УИД 66 RS0051-01-2018-002595-21

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Серов Свердловская область 24 января 2019 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего Бровиной Ю.А., при секретаре Илюшиной Ж.А., с участием помощника Серовского городского прокурора Базиной А.С., рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело №2-116/2019 по иску

ФИО1, ФИО2, ФИО3 к публичному акционерному обществу «Надеждинский металлургический завод» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве

заслушав истцов ФИО1, ФИО3, представителя истцов Дьячкову О.Г., действующую на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ № в порядке части 5 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представителя ответчика ФИО4, действующую на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в Серовский районный суд с иском к ответчику ПАО «Надеждинский металлургический завод» о компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов по 1 000 000 рублей, взыскании судебных издержек по оплате услуг представителя в размере 25 500 рублей.

Заявленные требования обосновали тем, что они являются близкими родственниками (родителями, братом) ФИО3. ФИО3 работал вальцовщиком стана горячей прокладки ПАО «Надеждинский металлургический завод», однако ДД.ММ.ГГГГ с ним произошёл несчастный случай на производстве, в результате которого им получены травмы, не совместимые с жизнью, вследствие чего он скончался. Факта грубой неосторожности работника при расследовании несчастного случая не установлено, в связи с чем по вине работодателя нарушено право истцов на родственные и семейные связи. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, представила заявление с просьбой о рассмотрении дела в её отсутствие. 

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО1 и их представитель Дьячкова О.Г. исковые требования поддержали в полном объеме. 

Представитель истцов Дьячкова О.Г. в дополнении указала, что потеря сына и брата для истцов была невосполнимой потерей. ФИО7 всегда был отзывчивым, помогал родителям и брату. У ФИО7 было двое детей. Дети остались сиротами. О смерти узнали от работников, которые с ним работали. Состояние здоровья родственников ухудшилось. Считает размер компенсации морального вреда разумным и обоснованным. С доводами представителя ответчика о завышенности размера судебных расходов, не согласилась. Указала о том, что тариф взимания платы, установлен коллегией адвокатов. Проведена большая работа, подготовлено исковое заявление, направлены запросы, производился сбор документов. 

Представитель ответчика ФИО4 исковые требования признала частично. Просила суд определить размер компенсации морального вреда, а также учесть те обстоятельства, что завод взял на себя расходы по похоронам и обязательства по погашению кредита оформленного на супругу и мать погибшего ФИО20. Завод компенсировал моральный вред супруге и детям по 750 000 рублей каждому. Полагает, что размер компенсации брату и родителям должен быть меньше, нежели супруге и детям. Также просила снизить судебные расходы, с учетом сложности дела.

Прокурор в лице помощника Базиной А.С. в заключении указала, что поскольку несчастный случай на производстве установлен актом, который не оспорен, ответчик признает факт причинения морального вреда, исковые требования заявлены обоснованно, просит удовлетворить их с определением размера компенсации на усмотрение суда.

Суд, заслушав истцов и их представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, принимая во внимание заключение прокурора, считает требования истцов обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации, расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, произошедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в том числе в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ПАО «Надеждинский металлургический завод», работал в цехе сортопрокатном цехе (СПЦ) в должности вальцовщика стана горячей прокатки 6 разряда.

ДД.ММ.ГГГГ в здании сортопрокатного цеха (СПИ) ПАО «Надеждинский металлургический завод» произошел несчастный случай, в результате которого ФИО3 погиб.

Как следует из Акта № о несчастном случае на производстве (л.д.11-23) причинами несчастного случая явились:

конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования выразившаяся в конструкции металлического ограждения завода изготовителя не исключающей возможность воздействия вращающихся частей на пострадавшего;

неудовлетворительная организация производства работ (008), выразившаяся в неудовлетворительной организации производственного контроля со стороны руководства цеха;

эксплуатация неисправным техническим устройством обжимной клети 550. 

Произошедший случай был расследован в установленном порядке, создана комиссия по расследованию несчастного случая. Актом о расследовании несчастного случая на производстве по результатам расследования гибель работника была квалифицирована, как несчастный случай на производстве. 

При расследовании несчастного случая были выявлены ответственные лица, допустившие нарушение требований охраны труда, которые являются работниками ПАО «Надеждинский металлургический завод».

Согласно вышеназванному акту о несчастном случае на производстве, лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: ФИО12 - начальник цеха, не обеспечивший наличие защитных ограждений в соответствии с проектной документации; ФИО13 – заместитель начальника цеха, не обеспечивший организацию и осуществление производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности в СПЦ при ведении технологических процессов; ФИО14 - заместитель начальника цеха по оборудованию, не осуществивший контроль за безопасным состоянием оградительных средств защиты; ФИО15 - механик цеха, не осуществивший контроль за безопасным производством работ, не проверил наличие хомутов в месте крепления рукавов охлаждения валков к коллектору; ФИО16 - старший мастер, не обеспечивший проверку исправности ограждений обжимной клети 550, не предусмотревший возможность травмирования работников.

