Судья Гапоненко Е.А. дело № 22-4061/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Волгоград 7 декабря 2023 года

Волгоградский областной суд в составе

председательствующего судьи Павловой М.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Позднеевой Л.Р.

с участием прокурора отдела прокуратуры Волгоградской области Качанова Р.С. 

потерпевшей фио1

осуждённого ФИО11

защитника – адвоката Ермолаевой И.В., представившей удостоверение № № 

<

...> ордер № № 

<

...> от 4 декабря 2023 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осуждённого ФИО11 – адвоката Кузнецова А.Е., апелляционное представление прокурора Городищенского района Волгоградской области Ивлиевой Т.Н. на приговор Городищенского районного суда Волгоградской области от 5 сентября 2023 года, в соответствии с которым

ФИО11, 

<

.......>

осуждён по ч.1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 (один) год, с применением ч.3 ст.47 УК РФ, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 6 (шесть) месяцев. 

В период отбывания наказания в виде ограничения свободы в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ осуждённому ФИО11 установлены перечисленные в приговоре ограничения. 

По делу разрешены вопросы о мере пресечения, вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Павловой М.В., выслушав прокурора Качанова Р.С., поддержавшего апелляционное представление, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, защитника – адвоката Ермолаеву И.В., осуждённого ФИО11, потерпевшую фио1., поддержавших апелляционную жалобу, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд

у с т а н о в и л

по приговору ФИО11 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью.

Преступление совершено ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

.......> района Волгоградской области при установленных в приговоре суда обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО11 свою вину не признал.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО11 – адвокат Кузнецов А.Е. находит приговор незаконным, необоснованным, основанным на неверно установленных фактических обстоятельствах дела и неправильном применении требований закона. Оценка доказательствам по делу судом дана с обвинительным уклоном, большая часть текста приговора совпадает с текстом обвинительного заключения, что свидетельствует о нарушении судом принципа объективности. В обвинительном заключении следователь указал на нарушение обвиняемым п. 1.5 абзац 1 Правил, согласно которому, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в то же время, в заключении эксперта 

<

.......> указано, что в действиях водителя автомобиля «

<

.......>», государственный регистрационный знак № 

<

...> усматривается несоответствие требованиям п. 1.5 Правил. Из предъявленного обвинения нарушение ФИО11 п. 1.5 абзац 1 Правил не находится в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными ч.1 ст. 264 УК РФ. Таким образом, предъявленное обвинение содержит существенные противоречия в части пункта Правил дорожного движения РФ, который нарушил обвиняемый. Кроме того, в предъявленном обвинении не установлены и не описаны конкретные действия (бездействие) ФИО11, которыми нарушен пункт 1.5 Правил. Также из предъявленного ФИО11 обвинения следует, что он нарушил п. 10.1 абзац 1 Правил, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Между тем, в части необходимости учёта интенсивности движения, особенностей и состояния транспортного средства и груза, в обвинении также не описаны действия (бездействие) ФИО11 Полагает, что отсутствие конкретизации предъявленного обвинения ограничивает право обвиняемого на защиту. В ходе производства по уголовному делу судом допущены и ряд иных процессуальных нарушений, в частности, суд не принял во внимание и не дал должной правовой оценки доводу защиты о возбуждении уголовного дела неуполномоченным на то в соответствии с законом следователем. Ссылаясь на положения п. 40, п. 41 Инструкции о порядке приёма, регистрации и разрешения в территориальных органах МВД России заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, утверждённой приказом МВД РФ от 29 августа 2014 г. № 736, указывает, что проведение процессуальной проверки по рапорту инспектора (по ИАЗ) ОГИБДД Отдела МВД России по 

<

.......> району Волгоградской области фио2. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.3) начальником Отдела МВД России по 

<

.......> району Волгоградской области фио3 не поручалось старшему следователю СО ОМВД РФ по 

<

.......> району фио4., в уголовном деле отсутствует письменное поручение фио3 в форме резолюции с указанием исполнителя - старшего следователя фио4 При таких обстоятельствах дальнейшее проведение проверки 

<

.......> незаконно, как и все принятые ею решения, включая возбуждение уголовного дела. Суд не дал должной правовой оценки доводу защиты о том, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о передачи должностными лицами ОГИБДД ОМВД России по 

<

.......> району Волгоградской области в СО Отдела МВД России по 

<

.......> району Волгоградской области административного материала (КУСП №№ 

<

...>) по факту ДТП ДД.ММ.ГГГГ на 

<

.......>». Полагает, что схема ДТП от ДД.ММ.ГГГГ., протокол осмотра и проверки технического состояния автомобиля «

<

.......>», г.н. № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, протокол осмотра и проверки технического состояния автомобиля «

