ПРИГОВОР

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Липецк 29 мая 2019 года

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе председательствующего:

судьи Кузнецовой Л.В.,

с участием государственного обвинителя Ермолаева А.А., 

подсудимого ФИО1, 

защитника Ретюнских А.П., 

представителя потерпевшего ФИО33, 

при секретарях Смольяниновой М.В., Вольных Е.Г., Губиной Т.О., Долгове В.С., 

рассмотрев материалы уголовного дела № 1-29/2019 в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч.3 п. «в» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, в крупном размере. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

ФИО1 в период времени с 09 часов 30 минут до 11.00 часов 22 мая 2018 года, находясь на территории гипермаркета «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, где находились поддоны с демонтированным стеллажным оборудованием, а именно: стеллаж ГM1 в количестве 17 штук на общую сумму 56 427 рублей 86 копеек, стеллаж ГМ2 в количестве 11 штук на общую сумму 36 512 рублей 14 копеек, стеллаж ГМ6 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ9 в количестве 4 штук на общую сумму 13 277 рублей 15 копеек; стеллаж ГМ13 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ14 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ15 в количестве 13 штук на общую сумму 43 150 рублей 17 копеек; стеллаж ГМ16 в количестве 1 штуки на сумму 9 957 рублей 86 копеек; стеллаж ГМ17 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ23 в количестве 21 штуки на общую сумму 69 705 рублей 01 копейка; стеллаж ГМ24 в количестве 2 штук на общую сумму 6 638 рублей 57 копеек; стеллаж ГМ27 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ28 в количестве 6 штук на общую сумму 19 915 рублей 72 копейки; стеллаж ГМ29 в количестве 2 штук на общую сумму 6 638 рублей 57 копеек; стеллаж ГМ30 в количестве 1 штуки на сумму 3 319 рублей 28 копеек; стеллаж ГМ65 в количестве 18 штук на общую сумму 59 474 рубля 15 копеек; стеллаж пристенный размером 2000*1250*600 в количестве 5 штук на общую сумму 16 596 рублей 43 копейки; стеллаж двусторонний в количестве 4 штук на общую сумму 13 277 рублей 15 копеек; стеллаж пристенный размером 250*600*1600 в количестве 8 штук на общую сумму 26 554 рубля 28 копеек, стеллаж пристенный размером 2000*1250*600 в количестве 45 штук на общую сумму 149 367 рублей 71 копейка, находящиеся на балансе АО ТД «

<

данные изъяты>» и оставленные без присмотра, решил их похитить с целью возмездной сдачи в пункт приема металлолома. Реализуя преступный умысел, ФИО1 примерно в 09.00 часов 22 мая 2018 года позвонил своему знакомому ФИО12 и попросил того подъехать на своем автомобиле к дому 11 по 

<

адрес> (гипермаркет «

<

данные изъяты>»), с целью транспортировки поддонов с указанным демонтированным стеллажным оборудованием в район «

<

адрес>» 

<

адрес>, а именно по адресу: 

<

адрес>. Далее к 

<

адрес> подъехал автомобиль «Луидор- 3009D0» госномер 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО12 Затем, введя ФИО12 в заблуждение относительно законности своих действий, а также ФИО22 и ФИО21, которые выполняли функцию грузчиков, ФИО1 погрузил стеллажи с демонтированным вышеуказанным оборудованием в автомобиль «Луидор-3009D0» госномер 

<

данные изъяты>. После чего ФИО12, не зная об истинных намерениях ФИО1, поехал вместе с ФИО1, ФИО13 и ФИО21 в район «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, а именно в пункт приема металлолома, расположенный по адресу: 

<

адрес>, где ФИО1 сдал похищенное демонтированное стеллажное оборудование, принадлежащие АО ТД «

<

данные изъяты>», получив денежные средства в сумме 8000 рублей. Продолжая реализовывать свой единый преступный умысел, ФИО1 на автомобиле марки «Луидор-3009D0» госномер 

<

данные изъяты> регион вместе с ФИО12, ФИО22 и ФИО21 снова вернулись к гипермаркету «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, где загрузили поддоны с оставшимся демонтированным стеллажным оборудованием, которые отвезли в пункт приема металлолома, расположенный по адресу: 

<

адрес>, где ФИО1 сдал похищенное демонтированное стеллажное оборудование, принадлежащее АО ТД «

<

данные изъяты>», получив денежные средства в сумме 7000 рублей, а всего получил денежные средства в общей сумме 15000 рублей. Вырученные денежные средства от сдачи имущества, принадлежащего АО ТД «

<

данные изъяты>» в пункт приема металлолома, ФИО1 обратил в свою пользу и распорядился ими по своему усмотрению. В результате преступных действий ФИО1 АО ТД «

