Дело № 3а-150/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 августа 2018 года г. Ижевск УР

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Кричкер Е.В.,

с участием помощника прокурора УР Борзенковой Т.А., 

при секретаре Зеленцовой Н.З., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» о признании недействующими нормативных правовых актов в части, 

У С Т А Н О В И Л:

26 декабря 2016 года Правительством Удмуртской Республики принято постановление № 546 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год» (далее по тексту – Постановление № 546); 

29 ноября 2017 года постановлением за № 502 Правительство Удмуртской Республики утвердило аналогичный Перечень объектов недвижимости на 2018 год (далее по тексту – Постановление № 502). 

Первоначальные тексты указанных постановлений были опубликованы на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики http://www. udmurt.ru, 28 декабря 2016 года и 30 ноября 2017 года, соответственно (л.д.36-39). 

Постановление № 546 зарегистрировано в Управлении Минюста России по Удмуртской Республике 13 июля 2017 года за № RU 18000201700518 и Постановление № 502 – 08 декабря 2017 года за № RU 18000201701224.

В соответствии со статьёй 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ) и частью 1 статьи 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» (далее по тексту – Закон УР № 55-РЗ) пунктами 1 вышеназванных Постановлений утверждены Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год и на 2018 год, соответственно (далее по тексту – Перечень на 2017 год и Перечень на 2018 год). 

В указанные Перечни включены объекты недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база по налогу на имущество организаций и налогу на имущество физических лиц определяется как кадастровая стоимость.

Пункты 1 указанных Постановлений вступили в силу: с 01 января 2017 года (пункт 3 Постановления № 546) и с 01 января 2018 года (пункт 3 Постановления № 502).

В качестве объекта недвижимого имущества, в отношении которого налоговая база по налогу на имущество организаций определяется как его кадастровая стоимость, в Перечень на 2017 год и в Перечень на 2018 год включено нежилое здание АБК (административно-бытовой корпус) с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес> (далее по тексту – нежилое здание, спорный объект недвижимости), принадлежащее на праве собственности Обществу с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» (пункт 1653 в Перечне на 2017 год; пункт 2185 в Перечне на 2018 год).

В настоящее время: 

Постановление № 546 действует в редакции постановлений Правительства Удмуртской Республики от 26 июня 2017 года № 282, от 18 ноября 2017 года № 477, от 01 марта 2018 года № 55, от 23 марта 2018 года № 70, от 16 мая 2018 года № 179, которыми в Перечень на 2017 год внесены изменения, не касающиеся пункта 1653;

Постановление № 502 действует в редакции постановлений Правительства Удмуртской Республики от 01 марта 2018 года № 55, от 23 марта 2018 года № 70, от 16 мая 2018 года № 179, которыми в Перечень на 2018 год внесены изменения, не касающиеся пункта 2185.

Общество с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» (далее по тексту – административный истец, ООО «Вексельный дом», Общество), в лице своего представителя Байковой Ю.А., обратилось в Верховный Суд Удмуртской Республики с административным исковым заявлением, в котором просит признать недействующими с момента принятия пункт 1653 Перечня на 2017 год и пункт 2185 Перечня на 2018 год. 

Заявленные требования мотивирует тем, что принадлежащее Обществу на праве собственности нежилое здание АБК с кадастровым номером 18:26:030016:824 располагается на земельном участке, вид разрешённого использования которого, равно как и сведения о размещённых в нём помещениях, указанные в техническом паспорте на спорный объект недвижимости, не позволяют отнести последнее к офисным зданиям делового, административного, коммерческого назначения, торговым объектам, объектам общественного питания и бытового обслуживания. По мнению административного истца, включение нежилого здания в вышеназванные Перечни противоречит налоговому законодательству и нарушает его права и законные интересы, так как незаконно возлагает обязанность по уплате налога на имущество организаций в большем размере (л.д.3-5).

Представитель административного истца Б.Ю.А. (доверенность № от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, диплом 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, л.д.6-8) в судебном заседании поддержала заявленные административные требования, ссылаясь на доводы, изложенные в административном исковом заявлении, просила их удовлетворить.