<

.......>», г.н. № 

<

...> № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ являются недопустимыми доказательствами, поскольку были представлены в дело ненадлежащим процессуальным порядком и без обязательного для подобного случая сопроводительного письма. Считает, что данные обстоятельства опосредуют необходимость возврата уголовного дела прокурору, ходатайства о чём заявлялись в рамках судебного разбирательства подсудимым и защитником, но необоснованно отклонены судом без должной правовой оценки. Отказывая в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, суд не стал считаться не только с требованиями УПК РФ, но и с правовой позицией Конституционного Суда РФ, высказанной им в определении от 25 января 2005 года № 42-О, в котором отмечается, что положения ст. 7 УПК РФ не предоставляют суду возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы, изложенные в заявлении защиты, без последовательного рассмотрения и оценки их, не приводя в своих решениях фактические и правовые мотивы отказа в удовлетворении заявленных требований. Суд необоснованно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о признании недопустимым доказательством протокола допроса потерпевшей фио1. и исключении из числа доказательств. Между тем в ходе судебного разбирательства было установлено, что фио1 является супругой ФИО11, то есть близким родственником, круг которых определён в соответствии с ч.4 ст. 5 УПК РФ, и соответственно обладает свидетельским иммунитетом. Из протокола допроса потерпевшей фио1 следует, что она была предупреждена об уголовной ответственности не только за дачу заведомо ложных показаний, но и за отказ от дачи показаний, что исключает факт разъяснения ей положения о свидетельском иммунитете. Таким образом, при допросе потерпевшей фио1 органом следствия допущено нарушение п.3 ч.2 ст. 42 УПК РФ, согласно которой потерпевший вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определён пунктом 4 статьи 5 УПК РФ. При согласии потерпевшего дать показания он должен быть предупреждён о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе, и в случае его последующего отказа от этих показаний. Полагает, что в соответствии со ст. 75 УПК РФ данные показания являются недопустимым доказательством. Суд немотивированно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о признании недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия и схемы к нему, нарушив требования ст.307 УПК РФ и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 55 «О судебном приговоре». В своём ходатайстве защита указала, что протокол ОМП и схема к нему составлены разными лицами; время составления схемы 09 часов 40 минут, а следственное действие - осмотр места происшествия проведено в период времени с 10 часов 15 минут по 12 часов 20 минут. Указанная в схеме дорожная обстановка ДТП с указанием произведённых замеров не отражена в описательной части ОМП - то есть в схеме указаны замеры расположения обстановки, а в ОМП они отсутствуют. Схема составлялась для оформления административного правонарушения сотрудником ГИБДД, что видно из бланка. Вместе с тем, как следует из приговора, судом приведённые обстоятельства и доводы защиты не проверены и оставлены без надлежащей оценки и опровержения в описательно-мотивировочной части приговора. Определяющее значение для установления виновности либо невиновности ФИО11 имели выводы судебной автотехнической экспертизы, которые суд и взял в основу обвинительного приговора, безосновательно отвергнув доводы стороны защиты о недопустимости этого доказательства. Так, согласно заключению автотехнической судебной экспертизы №№ 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ дополнительной автотехнической экспертизы № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт, определяя расстояние, на котором автомобиль «

<

.......>» находился от места столкновения в момент возникновения опасности и остановочного пути в условиях места происшествия, исходил из показаний свидетеля ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ (согласно постановлению следователя от ДД.ММ.ГГГГ протокол допроса свидетеля ФИО11 был исключён из числа доказательств), который указал время, которое прошло с момента возникновения опасности для движения водителю автомобиля 

<

.......> до момента столкновения ТС, а также из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО11, не подтвердившего результаты этих следственных действий, согласно протоколу судебного заседания. Указывает на то, что в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ вышеуказанные показания свидетеля ФИО11 являются недопустимыми доказательствами, так как в отношении него уже фактически началось уголовное преследование, однако он не был обеспечен надлежащей защитой. Так, процессуальные права подозреваемого, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, ему не разъяснялись, он был предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показания. Таким образом, при производстве указанных выше следственных действий следователем не были обеспечены условия, позволявшие ФИО11 получить должное представление о своих правах и обязанностях, о выдвигаемых против него подозрениях и, следовательно, эффективно защищаться, что гарантировало бы использование в дальнейшем полученных в ходе расследования доказательств с точки зрения их допустимости. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной автотехнической экспертизы судом было отказано, а выводы автотехнической судебной экспертизы, основанные на указанных выше недопустимых доказательствах, были использованы судом при вынесении приговора, стали основой для формирования выводов описания преступного деяния, связанного с нарушением ФИО11 пунктов 1.5. и 10.1 абзаца 1 Правил дорожного движения РФ. Показания свидетелей фио5., фио6, потерпевшего фио7 не последовательны, не убедительны, не подтверждены объективными обстоятельствами. Так, свидетель фио5 дала показания, отличительные от показаний, данных ею на стадии предварительного следствия. В судебном заседании она показала, что автомобиль ФИО11 двигался навстречу автомобилю фио6., в котором она находилась. фио6 пытался свернуть. Ввиду чего, имеются основания не доверять показаниям этих лиц, их показания необходимо оценивать с точки зрения длительных дружеских отношений с фио6 и связанной с этим их заинтересованностью в исходе дела. Изложенные в приговоре показания свидетелей, потерпевших приводятся в том виде, в котором они изложены в обвинительном заключении, в то время, как отдельные свидетели давали более точные и подробные характеристики дорожно-транспортной ситуации перед столкновением. Экспертом фио8 при исследовании было установлено, что водитель фио6 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «

<

.......>». Так, из заключения автотехнической судебной экспертизы №№ 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что водитель автомобиля «

