Судья Соколова Ю.М. Дело № 33-577/2026 (33-12551/2025) (2 инстанция)

Дело № 2-1552/2025 (1 инстанция)

УИД 52RS0003-01-2024-007514-88

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 13 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Кузиной Т.А., судей Соколова Д.В., Веселовой Т.Ю.

при секретаре судебного заседания Ерофееве А.Д.

с участием истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Соколова Д.В.

гражданское дело по апелляционной жалобе ДОВ

на решение Ленинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18 июня 2025 г.

по иску ДОВ к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Нижегородской области о возложении обязанности включить периоды в специальный страховой стаж, назначении досрочной страховой пенсии по старости,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с вышеуказанным иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Нижегородской области (ОСФР по Нижегородской области), в котором просила суд:

- признать незаконными решения ОСФР по Нижегородской области от 25 января 2023 г. [номер] и от 10 декабря 2024 г. [номер] об отказе в назначении страховой пенсии по старости;

- обязать ОСФР по Нижегородской области включить в специальный страховой стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением медицинской деятельности, периоды: с 10 сентября 1984 г. по 28 августа 1985 г. в качестве препаратора кафедры патофизиологии Горьковского государственного медицинского института им. С.М. Кирова; с 1 сентября 1985 г. по 26 июня 1992 г. обучение в Нижегородском государственном медицинском институте (педиатрический факультет); с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. в качестве врача-интерна в Городской детской больнице № 42; с 16 марта 1991 г. по 15 сентября 1992 г. период нахождения в отпуске по уходу за ребенком;

- обязать ОСФР по Нижегородской области досрочно назначить страховую пенсию по старости в связи с осуществлением медицинской деятельности с 17 января 2023 г.

Заявленные требования истец мотивировала тем, что 17 января 2023 г. обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а 5 декабря 2024 г. обратилась с соответствующим заявлением повторно. Решениями ответчика от 25 января 2023 г. и 10 декабря 2024 г. отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемой величины специального стажа 30 лет. С решениями ответчика истец не согласна.

Решением Ленинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18 июня 2025 г. (с учетом определения об исправлении описки от 23 октября 2025 г.) в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 поставлен вопрос об отмене решения как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушениями норм материального и процессуального права. Заявитель указывает, что периоду обучения в медицинском институте предшествовала работа в качестве препаратора кафедры патофизиологии, в связи с чем периоды обучения с 1 сентября 1985 г. по 26 июня 1992 г. и работы с 10 сентября 1984 г. по 28 августа 1985 г. подлежат включению в специальный страховой стаж. Полагает, что период отпуска по уходу за ребенком с 16 марта 1991 г. по 15 сентября 1992 г. также подлежит включению в специальный страховой стаж, поскольку данный период имел место до 6 октября 1992 г.

В возражениях на апелляционную жалобу Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Нижегородской области просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец поддержала доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем судебная коллегия в соответствии со статьями 167, 327 ГПК Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав истца, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 17 января 2023 г. ФИО1, [дата] года рождения, обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (л.д.85-87). 5 декабря 2024 г. обратилась с соответствующим заявлением повторно (л.д.134-136).

Решениями ОСФР по Нижегородской области от 25 января 2023 г. [номер] и от 10 декабря 2024 г. [номер] отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением медицинской деятельности. Основанием для отказа послужило отсутствие требуемой продолжительности специального стажа 30 лет. Специальный страховой стаж определен 29 лет 3 месяца 1 день (л.д.83, 120).

Обращаясь в суд с иском, истец указала, что в ее специальный медицинский стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, подлежат включению спорные периоды: с [дата] по [дата] в качестве препаратора кафедры патофизиологии Горьковского государственного медицинского института им. ФИО9; с [дата] по [дата] обучение в Нижегородском государственном медицинском институте (педиатрический факультет); с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. в качестве врача-интерна в Городской детской больнице № 42; с 16 марта 1991 г. по 15 сентября 1992 г. период нахождения в отпуске по уходу за ребенком и в связи с наличием требуемой продолжительности специального страхового стажа, она имеет право на назначение досрочной страховой пенсии по стрости с 17 января 2023 г.

