Дело № 2-151/19 строка 2.196

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2019 г. Ленинский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Мячиной Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области, Автономному учреждению Воронежской области «Региональное информационное агентство «Воронеж» о возмещении вреда и о возложении обязанности дать опровержение, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, впоследствии уточняя заявленные требования (л.д.2-7, 18, 68-73, 80), в обоснование которых указал на следующие обстоятельства: 16 декабря 2013 г. в жилище истца следственным комитетом был произведен обыск, в результате которого было изъято принадлежащее истцу имущество: фотоаппараты, компьютерные накопители и многое другое. 22 декабря 2016 г. в рамках того же уголовного дела в квартире истца был проведен очередной обыск. Во время обысков были изъяты компьютеры с архивами принадлежащих истцу фотографий за период с 2008 по 2013 годы в общем количестве 30 507 штук. Изъятие фотографий нарушило авторские права истца на них, а именно, сделало невозможным гарантированное статьей 1268 Гражданского кодекса Российской Федерации право на опубликование и причинило моральный вред. Ссылаясь на положения статей 1252, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец указывает на то, что каждая отдельная фотография является самостоятельным объектом авторского права, в связи с чем, сумма причиненного ему ущерба составляет 305 миллионов 70 тысяч рублей.

Истца также забрали в следственный комитет, где в течение двух суток подвергали методам морального и физического давления, убеждая сознаться в организации убийства. Так, в ночь на 18 декабря 2016 г. истца отвезли в следственный комитет города Борисоглебска, где поздно вечером предъявили постановление о задержании в качестве подозреваемого по части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации и поместили в ИВС. Таким образом, постановление о задержании было оформлено спустя трое суток со времени фактического задержания в 8 утра 16 декабря, что является нарушением статьи 46 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а общее время содержания значительно превысило установленную пунктом 11 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации норму в 48 часов с момента фактического задержания. Весь день 19 декабря методом морального и физического давления истца убеждали сознаться в убийстве, а адвоката обещали предоставить только в обмен на признательные показания. Адвоката из Борисоглебской адвокатской конторы предоставили только поздно вечером 19 декабря, после общения с которым, истец был допрошен. О причинах своего задержания истец узнал только со слов адвоката. 20 декабря 2013 г. Борисоглебским городским судом Воронежской области истцу было продлено содержание под стражей на 72 часа, а вечером того же дня в отсутствие адвоката следователем было проведено опознание и очная ставка с гражданином ФИО6, который указал на истца, как на организатора убийства. Впоследствии в 2017 году ФИО6 признался в оговоре и от своих показаний отказался. 

Таким образом, ФИО1 считает, что следственные органы пошли на явную фальсификацию доказательств, чтобы с помощью оговора создать доказательства для привлечения его к ответственности по части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, где максимальное наказание – пожизненное заключение или смертная казнь. Лишь 23 декабря 2013 г. в 15 часов истец был выпущен из ИВС г. Борисоглебска и вернулся домой в г. Воронеж. Уголовное преследование окончательно было прекращено 20 декабря 2017 г. по реабилитирующим основаниям.

В начале 2014 года истец получил постановление следователя о частичном прекращении уголовного преследования по реабилитирующим основаниям и о продолжении уголовного преследования по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

31 мая 2016 г. Левобережным районным судом г. Воронежа ФИО1 было отказано в иске о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации, поскольку уголовное преследование в отношении истца не было прекращено, а было переквалифицировано. В ходе судебного разбирательства также было установлено, что уголовное преследование четырежды прекращалось по реабилитирующим основаниям и все это отменялось прокуратурой, однако истца об этом никто не извещал.

В сентябре 2017 года истцом был подан иск о возмещении имущественного вреда, однако в удовлетворении иска было отказано с разъяснением права подать иск в порядке уголовного судопроизводства. 

В ноябре 2017 года истцом вновь был подан иск о возмещении имущественного вреда, однако 23 мая 2018 г. Левобережным судом г. Воронежа в иске было отказано, поскольку истцом не было представлено достаточных и допустимых доказательств тому, что он лишился заработной платы в результате уголовного преследования. 

Кроме того, ФИО1 указывает на то, что в период его нахождения ИВС на интернет-ресурсе RIAVRN.RU была дважды опубликована информация о его содержании под стражей, порочащие его честь и достоинство.

