Председательствующий Давыдова М.В. дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 06 июня 2017 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего: Кучеренко С.Н.,

при секретаре Вербицкой Н.А.,

с участием:

прокурора отдела Красноярской краевой прокуратуры Боровкова В.А., осуждённого ФИО1 и его защитника- адвоката Кравченко Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденного ФИО1, апелляционной жалобе адвоката ФИО16 в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кежемского районного суда Красноярского края от 16 февраля 2017 года, в отношении

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты>,

осужденного по ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 г. № 162-ФЗ) к наказанию в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 3 года.

На основании п.4 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» освобожден от отбытия назначенного наказания.

Заслушав доклад судьи краевого суда Кучеренко С.Н., выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора, полагавшего приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, имевшее место 

<

дата> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению не признал. 

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный выражает несогласие с приговором суда, находя его незаконным, необоснованным и несправедливым, вынесенным с нарушением норм уголовно-процессуального и уголовного закона, просит его отменить, по предъявленному обвинению оправдать. Полагает, что в приговоре не приведены доказательства, подтверждающие выводы суда об его виновности. Оценка инкриминируемым действиям судом в приговоре не дана. Исследованные судом доказательства не подтверждают изложенные в приговоре выводы. Кроме того, излагая в приговоре мотивы, в силу которых суд считает установленным и доказанным факт нарушения им требований закона при проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», суд нарушил требования ст.252 УПК РФ, вышел за пределы судебного разбирательства и изменил обвинение, нарушив тем самым его право на защиту и возложив на себя функцию обвинения. Суд необоснованно указал, что им нарушены требования ст. 166 УПК РФ при проведении оперативно-розыскного мероприятия, поскольку протоколы были составлены не в рамках действия УПК РФ. Нарушение требований ст.5 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» не имело места, поскольку было проведено негласное ОРМ. Выражает несогласие с выводом суда о том, что проводимое ОРМ носило гласный характер, поскольку стало очевидным для задержанных лиц по результатам закупа наркотических средств. Обращает внимание, что результаты ОРМ стали известны указанным лицам лишь после вынесения постановления о рассекречивании данных, полученных в результате «Проверочной закупки». Неправильным считает вывод суда о нарушении им требований ст.ст.60,166 УПК РФ, поскольку инкриминируемые действия не относятся к категории следственных действий, а были проведены в рамках ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и требования указанных норм к ним не применимы. Полагает ошибочным вывод суда о распространении требований ст. 60 УПК РФ об участии понятых на инкриминируемые ему действия, поскольку дознавателем и следователем он не являлся, ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» не регламентирует участие понятых при проведении ОРМ, следовательно, их отсутствие не влечет недопустимость полученных доказательств. В приговоре неверно изложены показания потерпевшего и сделан вывод о не признании им факта сбыта наркотического средства. Не согласен с выводом суда о нарушении прав Потерпевший №1 вследствие отсутствия в отношении него обвинительного приговора. Отсутствие последствий его действий, указанных в приговоре, подтверждается фактом отмены ранее принятого решения в отношении Потерпевший №1 о прекращении уголовного преследования за непричастностью, в связи с чем, ссылка на данное постановление как на доказательство нарушения его прав, является недопустимой. Обращает внимание, что постановлением от 