<

.......>» фио6 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 

<

.......> под управлением ФИО11 Вместе с тем, названные выводы эксперта не нашли оценки при обосновании вывода суда о наличии прямой причинно-следственной связи последствий дорожно-транспортного происшествия с действиями ФИО11 Необходимым элементом объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, является наличие прямой причинно-следственной связи между инкриминируемым нарушением Правил дорожного движения и ДТП. Прямая причинно-следственная связь с ДТП может усматриваться только в действиях водителя, создавшего путём нарушения требований Правил дорожного движения аварийную обстановку, т.е. таких обстоятельств, которые сами по себе являются необходимыми и достаточными для того, чтобы произошло ДТП, поскольку второй водитель не имеет возможности его предотвратить. Между действиями водителя, создавшего лишь опасную обстановку (условие для возникновения аварийной ситуации), но не создавшего аварийную обстановку, прямая причинно-следственная связь с ДТП отсутствует, поскольку развитие дорожно-транспортной ситуации в аварийную обстановку происходит вследствие нарушений Правил дорожного движения вторым водителем, и отсутствие такого нарушения со стороны второго водителя исключает возникновение дорожно-транспортного происшествия. В анализируемой дорожно-транспортной ситуации, действия ФИО11, с технической точки зрения, явились необходимым условием для наступления ДТП (заключение автотехнической судебной экспертизы №№ 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, стр. 21), но не являлись достаточными для наступления последствий, так как фио6., исходя из заключения автотехнической судебной экспертизы, располагал технической возможностью предотвратить ДТП, но он не принял своевременно мер для предотвращения столкновения, чем создал аварийную обстановку. Полагает, что действия водителя фио6., выразившиеся в несоблюдении пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения, находятся в прямой причинно - следственной связи с произошедшим ДТП и наступлением преступных последствий в виде причинения фио1 и фио7 тяжкого вреда здоровью. Полагает, что вывод суда о том, что действия ФИО11 состоят в прямой причинно - следственной связи с наступившим последствиями и эти действия являлись непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия, сделан без учёта фактических обстоятельств. Суд противоречия не устранил, не мотивировал выводы, почему принял одни из доказательств и отверг другие, положил в основу приговора противоречивые доказательства, фактически обосновав свой вывод предположениями. Просит приговор Городищенского районного суда Волгоградской области от 5 сентября 2023 года отменить, уголовное дело вернуть прокурору.

В апелляционном представлении прокурор Городищенского района Волгоградской области Ивлиева Т.Н. выражает несогласие с приговором. Ссылается на положения ч. 1 ст. 53 УК РФ, согласно которой при назначении наказания в виде ограничения свободы осуждённому может быть установлено ограничение в виде запрета на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования. Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 "О судебной практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", указывает, что устанавливая ФИО11 ограничение в виде запрета на выезд за пределы соответствующего муниципального образования, в котором ФИО11 будет проживать, суд первой инстанции не указал конкретное муниципальное образование, за пределы которого осуждённому к ограничению свободы запрещён выезд. Таким образом, суд фактически не назначил осуждённому наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, создав правовую неопределённость, влекущую невозможность исполнения наказания. В качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признал привлечение ФИО11 к уголовной ответственности впервые. Однако привлечение к уголовной ответственности само по себе нельзя отнести к смягчающим наказание обстоятельствам. Указанное относится к обстоятельствам, характеризующим личность ФИО11 При этом отсутствие судимостей является нормальным состоянием человека, а не его заслугой. Полагает, что допущенные судом нарушения уголовного закона являются существенными, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения, как акта правосудия, повлиявшее на исход дела, в связи с чем, приговор подлежит изменению путём исключения из описательно-мотивировочной части приговора указания на смягчающее наказание обстоятельство в виде «привлечения к уголовной ответственности впервые». Просит усилить ФИО11 наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 1 месяц, с применением положений ч. 3 ст. 47 УК РФ, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 6 месяцев. Установить ФИО11 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 23 часов до 05 часов следующих суток, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы 

<

.......> муниципального района Волгоградской области, один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы. В остальном просит приговор оставить без изменения. 

Выслушав стороны, проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности виновности ФИО11 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, проверенных в судебном заседании, надлежащим образом оценённых и подробно изложенных в приговоре.

Виновность ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, подтверждается совокупностью доказательств: 

показаниями осуждённого ФИО11 об управлении им ДД.ММ.ГГГГ автомобилем «

<

.......> госномер № 

<

...>, принадлежащем на праве собственности его супруге – фио1 В ходе движения, в крайнем левом ряду, его машина попала в лужу, от чего он через некоторое время потерял управление, машина ударилась левой стороной об бетонное ограждение, затем машину развернуло поперек проезжей части, и она остановилась. В это время в правую переднюю дверь его автомашины врезался автомобиль «

<

.......>», который двигался со стороны г. 

<

адрес> в сторону г. 

<

адрес>;

показаниями потерпевшей фио1., данными в ходе предварительного следствия, о том, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «

<

.......>» госномер № 

<

...>, принадлежащем ей на праве собственности, за управлением которого находился её супруг - ФИО11 В процессе движения «

<

.......>» следовала по крайнему левому ряду, опережая грузовые автомобили, двигавшиеся по крайней правой полосе. Неожиданно для них впереди на проезжей части возникла лужа, заехав в которую, их транспортное средство потеряло сцепление с дорожным покрытием, при этом примерно 2 секунды муж пытался удержать автомобиль на проезжей части и двигался еще некоторое расстояние прямолинейно, но автомобиль стал неуправляем, произошёл неконтролируемый занос. Левой передней частью автомобиль «

<

.......>» совершил столкновение с бетонным ограждением с левой стороны по ходу их движения, далее автомобиль стало разворачивать, при этом, в каком направлении стало разворачивать их автомобиль, она уже не помнит, так как находилась уже в шоковом состоянии от происходящего. Далее, автомобиль развернуло перпендикулярно проезжей части, и автомобиль под управлением её супруга остановился частично на правой полосе и частично на левой полосе проезжей части, после чего через 0.5-1 сек. с правой частью их автомобиля совершил столкновение автомобиль «

<

.......>», который двигался со стороны г. 

