Дело № 2-160/2024

УИД 75RS0001-02-2023-006986-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

<

адрес> 8 апреля 2024 года 

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Гусмановой И.С., 

при секретаре Калашниковой Ю.Д., 

с участием:

помощника прокурора Быкова А.А.,

истца ФИО4, 

представителя истцов ФИО5,

представителей ответчиков ФИО6, ФИО7,

езниковой 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО2, ФИО9, ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Новомед», Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, 

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с вышеуказанным иском, мотивируя следующим. 

В начале лета 2021 года ФИО10 впервые стали беспокоить проблемы 

<

данные изъяты>, после чего мужчина обратился в общества с ограниченной ответственностью «Новомед» (далее – ООО «Новомед»), где лечащим врачом была назначена врач-уролог ФИО1 Впервые к этому врачу ФИО10 обратился ДД.ММ.ГГГГ, ему были проведены исследования и назначено лечение по заболеванию «

<

данные изъяты>». Лечение очевидно не помогало, 

<

данные изъяты>, но врач 

<

данные изъяты> рекомендовала продолжить лечение. Через месяц ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 обратился на повторный прием к врачу-урологу ФИО1 ею были выставлены диагнозы 

<

данные изъяты>, но лечение кардинально не поменялось. Супруга ФИО10 настаивала на более тщательных обследованиях при отсутствии клиники выздоровления, тогда врач предложила провести МСКТ-исследование, которое ФИО10 прошел ДД.ММ.ГГГГ. Результаты исследования показали признаки 

<

данные изъяты> заболевания 

<

данные изъяты>. Таким образом, фактически ФИО10 упустил два драгоценных месяца для своевременной диагностики 

<

данные изъяты> заболевания. Хотя при наличии 

<

данные изъяты> и явного отсутствия положительного эффекта в лечении (в ходе безуспешного лечения у больного появились уже боли выраженного характера) врач-уролог могла назначить проведение 

<

данные изъяты>, что наверняка могло помочь своевременно обнаружить 

<

данные изъяты> заболевание.

После лечения в ООО «Новомед» ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ посетил врача-уролога Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» (далее – ГУЗ «ЗКОД») ФИО2 который выставил диагноз: «

<

данные изъяты>», рекомендовал прийти на повторный прием с результатами 

<

данные изъяты>. По результатам 

<

данные изъяты>, проведенной только ДД.ММ.ГГГГ врачом ФИО36, после отобрания биопсии ФИО10 в ГУЗ «ЗКОД» было установлено, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. С помощью биопсийных щипцов взят фрагмент 

<

данные изъяты> на гистологическое исследование. Однако в результате изъятия слишком малого объема материала на биопсию не удалось выставить правильный диагноз и назначить верную терапию. Опухоль патогистологи определили как доброкачественную, в связи с чем лечащие врачи назначили для ее удаления щадящую - 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. Операцию назначили как плановую спустя почти полтора месяца после отобрания биопсии. Однако в ходе операции выяснилось, что опухоль весьма опасная, имеет большие размеры с участками распада и методом ТУР-операции удалению не подлежит. Ошибки в диагностике привели к тому, что на момент окончательного выставления диагноза 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> заболевание уже имело 2 стадию запущенности. В период лечения в онкодиспансере после проведения биопсии ФИО10 врачи не предупредили о возможном начале сильного головокружения, предложили пойти в палату самостоятельно. Пациент встал с медицинской кушетки и упал с высоты собственного роста, получив осаднения мягких тканей лба и скулы, что подорвало его без того слабое здоровье. Три проведенных курса 

<

данные изъяты> (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) положительного эффекта не дали, 

<

данные изъяты>, в связи с чем ФИО10 назначили уже обширную операцию по удалению 

<

данные изъяты>.ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 удалили 

<

данные изъяты>, однако после операции состояние мужчины стремительно ухудшалось. На лечении он пробыл с ДД.ММ.ГГГГ года, затем его выписали домой с записью в эпикризе, что выписывается в удовлетворительном состоянии. По словам родных, это было неправдой, ФИО10 выглядел изможденным, «кожа до кости». Более того, на момент

выписки, в карте пациента уже имелись исследования о наличии 

<

данные изъяты>, но ни в ходе длительного лечения, ни перед выпиской анализ 

<

данные изъяты> пациенту не провели (при поступлении в стационар был предоставлен анализ об отсутствии ковид-19). Перед выпиской анализы крови на гемоглобин у ФИО10 не отобрали, температуру не измеряли.

Таким образом, истицы полагают, что в указанный период ФИО10 не получил надлежащей медицинской помощи. Фактически состояние пациента было критическим. В выписном эпикризе в основном диагнозе в графе «осложнения» и «сопутствующий» не были указаны диагнозы 

<

данные изъяты>, хотя по данным этой же выписки, по данным РГ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ - «

<

данные изъяты>. По данным КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ «

<

данные изъяты>». По данным РГ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ: в сравнении с исследованием от ДД.ММ.ГГГГ число и интенсивность очагов увеличилась. Образование верхней доли левого легкого. Очаговые изменения легких более вероятно вторичного генеза с отрицательной динамикой. Кроме того, после проведения биопсии за ФИО10 не был осуществлен. Дальнейшее ухудшение состояния здоровья ФИО10 сразу после выписки из онкодиспансера только подтверждает доводы истцов о ненадлежащем оказании медицинской помощи пациенту. 

Находясь дома, сразу после выписки из онкодиспансера ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 уже через несколько часов начало лихорадить, поднялась высокая температура, и ДД.ММ.ГГГГ родные немедленно доставили мужчину в ГУЗ «Краевая клиническая больница», куда его госпитализировали. Вскоре после обследования выяснилось, что у ФИО10 

<

данные изъяты> и бригадой скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 доставили в моностационар ГУЗ «Городская клиническая больница №», в этот день супруга ФИО8 видела мужа живым последний раз. В моностационаре через 3 суток лечения ФИО10 скончался. Из протокола патологоанатомического вскрытия известно, что основным заболеванием стал 

<

данные изъяты>.

По факту смерти пациента ФИО10 было возбуждено уголовное дело, в рамках которого органами следствия были назначены и проведены комиссионные судебно-медицинские экспертизы, установившие дефекты оказания медицинской помощи с косвенной причинно-следственной связью между дефектами, допущенными медицинскими работниками и наступившими смертельным исходом. 

