Дело № УИД 73RS0№-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2024 года р.

<

адрес>

Николаевский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Ханбековой Н.М., при секретаре ФИО3,

с участием старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к государственному учреждению здравоохранения «

<

адрес> больница», государственному учреждению здравоохранения «

<

адрес> больница» о денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования следующим. Его жена, ФИО1, находилась на лечении в ГУЗ «Николаевская РБ» с 30.06.2023г по 04.07.2023г в терапевтическом отделении. В результате некачественного оказания ей медицинской помощи: нарушения в течение заболевания жены способствовали созданию риска прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и развития осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отеком легких и кардиогенного шока), что привело к резкому ухудшению состояния здоровья и повлияло на неблагоприятный исход - смерть его жены. Все это подтверждено судебно-медицинской экспертизой по материалам дела №-КМ от 13.05.2024г. В частности: диагноз при поступлении 30.06.2023г. был выставлен некорректно: с учетом жалоб на загрудинные боли сжимающего характера, возникшие в течение предыдущего месяца, необходимо было выставить диагноз «Нестабильная стенокардия» (за место «Стенокардия напряжения»), в связи с некорректно выставленным диагнозом, последующее направление на

госпитализацию было не по профилю - в терапевтическое отделение. Пациенты с нестабильной стенокардией должны быть, экстренно направлены в медицинскую организацию, оказывающую специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь по профилю «кардиология» или сердечно-сосудистая хирургия».

Установка ошибочного диагноза «ИБС. Стенокардия напряжения 3 ФК» в последующем способствовала несвоевременному и ненадлежащему выполнению необходимых жене диагностических и лечебных мероприятий. В нарушение п.п. 32,33 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями», жена не была госпитализирована в ближайшую медицинскую организацию, имеющую в своей структуре кардиологическое отделение с палатами реанимации и интенсивной терапии. Таким образом, его жена для проведения лечения должна была быть госпитализирована 30.06.2023г в ГУЗ «Барышская РБ».

Жене были назначены не показанные ей к применению лекарственные препараты: калия хлорид 4%-10,0, рибоксин 2%-10,0, цефтриаксон 2,0, аскорбиновая кислота 5%-4,0. Данные лекарственные препараты не входят в стандарт лечения ИБС и острого коронарного синдрома. Назначены без решения врачебной комиссии и обоснования в нарушение Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Осмотр пациентки должен осуществляться 2-4 раза в сутки с внесением данных в медицинскую карту стационарного больного. Жена осматривалась 30.06.2023г. в 10.00 припоступлении, следующий осмотр осуществлен только 03.07.2023г. в 08.50 и последующий осмотр 04.07.2023г. в 09.00 уже При ухудшении состояния. В мед.карте отсутствует обоснование клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления в стационар и нет осмотра заведующего отделением в течение 48-и часов с момента поступления. В медицинской карте имеется несколько электрокардиограмм без указания ФИО, даты и времени регистрации, что не позволяет идентифицировать их принадлежность его жене.

04.07.2023г в 14.30 в нарушение маршрутизации пациентов с острым коронарным синдромом жена была переведена в ПСО № кардиологического отделения ГУЗ «Барышская РБ». Сам перевод осуществлен с существенной задержкой по времени - спустя более 5-ти часов с момента ухудшения состояния (выраженный болевой синдром, гипотония, пароксизм фибриляции предсердий).

В ст.4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» указано, что основными принципами охраны здоровья являются, в том числе соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечения связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи.

В соответствии со ст.5 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», мероприятия по охране здоровья должны проводиться на основе признания, соблюдения и защиты прав граждан и в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Государство обеспечивает гражданам охрану здоровья независимо от пола, расы, возраста, национальности, языка, наличия заболевания, состояний, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и от других обстоятельств.

Действия Ответчика нанесли ему моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, в частности, в переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния его жены, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания жене необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за ее страданиями и осознанием того обстоятельства, что жену можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. Он осознавал невозможность повлиять на ситуацию и испытывал чувство беспомощности.

Находился чрезмерно длительное время в психотравмирующей ситуации, пока шла судебно-медицинская экспертиза. Появилось чувство страха при мысли посещения больницы.

Снизилась работоспособность и появилась апатия, чего раньше не замечал. По ночам стал плохо спать, появилась бессонница. Появилось чувство одиночества и вместе с ним нежелание идти домой, а куда-нибудь уехать далеко-далеко. Стала проявляться нервозность и раздражительность. Он лишился полноценной семьи.

В соответствии с положениями Конституции РФ и ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность личной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Сумму компенсации причиненного ему морального вреда Ответчиком оценивает в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей. Данная сумма обусловлена тем, что он понес физические и нравственные страдания в связи со смертью жены, вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской помощи работниками ГУЗ «Николаевская РБ».

На основании изложенного, истец просит суд: 1.Взыскать с ответчика ГУЗ «Николаевская РБ» денежные средства в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей в качестве компенсации морального вреда в пользу истца. 2.Взыскать с ответчика ГУЗ «Николаевская РБ» денежные средства в размере 3 000 (три тысячи) рублей расходы по уплате государственной пошлины в пользу истца.

В ходе рассмотрения дела истцом ФИО2 подано заявление об увеличении исковых требований, в котором указано следующее. Согласно заключению судебно- медицинской экспертизы №-КМ от ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ «Барышская РБ» медицинская помощь его супруге ФИО1, также как и ГУЗ «Николаевская РБ», оказана ненадлежащим образом, с нарушениями стандартов ее оказания. В связи с этим по тем же основаниям, что изложено в исковом заявлении просит суд взыскать в свою пользу с ГУЗ «Барышская РБ» 1 000 000 (один миллион) рублей в качестве компенсации морального вреда.

Истец ФИО2 в судебном заседании свои исковые требования к ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ» поддержал в полном объеме, просил удовлетворить их, обосновав доводами, изложенными в исковом заявлении, пояснив следующее. В соответствии со ст.2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья ст.41 Конституции РФ. Каждый имеет право на охрану здоровья медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений. Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в РФ, регулируются ФЗ от 21.11.2011 № 323- ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ ".

