицо было черным, угол рта разорван, нос вдавлен. Самостоятельно он не мог ухаживать за собой, уход осуществляла она. Затем мужа перевели в областную больницу, где он долгое время не мог вставать, челюсть у него была завязана, и он мог только принимать через трубочку жидкую пищу, зрение на правый глаз пропало.

Суд находит, что причинно-следственная связь между несчастным случаем, произошедшим с истцом, и перенесенными им в связи с этим нравственными страданиями в судебном заседании установлена, что следует из акта от 03 июня 2005 года.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Оснований для учета вины потерпевшего – истца у суда не имеется в связи с отсутствием в его действиях во время несчастного случая грубой неосторожности.

В судебном заседании установлено, что по вине ответчика - работодателя истцу причинен моральный вред в виде повреждения здоровья в связи с несчастным случаем, произошедшим на производстве.

В связи с несчастным случаем ФИО1 продолжительное время находился на лечении, ему установлена бессрочно утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%.

Перенесенные заболевания причинили и продолжают причинять истцу значительные физические страдания, нравственные переживания по поводу ограничения в трудовой деятельности, необходимости обращения за медицинской помощью и принятия лекарственных препаратов. 

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве к ОАО «БРУ» подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, как причинителя вреда, суд принимает во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, повлекших за собой изменение привычного уклада и образа жизни ФИО1 на протяжении длительного времени с 2005 по 2009 года, до конца ноября 2005 года истец был ограничен в возможности приема пищи, ослеп на правый глаз, выполненные ему операции не восстановили зрение, появилось косоглазие и дефект речи, сломаны зубы. Данные нарушения здоровья, несмотря на то, что повлекли 10% утраты профессиональной трудоспособности, безусловно ухудшили качество жизни не только истца, но и членов его семьи, которым длительное время он не мог уделять необходимого внимания и заботы. В результате ухудшения состояния здоровья ФИО1 вынужден был перейти на иную, нижеоплачиваемую работу, что сказалось на финансовом благополучии семьи истца. Длительность не обращения в суд с иском о компенсации морального вреда непосредственно после несчастного случая вызвана объективными причинами – желанием сохранить привычное рабочее место и сохранением финансовой стабильности для содержания семьи.

Суд учитывает требования разумности и справедливости, степень тяжести причиненных истцу душевных, нравственных и физических страданий в результате утраты на производстве профессиональной трудоспособности, не обеспечения со стороны ответчика безопасных условий труда с учетом длительности периода нетрудоспособности и наступивших последствий. 

Учитывая то, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований истца. В пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим 19 мая 2005 года, в размере 300 000 руб. 

По смыслу ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. 

В связи с изложенным взысканию с ОАО «БРУ» в доход бюджета городского округа Краснотурьинск подлежит сумма государственной пошлины, от уплаты которой истец освобожден на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ча к открытому акционерному обществу «Богословское рудоуправление» о возмещении морального вреда, причиненного в связи с трудовым увечьем, удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Богословское рудоуправление» в пользу ФИО1 ча компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Богословское рудоуправление» государственную пошлину в доход бюджета городского округа «Краснотурьинск» в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий

судья (подпись) Шумкова