Истицы полагают, что в период болезни их супруг и отец ФИО10 не получил адекватной медицинской помощи в двух указанных лечебных учреждениях ответчиков, что существенно повлияло на скорый уход из жизни, лишило возможности продления жизни и своевременного правильного лечения опасного ракового заболевания. 

ДД.ММ.ГГГГ руководителем второго следственного отделения третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета по 

<

адрес> было возбуждено уголовное дело по факту смерти ФИО10 по ч. 1 ст. 109 УК РФ. Однако в связи с отсутствием прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами медицинской помощи и смертью ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ органами следственного комитета вынесено постановление о прекращении уголовного дела по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в отношении врачей-уролога ООО «Новомед» ФИО37., врача-онколога ГУЗ «ЗКОД» ФИО38, ФИО39 Истцы просили взыскать с ООО «Новомед» компенсацию морального вреда в пользу ФИО8, действующей в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетней ФИО28 ФИО9, ФИО4 в размере по 1 000 000 руб. каждой. Взыскать с ГУЗ «ЗКОД» компенсацию морального вреда в пользу ФИО8, действующей в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетней ФИО2, ФИО9, ФИО4 в размере по 1 000 000 руб. каждой. При недостаточности имущества ГУЗ «ЗКОД», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам данного учреждения перед истцами возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края. 

Определением суда от 12.10.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчика привлечены ФИО14 (

<

данные изъяты>) С.В., ФИО11, ФИО12. 

Определением суда от 20.11.2023 к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика привлечена ФИО13. 

Истцы ФИО8, ФИО2, ФИО9 не явились, о месте и времени рассмотрения дела были извещены, направили своего представителя. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержали. 

Истец ФИО4, представитель истцов ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ООО «Новомед» ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по следующим основаниям. Самое раннее, когда врач мог направить пациента на обследование на онкологию, - первый контрольный приём ДД.ММ.ГГГГ Следовательно, срок, истекший с самой ранней возможности направления пациента на обследование на онкопатологию и до дня проведения компьютерной томографии ДД.ММ.ГГГГ составил 1 месяц и 5 дней. Объективно - это небольшой срок в диагностике сложного 

<

данные изъяты> заболевания. Врач ФИО40. не направила пациента на исследование по исключению онкопатологии только на одном (первом) контрольном приеме ДД.ММ.ГГГГ, а наличие 

<

данные изъяты> уже было установлено на втором по счету контрольном приёме 

<

данные изъяты>. В действиях врача нет систематического нарушения. Несмотря на то, что верный диагноз (карцинома) был выставлен пациенту только 26.11.2021, даже тогда он был признан онкологами курабельным (не безнадежным) и подлежащим комплексному лечению. Пациент не был направлен на обследование по 

<

данные изъяты> на первом повторном приёме ДД.ММ.ГГГГ по объективным причинам.

Это был первый повторный прием у врача клиники ООО «Новомед», было отмечено улучшение общего состояния. Как отмечено в заключении эксперта № причиной несвоевременного диагноза явились трудности дифференциальной диагностики 

<

данные изъяты> заболеваний на начальных этапах развития. Симптомы 

<

данные изъяты>. Все эти симптомы могут свидетельствовать о множестве других заболеваний со схожей клинической картиной. Тщательная дифференциальная диагностика на одном приёме затруднительна, особенно учитывая общее улучшение состояния пациента, а также уменьшение некоторых отдельных симптомов. Переписка врача с супругой пациента в соцсети не является медицинской услугой, но косвенно свидетельствует о том, что диагноз 

<

данные изъяты> не исключался врачом, но предварительно проверялись другие диагнозы. Врач из соображений разумности объёма проводимых исследований не рекомендовала проведение КТ, но предполагала возможность этого исследования в дальнейшем. Наиболее эффективный способ исключить 

<

данные изъяты> заболевание - компьютерная томография или магнитно-резонансная томография - процедуры дорогостоящие и небезопасные, сопряженные с лучевой нагрузкой, которую не назначают всем подряд при каждом случае. На летальный исход могли повлиять иные факторы, не связанные с дефектами оказания медицинской помощи. Первые признаки заболевания проявились в начале лета 2021 г., а пациент обратился в ООО «Новомед» ДД.ММ.ГГГГ через 1,5 месяца после первых признаков заболевания, чем сам задержал срок диагностики. На усугубление состояния здоровья также могла повлиять вакцинация в октябре 2021 г. «

<

данные изъяты>». Через 2 недели после повторного приема ДД.ММ.ГГГГ в ответ на сообщение в мессенджере супруги пациента (истицы) ФИО8 об ухудшении состояния пациента, врач ФИО41 рекомендовала госпитализацию в стационар урологии для дообследования и дальнейшего лечения, в том числе рекомендовала КТ мочевыводящих путей. Истица обвиняет клинику «Новомед» в необоснованном затягивании диагностики путем обследования КТ на 2 месяца, что не соответствует действительности. Рекомендация провести КТ была дана в течение 2 недель после повторного приема. Фактически пациент обратился для проведения КТ только ДД.ММ.ГГГГ, то есть ещё через 2 недели после рекомендации врача. Кроме того, характер переписки в мессенджере свидетельствует о причинах затягивания диагностики со стороны самого пациента при поддержке супруги ФИО8 - возможные проблемы на работе, удаленность от клиники. Причина смерти ФИО10 вызвана тяжестью основных заболеваний. Согласно заключению эксперта № осложнения и тяжесть состояния пациента, а также смерть вызваны тяжестью основных заболеваний: 

<

данные изъяты>, а не дефектами оказания медицинской помощи. Гарантировать благоприятный исход было невозможно. Отдалённое метастазирование является фатальным (неизбежным) осложнением 

<

данные изъяты> заболевания. Просила в удовлетворении исковых требований к ООО «Новомед» отказать полностью.