Представитель административного ответчика – Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица – Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики П.А.А. (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ № сроком по ДД.ММ.ГГГГ, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ № сроком по ДД.ММ.ГГГГ, диплом 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, л.д.128-130) в судебном заседании возражала против удовлетворения требований административного истца, полагая их не подлежащими удовлетворению. При этом пояснила, что спорный объект недвижимости был включён в Перечень на 2017 год, исходя из своего наименования, в связи с изменениями статьи 378.2 НК РФ, а Перечень на 2018 год – на основании обследования нежилого здания на предмет его фактического использования, проведённого комиссией Минимущества УР ДД.ММ.ГГГГ (л.д.131-134). 

Выслушав объяснения представителя административного истца, представителя административного ответчика и заинтересованного лица, допросив свидетеля П.С.А., изучив и проанализировав материалы административного дела, проверив Постановление № 546 и Постановление № 502 в оспариваемых частях на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение прокурора, полагавшей необходимым частично удовлетворить административное исковое заявление Общества, суд считает, что административное исковое заявление подлежит удовлетворению в части.

В силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Согласно части 1 статьи 208 КАС РФ с административным исковым заявлением о признании нормативного правового акта не действующим полностью или в части вправе обратиться лица, в отношении которых применён этот акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы.

Суд установил, что с 22 февраля 2014 года на основании договора купли-продажи ООО «Вексельный дом» на праве собственности принадлежит здание АБК, назначение: нежилое, 3 – этажное (подземных этажей - 0), общая площадь 1 249,2 кв.м., инв. №, лит. А, кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д.19).

Данный объект недвижимости расположен на учтённом в государственном кадастре недвижимости с 01 февраля 2001 года земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, который относится к категории земель – земли населённых пунктов, с разрешённым использованием – размещение производственной базы (л.д.26, 27).

Согласно пункту 2 «и» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (части 2 и 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

Подпунктом 33 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения отнесено, в том числе решение вопросов установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов.

Оспариваемыми в соответствующих частях нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации урегулированы общественные отношения в сфере налогообложения.

Право субъекта Российской Федерации вводить особенности определения налоговой базы отдельных объектов недвижимого имущества установлено статьёй 378.2 НК РФ и подпунктом 33 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

В ходе рассмотрения настоящего административного дела административный истец не ставил под сомнение компетенцию Правительства Удмуртской Республики на принятие нормативных правовых актов в оспариваемых частях.

Исходя из вышеизложенного, суд признаёт, что на основании положений статьи 14, пункта 2 статьи 372, пункта 7 статьи 378.2 НК РФ, статей 12 и 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года № 84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики», Правительство Удмуртской Республики является органом, обладающим на момент издания Постановлений № 546 и № 502 достаточной компетенцией для их принятия по предметам совместного ведения. 

Постановления № 546 и № 502 подписаны Председателем Правительства Удмуртской Республики и в соответствии с требованиями пункта 7 статьи 378.2 НК РФ размещены на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики до наступления первого числа очередного налогового периода по налогу на имущество организаций, то есть введены в действие, опубликованы и зарегистрированы в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 НК РФ объектами налогообложения для российских организаций признаётся движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесённое в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учёта, если иное не предусмотрено статьями 378, 378.1 и 378.2 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 378.2 НК РФ (в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ, действовавшей на день принятия Постановлений № 546 и № 502) налоговая база определяется с учётом особенностей, установленных настоящей статьёй, как кадастровая стоимость имущества в отношении следующих видов недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения:

1) административно-деловые центры и торговые центры (комплексы) и помещения в них;

2) нежилые помещения, назначение, разрешённое использование или наименование которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учёта (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания;

3) объекты недвижимого имущества иностранных организаций, не осуществляющих деятельности в Российской Федерации через постоянные представительства, а также объекты недвижимого имущества иностранных организаций, не относящиеся к деятельности данных организаций в Российской Федерации через постоянные представительства;

4) жилые дома и жилые помещения, не учитываемые на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учёта.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 7 статьи 378.2 НК РФ (в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ) уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее первого числа очередного налогового периода по налогу определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 настоящей статьи.

Таким образом, пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ и актами, конкретизирующими его положения, регламентировано формирование перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется исходя из их кадастровой стоимости, в том числе и для целей исчисления и уплаты налога на имущество организаций.