<

адрес> в сторону г. 

<

адрес>; 

показаниями потерпевшего фио7 том, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «

<

.......>» госномер № 

<

...> под управлением фио6 На заднем пассажирском сидении находилась фио5 Для опережения попутного транспорта фио6 включил указатель левого поворота с целью перестроения на левую полосу, при этом пропустил движущийся со скоростью примерно 70 км/ч по левой полосе автомобиль «

<

.......>», перестроился на левую полосу движения, продолжив движение по левой полосе за автомобилем «

<

.......>». фио6 стал набирать скорость и приближаться к автомобилю «

<

.......>», который двигался прямолинейно по левой полосе движения посередине данной полосы, для того, чтобы вернуться на правую полосу для движения, и продолжить движение по правой полосе, так как большегрузный автомобиль они уже опередили. Он видел, как фио6. включил указатель правого поворота, чтобы вернуться на правую полосу для движения, так как из-под колес автомобиля «

<

.......>» летело много грязи. Скорость автомобиля «

<

.......> составляла уже примерно 90 км/ч. фио6 двигался уже ближе к осевой линии дорожной разметки, разделяющей полосы для движения. Автомобиль «

<

.......>» резко изменил траекторию своего движения, вода с лужи, в которую заехал автомобиль «

<

.......>», залила лобовое стекло автомобиля «

<

.......>», потерпевший только увидел стоп-огни впереди движущегося автомобиля «

<

.......>», и автомобиль «

<

.......>» совершил столкновение с бетонным ограждением, расположенным с левой стороны по ходу их движения, после чего автомобиль «

<

.......> развернуло, и сразу же автомобиль «

<

.......>», под управлением фио6 совершил столкновение передней частью с правой дверью автомобиля «

<

.......>», так как автомобиль развернуло правой боковой частью относительно их движения. В момент столкновения автомобиль «

<

.......>» оставался ещё на левой полосе движения, так как не успел перестроиться на правую полосу движения. В результате ДТП он получил телесные повреждения, с которыми был госпитализирован в МУЗ ГКБ № № 

<

...> г. 

<

адрес>;

показаниями свидетеля фио5. о том, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на заднем пассажирском сиденье в автомобиле «

<

.......>», госномер № 

<

...> под управлением фио6 На переднем пассажирском сидении находился фио7 Она за дорожной обстановкой не наблюдала, скорость движения точно назвать не может, но двигались не быстро. На какой то момент она отвлекалась и занималась своими делами, далее, когда она подняла голову, то на расстоянии 8-10 метров увидела автомобиль «

<

.......> который неожиданно развернуло на проезжей части, перпендикулярно движения автомобиля «

<

.......>», и тут же произошёл удар в боковую правую часть автомобиля «

<

.......>». фио6 не успел остановиться, так как расстояние до автомобиля «

<

.......>» было слишком маленьким;

показаниями свидетеля фио6., о том, что ДД.ММ.ГГГГ он управлял принадлежащим ему автомобилем «

<

.......> госномер № 

<

...>, на переднем пассажирском сиденье находился фио7., сзади – фио5 Он двигался по правой полосе, впереди него двигался большегрузный автомобиль, модель и государственный номер которого он не запомнил, он на тот момент двигался со скоростью примерно 60-70 км/ч и стал приближаться к большегрузному автомобилю, который двигался со скоростью примерно 40-50 км/ч. Свидетель принял решение опередить большегрузный автомобиль, в связи с чем, с целью перестроения на левую полосу, включил указатель левого поворота, далее в зеркало бокового вида, он увидел движущийся со скоростью примерно 70-80 км/ч по левой полосе в попутном направлении автомобиль «

<

.......>», который он пропустил и сразу же перестроился на левую полосу движения, и продолжил движение по левой полосе за автомобилем «

<

.......>», он стал набирать скорость и приближаться к автомобилю «

<

.......>», который двигался прямолинейно по левой полосе движения посередине данной полосы. Он стал прибавлять скорость, чтобы вернуться на правую полосу для движения, и продолжить движение по правой полосе, так как большегрузный автомобиль он уже опередил. Свидетель стал «нагонять» автомобиль «

<

.......>», и включил указатель правого поворота, чтобы вернуться на правую полосу для движения, так как из - под колес автомобиля «

<

.......>» летело много грязи. Автомобиль «

<

.......>» двигался со скоростью примерно 70 км/ч, что он понял по своему быстрому приближению к данному автомобилю, скорость его автомобиля составляла уже примерно 90 км/ч. Когда он перестаивался на правую полосу для движения, то увидел, что автомобиль «

<

.......>» резко меняет траекторию своего движения, вода из лужи, в которую заехал автомобиль 

<

.......>», начала забрызгивать ему лобовое стекло, он увидел стоп-огни впереди движущегося автомобиля «