Представитель ответчика ГУЗ «ЗКОД» ФИО6, действующая на основании доверенности, исковые требования истцов не признала. Полагала выводы в заключениях экспертов не полными, не соответствующими проведенному исследованию, противоречащими нормативно-правовым актам, регулирующим отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации. При оказании медицинской помощи ФИО10 ГУЗ «ЗКОД» не допускало дефектов. Вывод эксперта о не назначении ФИО10 ОАМ, ОАК, биохимического анализа крови не обоснован, является незаконным. Врач поликлиники ГУЗ «ЗКОД» не обязан назначать ОАМ, ОАК и биохимический анализ крови при первичном приеме, следовательно, не назначение указанных лабораторных исследований не является дефектом. Согласно перечню исследований при направлении на этапе оказания первичной медико-санитарной помощи, утвержденного распоряжением Министерства здравоохранения Забайкальского края от 02.06.2021 № 608/р, при выявлении 

<

данные изъяты> врачи специалисты, указанные в п. 3 Положения об организации оказания медицинской помощи пациентам с 

<

данные изъяты> заболеваниями на территории Забайкальского края, утвержденного указанным распоряжением проводят обязательные процедуры: общий анализ крови, биохимическое исследование крови, анализ мочи, цитологические исследования мочи, ЭКГ, УЗИ почек, БП, забрюшинного пространства, периферических лимфатических узлов, рентгенография грудной клетки. После проведения указанных исследований, врач-специалист направляет пациента к врачу

<

данные изъяты> первичного 

<

данные изъяты> кабинета (далее - ПОК), который в свою очередь обязан провести цистоскопию с биопсией, КТ грудной клетки, брюшной полости с внутривенным контрастированием. Направляет на консультацию специалистов (по показаниям) (страница 37 Перечня исследований), и только после проведенных исследований, врач

<

данные изъяты> ПОК направляет пациента (с результатами исследований, обследований) в поликлинику ГУЗ «ЗКОД» (п. 3, 4 Положения об организации оказания медицинской помощи пациентам с 

<

данные изъяты> заболеваниями на территории Забайкальского края, утвержденного указанным распоряжением). Дефект в виде отсутствия указания на данные, обосновывающие диагноз 

<

данные изъяты>, не состоятелен. Опухоль 

<

данные изъяты> обосновывается результатами МСКТ почек, забрюшинного пространства ДД.ММ.ГГГГ (МедикаХолдинг). 

<

данные изъяты>. В амбулаторной карте данное заключение имеется. Обязанности писать ссылку на результаты (вид исследования, дата и место проведения исследования) в протоколе приема врача-уролога законодательством РФ не предусмотрено, следовательно, не указание данных обосновывающие диагноз в протоколе первичного осмотра не является дефектом. Вывод о нарушении сроков проведения консультаций врачей - специалистов (

<

данные изъяты>) в случае подозрения на 

<

данные изъяты> заболевание, которые не должны превышать три рабочих дня, не обоснован. Пациент впервые обратился в ГУЗ «ЗКОД» ДД.ММ.ГГГГ (данные титульного листа амбулаторной карты № - дата заполнения ДД.ММ.ГГГГ) и на следующий день был принят врачом - урологом. Также экспертом указано на дефекты диагностики и лечения на приеме у врача-уролога ДД.ММ.ГГГГ в виде отсутствия данных о назначениях ОАК, ОАМ, биохимического анализа крови. Однако данные о назначении и проведении указанных исследований имеются в амбулаторной карте: результаты исследований биохимический анализ крови от ДД.ММ.ГГГГ (взятие биологического материала ДД.ММ.ГГГГ), результаты исследований ОАМ от ДД.ММ.ГГГГ (взятие биологического материала ДД.ММ.ГГГГ), результаты исследований ОАК от ДД.ММ.ГГГГ (взятие биологического материала ДД.ММ.ГГГГ). Кроме того, результаты проведенных лабораторных исследований имеются в электронном виде в медицинской информационной системе «

<

данные изъяты>». Относительно недостаточного количества материала для патоморфологического исследования, набранного во время цистоскопии, указала, что уретроцистоскопия пациенту проводилась ДД.ММ.ГГГГ. 

<

данные изъяты> врач был вынужден взять фрагмент опухоли на гистологическое исследование в щадящем режиме (1 прокол), в объеме захватываемого материала, предусмотренного конструкцией биопсийных щипцов. Осуществить несколько проколов опухоли 

<

данные изъяты> врач не мог, поскольку это могло навредить пациенту. При выполнении 

<

данные изъяты> врач описывает увиденную картину - «

<

данные изъяты>», т.е. 

<

данные изъяты>. Согласно результатам патолого-анатомического исследования от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в объеме исследованного материала - 

<

данные изъяты>. Данный результат является верным, ни эксперты, ни врачи под сомнение не его ставили. Однако эксперт утверждает, что «

<

данные изъяты>». Данный вывод является ложью, поскольку исследованиями установлены 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> Согласно разделу 2.4 рекомендаций, следующим обязательным для выполнения этапом установления диагноза является проведение ТУР-биопсии. Также, согласно разделу 2.4 рекомендаций, ТУР-биопсия является наиболее информативным вариантом биопсии. Пациенту проводится трансуретральное удаление части опухоли мочевого пузыря с подлежащим мышечным слоем и последующей оценкой глубины инвазии. Также при ТУР-биопсии можно более точно оценить первичную опухоль, а именно ее вертикальные и горизонтальные размеры. Врач-уролог на приеме ДД.ММ.ГГГГ назначила дополнительное обследование и на повторном приеме ДД.ММ.ГГГГ пациенту была назначена госпитализации на ДД.ММ.ГГГГ для выполнения трансуретральной резекции (ТУР). Дефекты диагностики и лечения ДД.ММ.ГГГГ на приеме врача-терапевта об отсутствии данных и интерпретации OAK, ОАМ, биохимического анализа крови, не назначении коагулограммы, отсутствии указания на диагноз 

