Дело № 2-774

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

р.п. Каргаполье 22 ноября 2017 года

Каргапольский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Гончарука С.Е.,

при секретаре судебного заседания Шестаковой Г.А.,

с участием представителя истца ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» по доверенности ФИО2,

ответчиков ФИО3 и ФИО4 и их представителя по устному ходатайству ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» к ФИО3 и ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного работниками при исполнении трудовых обязанностей,

установил:

Из иска ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» следует, что ответчики работали продавцами продовольственных товаров 4 разряда в магазине фирменной торговли «Равис» (

<

...>), принадлежащем обществу: ФИО3 с 13.03.2017, ФИО4 – с 24.03.2017. С ними был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, согласно которому ответчики приняли на себя полную материальную ответственность за необеспечение сохранности и недостачу вверенных им работодателем товарно-материальных ценностей и имущества. В обязанности продавца входит: принимать продукцию, обеспечивать её сохранность, вести оперативный учёт реализации товаров, оформлять необходимые документы, связанные с поставкой и реализацией продукции, составлять отчётность и еженедельно сдавать выручку в банк или кассу предприятия и т.д. ФИО3 и ФИО4 ознакомлены с должностной инструкцией под роспись, однако возложенные на них обязанности не исполнили. 10.05.2017 в отделе фирменной торговли по адресу: 

<

...>, была проведена инвентаризация, в результате которой была выявлена недостача материальных ценностей в размере 60327,98 руб. В ходе служебного расследования было установлено, что недостача образовалась в результате неисполнения продавцами ФИО3 и ФИО4 своих должностных обязанностей и нарушения кассовой дисциплины. Бездействие ответчиков выразилось в неисполнении обязанностей правильного ведения учёта товарно-материальных ценностей, денежные средства в кассу предприятия не сдавались. Исходя из заработной платы и отработанного времени сумма недостачи составила у ФИО3 – 36405 руб., у ФИО4 – 23922,97 руб. ФИО3 в погашение ущерба внёс в кассу предприятия 11000 руб. по приходно-кассовому ордеру №* от 15.05.2017. Приказом №* от 09.06.2017 ФИО3 уволен с работы за утрату доверия по п.7 ст. 81 ТК РФ. В период с 10.05.2017 по 29.05.2017 в данной торговой точке работала продавец ФИО4 29.05.2017 была проведена инвентаризация, в результате которой была обнаружена недостача материальных ценностей в размере 14361,33 руб. В ходе служебного расследования было установлено, что недостача образовалась в результате неисполнения продавцом ФИО4 своих должностных обязанностей и нарушения кассовой дисциплины. Приказом №* от 14.06.2017 ФИО4 была уволена с работы за утрату доверия по п.7 ст. 81 ТК РФ. Добровольно возместить причиненный ущерб ответчики отказались. Истец просил взыскать в свою пользу сумму ущерба: с ФИО3 в размере 25405 руб., с ФИО4 в размере 38284,30 руб., взыскать с ответчиков расходы по уплате государственной пошлины в размере 2111 руб.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 поддержала заявленные требования и просила их удовлетворить. Дополнила, что при поступлении на работу с каждым из ответчиков были заключены договоры о полной индивидуальной материальной ответственности. В дальнейшем при создании коллектива из двух продавцов с ними был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Причина недостачи у ответчиков – нарушение кассовой дисциплины и неисполнение своих должностных обязанностей.

Ответчики ФИО3 и ФИО4 и их представитель ФИО5 иск не признали, просили отказать в его удовлетворении.

ФИО3 пояснил, что при проведении инвентаризации 10.05.2017 он не присутствовал, у него был выходной день. Работал в отделе вначале один, потом с ФИО4 Каждый работал по одной неделе, смена с 09-00 часов до 20-00 часов, передавали друг другу деньги и товар. С результатами инвентаризации ознакомлен 11.05.2017. Причину недостачи не знает, возможно, были хищения. Как им пояснили, недостача пошла из-за пакетов, которые привезли в начале апреля без накладных. Позднее они были оформлены, товарный отчет отправлен в Челябинск через водителя. Никаких заявлений по этому поводу не писал. В конце апреля менеджер Т. привезла договор о полной коллективной материальной ответственности и они его заполнили задним числом. Тетрадь учета поступления товара не велась. Дверь помещения, в котором находился их отдел, запиралась на ключ, который находился у продавца. В помещении после окончания смены никого не оставалось.