Смерть ФИО3 наступила в результате сочетанной механической травмы головы, туловища, конечностей в виде совокупности следующих повреждений: обширная скальпированная рана левой лобно-височно-теменной областей, вдавленный перелом левой височной и теменной костей, перелом основания черепа, субарахноидальное кровоизлияние по выпуклой поверхности обоих полушарий головного мозга, ушиб правой височной доли, кровоизлияние в мозжечок, стволовые отделы головного мозга, кровь в правом боковом желудочке головного мозга; разрыв селезенки, ссадина межлопаточной области, разгибательные переломы 4-10 ребер слева по лопаточной линии, сгибательные переломы 3-5 ребер слева и 3-4 ребер справа по окологрудинной линии, обширные кровоизлияния в мышцы туловища, с начальными реактивными явлениями, множественные кровоподтеки, ссадины верхних и нижних конечностей, закрытый вывих левого коленного сустава, открытый переломо-вывих правого коленного сустава, с разрывами капсул сустава, с обширными кровоизлияниями в области суставов, с развитием осложнений в виде тяжелого травматического шока (гистоморфологические признаки шока в легких по методике ФИО6 составляют коэффициент 0,92984), жировой эмболии легких сильной степени (по ФИО17), отека легких, отека-набухания головного мозга.

Указанная травма, в виде совокупности выше перечисленных повреждений, причинена в результате удара (ударов) с элементами сдавления тупым твердым предметом (предметами), либо о таковой (таковые), давностью образования несколько десятков минут- не более 1-3 часов перед наступлением смерти, о чем свидетельствуют количество и морфологические характеристики повреждений, а также начальные реактивные явления.

Указанная травма в данном случае привела к смерти ФИО3 Согласно «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) и в соответствии с медицинскими критериями приказа Министерства Здравоохранения и Социального Развития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», указанная травма по признаку опасности для жизни оценивается, как причинившая тяжкий вред здоровью. 

При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО3 метиловый, этиловый, изопропиловый, пропиловый, изобутиловый, бутиловый, изоамиловый спирты не обнаружены. 

Таким образом, в судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что смерть ФИО3 наступила в результате несчастного случая при выполнении ФИО18 работ в интересах и по заданию работодателя, на территории организации и в рабочее время. 

Непосредственной причиной смерти ФИО3 (несчастного случая) послужило защемление между неподвижными и движущимися предметами, деталями и машинами (или между ними) (код 04.03), а именно захват металлическими крючками для фиксации резинового шнура за левый рукав спецодежды ФИО20, в результате чего произошло затягивание ФИО20 вверх через ограждение на верхний шпиндель с последующим проворачиванием между верхним и средним шпинделями. 

Указанные в акте обстоятельства сторонами не оспаривались, акт о несчастном случае на производстве стороной ответчика не оспорен.

По факту гибели ФИО3 постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (л.д. 38-43). 

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из разъяснений, данных в пунктах 18 и 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другое.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Семейные связи относятся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона (статья 150 ГК РФ).

Необходимость особой защиты семейных связей следует из содержания статьи 38 Конституции Российской Федерации и пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, объявляющих семью находящейся под защитой государства. 

При определении круга лиц, относящихся к близким, следует руководствоваться положениями абзаца 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители, дети, дедушки, бабушки, внуки), полнородные и неполнородные (имеющих общих отца или мать) братья и сестры.

Близкие родственники лица, смерть которого наступила в результате несчастного случая на производстве вправе требовать компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания. 

Из свидетельства о рождении ФИО3 (л.д.36) следует, что его родителями являются: отец – ФИО1, мать – ФИО2. 

Из свидетельства о рождении ФИО3 (л.д.37) следует, что его родителями также являются ФИО1, ФИО2. 

Из свидетельства о смерти IV-АИ № следует, что ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9).

При таком положении, руководствуясь статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 10, статьей 47, пунктом 2 статьи 48 и статьей 169 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктами 1 и 2 статьи 47 Гражданского кодекса Российской Федерации суд признает доказанным факт наличия между истцами и ФИО5 основанных на происхождении и родстве семейных связей, а также их утраты.