<

данные изъяты>, отсутствии данных ЭКГ не обоснованы. Врач-терапевт осуществляла повторную консультацию с целью оценки пакета документов (обследований) необходимых для оперативного лечения. Результаты ОАК, ОАМ, биохимического анализа крови имелись в электронном виде МИС: номер заказа №: биохимический анализ крови (результат ДД.ММ.ГГГГ), ОАК (результат ДД.ММ.ГГГГ), ОАМ (результат ДД.ММ.ГГГГ). У всех врачей осуществляющих прием пациента имелся доступ к результатам данных исследований. Также результаты данных исследований имелись в амбулаторной карте. Результаты указанных исследований в электронном и в бумажном виде содержат их интерпретацию - референсный диапазон (также референсный интервал, эталонный диапазон, контрольный диапазон) в медицине - это диапазон значений, который считается нормальным для физиологических показателей у здоровых людей. Этот референсный диапазон является основой интерпретации тестов. Коагулограмму назначил врач-уролог на приеме в этот же день. ЭКГ проводилось ДД.ММ.ГГГГ. Результат вместе с описанием имеется в амбулаторной карте. Переписывать данные исследований врач-терапевт не обязана, к тому же, эксперт не указывает ссылку на нормативные акты, обосновывающие его выводы. Дефекты диагностики и лечения на амбулаторном приеме врача-терапевта ДД.ММ.ГГГГ в виде не выставления основного, сопутствующего диагноза, не обозначенных осложнений, не назначении лабораторной диагностики (ОАК, ОАМ, биохимического анализа крови), отсутствии данных об изменении сатурации также не обоснованы. Диагноз терапевтический в записи приема выставлен согласно МКБ-10. Лабораторное обследование назначено. Есть данные ЧДД, пульса, АД, они в пределах нормальных значений. Исследование сатурации не требовалось в данном случае. Назначено терапевтическое лечение и контроль после него. Основной диагноз указан на титульном листе амбулаторной карты – № ОAK, ОАМ, биохимический анализ крови были назначены в этот же день на приеме врача-уролога. Не согласны с дефектами диагностики и лечения на амбулаторном приеме врача-уролога ДД.ММ.ГГГГ в виде не выставления основного, сопутствующего диагнозов, не обозначении осложнений, отсутствии кода заболевания по МКБ-10, опечатках в рекомендуемых датах мазка. Диагноз указан в записи приема от ДД.ММ.ГГГГ и выставлен согласно МКБ-10 - 

<

данные изъяты>. Осложнений не было. Жалобы на боли в пояснице слева указаны. Состояние было удовлетворительным. Опечатки в рекомендуемых датах мазка на 

<

данные изъяты> никак не повлияли на понимание необходимой давности результатов, тем более, там же врач отметила - давность не более 3 дней. Не согласны с дефектами диагностики и лечения амбулаторного приема врача-терапевта ДД.ММ.ГГГГ: не выставлен основной, сопутствующие диагнозы, не обозначены осложнения, не назначена лабораторная диагностика (ОАК, ОАМ, биохимический анализ крови), не интерпретированы результаты предыдущих исследований, отсутствии данных об измерении сатурации. Пациент консультирован терапевтом повторно после ФГДС, назначенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве предоперационной подготовки. Установлен диагноз 

<

данные изъяты>. Лабораторное обследование у пациента проведено, в дополнительном обследовании не нуждался. 

<

данные изъяты> измерение сатурации не входит в перечень обязательных обследований. Дефекты диагностики и стационарного лечения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: при планировании ТУР уролог формирует предоперационный эпикриз, в котором уже предполагает наличие 

<

данные изъяты>. Данный вывод не соответствует действительности. В предоперационном эпикризе от ДД.ММ.ГГГГ врач-уролог не отражал предположения о наличие 

<

данные изъяты>. Определен основной диагноз - 

<

данные изъяты>. То обстоятельство, что при выполнении ТУР было выявлено, что устье левого мочеточника не определяется, вся левая боковая стенка занята стелящейся опухолью с участками распада, трансуретрально опухоль неудалима, вследствие чего, трансуретральное вмешательство ограничилось выполнением биопсии, не является дефектом. Данное оперативное вмешательство проведено с целью гистологического подтверждения диагноза и установления инвазии опухоли в мышечный слой мочевого пузыря, что было достигнуто. Вывод о необходимости проведения рестадирования - точного определения распространенности опухолевого процесса по системе TNM является незаконным. Согласно инструкции по регистрации и ведению учета больных злокачественными новообразованиями в Российской Федерации, утвержденной Приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О совершенствовании системы Государственного ракового регистра», стадия заболевания (обозначается римскими цифрами) определяется в зависимости от степени распространенности опухолевого процесса к моменту окончания обследования (а если больной оперирован - к моменту, предшествующему операции) в соответствии с критериями, предусмотренными отечественной четырехстадийной классификацией. При проведении оперативного вмешательства данные о стадии опухолевого процесса могут быть уточнены. Коррекция допустима лишь в том случае, если с момента установления диагноза до проведения операции прошло не более двух месяцев. При последующем наблюдении больного стадия заболевания остается неизменной, вне зависимости от направления развития заболевания. В тех случаях, когда определить стадию заболевания (например, у части больных раком внутренних органов, не подвергаемых хирургическому лечению) чрезвычайно сложно, следует использовать метку «стадия не установлена». С момента проведения ТУР биопсии мочевого пузыря ДД.ММ.ГГГГ до проведения лапаротомии, расширенной двусторонней тазовой лимфаденэктомии, цистпростатвезикулэктомии, двусторонней уретерокутанеостомии ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до момента, когда стало известно точное распространение опухолевого процесса, прошло более двух месяцев. Таким образом, у врачей не было законных оснований проводить рестадирование. Относительно дефектов диагностики и стационарного лечения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то проводить рестадирование законных оснований не было. Антибактериальная и дезинтоксикационная терапия проведена в полном объеме, что отражено в листе назначений и выписном эпикризе. Были назначены антибактериальные препараты: 

<

данные изъяты> Дезинтоксикационная терапия проводилась препаратом 

<

данные изъяты>. На контрольном исследовании МСКТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ данных за пневмонию нет. Причина острой дыхательной недостаточности определена. Пациент консультирован кардиологом терапевтом доктором медицинских наук ФИО17, выставлен диагноз 

<

данные изъяты>. Диагноз 

<

данные изъяты> выставлен обоснованно. Данных за тромбоэмболию мелких ветвей легочной артерии не было выявлено. Выписной эпикриз от ДД.ММ.ГГГГ формировался врачом-онкоурологом. В нем указано, что послеоперационный период протекал удовлетворительно. Это касается описания локального статуса (конкретное место оперативного вмешательства). Также врач в эпикризе указывает, в том числе и на развитие на 3-е сутки послеоперационного лечения клиники дыхательной недостаточности. Клиническая оценка состояния пациента при выписке из стационара проведена правильно. Утверждение эксперта о том, что в эпикризе указано «Гладкое течение послеоперационного периода» является надуманным и не соответствует действительности. В эпикризе данная фраза не содержится. Дефект в виде падения пациента после трансторакальной пункции является надуманным. Пациент упал при самовольном резком подъеме с кушетки после проведения биопсии (ДД.ММ.ГГГГ), при этом медицинские работника предупреждали пациента, что после проведения биопсии самостоятельно вставать нельзя. Эксперты делают вывод о том, что диагноз установлен несвоевременно и неправильно. При этом не указывает, на каком этапе диагностирования были нарушены регламентированные сроки оказания медицинской помощи. Неправильность установления диагноза эксперты обосновывают тем, что не было проведено рестадирование опухоли. Как было указано выше, законных оснований проводить рестадирование опухоли нее было. Эксперты отметили, что связь между неправильным лечением и обследованием на всех этапах и возникшими неблагоприятными последствиями, в том числе смертью ФИО10, является косвенной. Прямая связь отсутствует. 