Ответчик ФИО4 пояснила, что причины образования недостачи объяснить не может. Присутствовала при проведении инвентаризации, имеется её подпись, наличие товара полностью записано. Перед ревизией у неё не пробилось пару кассовых чеков, отвлекла менеджер. Работала вместе с ФИО3 по одной неделе, в конце недели каждый раз принимали товар у друг друга. По результатам второй ревизии не согласна. Предполагает, что недостача могла образоваться по причинам, что водители, привозившие товар, воровали, что были старые весы, что товар они в силу неопытности пересчитывали по коробкам и не перевешивали, часть коробок были открытыми. Когда были расхождения по весу, звонила менеджеру Т. Подписание договора о полной индивидуальной материальной ответственности и договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности не отрицала. По поводу пакетов полагала, что имела место халатность со стороны менеджера, так как она не привезла на них накладную. Пакеты при ревизии были учтены. После второй ревизии обращалась в полицию, поскольку полагала, что имело место хищение товарно-материальных ценностей, но в возбуждении уголовного дела было отказано. В помещении работало два отдела, уходили все вместе, дверь запиралась на ключ, который в единственном числе находился у продавца. Полагала, что в помещение отдела был возможен доступ третьих лиц. Говорила об этом менеджеру, но меры не были приняты. Система слежения и сигнализации отсутствовала.

Представитель ответчиков ФИО5 полагал, что недостача могла образоваться в результате хищения товара третьими лицами, так как торговая точка не охранялась. Доводы истца о причинении ответчиками материального ущерба не нашли своего подтверждения в суде.

Заслушав пояснения представителя истца, ответчиков ФИО3 и ФИО4 и их представителя ФИО5, показания свидетеля Т., изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия).

В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя.

В соответствии со ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 243 п. 2 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Согласно ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

На основании Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 № 85, продавцы относятся к категории работников, с которыми работодатель имеет право заключать договоры о полной материальной ответственности.

В судебном заседании установлено, что ответчики ФИО3 и ФИО4 были приняты на работу продавцами продовольственных товаров 4 разряда в магазин фирменной торговли «Равис», расположенном по адресу: 

<

...>, принадлежащем ООО «Равис – птицефабрика ФИО1»: ФИО3 - с 13.03.2017 (приказ о приеме на работу №*-к от 13.03.2017, трудовой договор от 13.03.2017 №*), ФИО4 – с 24.03.2017 (приказ о приеме на работу №*-к от 27.03.2017, трудовой договор от 27.03.2017). При приёме на работу ответчики были ознакомлены под роспись с должностной инструкцией продавца, о чём имеются их подписи и ими не оспаривалось.

При приёме на работу с каждым из ответчиков были заключены договоры о полной индивидуальной материальной ответственности: с ФИО3 – 13.03.2017, с ФИО4 – 27.03.2017.

Приказом от 03.03.2017 №* внесено изменение в штатное расписание рабочих департамента фирменной торговли, в связи с открытием розничной торговой точки по адресу: 

<

...>, введены 2 единицы продавца продовольственных товаров 4 разряда.

После того, как на торговой точке стало работать два продавца, с ответчиками ФИО3 и ФИО4, как членами коллектива (бригады) магазина фирменной торговой точки, был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. В пункте 10 указанного договора указано, что договор вступает в силу с 17.03.2017 и действует на весь период работы коллектива (бригады) с вверенным ему имуществом у работодателя на торговой точке. Дата подписания указанного договора у ФИО3 указана 13.03.2017, у ФИО4 – 27.03.2017. Из пояснений ответчиков следует, что дату подписания договора они проставили самостоятельно, указав фактически дату их приема на работу. Суд приходит к выводу, что фактически срок действия данного договора следует считать 27.03.2017, то есть с момента приема на работу второго продавца – ФИО4 и создания коллектива (бригады), иного суду не представлено.

