Мировой судья Большаков В.В.

№10-21/2024

УИД: 70MS0038-01-2021-001411-16

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г.Томск 05 июля 2024 года

Ленинский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего – судьи

при секретаре

с участием:

прокурора

осужденного 

адвоката

Мельникова Д.А.,

ФИО1,

Кошеля П.А.,

ФИО2,

Валеева М.Т.,

рассмотрев в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО2 – адвоката Валеева М.Т. на приговор мирового судьи судебного участка №1 Ленинского судебного района г.Томска от 23 октября 2023 года, которым 

ФИО2, родившийся 

<

дата обезличена> в 

<

данные изъяты>, гражданин РФ, владеющий русским языком, женатый, получивший высшее образование, работающий 

<

данные изъяты> зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес обезличен>, не судимый, 

осужден по ч.2 ст.204 УК РФ к штрафу в размере 240000 рублей с рассрочкой уплаты на 2 года, с выплатой по 10000 рублей в месяц. На основании ст.78 УК РФ освобожден от отбывания назначенного наказания, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Изучив материалы дела, заслушав выступления осужденного и защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего необходимым оставить приговор без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

По приговору мирового судьи судебного участка №1 Ленинского судебного района г.Томска от 23 октября 2023 года ФИО2 признан виновным в незаконной передаче лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой организации, денег, за совершение действий и бездействия в интересах дающего, входящие в служебные полномочия такого лица, совершенные в значительном размере.

Преступление совершено в период с 01 июня 2020 года по 19 сентября 2020 года, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

При рассмотрении уголовного дела мировым судьей ФИО2 вину не признал и показал, что денежные средства им были переданы не в качестве коммерческого подкупа, а в качестве оплаты услуг.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО17 в защиту интересов осужденного ФИО2 указывает, что уголовное дело в отношении последнего было возбуждено с нарушением требований ст.23 УПК РФ, поскольку в деле отсутствует заявление учредителя (директора) юридического лица о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности, а возбуждено дело на основании рапорта и материалов ОРМ, при этом, по мнению автора жалобы, мировым судьей в приговоре этому факту дана неверная оценка. Приводит положения п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 июля 2013 года №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» и делает вывод о том, оценивая исследованные доказательства, что инкриминируемый состав преступления в действиях ФИО2 отсутствует, так как он передавал деньги ФИО18. за работу и не просил последнего о каких-либо преференциях в пользу ООО «ТВЧМ». На основании изложенного, просит обжалуемый приговор отменить и вынести оправдательный приговор. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Кошель П.А. выражает несогласие с изложенными в ней доводами, просит обжалуемый приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения. 

Выслушав мнение участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч.1 ст.389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Часть 1 ст.120 УПК РФ предусматривает, что ходатайство может быть заявлено в любой момент производства по уголовному делу. Письменное ходатайство приобщается к уголовному делу, устное – заносится в протокол следственного действия или судебного заседания.

Как следует из ст.122 УПК РФ об удовлетворении ходатайства либо о полном или частичном отказе в его удовлетворении дознаватель, следователь, судья выносят постановление, а суд – определение, которое доводится до сведения лица, заявившего ходатайство. 

Из п.п.6,7 ч.3 ст.259 УПК РФ следует, что в протоколе судебного заседания обязательно указываются, в том числе, заявления, возражения и ходатайства участвующих в уголовном деле лиц, определения или постановления, вынесенные судом без удаления в совещательную комнату.

Согласно протоколу судебного заседания (том №7 л.д.142) 17 ноября 2021 года мировым судьей допрашивался свидетель ФИО19 в процессе допроса которого государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении его показаний, данных в ходе предварительного расследования, при этом сторона защиты выразила возражения относительно оглашения показаний этого свидетеля, несмотря на что государственным обвинителем эти показания были оглашены, а какого-либо мотивированного постановления об оглашении показаний свидетеля протокол судебного заседания не содержит, вследствие чего суд приходит к выводу о том, что это постановление мировым судьей не выносилось.

Не выносились мировым судьей постановления, при заявлении соответствующих ходатайств государственным обвинителем, и при оглашении показаний, данных в ходе предварительного расследования, свидетелями ФИО20 ФИО21. (том №7 л.д.143), ФИО22 (том №7 л.д.147), ФИО23 (том №7 л.д.149), ФИО24. (том №7 л.д.152), ФИО25 (том №7 л.д.168).