<

дата> уголовное дело в отношении Потерпевший №1 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, ввиду невозможности установления массы наркотического средства, переданного Потерпевший №1 закупщику ФИО11 в рамках ОРМ. Причиной этого явилось решение суда об уничтожении наркотического средства, являющееся вещественным доказательством, в рамках уголовного дела в отношении Потерпевший №1. Делает вывод, что Потерпевший №1 был привлечен к уголовной ответственности законно. В приговоре не приведены доказательства, подтверждающие составление осужденным протокола личного досмотра лица от имени Свидетель №1. Тот факт, что согласно протоколам добровольной выдачи и досмотра лица прошло меньше времени, чем об этом показывают свидетели, не может быть положено ему в вину. Допускает, что в протоколе досмотра лица указано удобное, а не реальное время. Обращает внимание, что у свидетелей не выяснялось, видели ли они, кто составлял протокол. Свидетель Свидетель №1 показала суду, что он предложил ей подписать протокол, что она и сделала, т.е. внесла заведомо ложные сведения относительно лица, его составившего. Несмотря на наличие реальных сомнений по обстоятельствам дела, суд истолковал сомнения в пользу обвинения.Приведенные в обжалуемом приговоре доказательства его виновности не подтверждают, а напротив, опровергают. Судом формально перечислены все доказательства из обвинительного заключения, в том числе и те, которые таковыми не являются (рапорты об обнаружении признаков преступлений, постановление о предоставлении результатов ОРД). Полагает, что суд необоснованно критически отнесся к его показаниями и показаниям свидетелей, подтвердивших его позицию, и положил в основу своих выводов показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6 и ФИО3, которые в суде не помнили обстоятельства событий 

<

дата>, а после оглашения их показаний, данных на следствии, подтвердили их, однако затруднились сообщить детали событий, сославшись на их давность. Обращает внимание, что по уголовному делу в отношении Потерпевший №1 суд критически отнесся к показаниям указанных лиц в части того, что протоколы они подписали, не читая, содержание протоколов следователь писал сам, что указано в протоколах, им не известно. При этом суд признал достоверными показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6 и ФИО3, установив факт наличия в действиях следователя Свидетель №10 признаков преступлений, предусмотренных ст.ст.286,303 УК РФ, поскольку им внесены в протоколы сведения, которые не сообщались свидетелями. Полагает, что в действиях Свидетель №1, руководителем которой он не являлся, также имеются признаки преступлений, предусмотренных ст.ст.286, 292 УК РФ, что свидетельствует о наличии у нее мотива для его оговора. Показания свидетелей Свидетель №11 и Свидетель №2 не опровергают законность составления документов в ходе оперативно-розыскного мероприятия. Анализируя доказательства, приведенные в приговоре, делает вывод, что протокол передачи денег ФИО11 (ФИО2), протокол добровольной выдачи ею наркотических средств и протокол личного досмотра ФИО11 были выполнены в полном соответствии с требованиями закона. Вывод суда о том, что указанные документы составлены им, носит предположительный характер. Кроме того, в обжалуемом приговоре не указано, в чем выразилась дискредитация органов по контролю за оборотом наркотических средств в результате действий осужденного. Каких-либо негативных последствий для общества и государства его действия не повлекли. К уголовной ответственности было привлечено лицо, совершившее преступление в сфере незаконного оборота наркотических средств. Последующее прекращение уголовного преследования в отношении него связано с незаконным уничтожением сбытого этим лицом наркотического средства.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО16, действуя в интересах осужденного ФИО1, считает приговор суда незаконным, постановленным с нарушением норм материального и процессуального права. В обоснование указывает, что выводы суда основаны на сомнительных доказательствах и неправильном применении и толковании норм закона, в результате чего действия ФИО1 ошибочно квалифицированы по ч.1 ст.286 УК РФ. Помимо доводов, изложенных в жалобе осужденным, ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ « О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», делает вывод, что фактические обстоятельства по делу установлены неправильно. Ссылаясь на заключение ст.преподавателя кафедры ОРД Сибирского юридического института ФСКН России ФИО4., приобщенного к материалам дела, делает вывод, что ФЗ «Об ОРД» и иные законы не регламентируют действия оперативных сотрудников и порядок составления протоколов, в том числе протокол личного досмотра в рамках ОРМ «проверочная закупка», а также участие «представителей общественности» в проведении мероприятий. Осмотр денежных средств, предметов и передача их лицу, участвующему в проверочной закупке в роли покупателя, добровольная выдача предметов, запрещенных к свободному обороту и личный досмотр физического лица, и изъятие вещей, проведенные в отсутствие «представителей общественности», не являются нарушением требований ст.ст.5, 15 ФЗ « Об ОРД» и не влекут признание недействительным ОРМ «проверочная закупка». Следовательно, доводы обвинения, что Колбик действовал с превышением полномочий и нарушением требований ФЗ «Об ОРД», не основан на установленных судом обстоятельствах. Потерпевший №1 сбыл наркотик «закупщику» и это подтверждается актом проведения ОРМ, заявлением о добровольной выдаче наркотика ФИО2 (ФИО11), законность которых обвинением не оспаривается. В связи с чем, осужденным обоснованно был составлен рапорт о выявлении в действиях Потерпевший №1 признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.30,ч.1 ст.228.1 УК РФ. Кроме того, в рамках данного ОРМ было собрано достаточно иных доказательств причастности Потерпевший №1 к сбыту наркотического средства закупщику ФИО11. К таким доказательствам относит: допрос Свидетель №11, Потерпевший №1, ФИО11, Свидетель №12, Свидетель №15, справку об исследовании наркотического средства, протокол добровольной выдачи и др. Полагает, что в ходе судебного разбирательства был подтвержден факт передачи Потерпевший №1 наркотического средства ФИО11 в рамках ОРМ «проверочная закупка». По результатам собранных в рамках ОРМ доказательств, следователем Свидетель №4 принято решение о возбуждении уголовного дела в отношении Потерпевший №1 по ч.1 ст.30, ч.1 ст.228.1 УК РФ. Поскольку такое решение осужденным не принималось, полагает, что его действия не могли нарушить права и законные интересы Потерпевший №1. Полагает, что Потерпевший №1 мог быть привлечен к уголовной ответственности по данному факту, в случае если наркотическое средство не было бы уничтожено в рамках другого уголовного дела. Поскольку уголовное дело в отношении Потерпевший №1 было прекращено, вывод обвинения о нарушении его прав, является неправильным. Анализируя протокол допроса ФИО11, которая была допрошена сотрудником ФСБ в 

