УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Ханбекова Н.М. Дело №22-1858/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ульяновск 6 октября 2021 года

Ульяновский областной суд в составе:

председательствующегоБескембирова К.К.,

секретаря судебного заседания Брызгаловой В.Ю.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Ульяновской области Чубаровой О.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя помощника прокурора Павловского района Ульяновской области Тагаевой Е.В. и апелляционной жалобе осуждённого ФИО1 на приговор Николаевского районного суда Ульяновской области от 20 августа 2021 года, которым

ФИО1,

***

осуждён по части третьей статьи 30, пункту «б» части второй статьи 158 УК Российской Федерации к наказанию в виде обязательных работ на срок 250 часов. 

Приговором суда постановлено меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Взыскано с ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме 12 200 руб.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Бескембирова К.К., выступление прокурора Чубаровой О.В., суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

В апелляционном представлении помощник прокурора Павловского района Ульяновской области Тагаева Е.В., не оспаривая установленные по делу фактические обстоятельства и квалификацию действий ФИО1, не соглашается с постановленным приговором по следующим основаниям.

По его мнению, назначенное осуждённому наказание является чрезмерно мягким, не соответствующим повышенной общественной опасности совершенного им преступления, а также не способствующим исправлению ФИО1 и предупреждению совершения им новых преступлений. Суд первой инстанции придал чрезмерное значение данным о личности осуждённого, но учёл формально обстоятельства, относящиеся к характеру и степени общественной опасности преступления. По мнению государственного обвинителя, суд при назначении наказания неправильно учёл положения частей первой и второй статьи 62 УК Российской Федерации, поскольку смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» части первой статьи 61 УК Российской Федерации не имеется.

На основании вышеизложенного государственный обвинитель просит приговор суда отменить и постановить новый приговор.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 также не соглашается с приговором суда по иным основаниям.

По мнению осуждённого, суд не принял во внимание показания свидетелей о его невиновности. По делу не имеется свидетельских показаний о наличии документов, достоверно подтверждающих право собственности на земельный участок и находящееся на нём строение. Доводы стороны обвинения носят обобщённый характер, а ссылка на архивные документы является несостоятельной. Кроме того, предварительное следствие проведено с нарушениями закона, имела место халатность.

Работники администрации района пояснили, что дали ответ по запросу о принадлежности земельного участка и строения на нём на основании предположений; никто архивных документов не исследовал и суду не представлял. Кроме того, по состоянию на 2021 год котельная прекратила своё существование, была заброшена, подверглась разрушению и на её месте образовалась свалка, что, по мнению ФИО1, свидетельствует о несоответствии действительности архивным документам 1993 года.

ФИО1 считает, что в действиях работников прокуратуры и администрации района имел место сговор.

По мнению осуждённого, по делу не имеется данных о том, что правильно установлен потерпевший, поскольку факт принадлежности строения кому-либо не установлен.

На основании вышеизложенного осуждённый ФИО1 просит приговор суда отменить.

В суде апелляционной инстанции прокурор Чубарова О.В. возражала против доводов жалобы и просила приговор отменить по доводам апелляционного представления.

Проверив материалы дела, доводы представления и жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

ФИО1 признан виновным в покушении на кражу, то есть на тайное хищение чужого имущества, совершённое с незаконным проникновением в помещение, при следующих обстоятельствах.

Согласно приговору суда, в селе Х*** П*** района Ульяновской области 05 марта 2021 года ФИО1 с целью хищения чужого имущества незаконно проник через дверной проём без двери в помещение старой недействующей котельной, принадлежащей муниципальному образованию «П***» Ульяновской области, находящейся в 40 метрах к востоку от здания Х*** СДК, расположенного по адресу: ***, и пытался похитить лом черного металла в виде старых железных труб и элементов печи массой 204,8 кг, стоимостью 13 рублей 17 копеек за 1 кг, а всего на общую сумму 2697 рублей 22 копейки, которые сложил за зданием Х*** СДК для последующей продажи. Однако ФИО1 не смог довести свой умысел до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку в тот же день данный лом черного металла был обнаружен и, в целях сохранности имущества, перенесён на территорию школы.