В силу ст.4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»),

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни или здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни или здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни или здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления следует, что основание обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда явилось некачественное оказание медицинской помощи жене, приведшее к смерти, согласно п. 2.2. СМЭ - медицинская помощь ФИО1 работниками ГУЗ «Николаевская РБ» в период с

по ДД.ММ.ГГГГ оказана была ненадлежащего качества. Выявленные недостатки: несвоевременное и неправильная диагностика заболевания, не представление рекомендаций по полноте обслуживания для установления диагноза, не проведение пациентке всех необходимых лечебных мероприятий, ограничили право пациентки на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на

принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье). В исковом заявлении указал нравственные переживания, который он до сих пор переживает. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на

принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь. Ранее указывал, что п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Описать душевное состояние после всего пережитого в полной мере не может. Потеря близкого человека никак не может быть восполнена. Это является причиной постоянных тревог и переживаний. До сих пор находится в «шоковом» состоянии, до настоящего времени не может смириться с утратой жены. Чем дальше уходит время смерти жены, тем меньше должна бы быть душевная боль, но она не утихает, а только усиливается, при мысли, что жену можно было спасти, если бы не были нарушены установленные стандарты оказания медицинской помощи. Все это причиняет ему дополнительные нравственные страдания. Смертью близкого ему человека (жены) было нарушено его нематериальное благо - семейная жизнь. Какие еще последствия смерти жены ждут его в будущем неизвестно. Человеческая жизнь бесценна. И как оценить ее стоимость неизвестно. Сумма 2 000 000 руб. считает является справедливой оценкой моральных страданий в связи с потерей близкого человека. Компенсация морального ущерба - это вообще единственный платеж, который "причитается" близким погибшего человека.

Не согласен с позицией представителя ГУЗ "Барышская РБ", который акцентирует внимание на причинно-следственной связи смерти его жены. Требования к ГУЗ «Барышская РБ» обосновав следующим. Он обратился в суд с требованием о компенсации причиненного

морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи его жене, приведшее к смерти. Медицинская помощь ФИО1 работниками ГУЗ "Барышская РБ" в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. оказана была ненадлежащего качества, то есть было ограничено право пациентки на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека и их взаимосвязи с нормами Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены требования о компенсации морального вреда. Здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь. В абзаце втором п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № 10 "Некоторые вопросы применения

законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Смертью близкого ему человека (жены) было нарушено его нематериальное благо - семейная жизнь. Человеческая жизнь бесценна. Как оценить ее стоимость неизвестно. Считает, что сумма 1 000 000 рублей является справедливой оценкой моральных страданий в связи с потерей близкого ему человека, потеря которого никак не может быть восполнена.

Представитель ответчика ГУЗ «Николаевская РБ» по доверенности ФИО5 в судебном заседании пояснила, что с исковыми требованиями истца не согласны, пояснив следующее. 30.06.2023г. ФИО1 обратилась на прием к терапевту ФИО13 с жалобами на боли за грудиной. Больная в 10 час. 00 мин. госпитализирована в терапевтическое отделение с диагнозом: ИБС. Стенокардия напряжения III ФК. Атеросклеротический кардиосклероз. ПИКС. Пароксизмальные нарушения сердечного ритма «По анамнезу». При поступлении предъявляет жалобы: на периодические давящие боли за грудиной при ходьбе около 500м, котирующиеся эринитом, периодические приступы сердцебиения, кратковременные, проходящие самостоятельно. В отделении сделана ЭКГ- ритм синусовый, признаки кардиосклероза, депрессия ST (I, AV2 V5-V6 -без отрицательной динамики в сравнении от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15 тест - отрицательный ДД.ММ.ГГГГ.

отмечено улучшение самочувствия, проводится обследования: OAK, ОАМ, биохимический анализ крови - сахар 21,42; холестерин - 6,47; креатинин - 175мммоль/литр; АСТ-28,8Е/л; АЛТ-22,7 Е/л; общий белок-69,8. 03.07.2023г проведен тропоминовый тест повторно - отрицательный. На ЭКГ уменьшилась депрессия STV4-V6, V2,I. ЭХО-КС- признаки дегенеративных изменений аорты. АК.МК,ТК, диллятации предсердий, снижение систолической функции левого желудочка 50%. Консультирована эндокринологом, проведена коррекция лечения, назначено обследование по анемии. ДД.ММ.ГГГГ резкое ухудшение состояния около 09.00 мин. Появились жалобы на перебои в работе сердца, сердцебиение, слабость, давящие боли. ЭКГ - фибриляция предсердий, депрессия ST-I, AVL, Y3-V6, 3QS, подъем ST. Проводится коррекция лечения протромбиновый тест- Отрицательный. В 09.30 мин - состояние больной ухудшилось, беспокоит выраженные боли за грудиной. Для купирования ангинозного приступа назначен морфин, продолжается интенсивная терапия в две вены. В 10 час. - боли за грудиной уменьшились. Консультирована по телефону с дежурным кардиологом ГУЗ «УОКБ», рекомендовано повторить тропоминовый тест через 2 часа. В 12 часов повторно консультирована с кардиологом ГУЗ «УОКБ» ФИО6 - по результатам ЭКГ кардиометром дважды+ЭКГ от 02.05.2023г - данных за острый коронарный синдром с подъемом ST- у больной нет. Рекомендовано решить вопрос о переводе в псо № 

<

адрес>. В М.ЗОмин больная в сопровождении реаниматолога санитарным транспортом ГУЗ «Николаевская РБ» направлена в ФИО16 псо№.

Согласно, заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ Министерства здравоохранения 

<

адрес> выявлены нарушения по оформлению и лечению больной ФИО1 При первичном осмотре жалобы описаны в полном объеме с описанием болевого синдрома, причин возникновения, связь с физической нагрузкой, продолжительность, способы купирования, анамнез заболевания подробно описан также при первичном осмотре в истории болезни. ЭКГ пленки подшиты к истории болезни. Причем в сравнении с ЭКГ пленками от апреля при стационарном лечении в хирургическом отделении - без отрицательной динамики.

ЭКГ пленки были интерпретированы совместно с врачом консультантом УОКБ. Подъем ST в одном отведении не может быть достоверным признаком ОИМ, в связи, с чем не был проведен тромболизис. Обезболивание путем введения анальгина и димедрола - безотлагательно, обезболивание морфином проведено через 20 мин после ухудшения состояния, что не дает основания утверждать, что обезболивание было неадекватным. После ухудшения состояния пациентке незамедлительно была проведена пульсоксиметрия и обеспечена подача увлажненного кислорода, что отмечено в истории болезни.