<

.......> и стал применять экстренное торможение. Расстояние на тот момент до впереди движущегося автомобиля «

<

.......>» составило примерно 10 метров, при этом автомобиль совершил столкновение с бетонным ограждением, расположенным с левой стороны по ходу их движения, после чего автомобиль «

<

.......> развернуло, и он совершил столкновение передней частью своего автомобиля с правой дверью автомобиля «

<

.......>», так как автомобиль «

<

.......>» развернуло правой боковой частью относительно его движения. В момент применения торможения его автомобиль оставался ещё на левой полосе движения, так как не успел перестроиться на правую полосу движения. Из-за того, что расстояние было очень маленьким, он совершил столкновение с попутным автомобилем, который резко изменил траекторию своего движения, «не удержав» свой автомобиль, и потерял сцепление с дорогой;

письменными материалами дела, приведёнными в приговоре, в том числе: 

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемой и фототаблицей к нему, в ходе которого был осмотрен участок автодороги на 932 км. 

<

.......>» на территории 

<

.......> района Волгоградской области. В ходе осмотра места происшествия зафиксировано месторасположение автомобилей «

<

.......>», государственный регистрационный знак № 

<

...> и «

<

.......>», государственный регистрационный знак № 

<

...> которые в ходе осмотра места происшествия осмотрены и изъяты; 

заключением судебно- медицинской экспертизы в отношении фио1. № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, у фио1 имеются телесные повреждения, в том числе, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни человека; 

заключением судебно- медицинской экспертизы в отношении фио7 № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, у фио7 имеются телесные повреждения, в том числе, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности, не менее чем на 1/3, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи; 

заключением автотехнической судебной экспертизы № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, в данной дорожно-транспортной ситуации для обеспечения безопасности дорожного движения водитель автомобиля «

<

.......>» г/н № 

<

...> при управлении транспортным средством должен был руководствоваться и действовать в соответствии с требованиями пунктов 1.5 и 10 абзац 1 Правил дорожного движения; с технической точки зрения в действиях водителя автомобиля «

<

.......>» г/н № 

<

...> по управлению транспортным средством, а именно: движение на участке места происшествия со скоростью, которая привела к возникновению заноса управляемого им транспортного средства вследствие возникновения эффект «аквапланирования», усматривается не соответствие требованиям пунктов 1.5 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения только действия водителя автомобиля «

<

.......>» г/н № 

<

...> по управлению транспортным средством, не соответствовавшие требованиям пунктов 1.5 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения, явились необходимым условием возникновения рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. С технической точки зрения в данной дорожно-транспортной ситуации предотвращение водителем автомобиля «

<

.......>» г/н № 

<

...> столкновения с автомобилем «

<

.......>» г/н № 

<

...> заключалось не в технической возможности, а было сопряжено с неукоснительным соблюдением водителем ФИО11 требований пунктов 1.5 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения; 

заключением автотехнической судебной экспертизы № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, в данной дорожно-транспортной ситуации для обеспечения безопасности дорожного движения водитель автомобиля «

<

.......>» г/н № 

<

...> при управлении транспортным средством должен был руководствоваться и действовать в соответствии с требованиями пунктов 1.5 и 10 абзац 1 Правил дорожного движения.

Органами следствия при расследовании и судом при рассмотрении дела каких-либо существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора, в том числе права на защиту осуждённого и принципов уголовного судопроизводства, не допущено.

В основу приговора судом положены доказательства, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального закона. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания недопустимыми имеющихся по делу доказательств, в том числе, протоколов следственных и процессуальных действий.

Суд первой инстанции обоснованно отдал предпочтение показаниям осуждённого ФИО11, потерпевшей фио1 данным в ходе предварительного расследования, расценив показания последних в судебном разбирательстве, в части, противоречащей иным приведённым в приговоре суда доказательствам, как способ уклонения ФИО11 от уголовной ответственности.

Действительно, показания потерпевшей фио1 на стадии предварительного следствия были признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания их недопустимыми доказательствами по изложенным в апелляционной жалобе основаниям, поскольку, вопреки доводам защиты, положения ст.51 Конституции РФ, в том числе, право не свидетельствовать против своего супруга, фио1 были разъяснены, о чём свидетельствует подпись последней в протоколе допроса (т.1 л.д.102-103). Предупреждение последней об уголовной ответственности по ст.ст. 308, 307 УПК РФ перед началом допроса соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, так как потерпевшая предоставленным ей правом отказаться от дачи показаний не воспользовалась, об оказании на неё в ходе допроса незаконного воздействия не заявляла.

Использование при допросе потерпевшей фио1 в качестве свидетеля стандартного бланка, содержащего текст о предупреждении допрашиваемого лица об уголовной ответственности по ст.308 УК РФ, вопреки доводам защиты, не нарушает законных прав и интересов потерпевшей, право которой не свидетельствовать против себя лично и своих близких родственников, в том числе, супруга, было ей разъяснено. Побуждения, которыми руководствовалась фио1 давая показания в качестве свидетеля, не имеют отношения к производству по делу, при этом основания полагать об оговоре осуждённого данными показаниями фио1 отсутствуют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции принял меры к устранению неточностей в показаниях потерпевшего фио7., свидетелей фио6 и фио5., данных в ходе судебного разбирательства, исследовав показания перечисленных лиц, данные ими на стадии предварительного расследования. С учётом показаний потерпевшего фио7 свидетелей фио6. и фио5 о точном соответствии обстоятельствам происшедшего ранее данных ими показаний, суд первой инстанции, принимая во внимание временную отдалённость дорожно-транспортного происшествия от допроса перечисленных лиц на стадии судебного следствия, отдал предпочтение показаниям вышеуказанных лиц на стадии предварительного расследования.