<

данные изъяты>» был причинен ущерб в крупном размере на общую сумму 547 408 рублей 45 копеек. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал частично, не отрицая факт того, что он как главный инженер, выполняя указания руководства магазина срочно убрать оборудование с территории магазина (директор магазина говорила переместить данное оборудование), принял решение и по своей инициативе вывез часть стеллажного оборудования и сдал его в скупку металла, за что получил деньги в сумме 15 000 рублей, планируя потратить их на приобретение инструментов для работы. Принимая такое решение, он в тот момент был уверен, что стеллажное оборудование списано (на уточняющие вопросы пояснил, что ему никто не говорил, что стеллажи списаны, но он понял, что они будут списаны). Конкретных указаний по данным стеллажам ему никто не давал, акт на списание стеллажей он не видел. В тот день он вышел на работу, несмотря на то, что болел, т.к. хотел проявить себя в работе. Когда стеллажи загружали в машину, к нему подходил их работник ФИО37, который находится у него в подчинении, и говорил, что это оборудование еще не списано, однако он (ФИО2) заверил его, что оно списано, и он как руководитель, знает лучше него. Также указал, что он вывез не все стеллажи, решил сделать 2 рейса, полагая их достаточными, чтобы купить для работы 2 шуруповерта. Из полученных им денег - 15 000 рублей часть денежных средств он отдал водителю и грузчикам (5 000 рублей и 3000 рублей). Полагает, что его действия не содержат состава преступления - кражи, поскольку он загружал и увозил данное оборудование в рабочий день, зная, что территория оснащена видеокамерами. Допускает, что он нарушил ведомственные инструкции, однако корыстной цели в его действиях не было. Также оспаривает объем предъявленного в обвинении имущества, так как перевезти оборудование весом более 92 тонн (такой вес был указан заводом-изготовителем по запросу адвоката) на автомобиле "Газель", в том числе за 2 рейса, невозможно. Полагает, что он причинил ущерб магазину на сумму 15 000 рублей, т.к. именно на такую сумму он сдал оборудование в скупку. Указал, что на данную должность инженера по эксплуатации зданий он был принят 25 марта 2018 г., формально ознакомился с договором, инструкциями, в которых расписался, но не читал их. Он не знал, как происходит списание имущества и сдача в металлолом, однако до этого 12 апреля присутствовал при загрузке контрагентом списанного ими имущества, которое забиралось как металлолом. Также пояснил, что до произошедшего 15-16 мая 2018 г. он по указанию ФИО38 - убрать с территории оборудование (в тот день речь шла о вентиляционных коробах, вытяжках) также со своим знакомым ФИО39 на том же автомобиле вывозил имущество и сдавал в скупку, о чем докладывал руководителю ФИО38, который сказал сообщить об этом директору магазина. 22 мая 2018 г. он поступил аналогично, как это было 15-16 мая 2018 г. по указанию ФИО38 

Несмотря на частичное признание вины, вина ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Представитель потерпевшего ФИО33 показал, что о факте хищения ФИО2 стеллажного оборудования в мае 2018 г. с территории гипермаркета "

<

данные изъяты>" он узнал от руководства магазина после его трудоустройства 31 августа 2018 г. Подробности хищения ему неизвестны. 

Свидетель ФИО14 (директор магазина) показала, что в ходе реконструкции в магазине "

<

данные изъяты>" менялось оборудование, магазин закрывался частями, по зонам, поочередно с каждой зоны оборудование вывозилось на улицу и складывалось сбоку магазина. До произошедшего она давала указание инженеру магазина ФИО2 (работавшему 2-3 месяца) переместить оборудование (это было оборудование последней четвертой зоны) на другое место - огороженную территорию сзади магазина, где оно должно было находиться до определения его судьбы (оно подлежало списанию либо направлению в другие магазины в случае поступления к ним заявок). В случае списания оборудования (процесс списания длится полгода) имущество подлежало вывозу контрагентом (сторонней организацией, с которой заключается договор, при этом контрагент сам приезжает на их территорию и забирает имущество). Она говорила ФИО2, что имущество подлежит списанию, однако решения об его утилизации принято не было, о чем было известно ФИО2. Как совершалось хищение, она не видела. Придя на работу, начальник безопасности ей показал видеозапись, на которой было видно, как ФИО2 (который на тот день, когда произошло хищение, отпрашивался у нее по болезни) загружал стеллажи в Газель и увозил их. В последующем они обратились с заявлением в полицию, поскольку имущество было вывезено без согласования с ней и согласования с региональным менеджером ФИО38. Пояснила, что ФИО2 было похищено разобранное стеллажное оборудование, находившееся на поддонах (паллетах), количество похищенного устанавливалось в ходе инвентаризации. При этом они сверяли инвентарные номера на комплектующих частях стеллажей со списком основных средств. Комплекты стеллажного оборудования, которые ими были не обнаружены, ими были указаны как похищенные. До этого указанное имущество не могло быть вывезено (похищено) кем-либо, поскольку за 2-3 дня до этого оно находилось в торговом зале магазина, а затем было демонтировано. Стоимость имущества с учетом амортизации определялась по накладным, которые она запрашивала в бухгалтерии. Все данные о стоимости стеллажей, товарные накладные, инвентарные номера стеллажей и др. они получают только из бухгалтерии, в связи с чем каких-либо подробностей составления данных документов, определения стоимости, присваивания номеров пояснить не смогла. Также пояснила, что в их магазине отсутствует договоренность с работниками на продажу какого-либо имущества магазина. При этом в магазине ежемесячно выделяются денежные средства в размере 10000 рублей на приобретение разных инструментов по мере необходимости, данные деньги выдает она, после покупки инструментов работник магазина предоставляет чеки, составляется авансовый отчет, который сдается в бухгалтерию. Об этом порядке было известно ФИО2. Решение ФИО2 о покупке им по своей инициативе шуруповертов на полученные в ходе реализации вывезенного из магазина оборудования является незаконным. 