Статьёй 1.1. Закона УР № 55-РЗ (в редакции от 04 июля 2016 года, действующей на момент принятия оспариваемых нормативных правовых актов) установлено, что налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества определяется в отношении:

1) административно-деловых центров и торговых центров (комплексов) общей площадью свыше 1000 кв. метров и помещений в них, за исключением:

а) административно-деловых центров и (или) помещений, находящихся в оперативном управлении государственных органов Удмуртской Республики, государственных учреждений Удмуртской Республики, органов местного самоуправления в Удмуртской Республике и созданных ими муниципальных учреждений;

б) помещений, фактически используемых для размещения объектов бытового обслуживания;

в) административно-деловых центров и (или) помещений, используемых в целях выполнения государственного оборонного заказа (в том числе объектов, используемых для организации питания работников, объектов социальной сферы, используемых для нужд культуры, искусства, образования, физической культуры и спорта, здравоохранения и социального обеспечения), либо переданных в аренду для использования в тех же целях;

г) административно-деловых центров и (или) помещений организаций, являющихся инженерно-техническими воинскими формированиями, используемых в целях выполнения возложенных на них функций для обеспечения обороны и безопасности государства (в том числе объектов, используемых для организации питания работников, объектов социальной сферы, используемых для нужд культуры, искусства, образования, физической культуры и спорта, здравоохранения и социального обеспечения), либо переданных в аренду для использования в тех же целях;

д) административно-деловых центров и (или) помещений, относящихся к мобилизационным мощностям, объектам мобилизационного назначения;

е) административно-деловых центров и (или) помещений, в которых осуществляется производство продукции производственно-технического назначения;

ж) помещений, используемых для нужд культуры, искусства, образования, физической культуры и спорта, здравоохранения и социального обеспечения;

2) объектов недвижимого имущества иностранных организаций, не осуществляющих деятельность в Российской Федерации через постоянные представительства, а также объектов недвижимого имущества иностранных организаций, не относящихся к деятельности данных организаций в Российской Федерации через постоянные представительства.

Частью 2 той же статьи определено, что налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества применяется к объектам недвижимости, указанным в пункте 1 части 1 настоящей статьи, включённым в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики.

Согласно пункту 9 статьи 378.2 НК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 142-ФЗ, действовавшей на момент принятия оспариваемых в соответствующих частях нормативных правовых актов) вид фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений определяется уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений, устанавливаемым с учётом положений пунктов 3, 4, 5 настоящей статьи высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

В соответствии с правовыми положениями пункта 2 статьи 4 Федерального закона от 02 ноября 2013 года № 307-ФЗ «О внесении изменений в статью 12 части первой и главу 30 части второй Налогового кодекса Российской Федерации» до установления федеральным органом исполнительной власти порядка определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений установление вида фактического использования перечисленных объектов осуществляется в порядке, установленном нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации.

Такой порядок установлен постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270 «О порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения», которым утверждено Положение о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения (далее по тексту – Положение № 270).

Согласно пункту 3 Положения № 270 (в редакции от 21 марта 2016 года), мероприятия по определению вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения осуществляются Министерством имущественных отношений Удмуртской Республики (далее по тексту – Минимущество УР).

При этом Минимущество УР осуществляет подготовку перечня объектов недвижимости на очередной налоговый период для утверждения Правительством Удмуртской Республики (пункт 22 Положения № 270). 

Из правовых положений пунктов 1, 3, 4 и 5 статьи 378.2 НК РФ следует, что основанием для включения объектов недвижимости в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год и на 2018 год, являются данные о назначении зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений в соответствии с кадастровыми паспортами и (или) документами технического учёта (инвентаризации) объектов недвижимого имущества, а также данные о видах разрешённого использования земельного участка, на котором расположен объект недвижимости; либо данные о фактическом использовании как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом фактическим использованием нежилого здания для размещения офисов признаётся использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения последних.

В связи с чем, ссылка представителя административного ответчика и заинтересованного лица в судебном заседании на то, что спорный объект недвижимости был включён в Перечень на 2017 год исходя исключительно из его наименования (АБК), является несостоятельной и подлежит отклонению, как не основанная на нормах материального права. 