Основания полагать, что протокол осмотра места происшествия и схема к протоколу не отвечают требованиям допустимости доказательств (ст.74 УПК РФ), как о том указано в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Проверяя вышеуказанные доводы защиты, суд первой инстанции дал им подробную и мотивированную оценку, не найдя оснований для признания указанных выше доказательств недопустимыми.

По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда о соответствии протокола осмотра места происшествия и схемы требованиям ст.164, 176, 177 УПК РФ являются убедительными, основанными на правильном понимании норм материального и процессуального права. Ход проведённого следственного действия зафиксирован при помощи технических средств, а в протоколе указаны все произведённые замеры. Как правильно установил суд, данные, имеющие значение для правильного разрешения дела, надлежащим образом отражены в составленных по итогам осмотра места происшествия документах. Участники следственного действия, в том числе, водители ФИО11 и фио6 замечаний или возражений в протокол не вносили.

Участие ФИО11 в осмотре места происшествия не нарушает его прав и законных интересов, в том числе, права на защиту, поскольку каких-либо пояснений об обстоятельствах происшедшего, требующих получения квалифицированной юридической помощи, ФИО11 не давал, что-либо на месте происшествия не показывал. Участие осуждённого фактически сводилось к наблюдению за действиями сотрудников полиции, осматривавших со специалистом место ДТП, и правильностью отображения ими в протоколе следственного действия и схеме обстановки на месте происшедшего.

Основания полагать, что уголовное дело возбуждено ненадлежащим лицом – отсутствуют. Признав, что имеются основания для возбуждения уголовного дела – рапорт инспектора ОГИБДД Отдела МВД России по 

<

.......> району фио2 зарегистрированный в КУСП ДД.ММ.ГГГГ № № 

<

...>, старший следователь СО ОМВД РФ по 

<

.......> району Волгоградской области фио4., в пределах полномочий, предоставленных ст.38 УПК РФ, приняла решение о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ.

На первоначальном этапе производства по уголовному делу представленных старшему следователю фио4 данных было достаточно для принятия решения о возбуждении уголовного дела, при этом допустимость представленных доказательств подлежала проверке в порядке ст.87, 88 УПК РФ на следующих стадиях судопроизводства по делу.

Отсутствие в материалах дела сопроводительного письма к материалу КУСП не свидетельствует о нарушении порядка предоставления материала проверки в следственный орган, поскольку материал передавался в пределах одного отдела полиции.

Составление схемы к протоколу осмотра места происшествия на бланке схемы, используемой в административном производстве, не ставит под сомнение достоверность указанных в ней сведений, поскольку доследственная проверка осуществлялась в рамках административного производства при отсутствии данных о степени тяжести вреда здоровью, причинённого потерпевшим.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы апелляционной жалобы о недопустимости доказательств – заключений автотехнических экспертиз № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ выполненных экспертом фио8., а также показаний последнего об известных ему обстоятельствах, данных в ходе судебного разбирательства.

Суд первой инстанции обоснованно отверг доводы защиты об ошибочности исходных данных, представленных эксперту с места ДТП, показаний свидетелей, потерпевших, указав, что доводы защиты ничем объективно не подтверждены. Как правильно установлено судом первой инстанции, противоречия в исходных данных, указанных в протоколе осмотра места ДТП и в заключениях эксперта отсутствуют, что подтверждено также показаниями эксперта фио8 о том, что технических несоответствий заданных параметров установлено не было.

Утверждения защиты, изложенные в апелляционной жалобе, о том, что при выполнении экспертизы эксперт использовал недопустимые доказательства – протокол осмотра места происшествия и схему к нему, показания свидетеля ФИО11, а также, что в заключении эксперта и в судебном заседании эксперт фио8. показал на наличие у водителя фио6. технической возможности предотвратить столкновение транспортных средств – не соответствуют реальному содержанию заключений эксперта и его показаниям в ходе судебного разбирательства.

Так, исходя из постановлений о назначении экспертиз, эксперту фио8., кроме показаний ФИО11, допрошенного в качестве свидетеля, предоставлялись его же показания в качестве подозреваемого, а также показания иных лиц – потерпевших фио1., фио7., свидетелей фио6 и фио5 содержащиеся в материалах уголовного дела, а также письменные материалы дела.

В судебном заседании суда первой инстанции эксперт фио8 отвечая на вопросы стороны защиты и представителя потерпевшей фио1 показал, что техническая возможность предотвратить столкновение у водителя фио6. отсутствовала, так как автомобиль под его управлением никому не создавал опасности для движения и выбранная им скорость позволяла ему осуществлять контроль за дорожной ситуацией. В то же время, действия водителя «

<

.......> ФИО11 не соответствовали требованиям п.1.5, 10.1 абзац 1 ПДД, что явилось началом заноса автомобиля и созданием опасности для автомашины 

<

.......> Кроме того, эксперт показал, что однозначный вывод о наличии либо отсутствии у водителя фио6 технической возможности предотвратить столкновение невозможно сделать, в то же время, в действиях указанного лица несоответствие требованиям п.1.5, 10.1 абзац 1 ПДД отсутствует. Эксперт также отметил, что в материалах дела отсутствуют данные о том, что на момент ДТП водитель «

<

.......>» остановил автомобиль. Кроме того, водитель «

<

.......>» на момент возникновения опасности для его движения уже начал выполнение маневра – перестроения в правый ряд, закончить который ему помешало препятствие в виде автомобиля «

<

.......>».