Таким образом, ФИО1 указывает на то, что подвергался пыткам и бесчеловечному обращению в следственном комитете, что представляло собой большую опасность, поскольку общеизвестны случаи, когда задержанных забивали насмерть или задержанные якобы кончали жизнь самоубийством в камере с многочисленными травмами, несовместимыми с жизнью. Кроме того, истец почти четыре года находился в статусе подозреваемого, каждый день ожидая очередной подлости и беспредела от органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, а судом ему много раз было отказано в реабилитации по формальным и незаконным основаниям. Обыски же в 2013 и в 2016 годах лишили истца возможности работать и осуществлять предпринимательскую деятельность, причем обыски проводились с участием понятых соседей, о чем становилось известно всему дому.

Основываясь на изложенных обстоятельствах, ФИО1 просит суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации неимущественный вред в размере 6 101 400 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 305 070 000 рублей, а всего 6 406 470 000 рублей, а также обязать интернет-ресурс RIAVRN.RU дать опровержение.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал и просил суд удовлетворить иск в полном объеме, пояснив, что требования о компенсации морального вреда основываются им не на самом факте незаконного уголовного преследования, а вытекают из факта нарушения авторских прав истца на изъятые в результате обыска фотографии. Кроме того, поскольку публикации интернет-ресурса RIAVRN.RU хотя бы и не содержали указания на имя и фамилию истца, однако обыски происходили в присутствии соседей, людям стало известно, что публикации касаются именно ФИО1, для чего требуется публикация опровержений. 

Явившаяся в судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО2 против удовлетворения иска возразила по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д.81-84). 

Представитель ответчика – Автономного учреждения Воронежской области «Региональное информационное агентство «Воронеж», будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился, не сообщив суду о причинах неявки. Ранее участвовавший представитель ответчика по доверенности ФИО3 против удовлетворения иска ФИО1 возражал по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д.88-90).

Явившаяся в судебное заседание представитель третьего лица – Министерства внутренних дел Российской Федерации по доверенности ФИО4 полагала исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, указывая на недоказанность обстоятельств, на которых основаны его требования, в частности, на отсутствие факта нарушения ответчиком авторских прав истца. 

Представитель третьего лица – прокуратуры Воронежской области ФИО5 исковые требования ФИО1 полагал не подлежащими удовлетворению, как не основанные на имеющихся в деле доказательствах. В случае удовлетворения иска полагал, что сумма компенсации морального вреда чрезмерно истцом завышена и подлежит снижению.

Представитель третьего лица – Следственного комитета Российской Федерации, будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился, не сообщив суду о причинах неявки.

С учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и мнения явившихся участников процесса, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения сторон, третьих лиц, обозрев материалы уголовного дела №13248020 по обвинению ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 и частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам: 

По общему правилу, установленному в части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат нарушенные либо оспариваемые права, свободы или законные интересы лица, обращающегося в суд.

В то же время, истцом не представлено доказательств факту нарушения ответчиками его прав по основаниям, на которых он основывает заявленные требования.

В силу части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Поскольку истец не основывает заявленные требования на положениях указанной нормы, в части исковых требований ФИО1 о взыскании неимущественного ущерба и о компенсации морального вреда суд исходит из следующего: 

В соответствии с частью 1 статьи 1251 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае нарушения личных неимущественных прав автора их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда, публикации решения суда о допущенном нарушении.

Статьей 1268 Гражданского кодекса Российской Федерации гарантируется право автора на обнародование произведения: 

Автору принадлежит право на обнародование своего произведения, то есть право осуществить действие или дать согласие на осуществление действия, которое впервые делает произведение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа, публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю либо любым другим способом.

При этом опубликованием (выпуском в свет) является выпуск в обращение экземпляров произведения, представляющих собой копию произведения в любой материальной форме, в количестве, достаточном для удовлетворения разумных потребностей публики исходя из характера произведения.

Положениями статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности:

1) воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением. Не считается воспроизведением краткосрочная запись произведения, которая носит временный или случайный характер и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование произведения либо осуществляемую информационным посредником между третьими лицами передачу произведения в информационно-телекоммуникационной сети, при условии, что такая запись не имеет самостоятельного экономического значения;

2) распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров;

3) публичный показ произведения, то есть любая демонстрация оригинала или экземпляра произведения непосредственно либо на экране с помощью пленки, диапозитива, телевизионного кадра или иных технических средств, а также демонстрация отдельных кадров аудиовизуального произведения без соблюдения их последовательности непосредственно либо с помощью технических средств в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его демонстрации или в другом месте одновременно с демонстрацией произведения;

4) импорт оригинала или экземпляров произведения в целях распространения;

5) прокат оригинала или экземпляра произведения;

6) публичное исполнение произведения, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения;