Помимо указанного, эксперты анализируют оказание медицинской помощи по онкологическому заболеванию, основываясь на Клинических рекомендациях 

<

данные изъяты>. Клинические рекомендации 

<

данные изъяты> 2020 года утверждения были размещены на официальном сайте Министерства здравоохранения Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://cr.minzdrav.gov.ru/). Дата размещения: ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с Правилами поэтапного перехода медицинских организаций к оказанию медицинской помощи на основе клинических рекомендаций, разработанных и утвержденных в соответствии с частями 3, 4, 6 -9 и 11 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 19.11.2021 № 1968, клинические рекомендации применяются следующим образом: размещенные в Рубрикаторе до ДД.ММ.ГГГГ - с ДД.ММ.ГГГГ; размещенные в Рубрикаторе до ДД.ММ.ГГГГ - с ДД.ММ.ГГГГ; размещенные в Рубрикаторе после ДД.ММ.ГГГГ - с ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, Клинические рекомендации 

<

данные изъяты> 2020 года утверждения до ДД.ММ.ГГГГ не применялись, носили рекомендательный характер. Период оказания медицинской помощи ФИО10 в ГУЗ «ЗКОД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, выводы, указанные в заключениях экспертов № и №, не законные, ложные, надуманные, содержат внутренние противоречия, вызывают сомнение в правильности и обоснованности. Поскольку истцы в качестве доказательств причиненного в результате не получения адекватной медицинской помощи ФИО10 морального вреда ссылаются на указанные заключения экспертов, а данные заключения являются противозаконными и недостоверными, следовательно, не могут быть положены в основу решения суда. Вину ГУЗ «ЗКОД» в причинении какого-либо вреда здоровью ФИО10 ответчик полагал недоказанной.

Необходимо обратить внимание, на то, что онкология - это угрожающее заболевание с высокими рисками смертности, неопределенности и стресса, как для пациента, так для его близких, родных людей. В какой момент при оказании медицинской помощи в ГУЗ КОД был причинен моральный вред, истцы не указывают. При этом такой вред должен быть причинен противоправными действиями медицинских работников. ФИО10 злоупотреблял курением, о чем имеются записи врача-уролога ООО «Новомед» ДД.ММ.ГГГГ, а курение табака является наиболее значимым фактором риска для 

<

данные изъяты>. Поскольку специализированная медицинская помощь в ГУЗ «ЗКОД» была оказана качественно, моральное страдание истцы испытывали из-за болезни ФИО10 В удовлетворении исковых требований к ГУЗ «ЗКОД» просила отказать.

Ответчик Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, третьи лица Государственное учреждение здравоохранения «Городская клиническая больница №», Государственное учреждение здравоохранения «Краевая клиническая больница» своих представителей в суд не направили, о месте и времени рассмотрения дела были извещены. Письменных возражений или отзыва на исковое заявление в суд не представили. 

Третьи лица на стороне ответчика ФИО14, ФИО11, ФИО12, ФИО13 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела были извещены. Ранее в судебном заседании полагали исковые требования истцов не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, полагали проведенное пациенту ФИО10 лечение соответствующим стандартам, клиническим рекомендациям по профилю заболевания, дефектов диагностики и лечения данного пациента не допущено. 

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания. 

Выслушав истицу ФИО4, представителя истцов ФИО5, представителей ответчиков ФИО6, ФИО7, заключение помощника прокурора Быкова А.А., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Основным нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

В соответствии с п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» охрана здоровья граждан представляет собой систему мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

К основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Таким образом, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда. Данные требования также могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Как разъяснено в абз. 1 п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11. 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья (абз.2 п. 48).

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода (абз. 3 п. 48).

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (абз. 4 п. 48).

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только наличие прямой причинно-следственной связи. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО8 являлась супругой, ФИО2, ФИО9, ФИО4 –дочерями ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 обратился к урологу ООО «Новомед», с жалобами 

<

данные изъяты>. Со слов пациента данные жалобы отмечает 3 месяца назад. Лечащим врачом урологом ФИО42. рекомендовано сдать анализ на ПСА, УЗИ предстательной железы. ДД.ММ.ГГГГ было проведено УЗИ мочевого пузыря. ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 снова был осмотрен ФИО21, 

<

данные изъяты>. Назначено медикаментозное лечение. ДД.ММ.ГГГГ было проведено УЗИ 

<

данные изъяты> контроль после лечения (ТРУЗИ) (без структурных изменений), повторный осмотр. Пациент предъявлял жалобы на жжение во время мочеиспускания, ноющие боли в левой поясничной области. Проведено УЗИ почек: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. УЗИ почек и надпочечников (эхографически – пиелокаликоэктазия левой почки). Выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Рекомендовано обильное питье, медикаментозное лечение, 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ при обращении в ООО «Новомед» ФИО10 предъявлял жалобы на жжение во время мочеиспускания. Был осмотрен врачом урологом ФИО21, по результатам МСКТ почек и забрюшинного пространства от ДД.ММ.ГГГГ выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>, в связи с чем рекомендована консультация онколога в условиях ГУЗ «ЗКОД». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 обратился в ГУЗ «ЗКОД», где назначено обследование опухоли мочевого пузыря. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 в ГУЗ «ЗКОД» выполнена трансуретральная резекция мочевого пузыря, по результатам гистологического исследования которой диагностирована уретральная карцинома G3 с обширными некрозами.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 получал курс химиотерапии в ГУЗ «ЗКОД». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 в условиях ГУЗ «ЗКОД» проведена операция 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ он был выписан из стационара.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 обратился в приемный покой ГУЗ «Краевая клиническая больница», где ему выполнены компьютерная томография, УЗИ, ЭКГ, 

<

данные изъяты>», в связи с чем ФИО10 был госпитализирован в ГУЗ «Городская клиническая больница №». Несмотря на проводимое лечение ДД.ММ.ГГГГ у ФИО10 произошла внезапная остановка сердечной, дыхательной деятельности. Проводились реанимационные мероприятия, аппаратная ИВЛ в течение 60 минут, которые оказались безуспешными, была констатирована биологическая смерть. 