Таким образом, как правильно установлено судом, именно нарушение водителем ФИО11 требований п.1.5, 10.1 абзац 1 ПДД привело к возникновению опасности для движения и, как следствие, к столкновению транспортных средств и причинению тяжкого вреда здоровью.

Доводы апелляционной жалобы защитника о наличии между транспортными средствами в момент возникновения опасности для движения автомобиля «

<

.......>» достаточного расстояния для предотвращения столкновения и, как следствие, по мнению защиты, невыполнении водителем фио6. требований п.1.5, 10.1 абзац 1 ПДД, основаны на произвольной трактовке сведений, содержащихся в заключении автотехнической экспертизы № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, при том, что выводы эксперта по поставленным следователем вопросам не содержат подобных суждений.

Указание в поручении выполнения экспертизы №№ 

<

...> (от ДД.ММ.ГГГГ) на её выполнение на основании постановления следователя о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, в то время как экспертиза была назначена ДД.ММ.ГГГГ, является технической опиской, так как в самом тексте экспертизы дата вынесения постановления о её назначении указана правильно.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции находит обоснованным решение суда первой инстанции об отказе защите в удовлетворении ходатайства о признании недопустимым доказательством заключений автотехнических экспертиз № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, выполненных экспертом фио8

Как правильно установлено судом, указанные заключения эксперта соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, выполнены лицом, имеющим необходимые опыт и знания, содержат сведения о применённой литературе, выполненных исследованиях и мотивированных суждениях эксперта по поставленным вопросам.

Суд апелляционной инстанции по изложенным выше основаниям не усматривает необходимости в назначении по настоящему делу повторной автотехнической экспертизы, поскольку какие-либо неясности в проведённых по делу исследованиях отсутствуют, а ходатайство защиты вызвано несогласием с выводами эксперта о несоответствии действий водителя ФИО11 требованиям ПДД.

Совокупность приведённых в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ суд дал им надлежащую оценку и привёл мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал, мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

По ходатайству защиты судом были исследованы заключения специалистов: № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное фио9 № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные ИП 

<

.......>., допрошен в качестве специалиста фио10., которым в приговоре дана надлежащая оценка, при этом суд апелляционной инстанции согласен с выводами суда первой инстанции по данному вопросу.

При рассмотрении дела судом установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ. Существенных противоречий между обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре. 

Показания потерпевших и свидетелей обвинения судом тщательно исследованы, обоснованно признаны достоверными в той части, которая соответствует фактическим обстоятельствам дела, правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, взаимно подтверждают и дополняют друг друга, согласуются как между собой, так и с другими приведёнными в приговоре доказательствами. 

Вопреки доводам защиты осуждённого, суд в приговоре привёл и проанализировал показания, данные потерпевшими об известных им по делу обстоятельствах в судебном заседании, а также на предварительном следствии, правильно оценив их, с точки зрения относимости, допустимости, достаточности для доказывания вины осуждённого в совершении инкриминируемых деяний. 

Основания для оговора осуждённого ФИО11 допрошенными в ходе судебного разбирательства лицами не установлено, а самим осуждённым и его защитой не заявлено о наличии таковых.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции находит приведённую судом первой инстанции в приговоре оценку доказательств и доводов сторон убедительной, принятые решения соответствуют закону и материалам дела.

Исследованные судом доказательства, по мнению суда апелляционной инстанции, опровергают доводы апелляционной жалобы защитника осуждённого ФИО11 – адвоката Кузнецова А.Е. о незаконности и необоснованности судебного решения, о недоказанности вины осуждённого в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью.

Судом апелляционной инстанции не установлено каких-либо данных, свидетельствующих о постановлении судом своего решения на недопустимых доказательствах или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного решения дела. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника осуждённого, из материалов дела видно, что судом были приняты все меры для выполнения требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела. Все поданные защитой ходатайства обсуждены в ходе судебного разбирательства, по каждому из них принято судебное решение.

Совокупность приведённых в приговоре суда доказательств подтверждает обоснованность выводов суда о нарушении ФИО11 правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью.

Изложенные в апелляционной жалобе защитника утверждения о несогласии с судебной оценкой доводов защиты о невиновности ФИО11, соответствуют позиции стороны защиты в судебном заседании, были оценены судом наряду с другими доказательствами и мотивированно опровергнуты в приговоре. 

Утверждения защитника о частичном «совпадении» приговора с текстом обвинительного заключения какими-либо убедительными примерами не проиллюстрированы. Кроме того, суд апелляционной инстанции, отвергая данные доводы защиты, отмечает, что в тексте приговора, в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ, изложены показания участников процесса, допрошенных на стадии предварительного расследования, приведены тексты протоколов следственных и процессуальных действий, заключений эксперта, изложены нормы права, что предполагает их цитирование в тексте судебного решения.

Действия ФИО11 судом квалифицированы правильно по ч.1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью.