13 марта 2021 года ФИО1, продолжая осуществлять свой умысел на хищение указанного имущества муниципального образования «П*** район» Ульяновской области, вновь незаконно проник через дверной проём без двери в помещение указанной старой недействующей котельной, вырезал и похитил оставшийся в здании бывшей котельной лом черного металла в виде железных труб, элементов печи, кранов, общей массой 780 кг, стоимостью 13 рублей 17 копеек за 1 кг, причинив собственнику материальный ущерб на общую сумму 10 272 рубля 60 копеек.

Обстоятельства преступления подробно изложены в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 подтвердил факт совершения указанных в приговоре действий, то есть срез труб и иных металлических конструкций бывшей котельной, изъятие их в качестве металлолома из здания бывшей котельной. Однако виновность в совершении данных действий не признал.

Так, в судебном заседании он показал, что по вопросу принадлежности старой котельной обращался к участковому уполномоченному полиции А*** С.И., прокурору, директору Х*** школы, начальнику отдела образования, отправлял запрос в администрацию МО «П*** район», обращался в КУМИЗО администрации МО «П*** район», к главе МО «Х*** сельское поселение» У*** В.Н. Последний сказал, что не будет решать данный вопрос, поскольку не имеется документов. На заявление ФИО1 о том, что он начнет резать металл, У*** В.Н. ответил, что собственник найдется. Не получив от указанных лиц сведений о собственнике, он стал вырезать металл в бывшей котельной. Полученный ответ администрации на его запрос он не признал в качестве надлежащего документа. В начале марта он вырезал металл. К нему обратился участковый уполномоченный полиции с вопросом о наличии у него разрешения на такие действия и велел не трогать металл. В ответ на слова участкового уполномоченного полиции ФИО1 попросил его дать ему сведения о собственнике данного имущества. Затем он (ФИО1) договорился с У*** В.Н., что часть вырученных от реализации металлолома денег он (ФИО1) передаст администрации поселения на обустройство освещения населенных пунктов, на что последний согласился. ФИО1 пояснил, что указанный лом черного металла в помещении недействующей котельной никому не принадлежит, поэтому он решил его забрать и сдать на металлолом.

Однако его виновность была доказана совокупностью исследованных в суде доказательств.

Так, свидетель Ф*** С.М. показал, что первоначально, до начала 90-х годов, котельная находилась на балансе СПК «Х***». Потом была передана с баланса СПК «Х***» на баланс Х*** сельской администрации по распоряжению от 1993 года. При ликвидации Х*** сельского совета котельная была передана на баланс администрации района.

Свидетель Т*** А.А., глава администрации МО «П*** район» Ульяновской области, показал, что данная котельная находилась в муниципальной собственности, обеспечивала теплом школу, клуб. Затем её передали в сельский совет, в последующем в муниципальную собственность района. Из муниципальной собственности района никогда не исключалась, включена в реестр, хотя государственная регистрация не осуществлена. После введения новой котельной старая котельная использовалась как донорский объект. В котельной находилось старое оборудование, которое представляло ценность как металлом. ФИО1 неоднократно обращался по вопросу принадлежности имущества, но ему неоднократно поясняли, что это имущество муниципалитета района.

Свидетель У*** В.Н. в судебном заседании показал, что ФИО1 обращался в 2021 года с вопросом можно ли взять металл из котельной, он пояснил, что данная котельная на балансе администрации не стоит. В дальнейшем ФИО1 приходил в администрацию, передал 3000 рублей в инициативную группу, но потом, в течение дня, эти деньги забрал обратно.

Из показаний свидетеля А*** С.И. (старший участковый уполномоченный полиции ОУУП и ПДН МО МВД России «П***») установлено, что 5 марта 2021 года директор школы Б*** Н.С. сообщила, что ФИО1 из недействующей котельной вытащил металл, который сложил около дороги, за клубом. Вечером он (свидетель) обнаружил металл около дороги. Он поехал к ФИО1, чтобы выяснить основания действий последнего. ФИО1 заявил, что это ничьё, что это мусор. Однако он сказал ему, что металл трогать не надо, надо разбираться с собственником. 13 марта снова позвонила Б*** Н.С. и сообщила, что ФИО1 вновь вырезает металл и загружает в автомашину «Газель». Он позвонил ФИО1, который пояснил, что получил разрешение у У*** В.Н. Однако У*** В.Н. сообщил ему (А*** С.И.), что данная котельная ему не принадлежит, а потому никакого разрешения не давал. Потом А*** С.И. позвонил Т*** А.А., который также пояснил, что ФИО1 разрешения на использование и распоряжение металлоломом, находящимся в старой котельной, не давал.