Свидетель ФИО14 на следствии (т

<

данные изъяты>) дала аналогичные показания о незаконных действиях ФИО2 по вывозу с территории магазина стеллажей (количество, разновидности, стоимость которых были установлены в ходе инвентаризации), к которым ФИО2 никакого отношения не имел, материальную ответственность не нес, разрешения на их вывоз не имел. На закупку строительных материалов организации выделяется 10 000 рублей. ФИО2 выделялись деньги на эти цели, за которые он отчитывался. ФИО2 не имел права распоряжаться имуществом организации.

Таким образом, свидетель ФИО14 подтвердила, что указания вывезти стеллажное оборудование она не давала, тот факт, что данное имущество не было списано, было известно ФИО2, который по сути также не отрицает данных обстоятельств. 

Свидетель ФИО15 (региональный менеджер) показал, что подсудимый ФИО2 находился в его подчинении. 22 мая 2018 г. директор магазина ФИО43 ему сообщила, что ФИО2 вывез с территории магазина несписанное оборудование, вопреки требованиям регламента компании. При этом в компании разработаны инструкции и регламенты относительно порядка утилизации имущества, сдачи его в металлолом - определенному контрагенту (в настоящее время они могут сдавать имущество только ООО "

<

данные изъяты>"). В инструкции прописаны действия инженера при сдаче металлолома, в частности, указано, что инженер с завхозом убеждаются, что имущество списано, подписывается акт у начальника службы безопасности и директора магазина, вызывается контрагент, которому отгружается металлолом и выставляется счет на оплату. С этими инструкциями ФИО2 был ознакомлен, кроме того, ФИО2 уже до этого в апреле 2018 г. присутствовал при сдаче металлолома контрагенту. В г. Липецк из Воронежа в тот период времени - во время реконструкции магазина он (ФИО38) приезжал каждую среду. Приехав в какой-то день (среду), он узнал, что накануне ФИО2 было загружено и вывезено имущество с территории магазина. При этом ФИО2 на указанные дни отпрашивался у него с работы, поясняя, что заболел. Показал, что он (ФИО38) давал устные распоряжения ФИО2 освободить указанную территорию от оборудования, чтобы в этой зоне начать другие работы, однако куда необходимо переместить, не говорил, при этом его распоряжение звучало как "раскидать оборудование по всем углам магазина, куда это возможно". Пояснил, что на ФИО2 также поступали жалобы от других работников магазина, которые говорили, что ФИО2 занял у них много денег и не отдавал. Пояснил, что в магазине существует практика, когда директор магазина выдает работнику определенную денежную сумму для закупки ремонтно-строительного материала. ФИО2 присылал ему 2 счета о закупке материалов, он (ФИО38) говорил, что тому надо об этом сообщить руководству. 

Таким образом, свидетель ФИО15 подтвердил, что ФИО2 был ознакомлен с порядком реализации имущества в случае его списания, а также с действовавшими инструкциями, подтвердил, что указаний вывезти данное имущество – стеллажное оборудование - с территории магазина и реализовать его он не давал. 

Свидетель ФИО16 показал, что участвовал в проведении инвентаризации, в ходе которой проходила сверка всего находящегося в магазине и на территории магазина имущества со списками. В результате ими была выявлена недостача определенного стеллажного оборудования. Пояснил, что в ходе реконструкции (которая была поделена на 4 этапа) оборудование из магазина разбиралось поэтапно и выставлялось на улицу на определенное место. 