7) сообщение в эфир, то есть сообщение произведения для всеобщего сведения по радио или телевидению, за исключением сообщения по кабелю. При этом под сообщением понимается любое действие, посредством которого произведение становится доступным для слухового и (или) зрительного восприятия независимо от его фактического восприятия публикой. При сообщении произведений в эфир через спутник под сообщением в эфир понимается прием сигналов с наземной станции на спутник и передача сигналов со спутника, посредством которых произведение может быть доведено до всеобщего сведения независимо от его фактического приема публикой. Сообщение кодированных сигналов признается сообщением в эфир, если средства декодирования предоставляются неограниченному кругу лиц организацией эфирного вещания или с ее согласия;

8) сообщение по кабелю, то есть сообщение произведения для всеобщего сведения по радио или телевидению с помощью кабеля, провода, оптического волокна или аналогичных средств. Сообщение кодированных сигналов признается сообщением по кабелю, если средства декодирования предоставляются неограниченному кругу лиц организацией кабельного вещания или с ее согласия;

8.1) ретрансляция, то есть прием и одновременное сообщение в эфир (в том числе через спутник) или по кабелю полной и неизменной радио- или телепередачи либо ее существенной части, сообщаемой в эфир или по кабелю организацией эфирного или кабельного вещания;

9) перевод или другая переработка произведения. При этом под переработкой произведения понимается создание производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки и тому подобного). Под переработкой (модификацией) программы для ЭВМ или базы данных понимаются любые их изменения, в том числе перевод такой программы или такой базы данных с одного языка на другой язык, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя;

10) практическая реализация архитектурного, дизайнерского, градостроительного или садово-паркового проекта;

11) доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения).

В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Материалами настоящего гражданского дела и материалами вышеуказанного уголовного дела по обвинению ФИО6 подтверждается и не оспаривается сторонами, что 06 августа 2013 г. Борисоглебским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области возбуждено уголовное дело №13248020 по части 1 статьи 30, части 3 статьи 33, пункту «з» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту организации неустановленным лицом приготовления к убийству ФИО7 по найму.

16 декабря 2013 г. у ФИО1 в ходе обыска были изъяты роутер, планшетный компьютер, флешнакопители, фотоаппараты, мобильный телефон, НЖМД, оптические диски (уголовное дело: т.4 л.д.142-146).

18 декабря 2013 г. по подозрению в совершении данного преступления в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 был задержан.

20 декабря 2013 г. постановлением Борисоглебского городского суда Воронежской области задержание ФИО1 признано обоснованным, срок его задержания продлен на 72 часа.

В связи с отсутствием оснований для применения меры пресечения в виде заключения под стражей ФИО1 23 декабря 2013 г. был освобожден из изолятора временного содержания.

30 декабря 2013 г. уголовное преследование в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 30, частью 3 статьи 33, пункту «з» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, было частично прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (за отсутствием в деяниях состава преступления). В то же время, уголовное преследование ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, было продолжено.

Постановлением старшего следователя Борисоглебского МСО СУ СК России по Воронежской области от 20 апреля 2017 г. уголовное преследование в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в деяниях состава преступления.

24 апреля 2017 г. ФИО1 направлено извещение о праве на реабилитацию, с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

01 февраля 2018 г. изъятое в результате обыска имущество ФИО1 возвращено (л.д.8).

Вместе с тем, стороной истца не представлено каких-либо доказательств тому, что органами предварительного расследования было допущено нарушение исключительного права ФИО1 на какие-либо созданные им произведения, наделяющее, в свою очередь, истца правом требования выплаты компенсации, предусмотренной статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации либо компенсации морального вреда в порядке статьи 1251 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, из материалов уголовного дела (т.6 л.д.133-138, 141-150) следует, что в отношении изъятых у истца предметов, в том числе, электронных накопителей, в рамках предварительного расследования производились компьютерные экспертизы на предмет отыскания следов создания электронных почтовых ящиков в сети Интернет и следов осуществления с них переписки; адресов посещения страниц в сети Интернет, имеющихся логинов и паролей и иной информации, не имеющей отношения к произведениям, охраняемым законодательством об авторском праве, в том числе фотографиям. Из содержания указанных экспертных исследований также не следует, что при производстве экспертиз, каким-либо образом использовались имеющиеся, со слов истца, на указанных носителях фотографии.

Иных доказательств использования изъятых у истца в ходе обыска предметов либо использования содержащихся на них электронных файлов с точки зрения статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации, материалы уголовного дела не содержат и истцом не представлено.

Доказательств доводам истца о том, что изъятое оборудование было повреждено, также истцом не представлено и опровергается представленной в материалы дела распиской (л.д.8), где ФИО1 не указывается на какие-либо повреждения, равно как и тем, что истцом не представлено сведений об обращении с соответствующими заявлениями в дальнейшем.