Согласно кадастровому паспорту земельного участка от 20 сентября 2013 года № вид разрешённого использования земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, на котором размещено нежилое здание АБК, – размещение производственной базы (л.д.26). 

Следовательно, он не предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания. 

В соответствии со сведениями технического паспорта на имущественный комплекс с инвентарным номером №, указанный комплекс состоит из зданий, в число которых входит нежилое здание АБК. 

При этом в спорном объекте недвижимости – здании АБК (Литера А) не предусмотрено размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания. Так, согласно экспликации в нём находятся: тамбур, коридор, лестничная клетка, раздевалка, санузел, душевая, сауна, бассейн, комната отдыха, диспетчерская, склад, подсобная, умывальная, кабинет, кухня, электрощитовая, мойка, обеденный зал, отдел снабжения, актовый зал, приёмная (л.д.20-25). 

Данный вывод основан на том, что спорное здание предназначалось для обеспечения нужд производства, при этом вышеназванные назначения помещений не являются тождественными понятиям: офис, объект общественного питания и объект бытового обслуживания. 

Кроме того, размеры кухни, мойки и обеденного зала не превышают 20% от общей площади здания. 

В силу пункта 5 Положения № 270, мероприятия по определению вида фактического использования объектов недвижимости проводятся в форме:

1). межведомственного взаимодействия Министерства с территориальными органами федеральных органов исполнительной власти, государственными органами Удмуртской Республики, органами местного самоуправления муниципальных образований, образованных на территории Удмуртской Республики;

2). запросов Министерством сведений и документов, необходимых для определения вида фактического использования объектов недвижимости, у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, граждан, являющихся собственниками (владельцами) объектов недвижимости;

3). обследований объектов недвижимости. 

Обследование объектов недвижимости проводится комиссией, в состав которой могут быть включены представители: Минимущества УР; Министерства торговли и бытовых услуг Удмуртской Республики; Министерства экономики Удмуртской Республики; Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике (по согласованию); администрации муниципального района (городского округа), образованного на территории Удмуртской Республики, на территории которого проводится обследование (по согласованию) (пункт 8 Положения № 270).

В ходе проведения обследования проводятся фото- и (или) видеосъемка и необходимые измерения в целях фиксации фактического использования объекта недвижимости (пункт 12 Положения № 270).

По результатам обследования в срок не позднее пяти рабочих дней с даты окончания проведения обследования составляется акт обследования (пункт 15 Положения № 270).

В судебном заседании представитель Правительства Удмуртской Республики и Минимущества УР подтвердила, что в ходе подготовки проекта Постановления № 546 обследования спорного объекта недвижимости не производилось. 

В материалах административного дела отсутствуют какие-либо объективные данные, достоверно свидетельствующие о том, что на момент принятия Постановления № 546 Минимущество УР располагало сведениями о том, что нежилое здание является административно-деловым центром и торговым центром (комплексом), а также о том, что его предназначением является размещение офисов либо торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, и оно используется для размещения офисов либо для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, а равно об использовании более 20 процентов его общей площади для этих целей.

Вышеназванные обстоятельства, в силу Положения № 270, могли быть подтверждены актом обследования, а также соответствующими кадастровым паспортом или документами технического учёта (инвентаризации). 

Однако указанные доказательства административным ответчиком и заинтересованным лицом на его стороне суду не представлены. Между тем, в силу части 1 статьи 14, части 1 статьи 62 КАС РФ доказательства вышеназванных обстоятельств должны были быть представлены именно ими (л.д.28, 29).

Проанализировав материалы административного дела, суд приходит к выводу, что при издании Постановления № 546 в оспариваемой части административный истец и заинтересованное лицо не располагали какими-либо объективными данными, достоверно свидетельствовавшими о том, что спорный объект недвижимости является административно-деловым центром и (или) торговым центром (комплексом), а также о том, что оно предназначено для размещения офисов либо торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, и (или) о том, что более 20% от его общей площади используется для размещения офисов либо для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Исходя из чего, суд признаёт, что основания для включения нежилого здания АБК, принадлежащего административному истцу на праве собственности, в пункт 1653 Перечня на 2017 год, утвержденного Постановлением № 546, отсутствовали, поэтому административное требование Общества в части признания последнего недействующим подлежит удовлетворению.