Поскольку смерть человека нарушает целостность семьи, суд приходит к выводу, что в случае, если таковая наступила не по объективным и естественным причинам, а как результат действий или бездействия иных лиц, то у членов семьи в связи со страданиями, перенесенными вследствие нарушения принадлежащего им неимущественного блага (семейных связей), возникает право требовать компенсации морального вреда. 

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 и представитель истцов Дьячкова О.Г. утверждали, что в результате несчастного случая на производстве, повлекшего смерть ФИО3, глубоко переживали смерть сына и брата, что отразилось на их состоянии здоровья и эмоциональном состоянии, поскольку до этого имелись постоянно поддерживаемые крепкие родственные связи.

О тяжести нравственных страданий истцы указали в исковом заявлении согласно изложенному ниже.

Для родителей – ФИО1 и ФИО2 смерть сына стала большим горем, ФИО7, являлся младшим сыном в семье и единственным ребенком у его отца. Он всегда был окружен любовью своих родителей и старшего брата. Для них он был всегда опорой, помощником во всех делах: на садовом участке, по ремонту квартиры или построек на садовом участие, по посадке и уборке урожая. Он всегда сам приезжал и помогал, даже не спрашивая, нужна ли им его помощь, потому, что он тоже их любил, берег их здоровье и заботился о них. Они с ним созванивались каждый день, узнавали как он себя чувствует, как его семья, дети и также старались ему во всем помочь и материально и морально. У ФИО7 остались двое детей: дочь Милана 8 лет и сын Максим ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Сын ФИО7 очень их любил, гордился ими. Сейчас они остались сиротами и это им, как бабушке и дедушке, причиняет также неимоверные страдания, поскольку их мучает мысль об их будущем, о том, как они будут расти без отца, поскольку они уже пенсионеры и не смогут заменить его для них во всем. Смерть сына в таком молодом возрасте, стала такой неожиданной трагедией для них, они до сих пор не верят, что его уже нет, что они не увидят его и не услышат его веселого голоса, его шуток. Сын с семьей проживал рядом с их домом и почти каждый день их навещал, они также постоянно навещали его с семьей, помогали водиться с детьми. Сын был очень добрый, спокойный, ласковый, отзывчивый. Никогда не забывал о них, не проходило ни одного дня, чтобы он не пришел или не позвонил. Сейчас наступила пустота в жизни. Они понимают, что у них есть ещё сын, есть внуки, но они не могут не думать постоянно об ФИО7, о его трагической смерти, о том, какие мучения и боль он перенес. Сын умер не сразу, а был доставлен в реанимацию и умер там спустя несколько часов. Все это время они жили надеждой, что он выживет, находились все это время в больнице. Когда он умер, они не могли поверить в его смерть. Отец, настолько не верил в его смерть, что попросил его пустить в морг и показать ему сына, где не мог отойти от него, ему казалось, что он живой. Сейчас у них нарушен сон, постоянно просыпаются с женой в два-три часа ночи и подолгу говорят о сыне ФИО7, вместе плачут. Мама ФИО7 до настоящего времени не может обходиться без успокоительных средств, ей неоднократно вызывали скорую помощь уже и после похорон сына. Она до сих пор не может говорить о нем и любое о нем воспоминание вызывает у нее приступы, повышается давление, она не может справиться со слезами, ей становится плохо. У его отца также имеется гипертония, и все переживания отражаются на здоровье их обоих.

Также и для брата ФИО3, смерть брата является невосполнимой утратой. Он как старший брат с самого рождения ФИО7 всегда его опекал, защищал, занимался с ним спортом, помогал ему в учебе, они были практически неразлучны. Когда они выросли, то они постоянно общались друг с другом, помогали друг другу во всех делах, поддерживали друг друга. Они были очень близки, проводили вместе много времени, праздники; всегда помогали друг другу. После известия о гибели ФИО3, он все время находился вместе с родителями и также плакал и переживал. Смерть младшего брата является для него большой трагедией. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства исковые требования к ПАО «Надеждинский металлургический завод» о денежной компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, однако определению подлежит размер компенсации, зависящий от характера и объема, причиненных истцам нравственных и физических страданий, степени вины ответчика, иных заслуживающих внимания обстоятельств, при этом должны учитываться требования разумности и справедливости. При этом степень нравственных или физических страданий должна учитываться с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, на что прямо указано в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Истцы и потерпевший ФИО3 являются близкими родственниками и в силу этого обстоятельства истцы не могли не испытывать нравственных страданий в результате насильственной смерти ФИО3, зная при этом, об обстоятельствах смерти и тяжести перенесенных потерпевшим физических страданий, что не может не усугублять характер нравственных переживаний, о чем заявлено истцами в суде. 