Вышеуказанные обстоятельства, установленные приговором суда, подтверждены также и показаниями других свидетелей. Так, судом были допрошены свидетели Б*** О.А., И*** Н.Н., Т*** И.А., К*** А.В., Б*** Н.С., А*** Н.И., К*** Е.Ю., А*** В.В. (начальник управление образования администрации МО «П*** район»), А*** Г.З., Ш*** Г.А., И*** Г.Ш., а также исследованы материалы дела: протоколы очных ставок между ФИО1 и представителем потерпевшего Т*** А.А.; между ФИО1 и свидетелем У*** В.Н.; между ФИО1 и свидетелем А*** С.И.

Кроме того исследованы и обоснованно положены в основу приговора протокол осмотра места происшествия, заключения основной и дополнительной судебно-товароведческих экспертиз; протокол осмотра предметов; протокол проверки показаний на месте, в ходе которой ФИО1 полностью подтвердил свои показания на месте происшествия и показал, каким образом 5 и 13 марта 2021 года он совершил указанные действия, а также исследованы другие доказательства, подтверждающие факт совершения данных действий ФИО1

Таким образом, виновность осуждённого сомнений не вызывает. Каждому доказательству судом дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора. Доводы апелляционной жалобы об отсутствии состава преступления являются ошибочными.

Из анализа показаний допрошенных лиц и материалов дела следует, что никто из должностных лиц и служащих из администраций МО «П*** район» и МО «Х*** сельское поселение» не давал разрешения на передачу металлолома ФИО1 и право на распоряжение металлоломом по его собственному усмотрению. Суд своё решение правильно обосновывал тем, что само по себе отсутствие официальной регистрации здания котельной в едином государственном реестре (ЕГРН) в силу ограниченности местного бюджета не означает утрату либо отсутствие права собственности не только на само строение, но и иное имущество, находящееся внутри самого строения. Физическое состояние оборудования и здания, их заброшенность не означает утраты права собственности и отказ от защиты права на данную собственности.

Что касается письменного ответа администрации МО «П*** район» Ульяновской области на обращение ФИО1, поступившего в администрацию из прокуратуры Павловского района Ульяновской области, то в своём обращении ФИО1 ставил вопрос о запущенном состоянии здания старой котельной и других недостатках в деятельности местных органов власти в отношении муниципального имущества. Однако данное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии собственника здания бывшей котельной и находящегося в нём имущества. Согласно части второй статьи 215 ГК Российской Федерации средства местного бюджета и иное муниципальное имущество, не закрепленное за муниципальными предприятиями и учреждениями, составляют муниципальную казну. Тем самым доводы апелляционной жалобы о необходимости представления архивных и иных документов, об отсутствии надлежащего собственника являются несостоятельными. Кроме того данное обстоятельство не влияет на правовую оценку действий осуждённого, не исключает его прямой умысел на хищение чужого имущества.

Таким образом, какого-либо разрешения на использование в качестве металлолома остатков котлов, труб, кранов и других металлических деталей администрация района либо соответствующие должностные лица и иные сотрудники администраций не давали ФИО1 В результате суд пришёл к правильному выводу, что в действиях осуждённого содержится состав преступления, предусмотренного статьей 158 УК Российской Федерации, то есть хищения чужого имущества.

Признаков иного преступления в действиях осуждённого не имеется. В том числе не имеется признаков преступления, предусмотренного статьей 330 УК Российской Федерации (самоуправства), поскольку данным уголовным законом предусмотрена ответственность лица, изымающего и (или) обращающего в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовавшего в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество. Между тем, у ФИО1 не имелось ни действительного, ни предполагаемого права на это имущество. Это обстоятельство прямо подтверждается действиями ФИО1, пытавшегося установить собственника имущества, поскольку он в полной мере осознавал, что у него не имеется какого-либо права на данное имущество. В данном случае ФИО1, совершая преступление, исходил из предположения, что собственник имущества, который может привлечь его к ответственности, не будет установлен и, следовательно, он избежит (не понесёт) ответственности за свои действия, то есть хищение чужого имущества. Тем самым активные действия осуждённого на установление собственника металлолома были направлены фактически лишь на устранение препятствий к хищению металлолома. Данные действия обусловлены также обстоятельствами организационного и технического характера, связанными со сложностью совершения хищения данного имущества, поскольку для этого требовалось применение технических средств для резки и перемещения большого количества металла, использование грузового транспортного средства, что создавало шум и привлекало внимание других лиц, а также связано с местом расположения строения бывшей котельной на открытом участке территории населённого пункта, то есть находящимся в пределах поля зрения жителей данного населённого пункта. В связи с этим осуждённый пытался создать у других лиц видимость законности, но фактически преступных, его действий.

Вместе с тем уголовно-правовая оценка действиям осуждённого дана ошибочная.

Квалифицируя его действия по части третьей статьи 30, пункту «б» части второй статьи 158 УК Российской Федерации, то есть как покушение на тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в помещение, суд не привел обоснование такой правовой оценки. Так, судом не приведено какое-либо обоснование незаконности проникновения в помещение котельной.

Между тем, под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Как следует из материалов уголовного дела, вход в здание котельной не был ограничен в силу его технического состояния, его заброшенности и запущенности; оно не использовалось и не было предназначено либо приспособлено для хранения материальных ценностей либо иных целей, не охранялось каким-либо образом; вход в здание не был оборудован запирающими устройствами, в дверном проёме отсутствовало дверное полотно, что делало вход внутрь строения доступным для любого лица.

При таких обстоятельствах квалификация действий осуждённого, данная судом первой инстанции, является ошибочной. В связи с этим действия осуждённого подлежат переквалификации на часть третью статьи 30 и часть первую статьи 158 УК Российской Федерации, то есть как покушение на тайное хищение чужого имущества.

Учитывая обстоятельства совершения покушения на преступление, его совершение, несмотря на неоднократные предупреждения осуждённого о недопустимости хищения металлолома, оснований для прекращения производства, а также для применения правил статьи 14 УК Российской Федерации о малозначительности деяния, в отношении осуждённого не имеется.

При смягчении наказания, в связи с переквалификацией действий осуждённого, суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности преступления, а также всю совокупность обстоятельств, установленных по делу и приведённых в приговоре суда: данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление самого осуждённого и на условия жизни его семьи, а также приведённые нормы Общей части УК Российской Федерации, правила части первой статьи 62 и части третьей статьи 66 УК Российской Федерации.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, являются активное способствование раскрытию и расследованию преступления, его семейное положение, служба в рядах Российской Армии в 2001-2002 годах на территории Чеченской Республики в период восстановления конституционного строя, суверенитета и целостности Российской Федерации, отсутствие у потерпевшей стороны каких-либо претензий к ФИО1 в связи с обнаружением и возвращением похищенного имущества органами полиции.

Учитывая совокупность всех данных о личности виновного, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд находит необходимым назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ. Данный наказания будет способствовать восстановлению социальной справедливости и перевоспитанию осуждённого, предупреждению его от совершения новых преступлений. Оснований для применения положений статьи 64 УК Российской Федерации не имеется.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами оснований для удовлетворения апелляционного представления не имеется.

Что касается возмещения процессуальных издержек и вещественных доказательств, то данные вопросы разрешены правильно.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих за собой отмену судебного решения в целом, не допущено. Доводы о нарушении норм уголовно-процессуального законодательства на стадии предварительного расследования дела не соответствуют действительности.

Руководствуясь статьями 389¹³, 389²⁰, 389²⁸, 389³³ УПК Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Николаевского районного суда Ульяновской области от 20 августа 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

 переквалифицировать действия ФИО1 с части третьей статьи 30 и пункта «б» части второй статьи 158 УК Российской Федерации на часть третью статьи 30 и часть первую статьи 158 УК Российской Федерации, то есть как покушение на тайное хищение чужого имущества, и назначить наказание в виде обязательных работ на срок 60 часов.

В остальной части приговор Николаевского районного суда Ульяновской области от 20 августа 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК Российской Федерации. Кассационные жалоба, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Разъяснить осуждённому, что он вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья