Дело № 2-7/2018

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

г. Брянск 19 июня 2018 года

Брянский районный суд Брянской области в составе

председательствующего судьи Ульяновой М.Л.,

при секретаре Юрасовой И.С.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3 ФИО4, представителя ответчика ФИО5 адвоката Бойкачевой Л.Н., представителя ответчика ООО «ЭкоФрио» ФИО6, представителя ответчика ФИО7 ФИО8, представителя ответчика Теребило М.А. – ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Сельскохозяйственного производственного кооператива «Агрофирма «Культура» к ФИО10, ФИО3, ФИО5, Теребило М. А., ФИО11, ООО «ЭкоФрио», ООО «ГазЭнергоКомплект», ФИО12, ФИО13, ФИО7 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

СПК «Агрофирма «Культура» обратился в суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что 21.01.2014 г. между ФИО3 и ФИО5 был заключен договор дарения условной земельной доли, о чем сделана запись регистрации №. 

21.01.2014 г. между ФИО10 и ФИО2 был заключен договор дарения условной земельной доли, о чем сделана запись регистрации №.

Полагая, что указанные сделки не соответствует требованиям закона, поскольку ФИО2 и ФИО5 внесли условные земельные доли в паевой фонд истца, истец, с учетом уточненных требований, просит суд: 

признать прекращенным право собственности ФИО5, ФИО2 на земельную долю,

признать недействительным договор дарения земельной доли от 21.01.2014 г., заключенный между ФИО10 и ФИО2, 

признать недействительным договор дарения земельной доли от 21.01.2014 г., заключенный между ФИО3 и ФИО5, 

признать право собственности СПК – Агрофирма «Культура» на 2 земельные доли в составе земельного участка с кадастровым номером №, принадлежавшие до 1997 г. ФИО2 на основании свидетельства о праве собственности на землю серии № и ФИО5 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №.

Определением суда от 02 февраля 2017 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Теребило М.А., ФИО11, ООО «ЭкоФрио», ООО «ГазЭнергоКомплект», ФИО12, ФИО13, ФИО7

Определением суда от 19 апреля 2018 г. произведена замена ответчика ФИО2 на правопреемника ФИО5

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал уточненные исковые требования в полном объеме, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. Указала на пропуск истцом срока исковой давности, а также на отсутствие у истца интереса в признании сделки недействительной.

Представитель ответчика ФИО5 адвокат Бойкачева Л.Н. в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, полагала, что истцом не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора о переходе права на условную земельную долю. Также указала, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты права.

Представитель ответчика ООО «ЭкоФрио» ФИО6 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указала на тот факт, что истцом не представлено надлежащих доказательств передачи условных земельных долей в паевой фонд кооператива. Полагала, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права, указала также на пропуск срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО7 ФИО8 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указал на отсутствие у истца права обращаться в суд с указанным иском, поскольку фактически заявлен иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Полагал, что у истца не возникло право собственности на спорные земельные доли, поскольку до 1998 г. регистрация и оформление документов на земельные участки осуществлялось Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству. Указал на отсутствие доказательств фактической передачи ФИО2 и ФИО5 долей в паевой фонд кооператива.

Представитель ответчика Теребило М.А. ФИО9 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указал на отсутствие надлежащих доказательств возникновения права истца на земельные доли.

Ответчики ФИО3, ФИО10, ФИО5, Теребило М.А., ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО7, а также иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, избирая способы защиты гражданских прав, предусмотренные ст. 12 ГК РФ.

По общему правилу гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции РФ, исходит из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

Согласно разъяснениям, данным в п. 52 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. 

Таким образом, оспаривание зарегистрированного права собственности возможно путем оспаривания оснований приобретения ответчиком права собственности на спорный объект и представления истцом доказательств наличия у него прав на это имущество.