Согласно посмертному эпикризу ФИО16 основное комбинированное заболевание: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту смерти ФИО10 в ГУЗ «Городская клиническая больница №» было возбуждено уголовное дело №. 

Постановлением руководителя второго следственного отделения третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело № по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях врача-уролога ООО «Новомед» ФИО21, врача-онколога ГУЗ «ЗКОД» ФИО22, заведующего хирургическим отделением опухолей органов мочеполовой системы ГУЗ «ЗКОД» ФИО3, состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. 

В рамках данного уголовного дела ООО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были проведены две комиссионные судебно-медицинские экспертизы № и №.

Согласно указанным заключениям, экспертами указаны следующие дефекты оказания медицинской помощи ООО «Новомед».

ДД.ММ.ГГГГ: Не назначены: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: Не назначены: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: Не назначены: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: Не назначены: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

Дефекты оказания медицинской помощи в ГУЗ «ЗКОД» указаны следующие: 

Амбулаторно ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>. 

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

Стационарное лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: дефекты не выявлены. Лечение проведено в соответствии с действующими клиническими рекомендациями.

Стационарное лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: дефекты не выявлены. Лечение проведено в соответствии с действующими клиническими рекомендациями. 

Стационарное лечение. Дефекты диагностики и лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выявлены. Лечение проведено в соответствии с действующими клиническими рекомендациями. 

Стационарное лечение. Дефекты диагностики и лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: 

<

данные изъяты>

Дефекты диагностики и лечения ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Краевая клиническая больница»: 

<

данные изъяты>

Дефекты диагностики и лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «ГКБ №»: 

<

данные изъяты>.

На вопрос о том, правильно либо нет, своевременно либо нет был установлен диагноз ФИО10 в указанных лечебных учреждениях в указанные периоды оказания медицинской помощи? Если нет, то чем это объясняется и имелись ли реальные возможности для установления правильного диагноза, в том числе диагноза, повлекшего смерть ФИО10, в более ранние сроки, чем было фактически? Экспертами дан ответ, что диагноз «

<

данные изъяты> ФИО10 не установлен в ООО «Новомед» (

<

данные изъяты>), установлен несвоевременно и неправильно в ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>. В период диагностики и лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не проведено рестадирование опухоли. 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ) 

<

данные изъяты> во время госпитализации в ГУЗ «ЗКОД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. КТ картина легких соответствовала процессу 

<

данные изъяты>

На вопрос правильно либо нет в соответствии с установленным диагнозом проводилось лечение ФИО10 как медикаментозное, хирургическое, так и все прочие виды лечения в следующих лечебных учреждениях и в указанные периоды: Центр семейной медицины «Новомед» в периоды оказания медицинской помощи в июле, августе, сентябре 2021 года; ГУЗ «ЗКОД» (амбулаторный период лечения ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; стационарный период лечения ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ); стационарный период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ); ГУЗ «Краевая клиническая больница» в период оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ; ГУЗ «Городская клиническая больница №» экспертами дан ответ, что лечение основного заболевания ФИО10 в Центре семейной медицины ООО «Новомед» проводилось неправильно, в связи с отсутствием постановки верного диагноза и ошибочной диагностикой 

<

данные изъяты>. Лечение основного заболевания ФИО16 в ГУЗ «ЗКОД» (амбулаторный период лечения - ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) не проводилось, в связи с продолжающейся диагностикой и подготовкой к госпитализации в стационар. Лечение основного заболевания ФИО16 в ГУЗ «ЗКОД» в стационарный период лечения (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) не проводилось, вследствие местной распространенности опухоли, трансуретральное вмешательство ограничилось только биопсией, те есть носило диагностический характер. Лечение основного заболевания ФИО10 в ГУЗ «ЗКОД» в стационарный период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; стационарный период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; стационарный период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось правильно. Лечение основного заболевания ФИО10 в ГУЗ «ЗКОД» в стационарный период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось правильно. Лечение основных заболеваний ФИО16 в ГУЗ «Краевая клиническая больница» в период оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ не проводилось в связи с переводом моностациоиар ДД.ММ.ГГГГ после диагностических мероприятий и постановки диагноза 

<

данные изъяты>. Лечение 

<

данные изъяты> заболевания ФИО10 в ГУЗ «Городская клиническая больница №» за период пребывания на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ не проводилось. Лечение данного заболевания проводится в условиях специализированных лечебных учреждений. Лечение инфекционного заболевания 

<

данные изъяты> у ФИО10 в ГУЗ «Городская клиническая больница №» за период пребывания на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ проводилось правильно. 

На вопрос о том, если лечение проводилось неправильно, то в силу каких причин и к каким последствиям это привело экспертами указано, что причиной дефектов оказания медицинской помощи явился «человеческий фактор» и трудности дифференциальной диагностики онкологических заболеваний на начальных этапах развития, последствием - риск неполноценного восстановления здоровья после лечения.

На вопрос о том, какая связь между неправильным лечением и обследованием на всех этапах и возникшими неблагоприятными последствиями, в том числе смертью ФИО10, дан ответ, что связь в данном случае косвенная. Прямая связь отсутствует. 

На вопрос о том, если исходом неправильного лечения ФИО10 явилась смерть, то какова причина смерти и возможно ли было избежать смертельного исхода при отсутствии упущений и недостатков в лечении больного, экспертами отмечено, что причиной смерти ФИО10 явилась 

<

данные изъяты>. Она не являлась обусловленной непосредственно неправильным лечением основных заболеваний. Гарантировать благоприятный исход (избежать смертельного исхода) при отсутствии упущений и недостатков в лечении больного было невозможно, что связано с тяжестью основных заболеваний (

<

данные изъяты>).

На вопрос о том, если у ФИО10 в результате неправильной диагностики и лечения возникли нарушения функций органов и их систем, а также другие расстройства здоровья, то в чем конкретно это выразилось и какова степень тяжести указанных нарушений, возможно ли было избежать возникновение этих нарушений при отсутствии недостатков в лечении больного экспертами указано, что нарушения функций органов и их систем, а также другие расстройства здоровья ФИО10 возникли в результате 

<

данные изъяты>

На вопрос о том, правомерно либо нет после прохождения стационарного лечения в ГУЗ «ЗКОД» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была осуществлена выписка ФИО10 с учетом выявленной пневмонии, подлежал либо нет ФИО10 выписке при условии отсутствия результата анализа перед выпиской на 

<

данные изъяты>, ранняя выписка (при ее наличии) повлияла на ухудшение состояния здоровья ФИО10 в последующем, вовремя и своевременно ли диагностирован 

<

данные изъяты> ФИО10, экспертами указано, что согласно заключению КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, данных за развитие 

<

данные изъяты>. Изменения, описанные в легких, характерны для вторичного поражения в результате 

<

данные изъяты> Симптомов 

<

данные изъяты> по данным дневниковых записей не наблюдалось. Причин для подозрения заражения 

<

данные изъяты> и проведения тестирования, согласно предоставленной медицинской документации, не было. Объективно пациент находился в терминальной стадии онкологического заболевания, радикальному лечению не подлежал, прогноз для жизни являлся неблагоприятным. В связи с этим выписка ФИО10 после прохождения стационарного лечения в ГУЗ «ЗКОД» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была осуществлена правомерно. ФИО10 выписке подлежал. COVID-19 у ФИО10 диагностирован вовремя, в день обращения в ГУЗ «Краевая клиническая больница» (ДД.ММ.ГГГГ).

На вопрос о том, нуждался ФИО10 либо нет в переводе из онкологического диспансера после ДД.ММ.ГГГГ в моностационар (другое лечебное учреждение по инфекционному профилю) при условии подтвержденной 

<

данные изъяты> ФИО10 в инфекционную больницу повлияло на ухудшение состояния его здоровья, усугубление состояния его здоровья по причине невозможности оказания своевременной надлежащей медицинской помощи, лечения и обследования в связи с наличием 

<

данные изъяты> экспертами указано, что учитывая тот факт, что при выписке ФИО10 не имел клинических признаков заболевания 

<

данные изъяты> и признаков развития 

<

данные изъяты> при проведении визуализирующих исследований, в переводе из онкологического диспансера после ДД.ММ.ГГГГ в моностационар (другое лечебное учреждение по инфекционному профилю) нужды не было. Дальнейшая тактика лечебных мероприятий, направленных на лечение основного онкологического заболевания и последствий метастазирования, должна была избирался в условиях специализированного лечебного учреждения ГУЗ «ЗКОД». 

На вопрос о том, имелись либо нет у пациента ФИО10 при поступлении на стационарное лечение в ГУЗ «ЗКОД» ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> впоследствии в том числе ставшие причиной смерти заболевания - 

<

данные изъяты>, в случае, если не имелись, то означает это, что ФИО10 приобрел эти смертельные заболевания (кроме рака) в условиях стационарного лечения в онкодиспансере, имелись либо нет диагностические, лабораторные, инструментальные и иные возможности у лечащих врачей своевременно выявить наличие смертельных заболеваний при условии клиники внезапного ухудшения состояния здоровья ФИО10 после проведения операции oт ДД.ММ.ГГГГ, ухудшение состояния здоровья ФИО10 позволяло выявить 

<

данные изъяты>, экспертами отмечено, что у пациента ФИО10 при поступлении на стационарное лечение в ГУЗ «ЗКОД» ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, впоследствии в том числе ставшие причиной смерти заболевания - 

<

данные изъяты>, не имелись. Это не означает, что ФИО10 приобрел эти смертельные заболевания (кроме рака) в условиях стационарного лечения в онкодиспансере. Результаты тестирования на 

<

данные изъяты> становятся положительными в конце инкубационного периода, до проявления клинических симптомов. Инкубационный период для вируса 

<

данные изъяты> составляет от 48 часов. Учитывая факт выписки из стационара ГУЗ «ЗКОД» ДД.ММ.ГГГГ и факт обнаружения вируса ДД.ММ.ГГГГ, судить о возможности возникновения заболевания у ФИО15 во время пребывания в стационаре ГУЗ «ЗКОД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным. Ухудшение состояния здоровья во все периоды лечения могло быть обусловлено прогрессированием 

<

данные изъяты> заболевания и его осложнений 

<

данные изъяты>), мимо этого, на состояние здоровья могло повлиять наличие сопутствующих заболеваний.

На вопрос о том, могло ли заражение ФИО10 произойти вследствие нарушения работниками ГУЗ «ЗКОД» законодательства в области обеспечения порядка организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, установленных законодательными актами РФ и в соответствии с Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, могло ли повлиять несоблюдение работниками ГУЗ «ЗКОД» санитарно- противоэпидемического режима, порядков, стандартов, методических рекомендаций по оказанию медицинской помощи, установленных законодательными актами РФ, на прогрессирование основного заболевания и ускорения летального исхода у ФИО10, экспертами дан ответ, что судить о возможности заражения 

<

данные изъяты> ФИО10 во время пребывания в стационаре ГУЗ «ЗКОД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным, в связи с тем, что инкубационный период для вируса 

<

данные изъяты> составляет от 48 часов. ФИО10 был ДД.ММ.ГГГГ выписан из стационара ГУЗ «ЗКОД», вирус идентифицирован ДД.ММ.ГГГГ. Результаты тестирования на 

<

данные изъяты> становятся положительными в конце инкубационного периода, до клинических проявлений.

На вопрос при патологоанатомическом исследовании ФИО10 диагностирована 

<

данные изъяты>

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО18 полностью подтвердил выводы комиссионных судебно-медицинских экспертиз. Оснований не доверять эксперту у суда не имеется, учитывая наличие у него высшего медицинского образования, степени доктора медицинских наук, профессора по кафедре судебной медицины, стажа работы более 20 лет. Эксперт пояснил, что заключения были даны на основании тех медицинских документов, которые были предоставлены экспертам следователем. 

Согласно заключениям экспертов на исследование были представлены протокол патологоанатомического вскрытия трупа № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта стационарного больного № ГУЗ «ЗКОД» 

<

адрес>, медицинская карта амбулаторного больного № ООО «Новомед», выписка из приемного покоя ГУЗ «Краевая клиническая больница». 

Ответчиками выводы комиссионных судебно-медицинских экспертиз, проведенных в рамках уголовного дела №, не опровергнуты, ходатайства о проведении судебно-медицинской экспертизы по настоящему гражданскому делу ответчиками не заявлялось, несмотря на неоднократное разъяснение судом бремени доказывания и значимости данного вида доказательства для правильного разрешения дел подобной категории. 