Исходя из смысла правовых положений части 2 статьи 215 КАС РФ и пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2007г. № 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части», нормативный правовой акт может быть признан недействующим как со дня его принятия, так и с иного указанного судом времени. Исключение составляют лишь нормативные правовые акты, которые в соответствии со статьей 125 Конституции Российской Федерации могут быть проверены в процедуре конституционного судопроизводства. Такие акты признаются судом недействующими с момента вступления решения в законную силу, что полностью соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации №1-П от 27 января 2004 года.

Определяя момент, с которого нормативный правовой акт в оспариваемой части должен быть признан недействующим, суд принимает во внимание то, что в зависимости от принятого решения административный истец не будет являться плательщиком налога в отношении вышеназванного объекта недвижимости в соответствии со статьёй 378.2 НК РФ, поэтому, оспариваемая часть подлежит признанию недействующей с момента принятия Постановления № 546, иные даты не достигнут цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца. 

Судом установлено и не оспаривается участниками процесса, что в ходе подготовки проекта Постановления № 502 сотрудниками Минимущества УР по поручению заместителя министра имущественных отношений Удмуртской Республики проведено обследование фактического использования нежилого здания АБК (л.д.42).

Согласно акту обследования фактического использования объекта недвижимости с кадастровым номером 

<

данные изъяты> от 13 июня 2017 года (далее по тексту – Акт от 13 июня 2017 года), в обследованном здании помещения административного назначения на трёх этажах занимают 571,5 кв.м, что составляет 45,7 % от общей площади всего здания. При расчёте были учтены площади, используемые для размещения офисных помещений, помещений столовой и помещений, используемых администрацией ООО «Вексельный дом» (л.д.42 на обороте, 43).

Из правового толкования пунктов 3, 5 статьи 378.2 НК РФ во взаимосвязи с положениями статьи 1.1 Закона УР № 55-РЗ следует, что фактическое использование здания или его части для размещения офисов подразумевает осуществление в данном здании самостоятельной деловой, административной или коммерческой деятельности, прямо или косвенно не связанной с обеспечением производственной деятельности предприятия и не являющейся определённым этапом такой деятельности.

Согласно Уставу, целями деятельности Общества является извлечение прибыли (пункт 2.1 раздела 2 Устава ООО «Вексельный дом»). Для достижения поставленной цели Общество осуществляет любые виды хозяйственной деятельности, не запрещённые законом, в том числе предоставляет посреднические услуги при аренде недвижимого имущества (пункт 2.2 раздела 2 Устава) (л.д.10 на обороте, 120-127).

Как следует из Акта от 13 июня 2017 года, на трёх этажах нежилого здания среди прочих помещений расположены кабинеты, арендуемые различными организациями под офисы. 

Так, на первом этаже комиссия учла в качестве офисов следующие помещения: ООО «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>) – помещения №№ 22 (28,3кв.м), 25 (15.2кв.м), 26 (19,0кв.м); ООО «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>) – помещение № 5 (20,3кв.м), ООО «

<

данные изъяты>» - помещение № 6 (61,4кв.м).

На втором этаже комиссией учтены помещения: 

<

данные изъяты>») – помещение № 24 (37,1кв.м), ООО «

<

данные изъяты>» – помещение № 23 (32,0кв.м), ИП 

<

данные изъяты> – помещение №13 (17,2кв.м), а также кухня, мойка и обеденный зал – помещения №№ 15 (8,5кв.м), 16 (1,4кв.м), 17 (1,8кв.м), 18 (8,6кв.м), 19 (31,0кв.м), 20 (52,7кв.м).

На третьем этаже комиссия учла следующие офисные помещения: ООО «

<

данные изъяты>» – помещение № 13 (17,2кв.м), ООО «

<

данные изъяты>» – помещение № 18 (17,0кв.м), ООО «

<

данные изъяты>» – помещение № 3 (17,9кв.м), ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» – помещение № 20 (72,2кв.м), а также помещения, используемые ООО «Вексельный дом» – №№ 10 (32,2кв.м), 21 (17,0кв.м), 22 (35,3кв.м), 23 (19,1кв.м).