В соответствии с п. 3 Указа Президента РФ от 27 декабря 1991 г. № 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» (действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений и до 25 февраля 2003 г.) колхозы и совхозы обязаны были в 1992 году провести реорганизацию, привести свой статус в соответствие с Законом РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» и перерегистрироваться в соответствующих органах.

Одной из организационно-правовых форм предприятий являлось акционерное общество открытого типа (статья 12 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»).

Из материалов дела следует, что на основании решения учредительной конференции трудового коллектива совхоза «Культура» и в соответствии с постановлением администрации Брянского района от14.07.1992№253 совхоз «Культура» был преобразован в акционерное общество открытого типа «Культура».

12.03.1997 г. ФИО5 и ФИО2подали заявление в комиссию по реорганизации совхоза «Культура» о принятии их членами акционерного общества с имущественными и земельными паями (том 1 л.д.53-54). 

Все члены колхоза и работники совхоза, в том числе и ушедшие на пенсию, имели право на бесплатный земельный и имущественный пай в общей долевой собственности (п. 9 постановления Правительства РФ от 29 декабря 1991 г. N 86 «О порядке реорганизации колхозов и совхозов»).

Постановлением администрации Брянского района Брянской области от 02.06.1994 №221/1 за членами АООТ «Культура» были закреплены условные земельные доли общей площадью1,623га.

На основании свидетельства на право собственности на землю серии №, регистрационная запись № от 15.11.2013 г. ФИО2 в частную собственность передана условная земельная доля при среднем качестве земель АО «Культура» на землях сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, общей площадью1,623га (том 1 л.д.136).

На основании свидетельства на право собственности на землю серии №, регистрационная запись № от 15.11.2013 г. ФИО5 в частную собственность передана условная земельная доля при среднем качестве земель АО «Культура» на землях сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, общей площадью1,623га (том 1 л.д.137).

На собрании акционеров12.03.1997 г.АООТ «Культура» было принято решение о реорганизации АООТ в форме преобразования в СПК-Агрофирма «Культура», а также решение о формировании паевого фонда кооператива за счет имущественных паев и земельных долей. ФИО2 и ФИО5 являлись членами указанного кооператива, данное обстоятельство не оспаривали стороны в судебном заседании.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что СПК Агрофирма - «Культура» создано в результате реорганизации в форме преобразования акционерного общества открытого типа «Культура» в соответствии с решением общего собрания акционеров от 12 марта 1997 года. Данным собранием акционеров также были приняты решения о внесении и принятии условных земельных долей в качестве паевых взносов в паевой фонд СПК Агрофирма - «Культура», утвержден передаточный акт в соответствии с решением о реорганизации.

В соответствии с ч. 6 ст. 67 ГПК РФ при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Таким образом, при утрате оригинала документа, его копия не может являться доказательством только в том случае, если копии этого документа, представленные с двух сторон, не соответствуют друг другу.

Ответчиком ФИО3 заявлено о подложности копии протокола собрания от 12.03.1997 г. При этом ответчик ссылается на копию протокола, содержащуюся в материалах регистрационного дела истца в МИФНС России № 10 по Брянской области, отличную от представленной истцом.

Вместе с тем представителем истца ФИО1 в судебном заседании представлен на обозрение суда оригинал протокола собрания акционеров АО «Культура» от 12.03.1997 г., копия которого имеется в материалах дела (т.1 л.д.31-50), в связи с чем суд принимает представленную истцом копию в качестве надлежащего доказательства по делу.

Между ФИО2 (дарителем) и ФИО10 (одаряемым) 21.01.2014 г. заключен договор (т.1 л.д.127), по условиям которого даритель передает одаряемому принадлежащую ему на праве общей долевой собственности 1/1156 долю в праве на земельный участок, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. Отчуждаемая доля принадлежит дарителю на основании свидетельства на право собственности на землю от 28.09.1994 г. серии №.

За ответчиком ФИО10 было зарегистрировано право общей долевой собственности на земельный участок площадью 15113854 кв.м с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> (доля в праве 1/1156), регистрационная запись № от 07.02.2014 г. (т.1 л.д.78).