Оценивая заключения комиссионных судебно-медицинских экспертиз, суд полагает, что выводы экспертов основаны на объективном исследовании, которые согласуются между собой, в связи с чем основания не доверять данному заключению отсутствуют. Заключение судебной экспертизы в полной мере отвечает требованиям, предъявляемым законом к заключению экспертов, их квалификация подтверждена соответствующими документами. Оснований не согласиться с выводами судебных экспертиз у суда не имеется. 

Выявленные экспертами дефекты диагностики и лечения согласно выводам экспертов не повлияли на течение заболевания пациента, не способствовали ухудшению состояния здоровья, не повлекли неблагоприятный исход, надлежащее и своевременное оказание медицинской помощи могло ускорить верную маршрутизацию пациента, и дать шанс предотвратить прогрессирование онкологического заболевания. Однако, благоприятный исход – предотвращение метастазирования и увеличение послеоперационной продолжительности жизни, не были гарантированы. Отдаленное метастазирование является фатальным осложнением онкологического заболевания. Осложнения и тяжесть состояния пациента, а также смерть его вызваны тяжестью заболеваний, а не дефектами оказания медицинской помощи.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, суд полагает доводы истцов о том, что неполучение ФИО10 адекватной медицинской помощи в лечебных учреждениях ответчиков, что существенно повлияло на скорый его уход из жизни, лишило возможности продления жизни необоснованными, поскольку согласно выводам экспертов гарантировать благоприятный исход (избежать смертельного исхода) при отсутствии упущений и недостатков в лечении больного было невозможно, что связано с тяжестью основных заболеваний 

<

данные изъяты>. Также вопреки доводам истцов о необоснованной выписке ФИО10 из ГУЗ «ЗКОД» фактически в критическом состоянии, 

<

данные изъяты> эксперты пришли к выводу, что выписка ФИО10 после прохождения стационарного лечения в ГУЗ «ЗКОД» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была осуществлена правомерно. Согласно заключению КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, данных за развитие вирусной пневмонии, ассоциированной 

<

данные изъяты>, по результатам визуализирующих исследований, не отмечалось. 

<

данные изъяты> Симптомов ОРВИ по данным дневниковых записей не наблюдалось. Причин для подозрения заражения 

<

данные изъяты> и проведения тестирования, согласно предоставленной медицинской документации, не было. Объективно пациент находился в терминальной стадии онкологического заболевания, радикальному лечению не подлежал, прогноз для жизни являлся неблагоприятным. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно степень и форму вины ответчиков (выявленные дефекты оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО10, однако повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения), характер и степень нравственных переживаний истцов, индивидуальные особенности их личности, требования разумности и справедливости, учитывает наличие тесных семейных взаимоотношений между супругами, а также дочерями и отцом, привязанность членов семьи друг к другу, что следует из представленных фотографий. Младшей дочери ФИО10 на момент его смерти исполнилось 10 лет, потеря отца, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни ребенка, причинившим глубокие нравственные страдания. В связи с изложенным суд полагает возможным определить сумму компенсации, подлежащей взысканию в пользу истцов, с ООО «Новомед» в размере по 50000 руб. каждому, с ГУЗ «ЗКОД» - по 150 000 руб. каждому. 

При этом требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению независимо от наличия либо отсутствия прямой причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья пациента, поскольку возможность возмещения вреда, в том числе морального, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. В настоящем деле налицо наличие косвенной (опосредованной) причинной связи установленных дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи сотрудниками ответчиков пациенту ФИО10, которые нарушили его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения.

Неблагоприятный для пациента исход в развитии заболевания не снимает с медицинской организации обязанность оказывать медицинскую помощь в строгом соответствии с установленными государственными стандартами, что не было обеспечено со стороны ответчиков, доказательств об отсутствии вины ООО «Новомед», ГУЗ «ЗКОД» суду не представлено, что в данном случае, в силу требований ст. 1064 ГК РФ презюмируется.

В соответствии с абз. 2 п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. Таких доказательств при рассмотрении дела добыто не было.

Пунктом 3 статьи 123.21 ГК РФ определено, что учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

Согласно п. 5 ст. 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного - движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В соответствии с Уставом ГУЗ «ЗКОД» данное учреждение имеет тип бюджетного, собственником его имущества является 

<

адрес>, функции учредителя и собственника имущества учреждений от имени 

<

адрес> осуществляют Министерство здравоохранения 

<

адрес> и Департамент государственного имущества и земельных отношений 

<

адрес> (л.д. _____).

Согласно Положению о Департаменте государственного имущества и земельных отношений 

<

адрес>, утверждённому постановлением 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, Департамент осуществляет полномочия собственника имущества государственных унитарных предприятий, государственных учреждений края в соответствии с федеральным законодательством (пункт ДД.ММ.ГГГГ Положения).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд полагает необходимым возложить субсидиарную (дополнительную) ответственность по обязательствам ГУЗ «ЗКОД», связанным с причинением истцам морального вреда, на Департамент государственного имущества и земельных отношений 

<

адрес>, как на собственника имущества указанного медицинского учреждения. 

В силу требований ст. 103 ГПК РФ с ответчиков ГУЗ «ЗКОД», ООО «Новомед» в доход бюджета городского округа «

<

адрес>» подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 1200 руб. с каждого. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО8, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО2, ФИО9, ФИО4 удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новомед» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО8 (паспорт серии №), ФИО2 в лице законного представителя ФИО8 (паспорт серии № №), ФИО9 (паспорт серии №), ФИО4 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей в пользу каждой. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО8 (паспорт серии №), ФИО2 в лице законного представителя ФИО8 (паспорт серии № №), ФИО9 (паспорт серии № №), ФИО4 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей в пользу каждой.

При недостаточности имущества Государственного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» перед ФИО8, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО2, ФИО9, ФИО4 возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (ОГРН 

<

***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новомед» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход бюджета городского округа «

<

адрес>» госпошлину в размере 1200 руб. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход бюджета городского округа «

<

адрес>» госпошлину в размере 1200 руб. 

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня его принятия окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд 

<

адрес>.

Судья: И.С. Гусманова

Решение суда принято в окончательной форме 16.07.2024.