<

адрес>, и подтвердила свое участие в ОРМ «проверочная закупка» в отношении Потерпевший №1, что подготовительные мероприятия к ОРМ и последующие действия при выдаче наркотического средства и личном досмотре проводились с участием представителей общественности женского пола; показания свидетеля Свидетель №2, подтвердившей факт ее досмотра 

<

дата>, не исключившей возможность ее досмотра Свидетель №1; показания свидетеля Свидетель №7 о том, что ФИО3, Свидетель №6 и Свидетель №1 находились в помещении в момент задержания ФИО11, показания свидетелей Свидетель №4 и следователя Свидетель №10, делает вывод, что у суда не имелось оснований сомневаться относительно присутствия Свидетель №1 и составления ею протокола личного досмотра ФИО11 и изъятия вещей. Вместе с тем, указывает на недопустимость показаний свидетеля Свидетель №2, поскольку они получены факсимильной связью и оригинал протокола в деле отсутствует. Просит приговор отменить и вынести новое решение по делу.

В возражениях на жалобы осужденного ФИО5 и адвоката ФИО16 государственный обвинитель просит приговор оставить без изменения, а доводы апелляционных жалоб- без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, иного решения суда первой инстанции.

В соответствии с ч.2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются:

несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции;

существенное нарушение уголовно-процессуального закона;

неправильное применение уголовного закона;

несправедливость приговора;

выявление обстоятельств, указанных в части первой и пункте первом части первой ст. 237 УПК РФ.

Таких оснований по данному делу не установлено.

Выводы суда о виновности ФИО5 в совершенном им преступлении, при обстоятельствах установленных судом, подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО11, Свидетель №6, ФИО3, Свидетель №1, признанными достоверными в части устанавливающей фактические обстоятельства содеянного осужденным, иными доказательствами, изложенными в приговоре, оценка которым дана в соответствии с требованиями ст.ст. 87,88 УПК РФ.

По смыслу уголовного закона объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ выражается в действиях должностного лица, явно выходящих за пределы прав и полномочий, предоставленных ему законом.

Для установления факта превышения должностных полномочий необходимо выяснить, каким законом либо иным нормативным актом регламентированы должностные полномочия должностного лица и в чем конкретно выразилось их противоправное превышение.

Вопреки доводам жалоб, судом установлено, что Колбик, исполняя обязанности заместителя начальника 

<

адрес> УФСКН России по Красноярскому краю, при проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» наркотических средств у Потерпевший №1 должен был руководствоваться Федеральным Законом « Об оперативно-розыскной деятельности», ст. 5 которого запрещает фальсифицировать результаты оперативно-розыскной деятельности, а ч.1 ст. 15 Закона обязывает должностное лицо, в случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных ОРМ, составить протокол в соответствии с требованиями УПК РФ.

Вывод суда о том, что противоправное превышение выразилось в оформлении материалов ОРД, содержащих заведомо ложные сведения об обстоятельствах его проведения, с последующим представлением их в орган предварительного следствия, основан на следующих доказательствах.

Так, из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что по результатам проверочной закупки, проведенной 

<

дата> ФИО11, в отношении него было возбуждено уголовное дело по ст.ст. 228.1, 232 УК РФ. Пояснил, что сбыт наркотиков ФИО11 он не совершал. Уголовное преследование по ст.228.1 УК РФ в отношении него было прекращено, так как материалы ОРД были сфальсифицированы. Он осужден по ст.232 УК РФ и в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы.

Допрошенные судом свидетели Свидетель №6 и ФИО3 пояснили, что не участвовали при осмотре денежных средств и передачи их ФИО11, не сличали их с ксерокопией денежных средств, которую подписали, в их присутствии денежные средства не помечались специальным химическим веществом и не отбирался образец последнего; ФИО11 шприц с веществом не выдавала и не досматривалась второй раз сотрудником полиции Свидетель №1.

Допрошенная судом свидетель Свидетель №1 пояснила, что второй раз, после приобретения ФИО11 наркотического вещества, она ее не досматривала.

После обозрения указанными лицами, с участием которых были составлены: протокол осмотра денежных средств и передачи их ФИО11, согласно которому был произведен осмотр денежных купюр, сделана их ксерокопия, денежные средства помечены специальным химическим веществом и взят образец последнего; протокол добровольной выдачи Шовенко вещества, приобретенного у Потерпевший №1; протокол личного досмотра ФИО11 от имени дежурного по разбору дежурной части ОП МО МВД России «

<

адрес>» Свидетель №1, пояснили, что подписали их, не читая, примерно 

<

дата>, по просьбе Колбика.

Тщательно исследовав показания указанных лиц, огласив показания, данные ими в досудебной стадии, суд положил в основу приговора показания в той части, которая согласуется с другими исследованными судом доказательствами.

Оценивая показания свидетеля ФИО11, данные на предварительном следствии, оглашенные судом в связи с ее смертью, суд признал достоверным, что она принимала участие 

<

дата> по предложению Колбика в ОРМ «проверочная закупка» наркотического средства в качестве «закупщицы» у Потерпевший №1 под псевдонимом «ФИО2» в помещении гаража, принадлежащего Свидетель №11. Один раз она была досмотрена женщиной-сотрудником полиции в присутствии двух понятых, о чем был составлен протокол, где все расписались. Затем, в отсутствие указанных лиц, Колбик передал ей денежные средства около тысячи рублей, разными купюрами, на которые она приобрела у Потерпевший №1 наркотическое средство в одноразовом шприце. Приобретенное вещество в шприце она отдала Колбику в автомобиле. Какие-либо протоколы при этом не составлялись. Повторно она не досматривалась. Позже, по просьбе Колбика, подписала какие-то протоколы (том.2 л.д.201-204). Показания о том, что Колбиком при ней (ФИО11) переданные денежные средства не осматривались, не помечались специальным порошком, и протокол по этому факту не составлялся в ее присутствии, последняя подтвердила в ходе очной ставки с Колбиком (т.2 л.д. 205-210). 

Обоснованно положены в основу приговора показания свидетеля Свидетель №9, пояснившей, что в ходе расследования уголовного дела в отношении Потерпевший №1 она передопросила всех участников оперативно-розыскного мероприятия. Понятые Свидетель №6 и ФИО3 показали, что по просьбе Колбика принимали участие в проверочной закупке. В их присутствии Свидетель №1 досмотрела ФИО11 и они подписали соответствующий протокол. При этом, в их присутствии деньги ФИО11 не передавались, копий с них не снималось. Больше ни в каких действиях они участия не принимали, шприц с наркотиком не видели; через несколько дней по просьбе Колбика подписали протоколы, не читая. В ходе допроса Свидетель №1 пояснила, что перед проверочной закупкой досматривала ФИО11, только один раз, до закупа наркотического средства; позже подписала какие-то протоколы следователю Свидетель №10, не читая. ФИО11 первоначально при допросе дала показания о том, что на всех этапах ОРМ все участники были, при этом не могла ответить на конкретные вопросы, кто ее пригласил, где находились деньги, куда и с кем поехали. Затем ФИО11 показания поменяла, пояснила, что при производстве процессуальных действий она везде была одна, понятых не было. С учетом полученных показаний ею было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования Потерпевший №1 по факту сбыта наркотического средства.

Показания указанных выше лиц нашли свое подтверждение показаниями свидетеля Свидетель №7, согласно которым именно он пригласил для участия в качестве понятых в ОРМ «проверочная закупка» наркотического средства у Потерпевший №1 ФИО3 и Свидетель №6. Они были привлечены для проведения досмотра ФИО11, которую досматривала сотрудник полиции Свидетель №1. После проведения досмотра ФИО11 Свидетель №1 ушла из здания 

<

адрес> МРО, а ФИО3 и Свидетель №6 он сопроводил домой. Повторно он их в здание отдела не доставлял в этот день, а также не видел Свидетель №1. Через несколько дней, после проведения вышеуказанного ОРМ, по просьбе Колбика, он вновь привез Свидетель №6 и ФИО3.

Допросы потерпевшего и свидетелей проведены с соблюдением уголовно-процессуального закона, показания допрошенных лиц, данные в досудебной стадии, оглашены при установлении оснований, предусмотренных ст. 281 УПК РФ. Вопреки доводу жалоб, оснований для вывода об оказании на свидетелей Свидетель №6 и ФИО3 какого-либо давления со стороны суда либо иных лиц, не имеется. Их показания, приведенные в приговоре, обоснованно признаны допустимыми и достоверными.

Не доверять вышеприведенным показаниям свидетелей об обстоятельствах, связанных с проведением оперативно-розыскного мероприятия, у суда не имелось оснований, и они обоснованно признаны объективными и достоверными, положены в основу выводов суда о виновности Колбика, поскольку согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, анализ которым дан в приговоре. При этом суд подробно привел в приговоре содержание исследованных показаний, указал, какие из них признаны достоверными, а какие отвергнуты, привел мотивы таких решений.

Оценивая собранные по делу доказательства, в том числе показания допрошенных свидетелей, суд привел мотивы, по которым признал недостоверными показания свидетеля ФИО11 (изменившей первоначально данные показания, в части, на очной ставке с Колбиком), показания свидетелей Свидетель №8, Свидетель №7, Свидетель №12, Свидетель №2, Свидетель №10, в той части, которая не соответствуют исследованной совокупности доказательств. При этом указал в приговоре, в какой части изложенных сведений, показания указанных лиц признаются недостоверными. 

Вопреки доводам жалоб, в приговоре приведены мотивы, по которым отвергнуты доводы защиты о невиновности Колбика, со ссылкой на показания свидетелей Свидетель №18, Свидетель №17, Свидетель №16,Свидетель №15. Оснований не согласиться с выводами суда, не имеется.

При таких обстоятельствах доводы защиты об оспаривании события преступления и утверждение о фактическом проведении Колбиком инкриминируемых действий обоснованно отвергнуты судом, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Исследованными судом доказательствами установлено, что инкриминируемые действия осужденным фактически не проводились, в то время как протоколы об этом им были составлены и предложено лицам, указанным в протоколах, их подписать, что свидетельствует о превышении Колбиком своих должностных полномочий. 

Довод жалоб о предъявляемых ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» требованиях к проведению указанных действий, как при проведении гласных, так и негласных оперативно-розыскных мероприятий, не ставит под сомнение правильность вывода суда о виновности осужденного, который, указав на участие «представителей общественности», признал тем самым необходимость их участия, сфальсифицировал материалы ОРМ, на основании которых было возбуждено уголовное дело в отношении Потерпевший №1 и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу и предъявлено обвинение по факту сбыта наркотического средства. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в рапорте об обнаружении признаков преступления Колбиком приведены недостоверные сведения о проведении ОРМ.

Доводы жалоб об оспаривании преступного последствия, поскольку имел место факт сбыта наркотического средства Потерпевший №1, в связи с чем, он был законно привлечен к уголовной ответственности, противоречит принципу презумпции невиновности, в соответствии с которым обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Доказывание в соответствии со ст. 85 УПК РФ состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. В процессе доказывания в соответствии со ст.89 УПК РФ запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ. Часть 8 ст. 5 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» запрещает органам и должностным лицам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, фальсифицировать ее результаты. Принимая во внимание, что Колбиком были представлены в орган предварительного расследования материалы оперативно-розыскной деятельности, содержащие заведомо ложные сведения об обстоятельствах проведения ОРМ, следствием чего является признание недопустимыми полученных доказательств в соответствии со ст. 75 УПК РФ, оснований для вывода о законности привлечения его к уголовной ответственности, не имеется.

Ссылка авторов жалоб на принятие судом решения по уголовному делу в отношении Потерпевший №1 об уничтожении вещественного доказательства- вещества в шприце, переданного для исследования специалисту, не исключает ответственности осужденного Колбика за совершенные им действия, последствием чего явилось незаконное привлечение Потерпевший №1 к уголовной ответственности. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что утверждение защиты о передаче Колбиком специалисту именно того вещества, которое было передано потерпевшим Потерпевший №1 «закупщице» не основано на результатах оперативно-розыскного мероприятия, поскольку в указанной части материалы были сфальсифицированы. 

Ссылка в жалобах на постановление о прекращении уголовного дела в отношении Потерпевший №1 в соответствии с п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, как имеющее преюдициальное значение в части установления в действиях последнего признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.228 УК РФ, - незаконное изготовление без цели сбыта наркотического средства, противоречит ст. 90 УПК РФ, в связи с чем, является необоснованной. Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в названном постановлении следователя не указано на наличие в действиях Потерпевший №1 признаков ч.3 ст.30, ч.1 ст. 228.1 УК РФ, по которой было возбуждено уголовное дело. 

Вопреки доводам жалоб, отмена постановления следователя от 

<

дата>, которым уголовное преследование в отношении Потерпевший №1 по ч.3 ст.30, п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, прекращено по п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ, и вынесение постановления от 

<

дата>, которым уголовное дело прекращено в соответствии с п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, не ставят под сомнение правильность вывода суда о виновности Колбика, предоставившего в орган предварительного расследования не соответствующие действительности материалы ОРМ.

Правильно установив фактические обстоятельства содеянного осужденным, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между его действиями и наступившими преступными последствиями в виде существенного нарушения прав и законных интересов потерпевшего Потерпевший №1, гарантированных Конституцией РФ, в виде незаконного привлечения к уголовной ответственности, что повлекло дискредитацию органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ в целом и подрыв авторитета 

<

адрес> МРО УФСКН России по Красноярскому краю.

Оценивая в совокупности с другими доказательствами показания осужденного Колбика, утверждавшего, что 

<

дата> ОРМ «проверочная закупка» проведена с соблюдением требований закона, сведения, изложенные им в рапорте об обнаружении признаков состава преступления от 

<

дата> (т.3 л.д. 53), соответствовали действительности, суд обоснованно признал их недостоверными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и собранным по делу доказательствам, расценив их как избранный осужденным способ защиты, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалоб, в приговоре приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления и дан анализ доказательствам, рассмотренным в судебном заседании, указано по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, признав их недостоверными, выводы мотивированы. При этом судом дана оценка как доказательствам, представленным стороной обвинения, так и доказательствам стороны защиты. Данная судом оценка доказательств является правильной, оснований для установления иных фактических обстоятельств содеянного Колбиком, не имеется.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 г. № 162-ФЗ), как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, требования ч. 1 ст. 252 УПК РФ, регламентирующей пределы судебного разбирательства, судом не нарушены. Судебное разбирательство проведено только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению и при описании события совершенного ФИО1 преступления в описательно-мотивировочной части приговора суд за рамки предъявленного ему обвинения не вышел.

В основу выводов суда положены доказательства, оценка которым дана судом в соответствии с требованиями ст.ст. 87,88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела. Оценивая доказательства, суд руководствовался законом и совестью. При этом никакие доказательства не имели для него заранее установленной силы, что соответствует требованиям ст. 17 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб, все доводы защиты, заявленные при рассмотрении дела судом первой инстанции, тщательно проверены и оценены в приговоре. 

Суд обоснованно привел в приговоре письменные доказательства, в том числе протоколы следственных действий и судебного заседания в соответствии со ст. 83 УПК РФ, а также иные документы (рапорты об обнаружении признаков преступлений, постановление о предоставлении результатов ОРД) в соответствии со ст. 84 УПК РФ. Оснований для оспаривания их допустимости и относимости, не имеется.

Ссылка авторов жалоб на достоверность подписей участников в протоколах инкриминируемых осужденному действий, не опровергает вывод суда о том, что указанные действия в рамках ОРМ не проводились, а подписи в протоколах указанными лицами поставлены после их проведения.

Довод жалоб о неправильном отражении в приговоре показаний потерпевшего Потерпевший №1, опровергается протоколом судебного заседания, согласно которому он отрицал факт сбыта им наркотического средства ФИО11. Установление фактических обстоятельств содеянного Потерпевший №1 в рамках настоящего уголовного дела, выходит за пределы предмета рассмотрения уголовного дела в отношении Колбика.

Доводы жалоб, связанные с оценкой действий иных лиц, в том числе должностных и в рамках рассмотрения другого уголовного дела- в отношении Потерпевший №1, рассмотрению не подлежат, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ, суд не вправе давать правовую оценку действиям иных лиц, обвинение которым не предъявлено и уголовное дело в отношении которых не рассматривается.

Доводы апелляционных жалоб о недопустимости положенных в основу приговора показаний свидетеля Свидетель №2, ввиду исследования копии протокола (т.2 л.д. 221-223), являются необоснованными. Как усматривается из протокола судебного заседания, она была допрошена и подтвердила ранее данные показания от 

<

дата>, объяснив, что на момент ее допроса помнила события лучше. Показания, данные ею в досудебной стадии, оглашены судом в соответствии с требованиями ч.3 ст.281 УПК РФ. Следовательно, оснований для признания недопустимыми показаний свидетеля Свидетель №2, не имеется.

Дело судом рассмотрено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципа состязательности и равноправия сторон. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые по ним решения мотивированы. Поэтому доводы жалоб о предвзятости со стороны суда и нарушении принципов уголовного судопроизводства при рассмотрении дела, признаются несостоятельными.

По смыслу ст. 6 УК РФ, справедливость назначенного подсудимому наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Суд первой инстанции при назначении ФИО1 наказания, учел характер и степень общественной опасности содеянного, тяжесть совершенного преступления, в полном объеме данные о личности осужденного, в том числе наличие смягчающего наказание обстоятельства - наличие на иждивении малолетних детей; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции находит, что назначенное Колбику наказание, в пределах санкции ч. 1 ст. 286 УК РФ, с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному. Оснований для его смягчения не имеется. 

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения категории инкриминированного осужденному преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также о применении норм ст. 64 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. 

С учетом совершения ФИО1 преступления до принятия 24 апреля 2015 г. Постановления Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», к нему обоснованно применены положения п. 4 данного постановления, на основании которого он освобожден от назначенного наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кежемского районного суда Красноярского края от 16 февраля 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката ФИО16 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Красноярский краевой суд.

Председательствующий: С.Н. Кучеренко