Действительно, в тексте обвинительного заключения имеется указание на нарушение ФИО11 требований п.1.5 абзац 1 ПДД, в то время как в заключениях автотехнических экспертиз № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, № № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ экспертом указано на нарушение осуждённым, в том числе, требований п.1.5 ПДД. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает в вышеуказанном не соответствия обвинительного заключения выводам проведённых экспертиз, поскольку формулировка обвинения относится к компетенции правоприменительных органов, а не экспертных учреждений, а указание следователем на нарушение ФИО11 п.1.5 абзац 1 ПДД носит более конкретный характер, по сравнению с расширительным толкованием экспертом ПДД.

Протоколы судебных заседаний соответствуют требованиям ст. 259 УПК РФ. 

Наказание осуждённому ФИО11 назначено с учётом характера и степени общественной опасности совершённого им преступления, относящегося к категории преступления небольшой тяжести; данных о личности виновного; наличия приведённых в приговоре смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - наличие заболевания, наличие на иждивении ребёнка имеющего инвалидность первой группы, привлечение к уголовной ответственности впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО11, предусмотренных статьей 63 УК РФ, судом не установлено.

С учётом конкретных обстоятельств дела, личности ФИО11, влияния назначаемого наказания на условия его жизни, суд обоснованно принял решение, что исправление и перевоспитание осуждённого может быть достигнуто при назначении ему наказания в виде ограничения свободы.

Данный вывод мотивирован, суд с ним соглашается. 

Доводы апелляционного представления о необоснованном признании смягчающим наказание ФИО11 обстоятельства - привлечение к уголовной ответственности впервые, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным, поскольку в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные частью первой настоящей статьи, то есть судом нормы уголовного закона не нарушены.

Назначенное ФИО11 наказание свидетельствует о соблюдении судом требований ст. 6, 60, ч.5 ст.62, ч.3 ст.66 УК РФ, а также о выполнении требований уголовного закона о соразмерности, индивидуализации и гуманности наказания. 

Принятое решение судом первой инстанции мотивировано, а назначенное наказание, как по виду, так и по его размеру, является справедливым и соответствует требованиям закону.

Назначение ФИО11 дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами основано на правильном применении судом положений ч.3 ст.47 УК РФ, должным образом мотивировано.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести в приговор суда изменения по доводам апелляционного представления.

Назначая ФИО11 наказание в виде ограничения свободы, суд, в соответствии с требованиями ст.53 УК РФ, возложил на осуждённого ряд определённых ограничений, в том числе: не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, в котором он будет проживать. 

Однако в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ, осуждённому к данному виду наказания может быть установлено ограничение в виде запрета на выезд за пределы территории определённого муниципального образования, который является обязательным.

Согласно определению, данному в ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", под муниципальным образованием понимается городское или сельское поселение, муниципальный район, городской округ либо внутригородская территория города федерального значения.

Из материалов уголовного дела и вводной части обжалуемого приговора следует, что осуждённый ФИО11 зарегистрирован и проживает по адресу: 

<

адрес>

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает необходимым изменить приговор суда, правильно указав, что, в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ, на ФИО11 возложено, в том числе, ограничение: не выезжать за пределы территории муниципального образования - 

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы. 

Остальные наложенные судом на ФИО11 ограничения, перечисленные в приговоре, соответствуют требованиям ч.1 ст.53 УК РФ, являются законными, обоснованными и в корректировке не нуждаются.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, влекущих отмену или изменение приговора по доводам апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло два года после совершения преступления небольшой тяжести.

В силу п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, в случае истечения сроков давности уголовное дело подлежит прекращению.

Согласно ч.8 ст.302 УПК РФ, если основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, указанные в пунктах 1 - 3 части первой статьи 24 УПК РФ, обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу. В случаях, предусмотренных пунктом 3 части первой статьи 24 и пунктом 3 части первой статьи 27 настоящего Кодекса, - суд постанавливает обвинительный приговор с освобождением осуждённого от наказания.

В соответствии с п.20(1) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 N 26 (ред. от 27.06.2023) "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции", при изменении приговора в апелляционном порядке суд наряду с решениями, предусмотренными частью 1 статьи 389.26 УПК РФ, вправе, в частности, принять решения об освобождении осуждённого от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (часть 8 статьи 302 УПК РФ).

ФИО11 преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая, что на момент апелляционного производства истекли сроки давности уголовного преследования, суд апелляционной инстанции полагает возможным освободить ФИО11 от отбывания назначенного ему по приговору наказания в соответствии с ч.8 ст.302 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 38913, 38919, 38920, 38928,38933 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Городищенского районного суда Волгоградской области от 5 сентября 2023 года в отношении ФИО11 изменить:

запретить в период отбывания наказания в виде ограничения свободы в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ ФИО11 выезд за пределы муниципального образования - 

<

адрес>.

На основании ч.8 ст.302 УПК РФ освободить ФИО11 от отбывания назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Апелляционное представление прокурора – удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника осуждённого ФИО11 – адвоката Кузнецова А.Е. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в 4 Кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст.401.7 и ст.401.8 УПК РФ в течение шести месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования решения суда в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст.401.7 и ст.401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в 4 Кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст.ст.401.10- 401.12 УПК РФ.

Осуждённый вправе участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья М.В. Павлова

Справка: осуждённый ФИО11 на свободе.