Указанные договоры о полной материальной ответственности подписаны сторонами и ответчиками не оспаривались. На основании договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности ответчики приняли на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенного им имущества. Товарно-материальные ценности были вверены ответчикам по товарным накладным. Из представленных материалов дела следует, что ФИО3 и ФИО4 работали по одной неделе каждый с 09-00 часов до 20-00 часов, в конце недели работающим продавцом составлялся товарный отчет о поступлении и реализации товара и между ними на основании накладных осуществлялась прием-передача товарно-материальных ценностей.

На основании приказа директора по финансам и материальным ресурсам ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» от 10.05.2017 №* в фирменной торговой точке по указанному адресу 10.05.2017 была проведена инвентаризации товарно-материальных ценностей, в результате которой у продавцов ФИО3 и ФИО4 была выявлена недостача материальных ценностей в размере 60327,98 руб.

Недостача подтверждается актом ревизии от 10.05.2017, инвентаризационной ведомостью (Приложение № 1 к акту ревизии), сличительной ведомостью (Приложение № 2 к акту ревизии), актом инвентаризации наличных денежных средств от 10.05.2017.

Сумма недостачи была определена как разница между суммой товара, числящегося по данным бухгалтерского учета и фактическим наличием товара в торговой точке ((162256,39 – 101928,41) = 60327,98 руб.). ФИО4 участвовала в проведении данной инвентаризации, была согласна с ней, подписала составленную инвентаризационную опись, никаких замечаний и претензий не имела, заявлений от неё не поступало, результаты инвентаризации товаров не обжаловала. В своей объяснительной к акту ревизии ФИО4 причины образования недостачи объяснила недостатком опыта работы и тем, что оба со сменщиком не умеют заполнять товарные отчеты, при передаче магазина ФИО3 не поставил пакеты на приход, а она приняла магазин с недостачей. ФИО3 неоднократно извещался о проведении ревизии по сотовому телефону, но на ревизию не явился, о чем составлен акт от 10.05.2017. Из пояснений ФИО3 в судебном заседании следует, что он ознакомлен с результатами инвентаризации на следующий день 11.05.2017, претензий не имел, частично погасил недостачу в размере 11000 руб. Причину образования недостачи объяснить не мог.

Инвентаризация проведена истцом в соответствии с Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утверждённых приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49.

В судебном заседании установлено, что указанная недостача образовались по вине материально-ответственных лиц – ФИО3 и ФИО4, которые в нарушение условий трудового договора, должностной инструкции, кассовой дисциплины ненадлежащим образом исполняли свои трудовые обязанности по правильному ведению учета товарно-материальных ценностей, поступавший товар не перевешивали, неправильно заполняли товарные отчеты, не сдавали денежные средства в кассу предприятия.

На основании проведенного служебного расследования комиссией по рассмотрению результатов инвентаризации было выявлено, что недостача образовалась в результате нарушения продавцами ФИО3 и ФИО4 кассовой дисциплины (протокол №* от 06.06.2017).

Таким образом, ФИО3 и ФИО4 был причинен материальный ущерб от недостачи ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» на сумму 60327,98 руб.

В подтверждение своих доводов представителем истца представлен расчёт суммы иска. Проверив данный расчёт, суд признаёт его верным и соответствующим обстоятельствам дела. Указанная сумма недостачи распределена между ответчиками пропорционально отработанному времени и их заработной плате: у ФИО3 – 36405 руб., у ФИО4 – 23922,97 руб.

С учетом частичного гашения (квитанция к №* от 15.05.2017 на сумму 11000 руб.) долг у ФИО3 уменьшился и составляет 25405 руб.

Согласно табеля рабочего времени за май 2017 года ФИО3 с 08.05.2017 на работу не выходил и приказом №*-к от 09.06.2017 уволен с работы 09.06.2017 по п. 7 ст. 81 ТК РФ.

ФИО4 продолжала работать продавцом в указанной торговой точке.

На основании приказа директора по финансам и материальным ресурсам общества от 29.05.2017 №* в фирменной торговой точке по указанному адресу 29.05.2017 была проведена инвентаризации товарно-материальных ценностей, в результате которой у продавца ФИО4 выявлена недостача материальных ценностей в размере 14361,33 руб.

Недостача подтверждается актом ревизии от 29.05.2017, инвентаризационной ведомостью (Приложение № 1 к акту ревизии), сличительной ведомостью (Приложение № 2 к акту ревизии), актом инвентаризации наличных денежных средств от 29.05.2017.

Инвентаризация проведена истцом в соответствии с Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утверждённых приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49.

Сумма недостачи была определена как разница между суммой товара, числящегося по данным бухгалтерского учета и фактическим наличием товара в торговой точке ((111550,64 – 97189,31) = 14361,33 руб.). ФИО4 участвовала в проведении данной инвентаризации, подписала составленную инвентаризационную ведомость, с недостачей не согласилась, результаты инвентаризации товаров не обжаловала. В своей объяснительной к акту ревизии ФИО4 объяснила причины образования недостачи тем, что помещение не оборудовано сигнализацией и видеокамерами, что имеется свободный доступ для посторонних лиц, предположила, что на товарной точке происходит воровство посторонними лицами. Такую же причину недостачи ФИО4 пояснила и в судебном заседании, однако никаких доказательств в подтверждение своих доводов она не представила.

По факту недостачи ФИО4 обращалась с заявлением в МО МВД России «Каргапольский». Постановлением врио дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО6 от 09.06.2017 было отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 160 УК РФ ввиду отсутствия состава преступления в действиях ФИО4 При рассмотрении материала врио дознавателя установил, что фактов хищения товарно-материальных ценностей в данном магазине не было выявлено, опрошенная ФИО4 поясняла, что следов взлома в магазине она никогда не замечала и что ключи в одном экземпляре хранятся у продавцов и передаются из рук в руки; опрошенный ФИО3 также указывал, что следов взлома в магазине не замечал. Данное постановление вступило в силу, ФИО4 не обжаловано.

Свидетель Т. показала, что ФИО4 только после второй ревизии стала говорить о том, что возможно кто-то залазит в торговую точку и ворует, проверяли, но фактов хищения установлено не было.

В судебном заседании установлено, что указанная недостача образовались по вине материально-ответственного лица – ФИО4 в связи с ненадлежащим исполнением свои должностных обязанностей и нарушения кассовой дисциплины, в связи с чем не обеспечила сохранность вверенного ей имущества.

На основании проведенного служебного расследования комиссией по рассмотрению результатов инвентаризации было выявлено, что недостача образовалась в результате нарушения продавцом ФИО4 условий договора о материальной ответственности и должностной инструкции (протокол №* от 08.06.2017).

Таким образом, ФИО4 был причинен материальный ущерб от недостачи ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» на сумму 14361,33 руб.

Обстоятельств, угрожающих сохранности имуществу в торговой точке, в судебном заседании не установлено.

Определяя вид и размер материальной ответственности, суд приходит к выводу о том, что ответчики должны возместить причинённый работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Оснований для снижения размера материального ущерба суд не усматривает.

На момент обращения в суд 25.09.2017 непогашенная сумма недостачи составляет у ФИО3 -25405 руб., у ФИО4 - 38284,30 руб. Указанные суммы подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца.

Расходы истца по оплате государственной пошлины подтверждаются платежным поручением №* от 28.08.2017 на сумму 2111 руб.

В силу ст. 98 ГПК РФ в связи с полным удовлетворением иска данные судебные расходы в полном объеме подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца, пропорционально взысканным суммам: с ФИО3 в размере 842,08 руб. (39,89% от общей суммы взыскания), с ФИО4 в размере 1268,92 руб. (60,11%).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Равис – птицефабрика ФИО1» удовлетворить.

Взыскать в пользу ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» в возмещение ущерба: с ФИО3 25405 (двадцать пять тысяч четыреста пять) рублей, с ФИО4 38284 (тридцать восемь тысяч двести восемьдесят четыре) рубля 30 копеек.

Взыскать в пользу ООО «Равис – птицефабрика ФИО1» расходы по оплате государственной пошлины: с ФИО3 в размере 842 рублей 08 копеек, с ФИО4 в размере 1268 рублей 92 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганский областной суд путем подачи жалобы через Каргапольский районный суд в течение месяца.

Судья С.Е. Гончарук