По заключению эксперта ФИО7 (экспертиза №от ДД.ММ.ГГГГ) - не было показаний для проведения тромболитической терапии (нет достоверных признаков ОКС с подъемом ST по ЭКГ, что подтверждено сравнением с предыдущими ЭКГ пленками и данными консультации с врачом-кардиологом УОКБ, который оценивал ЭКГ путем передачи данных через кардиометр). Хотя оценка сознания по шкале ком Глазго проведена при поступлении. Цефтриаксон был назначен в связи с воспалительными изменениями в общем анализе мочи.

Ссылаясь на нормы закона в исковом заявлении истец не учитывает тот момент, что при оказании медицинской помощи пациенту вред никакой не причинен, а наоборот работники медицинского учреждения провели все необходимые мероприятия для улучшения состояния пациента.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации определяется судом в денежной форме и зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимости от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Кроме того, в пунктах 2 и 8 данного Постановления от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (в т.ч. здоровье). Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения. Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Согласно ст. 1101 ГК РФ моральный вред определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В любом случае, действующим законодательством не презюмируется безусловное наличие морального вреда, как его наличие, так и его размер подлежат доказыванию истцом.

Необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий. Степень же нравственных или физических страданий должна оцениваться с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей личности и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Полагает, что обстоятельства наличия морального вреда и размер денежной компенсации не доказаны, и не подтверждены материалами дела. Предъявляемая ко взысканию с ГУЗ «Николаевская РБ» сумма явно завышена, не соответствует характеру нравственных страданий истца и не подтверждена доказательствами. Заявление истца о том, что он перетерпел физические или нравственные страдания не является достаточным для определения наличия морального вреда и определения его размера. ГУЗ «Николаевская РБ» считает, что факт наступления вреда для истца им не доказан и материалами дела не подтверждается, следовательно, основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют. Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно- следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности и наступившими последствиями у пациента. Исходя из указанных выше норм материального права, по настоящему делу суду подлежит установление наличия причинно-следственной связи между причинением морального вреда и нарушениями, допущенными медицинским персоналом ГУЗ «Николаевская РБ».

Представитель ответчика ГУЗ «Николаевская РБ» по доверенности ФИО8 в судебном заседании пояснила, что с исковыми требованиями не согласны в полном объеме. Диагноз «нестабильная стенокардия» не мог быть выставлен ФИО1, потому что нестабильная стенокардия - это острое состояние, которое возникает в течение 28 дней. Жалобы на боли за грудиной были с апреля по истории болезни 2023 года. Длительность этих приступов более 20 минут не купируется лекарственным препаратом. У нее такого не было. Диагноз был поставлен стенокардия напряжения 3 ФК и госпитализирована была она в терапевтическое отделение ГУЗ «Николаевская РБ».

Представитель ответчика ГУЗ «Барышская РБ» и.о. главного врача ФИО9 в судебном заседании не участвовал, извещен надлежаще. В возражениях на исковое заявление указал следующее. Имеющиеся в анамнезе у ФИО1 сахарный диабет 2-го типа, гипертоническая болезнь и ожирение - являются основными факторами риска развития сердечно-сосудистых осложнений в виде острого инфаркта миокарда, острого нарушения мозгового кровообращения, а том числе с фатальным исходом. К маркерам высокого риска неблагоприятного исхода относится и возраст пациентов (60 лет и старше).

Следует отмстить, что пациенты с сахарным диабетом имеют высокий или очень высокий риск сердечнососудистых событий, в том числе с неблагоприятным исходом, особенно пациенты среднего и старшего возраста. Сахарный диабет 2-го типа в среднем удваивает риск сердечно-сосудистых заболеваний и уменьшает ожидаемую продолжительность жизни, при этом абсолютный риск является максимальным у пациентов с поражением органов-мишеней (сердце, артерии, головной мозг, почки, сетчатка глаза).

Для пациентов с сахарным диабетом характерно многососудистое, диффузное поражение коронарного русла и выраженный кальциноз коронарных артерий. Смертность при развитии острого коронарного синдрома у пациентов с сахарным диабетом выше в 2-3 раза.

Неблагоприятный исход заболевания у ФИО10 обусловлен давностью имеющегося сахарного диабета 2-го типа, гипертонической болезнью и ожирением, которые способствовали развитию прогрессированию генерализованного атеросклероза (поражение сосудов головного мозга, аорты, коронарных артерий и других магистральных артерий), что привело к развитию фатальных осложнении в виде острого инфаркта миокарда, левожелудочковой недостаточности, что в совокупности с кардиогенным шоком и привело к наступлению смерти.

Согласно судебно-медицинской экспертизы по материалам дела №-КМ от

года экспертной комиссией дана опенка действиям врачей ГУЗ «Барышская РБ», так, при первичном осмотре ФИО1 в ГУЗ «

<

адрес> больница» 04.07.2023г. в 16.00 выставлен предварительный диагноз «ИБС. ОКС без подъема ST. ТЭЛА? ОСЫ IV. Кардиогенный шок. Пароксизмальная форма МА. Сахарный диабет тип 2, декомпенсация.

Синдром «полиорганной недостаточности», определён риск неблагоприятного исхода по шкале GRACH с суммой 156 баллов - высокий, т.е. был показан перевод в Региональный сосудистый центр ГУЗ «УОКБ» для выполнения рентгенэндоваскулярного вмешательства.

При поступлении в 16.00 выполнена электрокардиография с помехами в стандартных (1,11,111) и усиленных (AYR. AVL, ACT) отведениях, а так же в VI, при наличии серии дефектов регистрации не была переснята электрокардиограмма. На электрокардиограмме, снятой 04.07.2023г. в. 20.30 зарегистрирован подъем сегмента ST в 111 и AVF отведениях с формированием патологического зубца Q, что является признаком развития трансмуральной ишемии миокарда нижней стенки левого желудочка, обусловленной окклюзией коронарной артерии. В результате такой ишемии, при её естественном течении (без патогенетического Лечения) происходит некроз достаточно большого участка сердечной мышцы, как правило, трансмуральный.

Наличие такого некроза сопряжено с очень высоким риском смерти от фатальных нарушений ритма и проводимости сердца, разрыва миокарда и острой сердечной недостаточности. В дневниках динамического наблюдения не нашла отображение отрицательная динамика по электрокардиограмме и виде подъёма сегмента ST в 111 и AVF отведении с формированием патологического зубца Q. У пациентов с инфарктом миокарда 6 подъёмом ST и кардиогенным шоком для улучшения прогноза рекомендуется скорейшая реваскуляризация миокарда для улучшения исхода лечения, при невозможности выполнения чрескожного коронарного вмешательства рекомендуется рассмотреть возможность проведения системной тромболитической терапии, чего сделано не было в отношении ФИО1 - нарушены п.п. 23.32,35 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями». Разделов 2.2, 3.9.3 Приказа Минздрава России №н от 10.05.2017г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Разделов 3.1.1; 3.1.2; 3.1.3 Клинических рекомендаций «Острый инфаркт миокарда с подъёмом сегмента ST электрокардиограммы», 2020г.

При наличии сердечной недостаточности не назначены антагонисты альдостерона, антибактериальный препарат цефтриаксон назначен не обоснованно. В медицинской карте отсутствуют данные о назначении сахароснижающих лекарственных препаратов.

Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. в прямой причинно- следственной связи со смертью ФИО1 не состоят, однако создали риск прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отёком лёгких и кардиогенного шока).

По заключению эксперта ФИО7 (экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ)- не было показаний для проведения тромболической терапии (нет достоверных признаков ОКС с подъёмом ST по ЭКГ, что подтверждено сравнением с предыдущими ЭКГ пленками и данными консультации с врачом-кардиологом УОКГ, который оценивал ЭКГ путем передачи данных через кардиометр).

Цефтриаксон был назначен в связи с воспалительными изменениями в общем анализе мочи, в общем анализе крови.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имущества гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Истцом доказательств причинно-следственной связи между действиями врачей ГУЗ «

<

адрес> больница» и смертью ФИО1 не представлено. В ходе расследования уголовного дела в деянии медицинских работников ГУЗ «

<

адрес> больница» вина в смерти ФИО1 в установленном законом порядке не определена.

В соответствии со ст. 49 Конституции РФ каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в силу приговором суда.

Кроме того факт причинения смерти ФИО1 по неосторожности в холе предварительного следствия не установлен, каких-либо действий, состоящих в прямой причинно-следственной связи с ее смертью, не выявлено. Имеются все основания полагать, что смерть ФИО1 носит не криминальный характер, данных о причастности иных лиц к ее смерти не имеются.

Уголовное дело по факту смерти ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1. ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 109 ч.2 УК РФ в деяниях медицинских работников ГУЗ «Барышская РБ».

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных пли физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Истцом не было конкретизировано, почему он считает именно указанную сумму обоснованной для компенсации ему морального вреда. Он никак не обосновывает именно такую значительную сумму требований.

На основании изложенного просит суд требования истца ФИО2 о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей к ГУЗ «Барышская РБ» оставить без удовлетворения.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения 

<

адрес> в судебном заседании не участвовал, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя Министерства. Представитель Министерства по доверенности ФИО11 в отзыве на исковое заявление указал следующее. ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ» являются государственными бюджетными учреждениями. В соответствии с положениями ст.123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности. Оказание медицинской помощи является основной деятельностью ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ», что предусмотрено уставами учреждений. Ссылаясь на ст.ст.1064, 1068,151 ГК РФ, считает, что по делу подлежит установление наличия причинно-следственной связи между причинением морального вреда и нарушениями, допущенными медицинским персоналом ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ».

Представитель соответчика ГУЗ «УОКБ» в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежаще.

Третье лицо ФИО12 в судебном заседании заявила о несогласии с исковыми требованиями в полном объеме. Полагает, что ГУЗ «Николаевская РБ» приняла все необходимые меры по оказанию больной ФИО1 медицинской помощи. При жизни у больной имелись заболевания: сахарный диабет 2 типа, гипертоническая болезнь 3 степень, ишемическая болезнь сердца, диагноз был выставлен в апреле 2023 года. Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи ГУЗ «Николаевская РБ» в прямой причинно-следственной связи со смертью больной не состоят. Сахарный диабет 2-го типа, гипертоническая болезнь и ожирение являются основными факторами риска развития сердечно-сосудистых осложнений в виде острого инфаркта миокарда, острого нарушения мозгового кровообращении, в том числе с фатальным исходом. Отсутствие недостатков в оказании медицинской помощи ГУЗ «Николаевская РБ» не могло гарантировано предотвратить наступление смерти, по результатам экспертного заключения.

Третьи лица ФИО13, ФИО14 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.

Судом определено о рассмотрении дела при данной явке.

Суд, выслушав пояснения истца, представителей ответчиков, третьего лица, заключение старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО4, полагавшего требования заявленные истцом ФИО2 к ГУЗ «Николаевская РБ» и ГУЗ «Барышская РБ» обоснованными и подлежащими удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела, приходит к следующему.

На основании статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, суд дает оценку только тем доводам и доказательствам, которые были представлены сторонами и исследовались в судебном заседании.

Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным требованиям.

Согласно ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 ст.1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерла ДД.ММ.ГГГГ, место смерти 

<

адрес> РФ (л.д.7). ФИО2 и ФИО1 являлись супругами.

Из материалов дела следует, что ФИО1, в период с ДД.ММ.ГГГГ по

находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Николаевская РБ». ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 резко упало артериальное давление. Обратившись в ГУЗ «Николаевская РБ», ФИО1 пояснила, что у нее наблюдается сухость во рту. Слабость нижних конечностей. В ходе обследования она была направлена на прохождение флюорографии, ЭКГ, сдачу анализов. По итогам ей был выставлен диагноз стенокардия.

ФИО1 вновь обратилась в ГУЗ «Николаевская РБ» с жалобами на боли за грудиной сжимающего характера, одышку при ходьбе, общую слабость.

Далее с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Николаевская РБ». ДД.ММ.ГГГГ наблюдалось улучшение самочувствия, однако ДД.ММ.ГГГГ, последовало резкое ухудшение состояния здоровья. ФИО1 жаловалась на боли в сердце, перебои в работе сердца. ФИО1 было назначено сдать анализы, провести ЭКГ, тропониновый тест. Начато лечение - анальгин с димедролом, дофамин и другие. Затем около 12 часов 30 минут больная была консультирована с заведующей кардиологическим отделением Г ICO № ГУЗ «Барышская РБ» и согласован перевод больной в указанную больницу. Вплоть до перевода в ГУЗ «Барышская РБ» ФИО1 проводилась терапия. Затем, около 14 часов 30 минут, больная в сопровождении реаниматолога ГУЗ «николаевская РБ» переправлена в ГУЗ «Барышская РБ» для дальнейшей терапии.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась в больничном отделении ГУЗ «Барышская РБ», где ее состояние ухудшалось и ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут, ФИО1 скончалась.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №-КМ от 13.05.2024

года:

1.Ответ на вопрос: Какова причина смерти ФИО1?