Таким образом, оснований полагать, что при производстве предварительного расследования в нарушение требований статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации кем-либо было допущено воспроизведение принадлежащих ФИО1 фотографий, их распространения, публичного показа, импорта в целях распространения, проката, публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, ретрансляции, перевода или другой переработки, доведения до всеобщего сведения, у суда не имеется.

Кроме того, истцом не представлено каких-либо убедительных доказательств тому, что он был лишен возможности использовать как автор принадлежащие ему фотографии, размещенные на изъятых у него в ходе обыска электронных носителях, поскольку не представлено доказательств, что указанные фотографии имелись у ФИО1 в единственном экземпляре; обыск на рабочем месте истца ФИО1 органами предварительного расследования не проводился, в то время как следует из содержания имеющегося в деле постановления судьи Левобережного районного суда г. Воронежа от 23 марта 2018 г. (л.д.39-42), ФИО1 является, в том числе, художником-фотографом и фотографом трехмерной графики в ООО «Специализированная коммерческо-инженерная фирма «СКИФ». Более того, в ходе судебного заседания истцом частично демонстрировались художественные фотографии на бумажном носителе, в то время как фотографии на бумажном носителе в ходе обыска не изымались, что явно свидетельствует о возможности ФИО1 использовать указанные произведения. 

Кроме того, суд соглашается с позицией стороны ответчиков о том, что представленные ФИО1 доказательства (л.д.9, 55) не свидетельствуют ни о принадлежности фотографий ФИО1 ни о его авторстве в отношении каждой из них. 

При таком положении, оснований для удовлетворения иска ФИО1 в данной части (о компенсации неимущественного ущерба и морального вреда) не установлено.

Разрешая исковые требования ФИО1 в части возложения обязанности на интернет-ресурс RIAVRN.RU дать опровержение, суд исходит из следующего:

В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривалось сторонами, что ответчиком Автономным учреждением Воронежской области «Региональное информационное агентство «Воронеж» на интернет-ресурсе по адресу: https://riavrn.ru 22 декабря 2013 г. опубликована статья: «В Воронежской области бизнесмену предложили откупиться от «киллера», а 23 декабря 2013 г. статья: «адвокат одного из подозреваемых в подготовке убийства бизнесмена из Борисоглебска проигнорировал подзащитного» (л.д.10, 11, 77, 78). 

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Кроме того, при разрешении настоящего спора суда руководствуется разъяснениями, данными в пунктах 5, 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в частности о том, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: 

- факт распространения ответчиком сведений об истце, 

- порочащий характер этих сведений и 

- несоответствие их действительности. 

При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Судам следует иметь в виду, что в случае, если не соответствующие действительности порочащие сведения были размещены в сети Интернет на информационном ресурсе, зарегистрированном в установленном законом порядке в качестве средства массовой информации, при рассмотрении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо руководствоваться нормами, относящимися к средствам массовой информации.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Вместе с тем, из содержания вышеуказанных публикаций не следует, что ответчиком АУ ВО РИА «Воронеж» распространены сведения об истце ФИО1

Так, из буквального содержания статьи: «В Воронежской области бизнесмену предложили откупиться от «киллера», следует, что в ней идет речь «двоих мужчинах», попытавшихся обманом получить от бизнесмена денежные средства; в дальнейшем конкретизируется: «32-двух летний ранее судимый житель Белгорода» и «45-летний воронежец». Аналогичные сведения содержит и статья «адвокат одного из подозреваемых в подготовке убийства бизнесмена из Борисоглебска проигнорировал подзащитного».

В то же время, каких-либо идентифицирующих признаков истца: его изображения, фамилии, имени, отчества, места жительства, рода деятельности и др. указанные статьи не содержат, в связи с чем, оснований полагать, что в указанных публикациях сообщены сведения именно о ФИО1, т.е. ответчиком распространены сведения об истце, объективно не имеется. 

Доводы истца о том, что другим лицам, участвовавшим, в том числе, при обыске соседям, было очевидно, что речь в данных статьях идет именно о ФИО1, не могут влиять на правовую оценку указанных публикаций с точки зрения распространения сведений об истце, при этом указанные доводы какими-либо доказательствами не подтверждены.

При таком положении и поскольку совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности по статье 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, не установлено, исковые требования ФИО1 в данной части также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области, Автономному учреждению Воронежской области «Региональное информационное агентство «Воронеж» о возмещении вреда и о возложении обязанности дать опровержение отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 04 марта 2019 г.