Суд принимает во внимание, что гибель потерпевшего является необратимым обстоятельством, нарушающее психическое благополучие и влекущее состояние субъективного эмоционального расстройства истцов, об объеме которого истцами указано в исковом заявлении и при рассмотрении дела. Как ранее было указано, неимущественное право истцов на семейные связи было нарушено в связи со смертью близкого человека, сама по себе утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее тяжелого переживания. 

С учетом установленных судом степени перенесенных истцами страданий, с учетом характера отношений (семейных, родственных), сложившихся между истцами и потерпевшей, известностью истцам характера причиненного вреда здоровью потерпевшего, степени вины ответчика являющегося юридическим лицом и владельцем источника повышенной опасности, принятием ответчиком мер по организации похорон и возмещению ФИО2 в качестве оплаты кредита 160 000 рублей, принципа разумности и справедливости, суд считает подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 700 000 рублей 00 копеек в пользу каждого, в пользу ФИО3 в размере 500 000 рублей 00 копеек, полагая такие компенсации, применительно к обстоятельствам дела, соразмерными и справедливыми.

Истцами заявлено о взыскании с ответчика судебных издержек в размере по 8 500 рублей в пользу каждого в связи с участием в деле представителя адвоката Дьячковой О.Г.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным требованиям. Частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителей относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

Согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Как указано в разъяснении абзаца 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Ответчиком в возражениях на заявление истца о возмещении судебных издержек, указано на чрезмерность понесенных истцом судебных расходов, просил снизить расходы до суммы всего 7500 рублей. 

Доводы стороны ответчика о чрезмерности понесенных расходов заслуживают внимание в связи с изложенным ниже.

При определении размера указанных расходов суд учитывает сложность данного дела, конкретные обстоятельства рассмотренного дела, в том числе, количество и продолжительность судебных заседаний, в которых участвовал представитель, документы, которые были составлены представителем. 

Понесенные истцами расходы по оплате услуг представителя подтверждаются материалами дела, согласно которым расходы истцов на оплату услуг представителя всего составили 25 500 рублей (л.д. 6-8).

Из представленных квитанций усматривается, что каждому из истцов оказана юридическая помощь, связанная с консультацией и подготовкой искового материала (1000 рублей), изготовлением искового заявления (1500 рублей), представление интересов в суде (8500 рублей).

Несмотря на возражение стороны ответчика об изготовлении одного искового заявления трем истцам, из содержания искового заявления следует, что представитель в отношении каждого из истцов очень подробно раскрыл степень их нравственных страданий, между тем оказание юридических услуг по консультированию и изучению документов по общему правилу входят в цену оказываемых услуг, поскольку необходимы для исполнения обязательства по оказанию юридических услуг (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела"), таким образом, из совокупности установленных обстоятельств, учитывая проделанную представителем работу (изготовление искового заявления, представление интересов в суде), с учетом принципа разумности и справедливости, сохранения баланса прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, а именно: степени нарушения прав истцов ответчиком, участие представителя истца во всех судебных заседаниях, фактически выполненного объема и сложности оказанных услуг, предмета спора и степени продолжительности рассмотрения дела, а также результата разрешения спора (иск удовлетворен), непредставлением ответчиком доказательств чрезмерности понесенных истцом расходов, суд считает возможным определить размер судебных расходов подлежащих возмещению ответчиком каждому из истцу в размере по 4 000 рублей. 

Оснований для взыскания судебных издержек в большем размере судом не установлено.

Согласно пункту 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации цена иска определяется по искам, состоящим из нескольких самостоятельных требований, исходя из каждого требования в отдельности.

В соответствии с пунктом 3 части 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для физических лиц составляет 300 рублей.

Согласно статье 61.1 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежит зачислению в местный бюджет.

Таким образом, с ответчика Публичного акционерного общества «Надеждинский металлургический завод» в доход бюджета Муниципального образования Серовский городской округ подлежит взысканию госпошлина в размере 900 рублей (300*3).

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к публичному акционерному обществу «Надеждинский металлургический завод» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве - удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Надеждинский металлургический завод» в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 700 000 рублей 00 копеек в пользу каждого, а также судебные издержки по оплате услуг представителя в размере по 4 000 рублей 00 копеек в пользу каждого.

Взыскать с публичного акционерного общества «Надеждинский металлургический завод» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей 00 копеек, а также судебные издержки по оплате услуг представителя в размере 4 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с публичного акционерного общества «Надеждинский металлургический завод» государственную пошлину в доход местного бюджета Серовского городского округа в сумме 900 рублей 00 копеек.

В остальной части иска о компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца с даты изготовления решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Серовский районный суд.

Судья Ю.А. Бровина

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.