Причиной смерти ФИО1 явилась ишемическая болезнь сердца в форме острого трансмурального инфаркта миокарда передненаружной стенки левого желудочка с переходом на верхушку и межжелудочковую перегородку, протекавшая на фоне соматической патологии - сахарного диабета 2-го типа, ожирения и гипертонической болезни, осложнившаяся острой левожелудочковой недостаточностью с отеком легких и кардиогенным шоком.

2.0твет на вопрос: Имеются ли нарушения в оказании медицинской помощи ФИО1 врачами ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? Если да, то какие и кем они допущены? Имеется ли прямая причинно- следственная связь между выявленными нарушениями в оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением ее смерти?

ФИО1, 1960г.р. обратилась (с целью динамического наблюдения и выписки рецептов) 29.06.2023г. к участковому терапевту поликлинического отделения ГУЗ «

<

адрес> больница» с жалобами на сухость во рту, слабость в нижних конечностях.

Анамнез, в карте изложен скудно. В объективном статусе отклонений от нормы не описано.

Выставлен диагноз «Инсулиннезависимый сахарный диабет 2 типа с множественными осложнениями. Артериальная гипертензия 3 ст. 2 ст. ГЛЖ. ХСН 2А».

Назначена медикаментозная терапия: периндоприл 8 мг/д, карведилол 25 мг/д, тромбоасс 100 мг/д, аторвастатин 40 мг на ночь, торасемид 5 мг утром.

Выписаны рецепты на следующие лекарственные препараты: метформин 1000 мг 2 р/

<

адрес> (нет), галвус 25 мг/

<

адрес>, гликлазид 30 мг по 2 таблетки №.

В карте имеется лента электрокардиограммы без указания даты и времени исполнения, без описания.

30.06.2023г. в 09.10 ФИО1 обратилась (с лечебно-диагностической целью) к врачу поликлинического отделения неотложной помощи ГУЗ «

<

адрес> больница» с жалобами на боли за грудиной сжимающего характера, снимаемые эринитом, одышку при ходьбе, слабость.

Со слов, боли беспокоят в течение около месяца, анамнез жизни изложен скудно («ДОА, АГ, СД»).

Выставлен диагноз «ИБС. Стенокардия напряжения 2-3 ф.к. ХСН 2А. Сахарный диабет 2 типа, средней степени тяжести».

Оказана неотложная помощь: анальгин 50%-2,0 + димедрол 1%-1,0 в/м.

Имеется запись о назначении/рекомендации электрокардиографии - указано, что без отрицательной динамики.

После осмотра пациентки выдано направление на госпитализацию в терапевтическое отделение.

Диагноз выставлен некорректно: с учетом жалоб на загрудинные боли сжимающего характера, возникшие в течение предшествующего месяца, необходимо было выставить диагноз «Нестабильная стенокардия» (за место «Стенокардия напряжения»).

Согласно п.1.5. Клинических рекомендаций «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы», 2020г.: нестабильная стенокардия - остро возникшая или утяжелившаяся стенокардия, когда тяжесть и продолжительность ишемии недостаточны для развития некроза кардиомиоцитов (выброса в кровоток биомаркеров некроза миокарда в количестве, достаточном для диагностики острого инфаркта миокарда), включает пациентов с затяжным (более 20 минут) ангинозным приступом в покое, впервые возникшей, прогрессирующей и постинфарктной стенокардией.

В связи с некорректно выставленным диагнозом, последующее направление на госпитализацию было не по профилю - в терапевтическое отделение.

Пациенты с нестабильной стенокардией должны быть экстренно направлены в медицинскую организацию, оказывающую специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь по профилю «кардиология» или «сердечнососудистая хирургия» (п.п. 15, 32, 33 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями»).

Пациентку необходимо было бригадой скорой медицинской помощи доставить в медицинскую организацию, имеющую в своей структуре отделение рентгенохирургических методов диагностики и лечения, отделение анестезиологии-реанимации и оказывающую специализированную медицинскую помощь больным с неотложными и экстренными сердечнососудистыми заболеваниями (острый коронарный синдром и другие угрожающие жизни состояния).

30.06.2023г. в 09.25 ФИО1 обращается в терапевтическое отделение ГУЗ «

<

адрес> больница», при первичном осмотре предъявляла жалобы на периодические давящие боли за грудиной при ходьбе на расстояние около 500 метров, одышку при нагрузке, периодические приступы сердцебиения, кратковременные, проходящие самостоятельно. При сборе анамнеза установлено: страдает артериальной гипертензией несколько лет, принимает гипотензивные и мочегонные препараты, с апреля 2023 года стали беспокоить загрудинные приступообразные боли, при обращении к врачу- терапевту сделана электрокардиограмма - без динамики.

Выставлен предварительный диагноз «ИБС. Стенокардия напряжения III ФК. Атеросклеротический кардиосклероз. ПИКС? Пароксизмальная форма нарушения сердечного ритма (без верификации) по анамнезу. Сахарный диабет, 2 тип на ТССП. Множественные диабетические осложнения».

Составлены план обследования и лечения.

При поступлении 30.06.2023г. на электрокардиограмме зарегистрированы изменения в виде патологического зубца Q в III, AVF, снижение зубца R в верхушке и боковой стенки левого желудочка, субэндокардиальная ишемия в нижне-верхушечно- боковой стенке левого желудочка (III, AVF, Y3-V6).

В сравнении с электрокардиограммой от 02.05.2023г. без отрицательной динамики.

Но, учитывая клинические проявления в виде ангинозных приступов в течение месяца, связанных с нагрузкой, сопровождающиеся одышкой при физической нагрузке, отсутствие ранее верифицированного диагноза «ИБС», наличие изменений на электрокардиограмме, на момент поступления ФИО1 в терапевтическое отделение ГУЗ «

<

адрес> больница» 30.06.2023г. ей должен был быть выставлен следующий диагноз «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST», чего сделано не было.

В связи с неверно выставленным диагнозом при поступлении 30.06.2023г. в терапевтическое отделение ГУЗ «

<

адрес> больница» не была проведена оценка риска неблагоприятного исхода по шкале GRACE для определения дальнейшей стратегии лечения.

Установка ошибочного диагноза «ИБС. Стенокардия напряжения 3 ФК» в последующем способствовала несвоевременному и ненадлежащему выполнению необходимых пациентке диагностических и лечебных мероприятий.

В нарушение п.п. 32, 33 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями», ФИО1 не была госпитализирована в ближайшую медицинскую организацию, имеющую в своей структуре кардиологическое отделение с палатами реанимации и интенсивной терапии, в штатную численность которого входят врачи- кардиологи или врачи-анестезиологи-реаниматологи.

Таким образом, ФИО1 для проведения лечения должна была быть госпитализирована 30.06.2023г. в ГУЗ «Барышская районная больница» в соответствие с маршрутизацией, утвержденной Распоряжением Министерства здравоохранения 

<

адрес> №-р от 21.09.2022г. «О внесении изменений в распоряжение Министерства здравоохранения Ульяновской области от 12.04.2022г. №-р».

Пациентке были назначены не показанные ей к применению лекарственные препараты: калия хлорид 4%-10,0 (при отсутствии исходного уровня калия крови и контроля данного показателя в период применения препарата - с 30.06.2023г. по 04.07.2023г.), рибоксин 2%-10,0, цефтриаксон 2,0, аскорбиновая кислота 5%-4,0.

Вышеперечисленные лекарственные препараты не входят в стандарт лечения ишемической болезни сердца и острого коронарного синдрома, назначены без решения врачебной комиссии и обоснования в нарушение Приказа Минздрава России от 24.11.2021г. №н «Об утверждении Порядка назначения лекарственных препаратов, форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, Порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения, форм бланков рецептов, содержащих назначение наркотических средств или психотропных веществ, Порядка их изготовления, распределения, регистрации, учета и хранения, а также Правил оформления бланков рецептов, в том числе в форме электронных документов».

При оценке общего состояния пациентке как средней степени тяжести не обеспечено должное динамическое наблюдение - осмотр 2-4 раза в сутки с внесением данных в медицинскую карту стационарного больного.

Пациентка осматривалась 30.06.2023г. в 10.00 при поступлении, следующий осмотр осуществлен только 03.07.2023г. в 08.50 и последующий осмотр 04.07.2023г. в 09.00 уже при ухудшении состояния.

В нарушение руководства «Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом» 10 выпуск (дополненный) от 2022г. и Клинических рекомендаций «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», 2019г., у пациентки 01.07.2023г. и 02.07.2023г. глюкоза крови не определялась, 03.07.2023г., несмотря на нецелевой уровень глюкозы крови, гликемический профиль (не менее 4 раз в сутки) не назначен, также не назначено определение уровня гликированного гемоглобина, назначено, но не проведено определение наличия кетонов в моче.

При ухудшении состояния 04.07.2023г. не проведена ревизия диагноза - диагноз острого коронарного синдрома/нестабильной стенокардии пациентке не выставляется. У пациентки имеются признаки кардиогенного шока (стойкая гипотензия, потребовавшая введения вазопрессоров, признаки гипоперфузии - холодный пот, акроцианоз), что не нашло отражения в диагнозе.

В медицинской карте отсутствует обоснование клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления в стационар и нет осмотра заведующего отделением в течение 48-и часов с момента поступления.

04.07.2023г. в 09.00 при ухудшении состояния пациентки (нарастание одышки, слабости, артериальное давление 80/60 мм.рт.ст., частота сердечных сокращений 132 в минуту, сатурация 91%, акроцианоз) на консультацию не вызван реаниматолог, не осуществлен перевод в палату реанимации и интенсивной терапии (ПРИТ).

При развитии ангинозного статуса 04.07.2023г. в 09.00 выбран неверный способ обезболивания - анальгин + димедрол внутривенно, в то время, как пациентке было показано введение с данной целью морфина - введен 04.07.2023г.-в 09.35 только после отсутствия эффекта от анальгина с димедролом.

При применении кислородотерапии 04.07.2023г. отсутствуют указания о скорости подачи кислорода, имеющиеся данные показателей сатурации крови без пометок - на атмосферном воздухе или при проведении оксигенации, что не позволяет оценить адекватность кислородотерапии.

В медицинской карте имеется несколько электрокардиограмм без указаний ФИО, даты и времени регистрации, что не позволяет идентифицировать их принадлежность данной пациентке.

На электрокардиограмме от 04.07.2023г. в 09.05 с нарастанием изменений в 12.10 зарегистрирован подъем сегмента ST в III, AVF отведениях с реципрокными изменениями (горизонтальная депрессия ST и отрицательный Т) в I, II, AYL, депрессия ST V3-V6, что характерно для острого коронарного синдрома, с подъемом сегмента ST.

ФИО1 было показано проведение тромболитической терапии 04.07.2023г. в 09.05 как начальной стратегии реперфузии с последующим переводом в региональный сосудистый центр ГУЗ «УОКБ» для выполнения рентгенэндоваскулярного вмешательства согласно маршрутизации пациентов с острым коронарным синдромом, регламентированной Распоряжением Министерства здравоохранения 

<

адрес> №-р от ДД.ММ.ГГГГ «О внесении изменений в распоряжение Министерства здравоохранения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-р».

В нарушение п.п. 23,32,35 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями», Разделов 2.2, 3.9.3 Приказа Минздрава России №н от 10.05.2017г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Разделов 3.1.1; 3.1.2; 3.1.3 Клинических рекомендаций «Острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы», 2020г. - ФИО1 не осуществлена тромболитическая терапия при отсутствии возможности выполнить экстренное первичное чрескожное коронарное вмешательство в пределах 120 минут после установки диагноза и перевод в рентгенэндоваскулярное отделение Регионального сосудистого центра ГУЗ «УОКБ».

Во время телефонной консультации 04.07.2023г. в 10.30 с дежурным кардиологом ГУЗ «УОКБ» им не была предложена госпитализация в Региональный сосудистый центр, не обосновано рекомендовано повторить тропониновый тест с последующей консультацией.

Согласно Раздела 2.3. Клинических рекомендаций «Острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы», 2020г.: «лабораторное подтверждение некроза миокарда с помощью исследования уровня тропонинов носит формальный характер и имеет не первостепенное значение. Все основные решения по оказанию помощи пациенту с ИМ п ST не зависят от лабораторного подтверждения. Более того, важнейшие решения, например решение о введении тромболитика или проведении первичного ЧКВ, не должны откладываться до получения информации об уровне тропонина».

Согласно дневниковой записи от ДД.ММ.ГГГГ в 14.30 перед транспортировкой пациентки санитарным транспортом в ГУЗ «

<

адрес> больница» она была осмотрена реаниматологом, однако протокола осмотра в медицинской карте нет.

04.07.2023г. в 14.30 в нарушение маршрутизации пациентов с острым коронарным синдромом ФИО1 была переведена в ПСО № кардиологического отделения ГУЗ «

<

адрес> больница» с некорректно установленным диагнозом «ИБС. Острый коронарный синдром без подъема ST».

Кроме того, сам перевод осуществлен с существенной задержкой по времени - спустя более 5-и часов с момента ухудшения состояния (выраженный болевой синдром, гипотония, пароксизм фибрилляции предсердий).

Резюмируя вышеизложенное, медицинская помощь ФИО1 работниками ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 29.06.2023г. по 04.07.2023г. оказана была ненадлежащего качества.

Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 29.06.2023г. по 04.07.2023г. в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят, однако создали риск прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и развития осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отеком легких и кардиогенного шока).

Отсутствие недостатков в оказание медицинской помощи работниками ГУЗ «

<

адрес> больница» не могло гарантированно предотвратить наступление смерти, однако могло увеличить шансы ФИО1 на благоприятный исход.

Имеющиеся в анамнезе у ФИО1 сахарный диабет 2-го типа, гипертоническая болезнь и ожирение - являются основными факторами риска развития сердечно-сосудистых осложнений в виде острого инфаркта миокарда, острого нарушения мозгового кровообращения, в том числе с фатальным исходом. К маркерам высокого риска неблагоприятного исхода относится и возраст пациентов (60 лет и старше).

Следует отметить, что пациенты с сахарным диабетом имеют высокий или очень высокий риск сердечно-сосудистых событий, в том числе с неблагоприятным исходом, особенно пациенты среднего и старшего возраста. Сахарный диабет 2-го типа в среднем удваивает риск сердечно-сосудистых заболеваний и уменьшает ожидаемую продолжительность жизни, при этом абсолютный риск является максимальным у пациентов с поражением органов-мишеней (сердце, артерии, головной мозг, почки, сетчатка глаза).

Для пациентов с сахарным диабетом характерно многососудистое, диффузное поражение коронарного русла и выраженный кальциноз коронарных артерий. Смертность при развитии острого коронарного синдрома у пациентов с сахарным диабетом выше в 2-3 раза.

Неблагоприятный исход заболевания у ФИО1 обусловлен давностью имеющегося сахарного диабета 2-го типа, гипертонической болезнью и ожирением, которые способствовали развитию и прогрессированию генерализованного атеросклероза (поражение сосудов головного мозга, аорты, коронарных артерий и других магистральных артерий), что привело к развитию фатальных осложнений в виде острого инфаркта миокарда, левожелудочковой недостаточности, что в совокупности с кардиогенным шоком и привело к наступлению смерти.

3.Ответ на вопрос: Имеются ли нарушения в оказании медицинской помощи ФИО1 врачами ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? Если да, то какие и кем они допущены? Имеется ли прямая причинно- следственная связь между выявленными нарушениями в оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением ее смерти?

При первичном осмотре ФИО1 в ГУЗ «

<

адрес>

больница» 04.07.2023г. в 16.00 выставлен предварительный диагноз «ИБС. ОКС без подъема ST. ТЭЛА? ОСИ IV. Кардиогенный шок. Пароксизмальная форма МА. Сахарный диабет тип 2, декомпенсация. Синдром полиорганной недостаточности», определен риск неблагоприятного исхода по шкале GRACE с суммой 156 баллов - высокий, т.е. был показан перевод в Региональный сосудистый центр: ГУЗ «У ОКБ» для: выполнения

рентгенэндоваскулярного вмешательства.

При поступлении в 16.00 выполнена электрокардиография с помехами в стандартных (I, ИДИ) и усиленных (AYR, AVL, AYF) отведениях, а так же в VI, при наличии серии дефектов регистрации не была переснята электрокардиограмма.

На электрокардиограмме, снятой 04.07.2023г. в 20.30 зарегистрирован подъем сегмента ST в III и AVF отведениях с формированием патологического зубца Q, что является признаком развития трансмуральной ишемии миокарда нижней стенки левого желудочка, обусловленной окклюзией коронарной артерии.

В результате такой ишемии, при ее естественном течении (без патогенетического лечения) происходит некроз достаточно большого участка сердечной мышцы, как правило, трансмуральный. Наличие такого некроза сопряжено с очень высоким риском смерти от фатальных нарушений ритма и проводимости сердца, разрыва миокарда и острой сердечной недостаточности.

В дневниках динамического наблюдения не нашла отображение отрицательная динамика по электрокардиограмме в виде подъема сегмента ST в III и AVF отведении с формированием патологического зубца Q.

У пациентов с инфарктом миокарда с подъемом ST и кардиогенным шоком для улучшения прогноза рекомендуется скорейшая реваскуляризация миокарда для улучшения исхода лечения, при невозможности выполнения чрескожного коронарного вмешательства рекомендуется рассмотреть возможность проведения системной тромболитической терапии, чего сделано не было в отношении ФИО1 - нарушены п.п. 23,32,35 Приказа Минздрава России от 15.11.2012г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями», Разделов 2.2, 3.9.3 Приказа Минздрава России №н от 10.05.2017г «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Разделов 3.1.1; 3.1.2; 3.1.3 Клинических рекомендаций «Острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы», 2020г.

При наличии сердечной недостаточности не назначены антагонисты альдостерона антибактериальный препарат цефтриаксон назначен не обоснованно.

В медицинской карте отсутствуют данные о назначении сахароснижающих лекарственных препаратов.

Резюмируя вышеизложенное, медицинская помощь ФИО1, работниками ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. оказана была ненадлежащего качества.

Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. в прямой причинно- следственной связи со смертью ФИО1 не состоят, однако создали риск прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отеком легких и кардиогенного шока).

4.0твет на вопрос: Какие заболевания имелись у ФИО1 при жизни?

4.1.У ФИО1 при жизни имелись следующие заболевания: -«Сахарный диабет 2 тип. Целевой уровень HBAlc 

<

 7,0%. Диабетическая дистальная периферическая полинейропатия нижних конечностей, сенсомоторная форма.

Диабетические макроангиопатии: периферическая ангиопатия нижних конечностей. ХАН левой правой нижних конечностей 1ст. Синдром диабетической стопы, нейропатическая форма»;

-«Избыточная масса тела» (по разным данным ожирение I-II степени);

-«Плоско-вальгусная деформация левой стопы. Застарелый переломовывих в суставе Шопара и Лифранка. Оперативное лечение в 2022г.»;

-«Гипертоническая болезнь III стадии. Контролируемая АГ. Избыток массы тела. Сахарный диабет 2-го типа, целевой уровень гликированного гемоглобина 

<

8,0%. ХБП С4 стадии. ГЛЖ. Риск 4 (очень высокий). Целевое АД 130-139/

<

 мм.рт.ст.».

Диагноз «Ишемическая болезнь сердца» до 30.06.2023г. ФИО1 не выставлялся (л.д.9-33).

Данная экспертиза проведена экспертами Государственного казённого учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» Отдел сложных (комиссионных) экспертиз, в рамках предварительного расследования по уголовному делу по факту смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Оснований не доверять данному заключению, а также сомневаться в выводах комиссии экспертов у суда не имеется, экспертиза проведена экспертами, имеющими высшее специальное образование, обладающими специальными познаниями в области поставленных вопросов, имеющими продолжительный стаж и опыт работы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение судебной экспертизы сторонами не оспорено.

С учетом изложенного, суд не находит оснований не доверять данному заключению, указанное заключение экспертизы не противоречит материалам дела. Суд принимает заключение №-КМ от ДД.ММ.ГГГГ в качестве доказательства по делу, берет его за основу.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантировано право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41).

Согласно ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Согласно ст.З Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» законодательство в сфере охраны здоровья основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, принимаемых в соответствии с ним других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

В соответствии со ст.4 указанного Закона основными принципами охраны здоровья являются, в числе иных: 1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; 2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; 3) приоритет охраны здоровья детей; 5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья.

В п.21 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

На основании ст.98 вышеуказанного Закона, 1. Органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации. 2. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. 3. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и/или здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и/или здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленном законодательством РФ.

Согласно п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-трансцортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным следователем Новоспасского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитете РФ по 

<

адрес>, уголовное дело № по факту смерти ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 части первой ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях врачей ГУЗ «Николаевская РБ» ФИО12 и ФИО13, а также врача ГУЗ «Барышская РБ» ФИО14 признаков преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ (л.д.47-59).

Исходя из положений ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей., Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Поскольку, при оказании медицинских услуг супруге истца наступили негативные последствия, то именно на ответчиках ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ» лежит бремя доказывания обстоятельств, освобождающих их от ответственности за возникшие последствия. В данном случае вина медицинских учреждений в причинении вреда презюмируется, пока ответчиками она не опровергнута.

Из материалов дела следует, что врачи ФИО12 и ФИО13 являются работниками ГУЗ «Николаевская РБ», врач ФИО14 - работником ГУЗ «Барышская РБ».

В соответствии с п.11 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Поскольку, судом установлено, что недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 29.06.2023г. по 04.07.2023г. в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят, однако создали риск прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и развития осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отеком легких и кардиогенного шока). Отсутствие недостатков в оказание медицинской помощи работниками ГУЗ «

<

адрес> больница» не могло гарантированно предотвратить наступление смерти, однако могло увеличить шансы ФИО1 на благоприятный исход. Медицинская помощь ФИО1, работниками ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. оказана была ненадлежащего качества. Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «

<

адрес> больница» в период с 04.07.2023г. по 05.07.2023г. в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят, однако создали риск прогрессирования заболевания (острого инфаркта миокарда) и осложнений (острой левожелудочковой недостаточности с отеком легких и кардиогенного шока), истец ФИО2 имеет право на компенсацию морального вреда в связи со смертью супруги.

Таким образом, суд приходит к выводу, поскольку ответчиками ГУЗ «Николаевская РБ», ГУЗ «Барышская РБ» не представлены доказательства оказания ФИО1 медицинской помощи надлежащего качества, обязанность по возмещению причиненного истцу ФИО2 морального вреда следует возложить на ГУЗ «Николаевская РБ», а также на ГУЗ «Барышская РБ».

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства, суд не находит законных оснований для возложения обязанности по возмещению причиненного истцу ФИО2 морального вреда на ГУЗ «УОКБ».

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину

причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и Профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 годаИ 323- ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с ч.2 ст.1101 ГК РФ, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических инравственных страданий, а также степень вины причинителя вреда, учитывает требования разумности и справедливости, учитывает финансовое положение ответчиков.

Исходя из вышеизложенного, учитывая как фактические обстоятельства, так и наступившие последствия (смерть супруги), а также степень перенесенных, а также испытываемых, в связи с этим истцом ФИО2 физических и нравственных страданий, вызванных потерей близкого человека, длительность брачных отношений супругов, наступившие последствия, невосполнимость потери близкого человека, что является необратимым обстоятельством, нарушающим физическое и психологическое благополучие истца, его право на родственные и семейные связи, затрагивает его здоровье, самочувствие и настроение, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ГУЗ «Николаевская РБ» в пользу ФИО2 денежную компенсацию в возмещение морального вреда, полагает иск подлежащим удовлетворению частично, в размере 450 000 рублей, а также суд полагает необходимым взыскать с ГУЗ «Барышская РБ» в пользу ФИО2 денежную компенсацию в возмещение морального вреда, полагает иск подлежащим удовлетворению в данной части также частично, в размере 150 000 рублей, в остальной части исковых требований истцу ФИО2 следует отказать.

В соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ следует взыскать в пользу истца ФИО2 расходы на оплату государственной пошлины с ответчиков ГУЗ «Николаевская РБ» и с ГУЗ «Барышская РБ» в размере по 1500,00 рублей с каждого учреждения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ГУЗ «

<

адрес> больница», к ГУЗ «

<

адрес> больница» удовлетворить частично.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «

<

адрес> больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «

<

адрес> больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ГУЗ «

<

адрес> больница», к ГУЗ «

<

адрес> больница» - отказать.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «

<

адрес> больница» в пользу ФИО2 Г еннадьевича расходы на оплату государственной пошлины в размере 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «

<

адрес> больница» в пользу ФИО2 расходы на оплату государственной пошлины в размере 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Николаевский районный суд 

<

адрес> путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.М. Ханбекова

Решение в окончательной форме изготовлено 10.12.2024

Судья Н.М. Ханбекова