Показания указанных свидетелей, данных в ходе предварительного расследования, положены мировым судьей в основу приговора, что при нарушении процедуры их оглашения, является существенным нарушений требований уголовно-процессуального закона.

Также мировым судьей в приговоре отражены показания свидетелей ФИО12 и ФИО13, которые они давали в судебном заседании, вместе с тем показания отраженные в приговоре и имеющиеся в протоколе судебного заседания друг другу не соответствуют. 

В силу п.2 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, наряду с прочим, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре» предусмотрено, что в описательно-мотивировочной части приговора, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре. 

Согласно обжалуемому приговору, в нем указано на то, что ФИО2 в судебном заседании давал показания, вместе с тем протокол судебного заседания каких-либо показаний подсудимого не содержит, а указание в протоколе судебного заседания (том №7 л.д.159) того, что «Защитником оглашаются письменные показания подсудимого ФИО2», данных выводов не опровергают, поскольку ссылки на то, где эти письменные показания находятся в материалах дела, в протоколе не имеется.

Кроме того, из протокола судебного заседания следует, что 04 мая 2022 года (том №7 л.д.163) и 18 ноября 2022 года (том №7 л.д.207) в судебном заседании оглашались показания ФИО2, данные им в ходе предварительного следствия, однако в приговоре эти показания отсутствуют. 

Аналогичная ситуация имеет место в отношении показаний свидетелей ФИО26 (том №7 л.д.172-174) и ФИО3 (том №7 л.д.229-230), которые были допрошены в судебном заседании, однако в приговоре их показания не приведены.

Также в судебном заседании были исследованы и другие письменные материалы дела (том №7 л.д.176), которые не получили отражения приговоре.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что мировой судья, не приведя в приговоре указанные доказательства, фактически устранился от их оценки, что является недопустимым, так как полностью противоречит приведенным выше требованиям.

Из протокола судебного заседания (том №7 л.д.228) также следует, что 10 августа 2023 года в суд явились подсудимый и защитник, не явился государственный обвинитель. В этом судебном заседании произошла замена секретаря судебного заседания на ФИО27 которая участвовала в деле до момента постановления приговора. 10 августа 2023 года участникам процесса было разъяснено право заявить отвод секретарю судебного заседания, а в следующем судебном заседании 29 августа 2023 года (том №7 л.д.229), при явке в судебное заседание государственного обвинителя, последнему права заявить отвод секретарю судебного заседания не разъяснялось, как и не разъяснялось это право впоследствии. 

Согласно ч.1 ст.295 УПК РФ заслушав последнее слово подсудимого, суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора, о чем председательствующий объявляет присутствующим в зале судебного заседания.

Как следует из протокола от 22 сентября 2023 года (том №7 л.д.241-242), в этом судебном заседании подсудимый выступил с последним словом, после чего защитник заявил ходатайство о приобщении последнего слова, а также выступил с репликой, на которую, в нарушение положений ст.295 УПК РФ, ему ответил председательствующий, указав на возможную неверную квалификацию действий подсудимого, после чего было возобновлено судебное следствие для запроса дополнительных доказательств. 

Из разъяснений, данных в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» следует, что суд в описательно-мотивировочной части приговора не вправе ограничиться перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий и иные документы, в которых они отражены, а должен раскрыть их основное содержание. Следует избегать приведения в приговоре изложенных в указанных протоколах и документах сведений в той части, в которой они не относятся к выводам суда и не требуют судебной оценки. Недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства.

В п.41 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации содержится разъяснение о том, что приговор должен излагаться в ясных и понятных выражениях. Недопустимо использование в приговоре непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах, а также загромождение приговора описанием обстоятельств, не имеющих отношения к существу рассматриваемого дела.

Согласно обжалуемому приговору, в качестве доказательств мировой судья привел в нем материалы оперативно-розыскной деятельности, а именно ходатайства УФСБ России по Томской области, постановления о рассекречивании документов, постановления судей Томского областного суда, однако какой факт подтверждают эти документы, из приговора неясно, как и неясно какой факт подтверждает протокол осмотра предметов от 18 января 2021 года, приведенный в приговоре, так как из изложения этого протокола не следует, что он подтверждает какие-либо обстоятельства.

Кроме того, практически все доказательства, включенные в приговор, внесены туда путем копирования из обвинительного заключения, с точным повторением описок, допущенных в ходе предварительного расследования, при этом отражение нашли и показания допрашиваемых, не имеющие отношения к обстоятельствам, изложенным в формулировке обвинения.

Приведя таким образом показания допрошенных по делу лиц, мировой судья не указал, какие юридически значимые обстоятельства они подтверждают или опровергают.

Изложив громоздко и необоснованно подробно показания допрошенных по делу лиц, мировой судья в то же время устранился от анализа этих показаний, изложения фактов, которые те или иные показания подтверждают, мотивов, по которым суд признал показания допрошенных лиц.

В силу ст.240 УПК РФ в судебном заседании все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Суд заслушивает участников процесса, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств.

Судебные решения должны быть основаны лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. С учетом указанного требования закона, суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания.

Согласно обжалуемому приговору, мировой судья сослался в нем на протокол обследования помещения от 20 ноября 2020 года (том №1 л.д.41-43), и копию приказа (распоряжения) о переводе ФИО28 на другую работу (том №3 л.д.118), однако согласно протоколу судебного заседания данные документы не были исследованы мировым судьей при рассмотрении дела. Данное нарушение само по себе является основанием для отмены судебного решения по делу, поскольку копия приказа (распоряжения) о переводе ФИО29 на другую работу, исходя из приговора, является единственным письменным материалом дела, подтверждающим должностные полномочия последнего, являющегося, по версии следствия, получателем коммерческого подкупа. 

Из п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре» следует, что выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (например, тяжкие последствия, существенный вред, наличие корыстной или иной личной заинтересованности), суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

Как следует из обжалуемого приговора, мировой судья квалифицировал действия ФИО2 по ч.2 ст.204 УК РФ, как коммерческий подкуп, совершенный в значительном размере, при этом квалифицирующий признак «в значительном размере» никак не мотивирован.

Более того, ч.2 ст.204 УК РФ предусматривает ответственность за незаконную передачу лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой или иной организации, денег, ценных бумаг, иного имущества, а также незаконные оказание ему услуг имущественного характера, предоставление иных имущественных прав (в том числе когда по указанию такого лица имущество передается, или услуги имущественного характера оказываются, или имущественные права предоставляются иному физическому или юридическому лицу) за совершение действий (бездействие) в интересах дающего или иных лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), совершенные в значительном размере. 

Квалифицировав действия ФИО2 как коммерческий подкуп, совершенный в значительном размере, мировой судья фактически отстранился от анализа того, что совершил подсудимый, тем самым неправильно применив уголовный закон и нарушив право ФИО2 на защиту, поскольку последний, в нарушение п.1 ч.4 ст.47 УПК РФ, после постановления в отношении него обвинительного приговора фактически лишен права знать, в чем он обвиняется.

В совокупности допущенные нарушения не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, принимая во внимание, что апелляционное производство не допускает в своем предназначении подмены основополагающих функций суда первой инстанции, в связи с чем данные нарушения являются основаниями для отмены приговора с направлением материалов уголовного дела на новое судебное разбирательство, в ходе которого мировому судье надлежит тщательно исследовать все обстоятельства дела, устранить допущенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, после чего принять по делу законное и обоснованное решение.

В связи с отменой приговора по вышеуказанным основаниям и передачей уголовного дела мировому судье на новое судебное рассмотрение, суд не входит в обсуждение по существу доводов апелляционной жалобы защитника, они подлежат рассмотрению при новом судебном разбирательстве, поскольку суд апелляционной инстанции не вправе предрешать выводы суда об обстоятельствах, указанных в ч.4 ст.389.19 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу адвоката Валеева М.Т. в защиту интересов осужденного ФИО2 удовлетворить частично.

Приговор мирового судьи судебного участка №1 Ленинского судебного района г.Томска от 23 октября 2023 года в отношении ФИО2 – отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство иному мировому судье Ленинского судебного района г.Томска. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. Кассационные жалоба и представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7, 401.8 УПК РФ могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Д.А. Мельников