Разрешая спор в части включения в специальный страховой стаж истца периода работы с 10 сентября 1984 г. по 28 августа 1985 г. в качестве препаратора кафедры патофизиологии Горьковского государственного медицинского института им. С.М. Кирова, суд первой инстанций, руководствуясь статьями 8, 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Положением утвержденным постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. № 139, приказом Министерства здравоохранения СССР от 18 марта 1977 г. № 234 «О переименовании должности препаратора», установив, что должность препаратора к медицинской (лечебной) деятельности не относится, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для включения в специальный медицинский стаж периода работы препаратором в высшем учебном заведении.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части включения в специальный страховой стаж истца периода обучения с 1 сентября 1985 г. по 26 июня 1992 г. в Нижегородском государственном медицинском институте, суд первой инстанции, руководствуясь подпунктом «и» пункта 109 постановления Совмина СССР от 3 августа 1972 г. № 590 «Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий», исходил из того, что нормами пенсионного законодательства возможность включения в специальный страховой стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, периода обучения в медицинском учебном заведении, не предусмотрена.

Рассматривая исковые требования в части включения в специальный страховой стаж истца периода работы с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. в качестве врача-интерна в Городской детской больнице № 42, суд первой инстанции, установив, что данный период включен пенсионным органом в специальный медицинский стаж истца, пришел к выводу об отсутствии оснований для его повторного включения и, как следствие, удовлетворения исковых требований в указанной части.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части включения в специальный страховой стаж истца периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 16 марта 1991 г. по 15 сентября 1992 г., суд первой инстанции исходил из того, что данный период имел место до 6 октября 1992 г., но не возник при выполнении трудовой медицинской деятельности (истец на момент наступления отпуска по уходу за ребенком обучалась в ВУЗе), следовательно, оснований для включения указанного периода в льготный стаж не имеется.

Принимая во внимание, что с учетом включенных пенсионным органом в бесспорном порядке в специальный стаж периодов, у истца не имеется необходимого 30-летнего специального стажа, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для назначения ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости с 17 января 2023 г.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, и, отклоняя доводы апелляционной жалобы истца, указывает следующее.

Условия возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 1 января 2015 г. (далее также - Федеральный закон № 400-ФЗ, Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Порядок и основания сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены статьей 30 указанного Федерального закона.

Устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий, предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда (в данном случае речь идет о лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения). При этом также учитываются различия в характере работы и функциональных обязанностях работающих лиц.

В соответствии со статьей 30 Федерального закона № 400-ФЗ основанием для досрочного назначения страховой пенсии по старости лицам, имеющим право на такую пенсию, является работа определенной продолжительности в опасных, вредных, тяжелых и иных неблагоприятных условиях труда.

Согласно указанной норме закона одним из условий установления страховой пенсии по старости ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста является наличие стажа, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, установленной законом продолжительности.

Пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Частью 2 статьи 30 указанного Федерального закона установлено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу этого федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу названного федерального закона, могут исчисляться с применением правил, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В целях реализации положений статей 30 и 31 указанного закона Правительством РФ принято постановление от 16 июля 2014 г. № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочной пенсионное обеспечение».

В соответствии с подпунктом «н» пункта 1 данного постановления при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, применяются:

- Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», пункт 20 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. № 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (Список от 29 октября 2002 г. № 781), и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (Правила от 29 октября 2002 г. № 781);

- Список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. № 1066 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения» (Список от 22 сентября 1999 г. № 1066 и Правила от 22 сентября 1999 г. № 1066), - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 ноября 1999 г. по 31 декабря 2001 г. включительно;

- Список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденный Постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 г. № 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет», с применением положений абзацев четвертого и пятого пункта 2 указанного постановления, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 января 1992 г. по 31 октября 1999 г. включительно (Список от 6 сентября 1991 г. № 464).

- Перечень учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства»), - для учета периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 1 января 1992 г.

Вышеперечисленные Списки содержат перечень должностей, структурных подразделений и учреждений, работа в которых дает право на досрочное назначение пенсии в связи с лечебной деятельностью и расширенному толкованию не подлежат.

Согласно записям трудовой книжки, ФИО1 10 сентября 1984 г. принята на должность препаратора кафедры патофизиологии Горьковского государственного медицинского института им. С.М. Кирова, 28 августа 1985 г. уволена в связи с поступлением в ВУЗ (л.д.25-оборот).

Аналогичные сведения содержатся в архивной справке ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России от 30 сентября 2022 г. № а/435 (л.д.63-64).

Вместе с тем, должность «препаратор кафедры» ни Списком от 2002 г. № 781, ни Перечнем от 1959 г. № 1397 не предусмотрена. Разделом «Наименование учреждений» Списка от 2002 г. № 781 учреждение «государственный медицинский институт» не предусмотрено. В Перечне от 1959 г. № 1397 также учреждение «государственный медицинский институт» не отнесен к лечебно-профилактическому учреждению, учреждению охраны материнства и детства, санитарно-профилактическому учреждению.

В соответствии с подпунктом «е» пункта 1 Положения от 1959 г. № 1397 учителям, врачам и другим работникам просвещения и здравоохранения в стаж работы по специальности, кроме работы в учреждениях, организациях и должностях, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, засчитывается педагогическая, исследовательская работа в высших учебных заведениях и научно-исследовательских институтах.

При этом, должность препаратора к педагогической деятельности не относилась. Согласно пункту 3.1 Инструктивного письма Министерства социального обеспечения РСФСР от 30 июня 1986 г. № 1-63-И «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения», к числу должностей, занятие которых определяет исследовательский характер, могут быть отнесены должности: руководителей и заместителей руководителей научно-исследовательских институтов и их структурных подразделения (отделов, секторов и т.д.), научных работников всех наименований (старших и младших), в том числе ассистентов.

Как правильного указал суд первой инстанции, приказом Министерства здравоохранения СССР от 18 марта 1977 г. № 234 «О переименовании должности препаратора» вместо должности препаратора была предусмотрена должность санитарки. И всем учреждениям здравоохранения было предписано изменить штатные расписания.

Должность санитарки в соответствии с Номенклатурой должностей медицинского и фармацевтического персонала и специалистов с высшим и средним профессиональным образованием учреждений здравоохранения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 25 июля 2011 г. № 801, отнесена к должностям младшего медицинского персонала, то есть к должностям, работа в которых права на назначение досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности не предоставляет. Государственный медицинский университет не относится к учреждениям здравоохранения, а является образовательным учреждением.

Общероссийским классификатором ОК 016-94 профессий рабочих, должностей служащих и тарифных разрядов, принятым постановлением Госстандарта РФ орт 26 декабря 1994 г. № 367, предусмотрены должности препаратора, препаратора биологических объектов, препаратора ветеринарного, препаратора по анатомии, препаратора по микрозоологии, препаратора производства биосинтетических лечебных средств, препаратора производства стекловидного тела, препаратора скелетов мелких животных, препаратора срезов по анатомии. Все указанные должности перечислены в разделе «профессии рабочих».

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, оснований для включения периода работы с 10 сентября 1984 г. по 28 августа 1985 г. в качестве препаратора кафедры патофизиологии Горьковского государственного медицинского института им. С.М. Кирова в специальный стаж по пункту 20 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» не имеется.

Как следует из трудовой книжки, истец 1 сентября 1985 г. зачислена студенткой 1 курса педиатрического факультета Нижегородского государственного медицинского института, 26 июня 1992 г. отчислена в связи с окончанием института (л.д.26).

Факт прохождения в спорный период обучения в Нижегородском государственном медицинском институте также подтверждается представленным дипломом ЦВ № 050176 от 26 июня 1992 г. (л.д.80).

Согласно постановления Совмина СССР от 17 декабря 1959 г. № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства», действовавшему на момент спорных правоотношений, период обучения в медицинском институте не приравнивался к лечебной деятельности.

Периоды обучения в медицинском институте не подлежат включению в подсчет специального стажа и по законодательству, действующему в настоящее время.

В соответствии с подпунктом «и» пункта 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 3 августа 1972 г. № 590, кроме работы в качестве рабочего или служащего в общий стаж работы засчитывается также: обучение в высших учебных заведениях, средних специальных учебных заведениях (техникумах, педагогических и медицинских училищах и т.д.), партийных школах, совпартшколах, школах профдвижения, на рабфаках; пребывание в аспирантуре, докторантуре и клинической ординатуре.

Подпунктом «з» Положения предусмотрено, что кроме работы в качестве рабочего или служащего в общий стаж работы засчитывается также: обучение в училищах и школах системы государственных трудовых резервов и системы профессионально-технического образования (в ремесленных, железнодорожных училищах, горнопромышленных школах и училищах, школах фабрично-заводского обучения, училищах механизации сельского хозяйства, технических училищах, профессионально-технических училищах и т.д.) и в других училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, по повышению квалификации и по переквалификации.

Период обучения, предусмотренный подпунктом «з» пункта 109 Положения, включается в общий стаж работы, в льготный стаж период обучения может включаться только при назначении пенсии на льготных условиях или в льготных размерах работникам и служащим, работавшим на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и на других работах с тяжелыми условиями труда, а также пенсий по старости работницам предприятий текстильной промышленности.

Таким образом, поскольку ни действующим в настоящее время, ни действовавшим в спорные периоды пенсионным законодательством включение в специальный стаж медицинских работников времени обучения в медицинских учебных заведениях не предусмотрено, период обучения к лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения не приравнивался, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части включения в специальный стаж истца периода обучения с 1 сентября 1985 г. по 26 июня 1992 г. в Нижегородском государственном медицинском институте.

Материалами дела подтверждается, что в период с 16 марта 1991 г. по 2 августа 1992 г. ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком (л.д.23, 104). С 3 августа 1992 г. принята в качестве врача-интерна в Городскою детскою больницу № 42 (л.д.26-оборот).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 30 «О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами прав на трудовые пенсии» при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 г. (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Вместе с тем, учитывая, что как до периода, так и в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 16 марта 1991 г. по 2 августа 1992 г. истец не осуществляла лечебную и иную деятельность по охране здоровья населении в должности, предусмотренной вышеуказанными Списками, в данный период проходила обучение в медицинском институте, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для включения в специальный стаж ФИО1 периода отпуска по уходу за ребенком.

Также истцом заявлено требование о включении в ее специальный стаж периода работы с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. в качестве врача-интерна в Городской детской больнице № 42.

Согласно данным о стаже указанный период с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. включен пенсионным органом в специальный стаж истца (л.д.91).

Таким образом, поскольку пенсионным органом период работы с 3 августа 1992 г. по 9 июля 1993 г. в качестве врача-интерна в Городской детской больнице № 42 зачтен в специальный стаж истца, оснований для повторного включения в специальный стаж данного периода не имеется.

Поскольку специальный стаж медицинской деятельности истца на дату последнего обращения с заявлением о назначении пенсии 5 декабря 2024 г., с учетом включенных периодов работы пенсионным органом составляет 29 лет 3 месяца 1 день, что менее установленных пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» - 30 лет, учитывая, что иных периодов, подлежащих включению в специальный стаж истца, судами первой и апелляционной не установлено (16 сентября 2022 г. истец уволилась из учреждения здравоохранения по собственному желанию (л.д.28, оборот) и после указанной даты отсутствуют периоды работы подлежащие включению в специальный медицинский стаж), судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Право на страховую пенсию на общих основаниях возникнет по достижении 59 лет (28 января 2026 г.).

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правильно установил юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, дал им надлежащую правовую оценку, полно исследовал представленные доказательства, постановив законное и обоснованное решение. Нормы материального и процессуального права судом применены верно, оснований к отмене решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18 июня 2025 г. (с учетом определения об исправлении описки от 23 октября 2025 г.) оставить без изменения, апелляционную жалобу ДОВ - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 января 2026 г.