Между тем, сведения о размерах площадей офисных помещений на 1 этаже нежилого здания, а также о размерах площадей помещений кухни с обеденным залом на 2 этаже нежилого здания, указанные в Акте от 13 июня 2017 года, не совпадают со сведениями о размерах данных помещений на поэтажных планах нежилого здания АБК, а также со сведениями о размерах тех же помещений в экспликации к поэтажному плану в техническом паспорте (л.д.40, 41, 24, 25). 

В связи с чем, суд признаёт, что общая площадь офисных помещений на 1 этаже равна 144,2кв.м, вместо 152,5кв.м, указанных в Акте от 13 июня 2017 года, а площадь кухни с обеденным залом и вспомогательными помещениями 104,0кв.м, вместо 104,8кв.м, обозначенных в Акте от 13 июня 2017 года. 

Член комиссии по обследованию нежилого здания АБК П.С.А., допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, пояснила, что помещение № 6 на первом этаже, помещения №№ 24, 23, 13 на втором этаже и помещения №№ 13, 18, 3, 20 на третьем этаже нежилого здания отнесены к офисным помещениям со слов представителя ООО «Вексельный дом», сопровождающего членов комиссии во время обследования, доступ в данные помещения не был обеспечен, фотографии фактического использования отсутствуют. 

При таких обстоятельствах суд считает недоказанным факт использования вышеперечисленных помещений для размещения офисов и не учитывает их при расчёте процента площади, фактически занятой офисными помещениями.

Факт размещения офисов в остальных помещениях суд признаёт подтверждённым фотографиями, выполненными комиссией в ходе обследования, на которых виден режим работы офисов, размещённый для посетителей на дверях в указанные помещения, также в кабинетах имеются стационарные рабочие места, оргтехника, места для приёма клиентов, хранения документов, витрины с продукцией и ценниками для продажи (л.д.44-53). 

Кроме того, вышеназванный факт подтверждён показаниями свидетеля П.С.А., подтвердившей в судебном заседании вышеизложенные обстоятельства, а также то, что офисы, обследованные членами комиссии, прямо или косвенно не связаны с обеспечением производственной деятельности предприятий и не являются определённым этапом такой деятельности.

Выписка из ЕГРЮЛ ООО «

<

данные изъяты>», арендующего три помещения (№№ 22, 25, 26) на первом этаже нежилого здания, на которую ссылалась представитель административного истца в судебном заседании, не является достаточным и допустимым доказательством связи данных офисных помещений с производственной деятельностью предприятия (л.д.74-81). 

Размещение в четырёх помещениях (№№ 10, 21, 22, 23) на третьем этаже нежилого здания офисов Общества, в том числе бухгалтерии, также не свидетельствует о связи данных офисов с производственной деятельностью. При том, что исходя из Устава и выписки из ЕГРЮЛ, деятельность Общества не связана с производством (л.д.9-14, 120-127). 

Ссылка представителя административного истца на то, что согласно Уставу и выписки из ЕГРЮЛ местом нахождения Общества является иной адрес, не препятствует размещению вышеназванных офисов Общества в нежилом здании, помещения в котором ООО «Вексельный дом» сдаёт в аренду третьим лицам, что соответствует его видам деятельности.

Помещения обеденного зала, кухни, мойки, в общей сложности составляющие 104,0кв.м обоснованно включены административным ответчиком в площадь, используемую для размещения объекта общественного питания.

Данный вывод суда основывается на показаниях свидетеля П.С.А., подтвердившей в судебном заседании, что в указанный объект общественного питания имеется свободный доступ для посетителей нежилого здания, над раздачей размещено меню с ценами, имеются кухонное оборудование, посуда и холодильное оборудование.

Показания свидетеля подтверждены фотографиями (л.д.49, 50, 50 на обороте). 

В соответствии с частью 9 статьи 213 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения процедуры принятия оспариваемого нормативного правового акта и его соответствия нормативным правовым актам большей юридической силы возложена на административного ответчика. Исходя из чего, суд приходит к выводу, что последним представлены доказательства, подтверждающие наличие оснований для включения нежилого здания с кадастровым номером 18:26:030016:824 в Перечень на 2018 год.