Между ФИО5 (дарителем) и ФИО3 (одаряемым) 21.01.2014 г. заключен договор (том 1 л.д.126), по условиям которого даритель передает одаряемому принадлежащую ему на праве общей долевой собственности 1/1156 долю в праве на земельный участок, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. Отчуждаемая доля принадлежит дарителю на основании свидетельства на право собственности на землю от 28.09.1994 г. серии №.

За ответчиком ФИО3 было зарегистрировано право общей долевой собственности на земельный участок площадью 15113854 кв.м с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> (доля в праве 1/1156), регистрационная запись № от 07.02.2014 г. (т.1 л.д.78).

Рассматривая заявленные исковые требования о признании прекращенным права собственностиФИО5, ФИО2 на земельные доли, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 16 постановления Правительства РФ от 4 сентября 1992 г. N 708 «О порядке приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного комплекса» (действующего до 27 января 2003 г.) владелец имущественного пая и земельной доли может использовать их следующими способами:

получить при выходе из хозяйства с целью создания крестьянского (фермерского) хозяйства;

внести в качестве взноса в создаваемое товарищество, акционерное общество или кооператив;

продать или сдать в аренду другим владельцам долей (паев).

Из вышеуказанного нормативного акта, действующего на момент возникновения спорных правоотношений следует, что наделение земельной долей члена реорганизуемого предприятия одновременно обязывало его принять решение о ее использовании одним из предусмотренных законодательством способом.

В соответствии с п. 2 и п. 3 ст. 10 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. N 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (в редакции от 7 марта 1997 г., действующей на момент принятия решения о преобразовании АООТ «Культура» в СПК - Агрофирма «Культура») в случае реорганизации сельскохозяйственной организации ее члены (участники, работники) самостоятельно принимают решение о вступлении в кооператив либо в иные предусмотренные гражданским законодательством сельскохозяйственные организации или образуют крестьянские (фермерские) хозяйства. В случае принятия решения о вступлении в производственный кооператив, созданный на базе сельскохозяйственной организации, член (участник) сельскохозяйственной организации вносит в паевой фонд производственного кооператива паевой взнос в размерах и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом и уставом кооператива. При реорганизации сельскохозяйственной организации ее член (участник) вправе передать выделенный ему земельный участок или причитающуюся ему земельную долю в счет паевого взноса в паевой фонд кооператива (с условием или без условия их возврата в натуральной форме в случае выхода из кооператива) либо передать земельный участок, находящийся в его собственности, кооперативу в аренду на условиях, установленных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Из вышеуказанной нормы Федерального закона следует, что при реорганизации сельскохозяйственной организации лицо, принявшее решение о вступлении в кооператив, должно было внести паевой взнос, в том числе в качестве земельной доли.

Факт внесенияФИО2, ФИО5 земельных долей в уставной фонд кооператива подтверждается следующими доказательствами.

ФИО2, ФИО5 распорядились своими условными земельными долями путем внесения их в качестве пая в СПК-Агрофирма «Культура», что подтверждается включением ответчиков в список владельцев земельных долей, передавших условные доли в паевой фонд истца. Указанный список (том 11 л.д.50-76) послужил основанием для составления проекта территориального землеустройства на землях сельскохозяйственного назначения СПК-Агрофирма «Культура», выполненного ОАО «Брянскземпроект» 18.11.2008 г. 

Кроме того, в судебном заседании 01.06.2017 г. (протокол судебного заседания – т.7 л.д. 175-178) ответчики ФИО2. ФИО5 подтвердили передачу свидетельств о праве собственности в СПК-Агрофирма «Культура», а также подтвердили факт передачи ФИО10 дубликатов свидетельств на право собственности на землю. Факт членства в кооперативе и получения дивидендов ответчики ФИО2 и ФИО5 также не оспорили.

Тот факт, что ответчик ФИО2 распорядился своей условной земельной долей путем внесения ее в качестве паевого взноса в СПК - Агрофирма «Культура», подтверждается также заявлением ФИО2 от 12 марта 1997 года, адресованным в комиссию по реорганизации АО «Культура» в СПК Агрофирма - «Культура» (т.1 л.л.д.54). Факт подписания указанного заявления ответчиком ФИО2, присутствовавшим в судебном заседании 01.06.2017 г., не оспорен. 

Таким образом, материалами дела бесспорно подтверждается, чтоФИО2 ФИО5 являлись членами СПК-Агрофирма «Культура» и вносили паевой взнос в указанный кооператив в виде условной земельной доли.

В соответствии с п. 3 ст. 34 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации» (в редакции, действовавшей в период вступленияответчиков в члены кооператива) кооператив является собственником имущества, переданного ему в качестве паевых взносов его членами, а также имущества, произведенного и приобретенного кооперативом в процессе его деятельности.

Согласно п. 4.1 и п. 4.3 Устава СПК-Агрофирма «Культура» от15.03.1997 г.для обеспечения деятельности кооператива за счет паевых взносов членов и ассоциированных членов образуется паевой фонд кооператива; в счет оплаты взносов принимаются, в том числе, имущественные паи и земельные доли. Оценка взносов каждого члена дается в приложениях 1 и 2 к Уставу.

В соответствии с п. 4.9 Устава СПК-Агрофирма «Культура» кооперативу на праве собственности принадлежит имущество, переданное членами и ассоциированными членами в качестве взноса в паевой фонд.

В связи с тем, чтоФИО2, ФИО5, являясь членами кооператива, внесли паевой взнос в кооператив в виде условной земельной доли, суд считает, что право собственности у указанных лиц на земельную долю было прекращено, данное право было приобретено СПК-Агрофирма «Культура». Указанные лица не вправе были производить отчуждение земельных долей.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Способы защиты гражданских прав перечислены в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Содержащийся в указанной статье перечень является открытым в силу прямого указания на то, что защита может осуществляться иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Для восстановления прав истца указанным процессуальным лицом заявлено требование о признании праваФИО5, ФИО2 прекращенным на условные земельные доли. Суд считает, что данный способ защиты права не противоречит действующему законодательству, и приведет к восстановлению положения СПК - Агрофирма «Культура», существовавшего до нарушения права. Фактически истцом заявлено требование о прекращении права собственностиФИО2, ФИО5 на условные земельные доли в момент внесения их в кооператив, и отсутствии данного права на момент распоряжения ими.

В соответствии с п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В связи с тем, что при внесении условных земельных долейФИО2, ФИО5 в СПК-Агрофирма «Культура» право собственности на указанное имущество возникло у кооператива, соответственно, было прекращено право указанных физических лиц на условные земельные доли.

Постановлением Правительства РФ от 1 февраля 1995 г. № 96 «О порядке осуществления прав собственников земельных долей» были одобрены рекомендации о порядке распоряжения земельными долями и имущественными паями.

В соответствии с п. 20 Рекомендаций при внесении земельных долей в уставный капитал сельскохозяйственной коммерческой организации этой организации как юридическому лицу выдается свидетельство на право собственности на земельный участок, площадь которого соответствует внесенным земельным долям, и план этого участка. Свидетельство на право собственности на земельную долю лица, внесшего свою долю в уставный капитал указанной организации, теряет юридическую силу.

Реализуя свое право выбора формы собственности на землю в соответствии с действующим на тот период времени законодательством,ФИО2, ФИО5 добровольно распорядились своим правом собственности, внеся земельные доли в качестве взноса в паевой фонд истца.

Ссылка представителей ответчиков на отсутствие у СПК-Агрофирма «Культура» соответствующих свидетельств, подтверждающих право собственности кооператива на землю, не может быть принята во внимание в связи с тем, чтоФИО2, ФИО5 утратили право на условные земельные доли с момента их внесения в паевой фонд кооператива, а последний приобрел на них право собственности с момент приятия в паевой фонд.

В 2005 г. на основании решения собрания уполномоченных СПК-Агрофирма «Культура» и собственников условных земельных долей от27.02.2004 г. проведено межевание и осуществлена постановка на государственный кадастровый учет земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, образованного в счет 1156 долей, общей площадью 1876, 18 га. Данный земельный участок образован в счет земельных долей, переданных в паевой фонд кооператива. В списке документов, ставших основанием для образования земельного участка с кадастровым номером №, указаны, в том числе, свидетельства на право собственности на землю на имяФИО2 и ФИО5, что подтверждается проектом территориального землеустройства на землях сельскохозяйственного назначения СПК-Агрофирма «Культура», выполненному ОАО «Брянскземпроект» 18.11.2008 г. (том 11 л.д.2-102).

Ссылкана то, что в соответствии с п. 5 Указа Президента РФ от 7 марта 1996 г. № 337 передача земельных долей в уставной капитал кооператива должна была осуществляться на основании договора, не может быть принята во внимание ввиду следующего.

В соответствии с п. 5 Указа Президента РФ от 7 марта 1996 г. N 337 «О реализации конституционных прав граждан на землю» (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) установить, что передача земельных долей в аренду сельскохозяйственным организациям, крестьянским (фермерским) хозяйствам, а также передача земельных долей или права пользования ими в уставный капитал сельскохозяйственных организаций осуществляются на основании договоров между собственниками долей и сельскохозяйственными организациями и крестьянскими (фермерскими) хозяйствами.

Из содержания вышеуказанной нормы Указа Президента РФ следует, что она регулирует правоотношения по передаче земельных долей в аренду и в пользование, в связи с чем не может быть применена при разрешении заявленного спора.

Заявленные ходатайства ответчиков о назначении по делу экспертиз судом отклонены, так как сделка по передаче условных земельных долейФИО2, ФИО5 в паевой фонд кооператива не оспорена. Кроме того, ответчик ФИО2 не отрицал подписание им заявления о передаче земельной доли истцу. Указанные ответчики исполнили данную сделку, передав в СПК-Агрофирма «Культура» подлинные свидетельства на право собственности на землю, приняли ее исполнение, в том числе, имели имущественную выгоду в виде получения дивидендов, начисленных с учетом внесенных паевых взносов. Из поведения указанных лиц после заключения указанной сделки явствовала их воля на сохранение сделки. 

Согласно имеющимся в материалах дела копиям платежных ведомостей ответчикам ФИО2, ФИО5 как членам СПК Агрофирма «Культура» выплачивались дивиденды в 2003, 2006, 2007, 2008, 2011 годах. Данный факт подтверждается платежной ведомостью о получении дивидендов (том 1 л.д.55, 220, 232, 234, 236, 238, 240, 242, 244, 246, 248, 250, 252, 254, 256, 258, 260, 262, 264, 266, 268, 270, 272, 274), в связи с чем суд считает, что проведение по делу указанных экспертиз не будет иметь значение для разрешения заявленного спора.

На основании изложенного суд удовлетворяет исковые требования в части признания прекращенным права ФИО5, ФИО2 на земельные доли и признании права собственности СПК - Агрофирма «Культура» на 2 земельные доли в составе земельного участка с кадастровым номером №,принадлежавшиеФИО2, ФИО5 

Рассматривая требования о признании недействительным договоров дарения, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июля 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок.

Суд считает, что со стороныФИО2, ФИО5 при заключении договоров дарения имело место злоупотребление правом, так как указанные лица произвели отчуждение имущества, которое им не принадлежало, что является основанием для признания сделки недействительной (ничтожной).

В связи с тем, что ответчикиФИО2, ФИО5 не вправе были распоряжаться не принадлежащим им имуществом, суд признает договоры дарения от 21.01.2014 г. ничтожными сделками.

В соответствии с абз. 1 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу п. 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В связи с тем, что у истца отсутствует иной способ защиты права, суд считает, несмотря на то, что СПК - Агрофирма «Культура», не являлся стороной договоров дарения, истец вправе заявить требования о признании данных сделок недействительными и применении последствий их недействительности, в противном случае лицо, чье право нарушено неправомерными действиями ответчиков, будет лишено возможности защитить свои права.

Суд отклоняет заявление ответчиков о пропуске срока исковой давности по следующим основаниям.

В силу п.1 ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям истца составляет три года, в связи с чем, учитывая, что спорные договоры заключены 21.01.2014 г., на момент подачи истцом искового заявления 21.09.2016 г. срок исковой давности не истек.

Согласно п.3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

По смыслу указанных норм под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал на нарушение оспариваемой сделкой его прав собственника, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что СПК «Агрофирма «Культура» доказал наличие у него охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной, поэтому доводы ответчиков о том, что истец не обладает правом на подачу иска, несостоятельны.

В п. 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Оценивая требования истца о признании права собственности сельскохозяйственного производственного кооператива «Агрофирма «Культура» на 2 земельные доли, принадлежавшие до 1997 года ФИО2 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №, и ФИО5 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №, суд приходит к следующему.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Возможность заинтересованного лица воспользоваться данным требованием, когда у него отсутствуют иные средства для защиты своего права, отвечает общему принципу о гарантированности государственной и судебной защиты прав и свобод (ч. 1 ст. 45 Конституции Российской Федерации). Суд не может отказать лицу в судебной защите, сославшись на отсутствие правовых средств для восстановления его нарушенного права.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1); право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1; статья 18).

Исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 года N 8-П; определения от 17 ноября 2009 года N 1427-О-О, от 23 марта 2010 года N 388-О-О, от 25 сентября 2014 года N 2134-О, от 9 февраля 2016 года N 220-О и др.).

Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 года N 1179-О-О, от 20 февраля 2014 года N 361-О, от 27 октября 2015 года N 2412-О, от 28 января 2016 года N 140-О и др.).

Одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Учитывая отсутствие иных средств для защиты прав истца по настоящему спору, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о признании права собственности сельскохозяйственного производственного кооператива Агрофирма «Культура» на 2 земельные доли, ранее принадлежавшие ФИО2 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №, и ФИО5 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №.

Указанный способ защиты права непосредственно связан с восстановлением положения, существовавшего до нарушения права заинтересованного лица и пресечением неправомерных действий.

Представленные в обоснование своих доводов ответчиком ФИО3 нотариально удостоверенные копии объяснений ФИО18, работавшей в 1997 г. председателем профкома АО «Культура», ФИО19, работавшей в 1997 г. главным бухгалтером АО «Культура», ФИО20, работавшей в 1997 г. старшим бухгалтером АО «Культура», не отвечают требованиям ст. 60 ГПК РФ о допустимости доказательств.

При таких обстоятельствах, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования сельскохозяйственного производственного кооператива «Агрофирма «Культура» удовлетворить.

Признать прекращенным право собственности ФИО5, ФИО2 на условные земельные доли АО «Культура».

Признать недействительным договор дарения от 21 января 2014 г., заключенный между ФИО10 и ФИО2.

Признать недействительным договор дарения от 21 января 2014 г., заключенный между ФИО3 и ФИО5.

Признать право собственности сельскохозяйственного производственного кооператива «Агрофирма «Культура» на 2 земельные доли, вошедшие в состав земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие до 1997 г. ФИО2 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №, и ФИО5 на основании свидетельства на право собственности на землю серии №.

Решение может быть обжаловано в Брянский областной суд через Брянский районный суд Брянской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий М.Л.Ульянова 

Мотивированное решение изготовлено 25 июня 2018 года.