Свидетель ФИО17 показала, что участвовала в проведении инвентаризации, в ходе которой она диктовала инвентаризационные номера, указанные на всех товарах, в том числе стеллажах, сверяя их с инвентаризационной описью. В описях, накладных указывается не общие названия стеллажей, а их составные, комплектующие части стеллажа. При этом в ходе демонтажа при разборе стеллажей они помещались на поддоны, один стеллаж мог складываться на разные поддоны, также как на один поддон могло помещаться несколько стеллажей. Разновидности стеллажей ГМ 1, ГМ 2 и др. зависят от их наполняемости (наличия полок, крючков и корзин), при этом они лишь делают заявку (запрос) о необходимости получения стеллажного оборудования (не указывая конкретно наименования, лишь обозначая для каких товаров) и направляют заявку в департамент некоммерческих закупок. Департамент самостоятельно обращается в соответствующую организацию (завод), представляет все документы в бухгалтерию для оплаты, а в магазин поступают лишь комплектующие детали заказанных стеллажей с товарными накладными. В магазине подрядная организация собирает указанные стеллажи, после чего акт сборки они направляют в бухгалтерию, которая присваивает инвентарные номера. То есть они сами в магазине не занимаются присвоением инвентарных номеров, определением стоимости, комплектацией стеллажей и т.п. Сколько было похищено поддонов со стеллажным оборудованием, сказать не может. 

Свидетель ФИО18 показал, что работал в магазине техником. В период с февраля по июнь 2018 г. в магазине была реконструкция (с большим объемом работы), в ходе которой из торгового зала магазина на прилегающую к магазину территорию вывозилось имущество и неоднократно перемещалось им совместно с грузчиками с одного места на другое, в том числе по указанию ФИО2. До перемещения оборудование демонтировалось разными подрядными организациями, которые разбирали конструкции и складывали их на поддоны (палеты), некоторые из которых разваливались, т.к. перемещались несколько раз. При демонтаже он показывал, как надо складывать на поддон стеллаж, но как это делали подрядные организации, ему неизвестно. Каждый разобранный стеллаж не укомплектовывался отдельно на поддон. Пояснил, что если отдельные части от стеллажа вывезены, оставшаяся часть уже стеллажом считаться не может. ФИО2 говорил, что оборудование должно быть списано после реконструкции. Ему известно, что ФИО2 отпрашивался с работы, т.к. заболел. Он наблюдал, как ФИО2 присутствовал на территории магазина, когда шла погрузка оборудования в автомобиль "Газель", было ли на это чье-то разрешение, ему неизвестно. В месте погрузки к вечеру того дня там оставалось оборудование, которое затем частично установили в цеха, часть переместили за магазин. Также ФИО2 озвучивал планы о покупке необходимого инструмента, который находился в плачевном состоянии. 

Свидетель ФИО18 подтвердил свои показания на следствии 

<

данные изъяты>) о том, что 22 мая 2018 г. около 08.30 часов позвонил ФИО2 и сказал, что заболел и его на рабочем месте не будет, дал указание по работе. Около 09.00 часов ФИО2 вновь позвонил и дал указание привезти со склада рохлу (грузоподъемную тележку). Через 5 минут ФИО2 позвонил, и сказал, что ничего не надо. Он (ФИО47) вышел на улицу и увидел ФИО2, который находился рядом с демонтированным оборудованием, которое загружалось какими-то людьми в автомобиль "Газель". Он подошел к ФИО2 и спросил про самочувствие и что он делает там, если болеет. ФИО2 ответил что нужно поработать. Он (ФИО47) сказал, что данное оборудование не списано, на что ФИО2 ответил, что все договорено. После чего он (ФИО47) ушел заниматься своими делами. 

Таким образом, свидетель ФИО18 подтвердил, что во время погрузки оборудования по указанию ФИО2 в автомобиль он указывал ФИО2 на то, что указанные стеллажи не списаны, однако ФИО2 продолжил совершать свои действия по погрузке данного оборудования, которое затем вывез и распорядился им по своему усмотрению. 

Свидетель ФИО19 показал, что как техник совместно с ФИО47 выполнял указание ФИО2 по разбору конструкции. Потом ФИО47 по указанию ФИО2 ушел, а когда вернулся, передал ему телефон, по которому ФИО2 дал ему указание вынести из кабинета на улицу телевизор, сказав, что это согласовано со службой безопасности. Он (ФИО52 сделал это, на улице увидел, что с помощью погрузчика осуществляется загрузка демонтированного оборудования в автомобиль "Газель". Он понял что-то неладное, тем более что ФИО2 говорил, что не выйдет на работу, т.к. болен, поэтому решил включить видеозапись и записать разговор с ФИО2. Он сказал ФИО2, что это оборудование числится на балансе, т.к. со слов коллег знал, что оно должно быть списано в июне (если бы оно уже было бы списано, его бы убрали с этого места, т.к. оно мешало). ФИО2 ему ответил, что все согласовано, он избавляется от мусора, планирует полностью освободить данную территорию и подвал. После чего он (ФИО52) ушел. Когда уезжала "Газель" он не видел, не помнит, оставалось ли на том месте оборудование. Пояснил, что на месте было 8 - 10 поддонов, обернутых пленкой, разной степени загруженности. Все поддоны не могли бы уместиться в "Газель", требовалось сделать 2-3 рейса. Сколько оставалось на улице поддонов с оборудованием, сказать не может. При общении с ФИО2 он понял, что тот возможно с похмелья, т.к. чувствовался запах алкоголя. 