Фотографии, представленные представителем административного истца в судебное заседание, суд признаёт недопустимым доказательством обратного, поскольку из них невозможно достоверно установить где, когда и при каких обстоятельствах они были сделаны (л.д.102-119).

Проверив расчёт процентного соотношения площадей офисов, столовой и кухни к общей площади нежилого здания АБК, суд установил следующее.

На первом этаже: помещение № 22 (28,3кв.м) + помещение № 25 (15.2кв.м) + помещение № 26 (19,0кв.м) + помещение № 5 (20,3кв.м) = 82,8кв.м;

на втором этаже: помещение № 15 (8,5кв.м) + помещение № 16 (1,4кв.м) + помещение № 17 (1,8кв.м) + помещение № 18 (8,6кв.м) + помещение № 19 (31,0кв.м) + помещение № 20 (52,7кв.м) = 104кв.м;

на третьем этаже: помещение № 10 (32,2кв.м) + помещение № 21 (17,0кв.м) + помещение № 22 (35,3кв.м) + помещение № 23 (19,1кв.м) = 103,6кв.м.

Таким образом, 82,8кв.м + 104кв.м + 103,6кв.м = 290,4кв.м, что составляет 23,25% от общей площади нежилого здания, равной 1249,2 кв.м.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что включение спорного объекта недвижимости в пункт 2185 Перечня на 2018 год, утверждённого Постановлением № 502, полностью соответствует требованиям статьи 378.2 НК РФ и статьи 1.1 Закона УР № 55-РЗ, поэтому заявленное ООО «Вексельный дом» административное требование о признании его недействующим не подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 111 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесённые по административному делу судебные расходы.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 11 июля 2014 года № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» разъяснил, что если в заявлении, поданном в арбитражный суд, объединено несколько взаимосвязанных требований неимущественного характера, то по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ уплачивается государственная пошлина за каждое самостоятельное требование (пункт 22).

Таким образом, учитывая изложенное, руководствуясь положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 333.20 и подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ, административный истец при подаче административного искового заявления об обжаловании двух нормативных правовых актов в части должен был уплатить государственную пошлину за обжалование каждого из заявленных требований.

Между тем, согласно материалам настоящего административного дела ООО «Вексельный дом» при подаче административного искового заявления уплатило государственную пошлину в сумме 4 500 рублей за одно административное требование (платёжное поручение №131 от 16 июля 2018 года – л.д.2).

В связи с частичным удовлетворением административного искового заявления уплаченная административным истцом при подаче административного искового заявления государственная пошлина в размере 4 500 рублей подлежит возмещению административным ответчиком, а неуплаченная при подаче административного искового заявления (за второе требование) государственная пошлина в сумме 4500 рублей – взысканию с административного истца в доход местного бюджета.

С учётом положений части 4 статьи 215 КАС РФ сообщение о принятии судом настоящего решения подлежит опубликованию в течении десяти дней со дня вступления в законную силу на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru), что в полной мере соответствует части 6 статьи 13 Закон Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года № 84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики».

На основании изложенного, руководствуясь статьями 215, 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Административное исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» о частичном признании недействующими нормативных правовых актов удовлетворить в части.

Признать недействующим с момента принятия пункт 1653 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, утверждённого Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 26 декабря 2016 года № 546.

Административное требование о признании недействующим пункта 2185 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, утверждённого Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2017 года № 502, оставить без удовлетворения 

Взыскать с Правительства Удмуртской Республики в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» государственную пошлину в размере 4 500 рублей, уплаченную им при подаче административного искового заявления о признании недействующим нормативного правового акта в части;

взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Вексельный дом» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4 500 рублей, не доплаченную им при подаче в суд административного искового заявления о признании недействующим нормативного правового акта в части.

Возложить обязанность на Правительство Удмуртской Республики опубликовать сообщение о принятии настоящего решения суда на официальном сайте Президента Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течении десяти дней со дня вступления решения суда в законную силу. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, через Верховный Суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение суда изготовлено 04 сентября 2018 года. 

Судья Верховного Суда

Удмуртской Республики Кричкер Е.В.