Дело № 2-131/2021

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

29 марта 2021 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Дунькиной Е.Н.,

при секретаре Трифоновой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителя истца ФИО1, ФИО4, действующего на основании доверенности 

<

данные изъяты> от 03 ноября 2020 года сроком на три года, ответчика ФИО6, ее представителя адвоката Гринюка Н.Н., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО7, 

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО8, ФИО7 о признании сделок недействительными, выделе супружеской доли, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности,

У С Т А Н О В И Л:

истец ФИО1, через представителя ФИО10, действующего на основании доверенности 

<

данные изъяты> от 03 ноября 2020 года сроком на три года, обратилась в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО6 и ФИО8 о признании сделки купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 490 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес> недействительной,

выделении супружеской доли наследодателя ФИО2, умершего 05 сентября 2019 года, в совместно нажитом имуществе в период брака с ФИО6 в размере по 1/2 доли в праве собственности на:

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 500 +/- 14 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 490 +/- 14 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>

включении в наследственную массу после умершего 05 сентября 2019 ФИО2 по 1/2 доли в праве собственности на:

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> общей площадью 1 500 +/- 14 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 490 +/- 14 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>

признании права собственности в порядке наследования по закону после умершего 05 сентября 2019 года ФИО2 по 1/4 доли в праве собственности на вышеуказанные земельные участки.

В обоснование заявленных исковых требований истец ФИО1 сослалась на то, что в период с 1992 года ФИО2, умерший 05 сентября 2019 года, и ФИО6 состояли в браке, который был расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака, 20 декабря 2004 года ФИО12 и ФИО6 приобрели земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 2 990 кв.м и расположенный на нем жилой дом с надворными постройками по адресу: 

<

адрес>.

После расторжения брака ФИО12 и ФИО6 указанное совместно нажитое имущество не делили. Земельный участок и дом находились в пользовании ФИО6

23 мая 2018 года ФИО2 вступил в брак с ФИО1 05 сентября 2019 года ФИО2 умер, после его смерти открылось наследство, в том числе в виде доли земельного участка и жилого дома, приобретенного в период брака с ФИО6

Указывает, что наследниками первой очереди после умершего ФИО20 является его супруга ФИО1 и сын ФИО13

Отмечает, что после открытия наследственного дела узнала, что в январе 2018 года ответчик ФИО6 путем проведения межевания из земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 2 990 кв.м выделила земельный участок площадью 1 490 кв.м, в результате чего образовалось два участка: с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 500 кв.м, и с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 490 кв.м. 

В феврале 2018 года ФИО6 продала ФИО8 земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м, образованный из совместно нажитого земельного участка без уведомления и согласия наследодателя ФИО2, тем самым нарушив права наследодателя, что привело к нарушению прав истца ФИО1, как наследника умершего супруга. 

Со ссылкой на положения ст.ст. 34, 35, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, ст.ст. 168, 218, 253, 256, 1112, 1150, 1152, 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит защиты имущественного права и удовлетворения заявленных исковых требований (том 1 л.д. 4-7). 

В соответствии с частью 3 статьи 40 ГПК РФ, 09 февраля 2021 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО7

18 февраля 2021 года истец ФИО1, через представителя ФИО4, действующего на основании доверенности 

<

данные изъяты> от 30 ноября 2020 года, в порядке статьи 39 ГПК РФ дополнила исковые требования и просила признать недействительными сделки купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 490 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

и земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 500 кв.м, и расположенного на нем жилого дома с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящихся по адресу: 

<

адрес>

выделить супружескую долю наследодателя ФИО2, умершего 05 сентября 2019 года, в совместно нажитом имуществе в период брака с ФИО6 в размере по 1/2 доли в праве собственности на:

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 500 кв.м, и расположенный на нем жилой дом с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящиеся по адресу: 

<

адрес>

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 490 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>

включить в наследственную массу после умершего 05 сентября 2019 ФИО2 по 1/2 доли в праве собственности на:

- земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 500 кв.м, и расположенный на нем жилой дом с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящиеся по адресу: 

<

адрес>

- земельный участок с кадастровым номером 

<

адрес>, общей площадью 1 490 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>

признать право собственности в порядке наследования по закону после умершего 05 сентября 2019 года ФИО2 по 1/4 доли в праве собственности на вышеуказанные земельные участки и жилой дом (том 2 л.д. 28-32).

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, воспользовалась правом ведения дела через представителя на основании ст. 48 ГПК РФ, просила рассмотреть дело без ее участия (том 1 л.д. 226, том 2 л.д. 66). 

Представитель истца ФИО1, ФИО4, действующий на основании доверенности 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, указанным в иске, в полном объеме. Дополнил, что при совершении сделок купли-продажи указанного недвижимого имущества, приобретенного в период брака, ФИО6 должна была представить нотариальное согласие бывшего супруга ФИО12, однако этого не сделала, чем нарушила права наследодателя, что в свою очередь привело к нарушению прав истца.

Ответчик ФИО6 представила отзыв на исковой заявление, согласно которому не согласна с тем, что спорное имущество может быть отнесено к супружескому имуществу, поскольку фактические брачные отношения между ней и ФИО2 были прекращены в 2002 году. С указанного времени проживали отдельно друг от друга, каждый своей жизнью. Отмечает, что вопрос о прекращении с ФИО2 брачных отношений возникал и до 2002 года, их прерывали и до указанного периода. Из-за проблем в семье еще до 2000 года была вынуждена подать на взыскание с ФИО2 алиментов на содержание совместного сына ФИО13 Брак с ФИО2 окончательно перестал существовать в 2002 году. От ФИО2 ушла с сыном проживать в свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, совместного хозяйства с момента переезда в свою квартиру не вели.

Отмечает, что дом с земельным участком на свое имя приобретала после фактического прекращения брачных отношений, в том числе на денежные средства своей матери. ФИО2, зная о том, что земельный участок приобретен на собственные средства никогда на нем не был, им не пользовался и при жизни не претендовал на него, поэтому при подаче искового заявления о расторжении брака указал, что спора о разделе совместно нажитого имущества не имеется. Зная о приобретенном в 2004 году земельном участке и жилом доме с момента расторжения брака в 2007 году до своей смерти 05 сентября 2019 году, на протяжении более 12 лет не предъявлял каких-либо требований по земельному участку с домом как к имуществу нажитому супругами во время брака.

Отмечает, что все сделки с имуществом произведены в соответствии с действующим законодательством. 

Считает, что в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. А поскольку ФИО2 более 12 лет не предъявлял исковых требований в отношении земельного участка и расположенного на нем жилого дома, то им, а также ФИО1, чьи права являются производными, пропущен срок исковой давности. 

Просит применить последствия пропуска срока исковой давности, в удовлетворении иска отказать (том 2 л.д. 75-77).

В судебном заседании ответчик ФИО6 с участием представителя, адвоката Гринюка Н.Н., возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что инициатором развода был ФИО2, с момента расторжения брака и до дня смерти он не заявлял требований о разделе спорного имущества, а именно, земельного участка и жилого дома, который был ею приобретен после фактического прекращения семейных отношений исключительно на личные денежные средства и денежные средства, переданные ей матерью. 

Отмечает, что спора о разделе совместно нажитого имущества между ними не имелось, о чем ФИО2 указывал в исковом заявлении о расторжении брака. Поскольку ФИО2 при жизни признавалось ее единоличное право на спорное имущество и не претендовал на него, не заявлял о выделе супружеской доли, то считает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения с заявленными требованиями, о применении которого ходатайствовала в ходе судебного разбирательства.

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, просила рассмотреть дело без ее участия, в удовлетворении иска отказать, отмечает, что ФИО2 ни разу после приобретения ею земельного участка на участке не появлялся, каких-либо претензий не предъявлял (том 2 л.д. 70).

Ответчик ФИО7 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать, поддержала позицию ответчика ФИО3

Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, в удовлетворении иска отказать (том 2 л.д. 71).

В судебном заседании 09 февраля 2021 года третье лицо ФИО13 поддержал позицию ответчика ФИО6, пояснил, что ФИО2, приходящемуся ему отцом, было известно о приобретении матерью ФИО6 земельного участка и расположенного на нем дома в 

<

адрес>, после прекращения семейных отношений. При жизни ФИО2 никогда не претендовал на земельный участок и жилой дом, не приезжал в 

<

адрес>, в связи с чем считает, что истец не вправе претендовать на земельный участок и жилой дом.

Третье лицо нотариус нотариальной палаты Санкт-Петербурга нотариального округа Санкт-Петербург ФИО14 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, просила рассмотреть дело без ее участия (том 2 л.д. 53).

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, допроси свидетелей, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно статье 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации, принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 настоящего Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными настоящим Кодексом.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное.

В силу пункта 4 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно статье 38 Семейного кодекса Российской Федерации, раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов (пункт 1).

К требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых, расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности (пункт 7).

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых, расторгнут, исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств. Если после расторжения брака бывшие супруги продолжают пользоваться общим имуществом, то срок исковой давности начинает течь с того дня, когда одним из них будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке, который был прекращен ДД.ММ.ГГГГ на основании решения мирового судьи судебного участка № Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена актовая запись о расторжении брака № и выдано свидетельство I-АК № (том 1 л.д. 11, 227, 229).

23 мая 2018 года ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключили брак, о чем отделом ЗАГС Кировского района Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга составлена запись о заключении брака № и выдано свидетельство III-АК № (том 1 л.д. 38).

05 сентября 2019 года ФИО2 умер, о чем отделом регистрации актов гражданского состояния о смерти Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга составлена актовая запись о смерти № и выдано свидетельство № (том 1 л.д. 72).

Наследниками ФИО2, умершего 05 сентября 2019 года, первой очереди по закону являются его супруга ФИО1 и сын ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые в предусмотренный законом срок обратились с заявлениями о принятии причитающегося им наследства к нотариусу нотариальной палаты Санкт-Петербурга нотариального округа Санкт-Петербург ФИО14, что подтверждено материалом наследственного дела № (том 1 л.д. 72 оборот-75, 75 оборот, 76).

Как следует из объяснений ответчика ФИО6, брачный договор между ФИО6 и ФИО2 не заключался. Семейные отношения между ними были прекращены в 2002 году, после чего ею были приобретены земельный участок и жилой дом в 

<

адрес>. В связи с необходимостью проведения ремонтных работ в доме и отсутствием денежных средств приняла решение о разделе земельного участка и продаже одного из них. В дальнейшем из-за ухудшения здоровья и невозможности обрабатывать земельный участок продала и его. 

Так ответчиком ФИО6 в материалы дела представлена копия договора купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом с надворными постройками, согласно которому 20 декабря 2004 года ФИО9, действующий через представителей, продал, а ФИО6 приобрела в собственность земельный участок площадью 2 990 кв.м с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, категории земель: земли населенных пунктов, с назначением для ведения личного подсобного хозяйства, и размещенный на нем жилой дом общей площадью 54,2 кв.м с надворными постройками по адресу: 

<

адрес> (том 1 л.д. 230-231, 232-234).

22 декабря 2004 года договор купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом с надворными постройками от 20 декабря 2004 года был зарегистрирован в Росреестре по Ленинградской области (том 1 л.д. 235), о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним составлена запись регистрации № и выдано свидетельство о праве собственности на земельный участок на имя ФИО6 серии № (том 1 л.д. 236). Право собственности на жилой дом с надворными постройками зарегистрировано под № и выдано свидетельство о праве собственности на дом на имя ФИО6 № (том 1 л.д. 237).

В январе 2018 года ответчик ФИО6 произвела раздел принадлежащего земельного участка площадью 2 990 кв.м с кадастровым номером 

<

данные изъяты> на два земельных участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 500 кв.м, на котором расположен жилой дом с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м, что сторонами не оспаривалось. 

10 февраля 2018 года ответчик ФИО6 произвела отчуждение земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м, заключив договор купли-продажи указанного земельного участка с ФИО8 (том 1 л.д. 179-183, 186-192).

На основании вышеуказанного договора купли-продажи земельного участка от 10 февраля 2018 года Росреестром по Ленинградской области за ответчиком ФИО8 было зарегистрировано право собственности на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м, категории земель: земли населенных пунктов, с разрешенным использованием: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенного по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 12-22).

17 мая 2020 года между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого 

<

адрес>, согласно которому ФИО6 (продавец) продала, а ФИО7 (покупатель) купила земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> общей площадью 1 500 кв.м, категории земель: земли населенных пунктов, с разрешенным использованием: для ведения личного подсобного хозяйства, и расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером 

<

данные изъяты> общей площадью 29,5 кв.м, находящиеся по адресу: 

<

адрес> (том 1 л.д. 177, 197-198).

Переход права собственности зарегистрирован Росреестром Ленинградской области на основании заявления продавца и покупателя (том 1 л.д. 193-194, 195-196).

Таким образом, в ходе судебного заседания установлено, что в период брака между ФИО2 и ФИО6 21 декабря 2004 года последней был приобретён земельный участок площадью 2 990 кв.м и расположенный на нем жилой дом с надворными постройками по адресу: 

<

адрес>.

Обращаясь 14 февраля 2007 года к мировому судье с исковым заявлением о расторжении брака ФИО2 указал, что с мая 2006 года прекращены семейные и супружеские отношения с ФИО15, спора о разделе совместно нажитого имущества не имеется (том 1 л.д. 227).

Как следует из решения мирового судьи судебного участка № Санкт-Петербурга от 16 июля 2007 года по гражданскому делу № по иску ФИО2 к ФИО6 о расторжении брака, которым заявленные требования удовлетворены, брак между ФИО2 и ФИО6, зарегистрированный 14 апреля 1993 года в отделе ЗАГС 

<

адрес> Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга, актовая запись №, расторгнут; с мая 2006 года брачные и семейные отношения сторон прекращены (том 1 л.д. 229). 

18 января 2018 года ФИО6 произвела раздел земельного участка площадью 2 990 кв.м с кадастровым номером 

<

данные изъяты> на два земельных участка: с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м и с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 500 кв.м, на котором расположен жилой дом с кадастровым номером 

<

данные изъяты>.

10 февраля 2018 года ФИО6 произвела отчуждение земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 1 490 кв.м, продав его ответчику ФИО8.

17 мая 2020 года ФИО6 произвела отчуждение земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 1 500 кв.м, с расположенным на нем жилым домом с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, продав его ответчику ФИО7

Истец просит признать указанные сделки купли-продажи земельных участков и жилого дома от 10 февраля 2018 года и от 17 мая 2020 года недействительными ссылаясь на положения статьи 168 ГК РФ, полагая, что отчуждение земельных участков и дома произведено без учета того, что они были приобретены в период брака ФИО2 к ФИО6, в связи с чем 1/2 доля от указанных объектов недвижимости подлежит выделению как супружеская доля наследодателя ФИО2, включению в наследственную массу наследодателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что при жизни ФИО2 между бывшими супругами не возникало споров о разделе имущества в виде земельного участка площадью 2 990 кв.м и расположенного на нем жилого дома с надворными постройками по адресу: 

<

адрес>, препятствий в пользовании которыми у ФИО2 не имелось.

Суд исходит из того, что истцом не представлено достоверных доказательств использования спорного имущества - земельного участка и расположенного на нем жилого дома ФИО2 совместно с бывшей супругой ФИО6 после расторжения брака с ней с июля 2007 года. 

При таких обстоятельствах, суд по заявлению ответчика ФИО6 применяет к спорным правоотношениям срок исковой давности, начало течения которого исчисляет с даты вступления в законную силу решения суда о расторжения брака между наследодателем ФИО2 и ответчиком ФИО6, то есть – 26 июля 2007 года.

При этом, связывая начало течения срока исковой давности по заявленным требованиям с моментом расторжения брака, суд исходит не из самого факта расторжения брака как юридического обстоятельства, свидетельствующего о начале течения срока исковой давности по требованиям супругов о разделе общего имущества, а из того, что именно с этого времени наследодатель должен был знать о нарушении права на раздел общего имущества. Следует отметить, что зная о наличии спорного имущества, требований о его разделе до момента смерти 05 сентября 2019 года ФИО2 не заявлял; в материалах дела отсутствуют сведения о том, что он после прекращения совместного проживания с ФИО6 пользовался земельным участком и расположенным на нем жилым домом, нес расходы по их содержанию, либо заявлял какие-либо права на них. 

Напротив, представленное в материалы дела представителем истца, письмо ФИО6, адресованное ФИО2 и написанное после прекращения семейных отношений (том 1 л.д. 238), подтверждает доводы как ответчика ФИО6, так и третьего лица ФИО13 об отсутствии ФИО2 препятствий в пользовании земельным участком и жилым домом, напротив предоставлялось право пользования объектами недвижимости, в том числе вместе с друзьями, однако он не желал пользоваться объектами недвижимости, поскольку на них не претендовал. 

Как разъяснено в абз. 3 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации» суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Таким образом, учитывая характер заявленных исковых требований, природу взаимоотношений между участниками спора, суд приходит к выводу о невозможности удовлетворения требований в связи с пропуском исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком ФИО6

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (часть 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, пользуясь предоставленными законом процессуальными правами, истец ФИО1 не была ограничена в возможности представлять доказательства, обосновывающие заявленные ею требования, а также содержащие возражения против позиции ответчика ФИО6 Между тем, доказательств, опровергающих доводы ответчика ФИО6 о пропуске истцом срока исковой давности, последней суду представлено не было.

Показания свидетелей ФИО16, супруга двоюродной сестры ФИО2, и ФИО17, сына истца, к таким доказательствам не относятся, а напротив подтверждают, что ФИО2 достоверно было известно о наличии земельного участка в 

<

адрес>, приобретенного на имя ответчика, никаких препятствий в пользовании недвижимым имуществом не имелось. Тот факт, что свидетель ФИО17 дважды по просьбе ФИО2 привозил его на земельный участок летом 2017 года и в начале весны 2018 года, также не свидетельствуют о намерении наследодателя предъявить какие-либо претензии относительного земельного участка и жилого дома.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о выделении супружеской доли наследодателя ФИО2, умершего 05 сентября 2019 года, в совместно нажитом имуществе в период брака с ФИО6 в размере по 1/2 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 47:20:0616002:78, общей площадью 1 500 кв.м, и расположенный на нем жилой дом с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, и на земельный участок с кадастровым номером 

<

адрес>, общей площадью 1 490 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, в связи с пропуском срока исковой давности, то оснований для включения указанного имущества в наследственную массу ФИО2, умершего 05 сентября 2019 года, и дальнейшего признания за истцом права собственности на 1/4 долю указанных объектов недвижимости в порядке наследования не имеется.

Не имеется правовых оснований для признания недействительными договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 490 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>, от 10 февраля 2018 года и договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, площадью 1 500 кв.м, и расположенного на нем жилого дома с надворными постройками с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящихся по адресу: 

<

адрес>, от 17 мая 2020 года, поскольку договора исполнены, их содержание и форма соответствуют требованиям ст.ст. 549, 550 ГК РФ, переход права собственности на недвижимое имущество зарегистрирован в соответствии с положениями ст. 551 ГК РФ. Намерения и волеизъявление сторон спорных договоров купли-продажи полностью соответствует договору и закону. После подписания договоров ответчики совершенными ими действиями полностью подтвердили свои намерения и создали соответствующие договору купли-продажи недвижимости правовые последствия. Земельные участки были передан в собственность ответчиков ФИО5 и ФИО11, к ним перешло право собственности на недвижимое имущество, указанное в договорах. Проведенная регистрация перехода прав на земельные участки и жилой дом свидетельствует о том, что ответчики обращались в регистрирующий орган с заявлением о регистрации перехода права собственности, оплатив подлежащую уплате государственную пошлину и совершили реальные действия, связанные с исполнением принятых ими на себя обязательств по договорам.

Отчуждение земельных участков и жилого дома было произведено в соответствии с действующим законодательством, с соблюдением формы и содержания сделки, объекты на момент совершения сделок в споре и под арестом не состояли. Ответчик ФИО6 распорядилась принадлежащим ей имуществом, реализовывая предоставленные ст. 209 ГК РФ права собственника. 

При таких обстоятельствах в удовлетворении иска ФИО1 следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ, судья 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО6, ФИО8, ФИО7 о признании сделок недействительными, выделе супружеской доли, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд Ленинградской области.

Мотивированное решение составлено 30 марта 2021 года.

Судья Дунькина Е.Н.