Свидетель ФИО20 (охранник) показала, что в ее обязанности входит проверка сумок всех работников. В какой-то день она видела ФИО2 в магазине, зная о том, что он будет отсутствовать на рабочем месте. 

Свидетель ФИО12 показал, что вечером ему позвонил его знакомый ФИО2 и попросил на своем автомобиле "Газель" найти грузчиков и подъехать в 8 часам утра к магазину "

<

данные изъяты>", в котором он работает, сказав, что надо освободить помещение и вывезти товар. Он подъехал, ФИО2 был на рабочем месте, подходил и отходил, пока в его машину "Газель" загружалось имущество - стеллажи, сложенные на поддоны, при этом в машину загружались как поддоны с товаром, так и отдельный товар с поддонов, который можно было поместить без них. Погрузка осуществлялась 3-4 часа. Сколько было погружено поддонов, сказать не может, но в его машину свыше 1,5 тонны товара погрузиться не может. После загрузки он с ФИО2 и грузчиками поехал в пункт приема металла в район 

<

данные изъяты>, где из машины было все выгружено, при этом он заезжал на весы до выгрузки и после. ФИО2 за сданный металл получил деньги и дал ему 8 тысяч рублей, из которых 3 000 рублей он отдал грузчикам, а 5 000 рублей взял себе, довез ФИО2 до остановки. Рейс был сделан один.

Свидетель ФИО12 подтвердил свои показания на следствии (

<

данные изъяты>) о том, что по просьбе своего знакомого с детства ФИО2 вывезти металл от магазина и отвезти его в скупку, а также найти грузчиков он согласился. На своем автомобиле «ГАЗ 3009D0» госномер 

<

данные изъяты> регион он вместе с грузчиками подъезжал к магазину "

<

данные изъяты>", где грузчики по указанию ФИО2 загрузили металлические предметы, которые стояли на поддонах в разобранном упакованном состоянии, и отвез их в скупку. Затем они вернулись в магазин, вновь загрузили имущество, и также отвезли его в пункт приема металлолома. До этого 17 мая 2018 г. он также по просьбе ФИО2 забирал от магазина металл и также его отвозил в скупку, за что ФИО2 отдавал ему денежные средства. 

Таким образом, свидетель ФИО12 подтвердил факт перевозки по просьбе ФИО2 и совместно с ним на своем автомобиле оборудования от магазина "

<

данные изъяты>" в пункт приема металлолома, подтвердил, что им было сделано 2 рейса, за оказанные им услуги ФИО2 расплатился с ним полученными денежными средствами. 

Свидетели ФИО21 и ФИО22 на следствии (

<

данные изъяты>) показали, что им 22 мая 2018 г. кто-то позвонил по телефону и предложил подработать грузчиком в районе магазина "

<

данные изъяты>". Они подъехали к магазину, где подошли к машине "Газель", в который по указанию водителя ФИО54 и какого-то мужчины по имени ФИО3 загрузили находившиеся у магазина стеллажи (количество не помнит), которые отвезли на скупку металла в район 

<

данные изъяты>, где они данный металл выгрузили. Затем они еще раз вернулись к магазину, где вновь загрузили металл, затем отвезли в скупку, где с ними расплатились за работу. До этого 17 мая 2018 г. они также загружали и разгружали металл с территории данного магазина и затем в скупке, за что также получали денежные средства. 

Свидетель ФИО23 показал, что работал в скупке приема металлолома, когда на машине привозили металл. Металла было сдано меньше 1 тонны. Разгружали его руками, т.к. по - другому его из машины не выгрузишь. Деньги за металл он отдавал сразу. 

Свидетель ФИО23 подтвердил свои показания на следствии (

<

данные изъяты>) о том, что металл привозили 22 мая 2018 г. несколько мужчин на оранжевой машине "Газель", взвешивание производил ФИО55, который отдал за металлолом 15 000 рублей. Затем Газель уехала и вновь привезла стеллажи, которые в тот же день забрали на грузовом автомобиле "Маз". 

Свидетель ФИО24 на следствии 

<

данные изъяты> показал, что находясь в пункте скупки металла, он видел, как 22 мая 2018 г. 3-4 человека на автомобиле "Газель" привезли металлические стеллажи, похожие на стеллажи из супермаркетов. ФИО5 заехала на эстакадные весы, он произвел взвешивание, затем началась разгрузка металла, и машина вновь заехала на весы. Вес он точно не помнит. В тот день данная машина дважды привозила металл. Общий вес привезенного металлолома примерно составил 1 тонну 350 кг. Он отдал за металл 15 000 рублей за 2 раза. Аналогично данная машина также привозила металл еще 17 мая 2018 г. 

При опознании свидетель ФИО24 опознал ФИО1, который привозил и сдавал в металлолом 22 мая 2018 г. металлические полки 

<

данные изъяты>

Свидетель ФИО25 на следствии (

<

данные изъяты>) дал показания, аналогичные показаниям ФИО24 

Вина ФИО1 также подтверждается письменными материалами дела:

- сообщением о происшествии, зарегистрированным оперативным дежурным ОП № 7 о том, что 28.05.2018 г. начальник службы безопасности ФИО4 ФИО56 сообщил о совершении 22 мая 2018 г. хищения стеллажного оборудования на сумму 580 000 рублей из магазина "

<

данные изъяты>" по адресу: 

<

адрес> 

<

данные изъяты> 

- заявлением начальника службы безопасности АО ТД "

<

данные изъяты>" ФИО26 от 28.05.2018г. о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который с 09.30 часов до 10.20 часов 22.05.2018г. с территории АО ТД «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, путем свободного доступа совершил хищение ТМЦ, причинив материальный ущерб АО ТД «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты> 

- протоколом осмотра места происшествия от 28.05.2018г. – участка местности с торца здания гипермаркета «

<

данные изъяты> на котором со слов ФИО26 находилось демонтированное оборудование ТЦ "

<

данные изъяты>", упакованное по палетам, которое на момент осмотра отсутствует (

<

данные изъяты> 

-протоколами выемки, осмотра предметов, постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств 

<

данные изъяты>

- протоколом выемки и осмотра - диска с видеозаписью разговора свидетеля ФИО52 с ФИО2, которую произвел на свой телефон свидетель ФИО52 общаясь с ФИО2 во время погрузки демонтированного оборудования в автомобиль "Газель" (

<

данные изъяты>), которая была прослушана и просмотрена также в судебном заседании, 

- протоколом проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО1 от 01.06.2018г., в ходе которого он указал на месте, откуда был вывезен им металл 22 мая 2018 г. с территории площадью около 5 квадратных метров, и куда он его привез 

<

данные изъяты>

- данными А.О. ТД "

<

данные изъяты>" о том, что ФИО1 принят на работу инженером по эксплуатации здания с 22 марта 2018 г. с испытательным сроком на 3 месяца с окладом 

<

данные изъяты> (т.2 л.д. 45, 52), 

- должностной инструкцией ФИО1 (

<

данные изъяты> согласно которой одной из обязанностей является перемещение основных средств только на основании накладных, выписанных Б.О.С. 

- результатами инвентаризации, выявившими недостачу стеллажного оборудования с перечислением вида и количества стеллажей с указанием их стоимости (

<

данные изъяты>), при этом указание в ведомости иных товаров, помимо стеллажного оборудования, таких как дрель, лупа и др. с учетом показаний свидетеля ФИО14 на следствии (

<

данные изъяты>) правового значения не имеют. 

- счетами - фактурами на приобретение ТД "

<

данные изъяты>" составных частей и комплектующих стеллажей (

<

данные изъяты> 

- протоколами осмотра предметов - диска с видеозаписью с камер видеонаблюдения на территории ГМ "

<

данные изъяты>" (

<

данные изъяты>), на которых имеются кадры участков территории, на которых лежит демонтированное оборудование, также фрагменты работы рабочих, которые загружают оборудование в "Газель", после чего "Газель уезжает", 

- протоколами очных ставок между ФИО1 и ФИО15, ФИО1 и ФИО14, в ходе которых каждый из них подтвердил свои показания. При этом ФИО15, а также ФИО14 отрицали, что давали ФИО1 указание вывезти демонтированное оборудование. ФИО59 и ФИО60 утверждали, что действия ФИО2 по вывозу металла и приобретение на полученные от реализации данного имущества денежные средства инструмента являлись незаконными, т.к. ничем не предусмотрены. На приобретение инструментов ФИО60 выделяла ФИО2 денежные средства, после покупки ФИО2 отчитывался об этом 

<

данные изъяты> 

- протоколами очных ставок ФИО1 со свидетелями ФИО61 и ФИО19 

<

данные изъяты>

- постановлениями о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств 

<

данные изъяты>), другими материалами уголовного дела. 

Оценив все доказательства по делу в их совокупности, суд считает вину подсудимого полностью доказанной. 

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 158 ч.3 п. «в» УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, в крупном размере, поскольку он, реализуя корыстный умысел, незаконно тайно, в отсутствие разрешения соответствующих правомочных лиц похитил чужое имущество, а именно изъял с территории магазина стеллажное оборудование, числящееся на балансе организации, то есть принадлежащее другому лицу, и обратил его в свою пользу, поскольку осуществив вывоз с территории и сдав в скупку, фактически распорядился им по своему усмотрению, причинив своими действиями ущерб АО ТД «

<

данные изъяты>» на сумму 547 408 рублей 45 копеек, что в соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ составляет крупный размер. 

При этом суд уточняет в обвинении общую сумму ущерба – 547408 руб. 45 коп. (а не 547681 руб.99 коп.), а также стоимость стеллажей ГМ 65 (которая в представленной в настоящее время справке – указана как 59 474,15 рублей, тогда как ранее в ведомости учета результатов инвентаризации указана как 59 747,15 рублей) а также уточняет стоимость стеллажей ГМ 15 (которая в настоящее время указана как 43150 руб. 17 коп., тогда как в ранее представленной справке указывалась как 43 150 руб. 71 коп.), полагая это технической ошибкой, которая должна трактоваться в пользу подсудимого.

Суд полагает вину ФИО1 полностью доказанной, поскольку действия ФИО1 по изъятию данного имущества с территории магазина являлись незаконными. Факт того, что данное имущество не было списано, что никаких указаний по вывозу стеллажного оборудования ему никто не давал, подсудимым и не оспаривается. Доводы ФИО1 о том, что он думал и был уверен, что данное имущество будет списано, никакого правового значения не имеют, поскольку не наделяют его правомочиями распорядиться данным имуществом, а следовательно, не могут придать законный характер его действиям. То обстоятельство, что за несколько дней до этого он по указанию регионального руководителя ФИО62 уже вывозил отдельное имущество (вентиляционные короба) и сдавал их в скупку, не свидетельствует о том, что вывезенное им стеллажное оборудование принадлежало ему, и он был правомочен распоряжаться им по своему усмотрению. 

Доводы ФИО2 о том, что вывозил имущество в рабочее время, находился на территории, оснащенной видеокамерами, что его никто не остановил, не ставят под сомнение вывод о его виновности и не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава данного преступления. Кроме того, свидетели ФИО63, ФИО64 показали, что во время загрузки в машину стеллажного оборудования говорили ФИО2, что данное имущество не списано, что ФИО2 было проигнорировано, и он продолжил изъятие данного имущества. 

Защитник, оспаривая наличие состава данного преступления, полагал, что в действиях ФИО2 может содержаться состав преступления, предусмотренный ст. 330 УК РФ, т.к. ФИО2 вывозил имущество не с корыстной целью, а для очистки территории, полагая, что действует правомерно, планируя закупить на полученные деньги инструменты для работы.

Однако данные доводы суд признает несостоятельными, поскольку ФИО2 по своей инициативе принял решение по вывозу с территории и распорядился данным имуществом, которое ему не принадлежит, в отношении которого он не имел никаких правомочий. Кроме того, решение ФИО1 о закупке на вырученные деньги инструментов для работы, как было установлено в судебном заседании, противоречило сложившимся в организации правилам, и как следует из показаний директора магазина ФИО14, являлось незаконным.

Стороной защиты оспаривалось количество стеллажей, обвинение в хищении которого предъявлено ФИО1, с обоснованием невозможности вывезти такое количество стеллажей весом более 96 тонн на автомобиле «Газель» за 2 рейса. При этом защитник представил суду ответ, полученный по его запросу от завода «

<

данные изъяты>» о массе стеллажного оборудования – около 96 тонн. 

Вместе с тем суд отвергает доводы защиты, поскольку ставить под сомнение как показания свидетелей, так и представленные письменные материалы – акт инвентаризации о хищении указанного количества и вида стеллажей у суда достаточных оснований не имеется. При этом то обстоятельство, что в судебном заседании не представилось возможным соотнести и проверить количество и виды указанных в обвинении стеллажей со стоимостью их комплектующих частей, которые указаны в имеющихся в деле товарно-транспортных накладных, по мнению суда, не влияет на полноту и объективность рассмотрения дела. Суду представлены справки о первоначальной и балансовой (с учетом износа) стоимости стеллажей с указанием их вида (ГМ1, ГМ2 и т.д.) и количества, подписанные правомочным лицом – директором магазина ФИО14, заверенные печатью, достаточных оснований не доверять официальным документам, представленным надлежащим лицом, у суда не имеется. 

Представленный адвокатом ответ ЗАО "

<

данные изъяты>" об общем весе вмененных ФИО1 стеллажей (в ответе указан вес количества комплектующих деталей, указанных адвокатом в запросе) вызывает сомнение, поскольку изначально адвокат в запросе указывает определенное количество и виды деталей, которое объективно ничем не подтверждается. Как пояснил защитник в судебном заседании, он в запросе перечислил виды и количество деталей, которые указаны в постановлении следователя о назначении товароведческой экспертизы (которая фактически не была проведена по объективным причинам – 

<

данные изъяты>). Однако постановление следователя не может служить доказательством фактического наличия количества комплектующих деталей похищенного стеллажного оборудования. Кроме того, нельзя не отметить, что наименования комплектующих деталей, указанные в ответе завода «

<

данные изъяты>», не в полной мере соответствуют наименованиям деталей, которые фактически поставлялись в гипермаркет "

<

данные изъяты>" и указаны в имеющихся в деле товарных накладных, в связи с чем признать установленным вес похищенного имущества (той массой, какая указана в ответе) суд не может. 

При этом поскольку вес похищенного имущества не входит в предмет доказывания по данному уголовному делу, суд не нашел оснований для истребования дополнительных данных о весе вмененного ФИО1 стеллажного оборудования, исходя из данных, указанных в представленном государственном обвинителем рубрикаторе (который содержит подробную информацию о видах стеллажей и комплектующих деталях каждого вида). 

Тот факт, что ФИО1 получил от реализации похищенного имущества 15 000 рублей, не может определять аналогичную стоимость данного имущества, которое числится на балансе организации и имеет балансовую стоимость, указанную в бухгалтерских документах.

Довод о том, что в деле отсутствуют надлежащим образом заверенные документы, что ущерб не доказан, суд отвергает как несостоятельные. 

В материалах дела имеется инвентаризационная опись основных средств, которая имеет необходимые реквизиты, подписи уполномоченных лиц (

<

данные изъяты> при этом на л.д. 

<

данные изъяты> перечислены стоящие на балансе стеллажи указанных в описи моделей (видов) с указанием их количества по данным бухучета и фактического количества. 

Кроме того, суду были представлены надлежащим образом заверенная ведомость учета результатов, выявленных инвентаризацией от 03.08.2018 г. (копия которого имелась в уголовном деле, однако была не подписана и не заверена надлежащим образом – 

<

данные изъяты>), а также справка о стоимости похищенного имущества с указанием первоначальной и балансовой стоимости. Данные документы отвечают критериям допустимых доказательств, в совокупности с другими доказательствами (показаниями свидетелей) суд признает их достоверными и кладет в основу приговора. 

При таких обстоятельствах, суд считает размер причиненного ущерба полностью доказанным, а вину ФИО1 в хищении чужого имущества и причинении АО ТД «

<

данные изъяты>» имущественного ущерба на указанную выше сумму, превышающую 250 000 рублей, что на основании примечания к ст. 158 УК РФ признается крупным размером, полностью установленной. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил умышленное преступление, отнесенное к категории тяжких, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, по характеристикам, подписанным ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30 ФИО31 – положительно 

<

данные изъяты>

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает частичное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления (ФИО2 участвовал в проверке показаний на месте, оспаривая квалификацию, не отрицал фактических обстоятельств дела, указал место, куда вывез похищенное имущество), частичное добровольное возмещение ущерба, наличие несовершеннолетнего ребенка. 

Отягчающих обстоятельств не имеется. 

С учетом обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности суд не находит оснований для применения ст. 15 ч.6 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе смягчающие обстоятельства, суд полагает, что цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений будут достигнуты при назначении наказания в виде лишения свободы. 

При назначении наказания суд учитывает положения ст. 62 ч.1 УК РФ. 

Оснований для назначения дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы не имеется.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд не усматривает.

В то же время суд считает возможным применить ст. 73 УК РФ и назначенное наказание считать условным, с установлением подсудимому испытательного срока, в течение которого он своим поведением должен доказать свое исправление.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307 - 309 УПК РФ, 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч.3 п. «в» УК РФ и назначить ему наказание в виде 2 лет лишения свободы. 

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года. 

Возложить на ФИО1 в период испытательного срока следующие обязанности:

- не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных;

- ежемесячно 1 раз в месяц являться на регистрацию в специализированный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных. 

Меру пресечения ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства: диски с видео и аудиозаписью, ведомость учета результатов, выявленных инвентаризацией, со служебной запиской, хранящиеся в материалах уголовного дела, - оставить в уголовном деле. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г. Липецка в течение 10 суток со дня провозглашения приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий