Дело №2-303/2018

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

24 июля 2018 года г. Димитровград

Мелекесский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Дибдиной Ю.Н., адвоката Пильщиковой Л.Н., при секретарях Гулькиной О.И., Кочетковой Н.Ф. и Бурлачук Т.В.,

рассмотрев в предварительном судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Кильман Д,А. о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности, понуждении возвратить недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности, понуждении возвратить недвижимое имущество. Указывает, что истец – женщина преклонного возраста, ***, нуждается в постороннем уходе. С **.**.**** к истцу стал приходить ухаживать за ней ФИО3, мать ответчика. **.**.**** ФИО3 предложила услуги по уходу за истцом передать своей дочери, ответчику по делу, ФИО2, поскольку та молодая и может переехать жить к истцу. Ответчик под условием оказания помощи и поддержки истцу, как пожилому человеку, взамен предлагает передать ей имущество истца. 

Ответчик жаловалась на свою жизнь, что ей негде жить со своим сожителем, а истец в свою очередь, - о том, что она одинокий и старый человек, и что после своей смерти, она может оставить ответчику свою недвижимость, если та будет ухаживать за ней и помогать.

Чтобы убедить истца в намерении осуществлять уход за престарелым инвалидом, ответчик приходит к истцу и помогает ей по дому, приносит продукты, ухаживает за земельным участком, покупает лекарства и постоянно говорит о том, что надо оформить документы, подтверждающие то, что имущество истца после смерти перейдет к ней. 

В конце **.**.**** истец подписывает завещание на имя ответчика ФИО2 на имеющееся в собственности истца имущество - земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: ***. К нотариусу истец приехала вместе с ответчиком, однако о дарении дома и земельного участка ФИО2 истцом ответчику намерения не было. Истец хотела оставаться собственником дома и земельного участка до конца своих дней, так как это единственное её жилье.

Осенью 2015г истец стала чувствовать себя хуже, постоянно лежала в больнице, её по очереди навещали ФИО3 и ответчик. Истцу часто стало казаться, что к ней приходят гости посторонние люди, сын, муж, которых уже нет в живых. Стала часто употреблять спиртные напитки. В **.**.**** истец впала в депрессию, ей ничего не хотелось делать, никого видеть не хотела, была замкнута, не хотела жить, продолжала употреблять спиртные напитки. Ответчик и её мать так же приходили и приносили ей спиртное. Сестра настояла на госпитализации. С **.**.**** по **.**.**** истец находилась на лечении с диагнозами: *** Лечащий врач Г. подтверждает, что истец находилась в депрессии: она была всем не довольна, то никого не хотела видеть, не хотела принимать никакое лечение и даже не вставала с постели, не хотела ни с кем общаться. О том, что лежала в больнице в **.**.**** и с чем, истец даже не помнит. Утверждает, что не лежала. 

Истец точно не помнит, когда ответчик отвезла её в город, чтобы по словам ФИО2, «дооформить» наследство в пользу Кильман. На тот момент истец полностью не осознавала, что от неё хотят, но доверяя ответчику полностью, подписала договор дарения в простой письменной форме. Когда истца привезли не туда, где оформлялось завещание, истец спросила Кильман, почему ее привезли не туда, где были в первый раз. На вопрос истца Кильман ответила, что какая разница, где оформлять, у ответчика мало времени, здесь ей ближе к работе, что она уже все сделала и истцу надо только подписать дополнительно несколько документов. 

При оформлении договора дарения **.**.****, сам договор ФИО1 не читала, а сотрудник, принимавший на регистрацию вышеуказанный договор, спросила, что оан хочет, на что истец объяснила - передать дом и землю ответчику после смерти за то, что Даша будет за ней ухаживать. Хотя волеизъявление истца не соответствовало признакам договора дарения - безвозмездная передача имущества, договор был зарегистрирован, имущество перешло к ответчику. Сотрудник, принимающий договор на регистрацию не объяснила, что истец хочет передать имущество после смерти и за то, что за ней ответчик осуществлял уход, надо составить другой документ у нотариуса. А просто положилась на добрые взаимоотношения между истцом и ответчиком и приняла договор дарения на регистрацию. 

Истец, хотя и будучи дееспособной, на момент подписания договора **.**.****, в силу своего преклонного возраста и плохого состояния здоровья, не понимала всех значений и последствий этой сделки. В момент заключения договора дарения волеизъявление ФИО1 было направлено на то, чтобы Кильман до смерти истца осуществляла за ней уход, помогала морально, материально, физически. 

Она юридически неграмотная женщина, и, подписывая договор, полагала, что подписывает договор, по которому ее имущество передается ответчику после смерти истца, за то, что ответчик будет за истцом ухаживать, заботиться о ней, помогать ей материально, морально и физически, но ни в коем случае не совершает дарение – безвозмездно отдает свое имущество, фактически лишающее ее единственного жилья. 

Указание в тексте договора, что сторонам известно содержание ст. ст. 105, 107,209, 200-202, 572-574, 578 31ГК РФ не означает, что истец полностью понимала сущность и правовые последствия совершаемых действий, и не свидетельствует о законности оспариваемой сделки, поскольку для признания сделки соответствующей нормам гражданского закона необходимо, чтобы стороны сделки четко понимали ее правовую природу, и эта сделка должна соответствовать их действительной воле.

Медицинские документы и волеизъявление истица говорят о том, что она в силу возраста и состояния здоровья бесспорно нуждается в постоянном уходе и заботе, получение которых возможно при наличии жилого помещения. Находилась при заключении договора дарения **.**.**** в таком состоянии, при котором не могла понимать сути заключаемой сделки, ее последствий, не могла понимать значения своих действий и руководить ими, заблуждалась относительно природы сделки, поскольку не имела намерение дарить жилой дом и земельный участок ответчику, хотя и была дееспособной. 

В **.**.**** ответчик переехала жить со своим сожителем в вышеуказанный спорный дом. Поначалу все шло хорошо. Ответчик ухаживала за истцом и стала делать ремонт в комнатах, где жила с сожителем. В части дома, где жила истец, ничего не делалось. Спустя несколько месяцев истец стала возмущаться, что ответчик по своему усмотрению переделывает дом и стали возникать конфликты. 

Болезни не отступали. Истец плохо себя чувствовала. Она стала рассказывать о том, что к ней приходят люди, которых уже нет в живых. Ответчик и её мать давали ей лекарства, от которых ей было ещё хуже: начинались галлюцинации, кружилась голова, в результате чего она теряла сознание на короткое время. Это видели соседи. Когда в сентябре 2016г она упала прямо во дворе, в дом ее заводили соседи, которые вызвали скорую помощь.

У истца стати забирать пенсию, так как сопротивляться она не могла; отобрали телефон, стали закрывать в доме, перестали ей давать пищу. Чтобы привлечь внимание соседей, она зимой выбила окна. В результате доведения до критического состояния истец истощился, стала весить 28 кг. В январе по её просьбе племянник ФИО4 увез её к себе и помог обратиться за помощью к врачам. Ей была оказана квалифицированная помощь. В результате лечения у истца восстановился вес, она начала самостоятельно передвигаться, перестали мучить галлюцинации.

В материалы дела представлен договор дарения, который составлен в простой письменной форме, но кем - неизвестно. Истец утверждает, что текст договора ей не зачитывался ни составителем, ни сотрудником ОГАУ «МФЦ ГО Димитровград УО». Самостоятельно прочитать подписываемый ею документ она не могла в силу плохого зрения и отсутствия очков.

Ответчик намеренно вводил истца в заблуждение, не обратившись для совершения данной сделки к нотариусу, так как там ей разъяснили бы все права, обязанности и последствия совершаемой сделки. Истец никогда не имела намерения отдать безвозмездно свое единственное жилье кому-либо. После заключения договора дарения до настоящего времени лицевой счет открыт на имя истца, она продолжает сама оплачивать коммунальные платежи, даже погасила все задолженности по коммунальным платежам за период с **.**.**** года включительно, пока не проживала в спорном доме, а в нем проживала ответчик с сожителем.

Договор дарения истцу на руки не передавался. О том, что она не является собственницей, она узнала позже, когда её увез в Ульяновск племянник. Истец изъявила желание расторгнуть договор дарения дома и земельного участка, но истцу разъяснили, что договор такого рода может быть расторгнут только в судебном порядке.

Более того, несмотря на то, что ответчик обязался помогать истцу, содержать её, заботиться о ней, с **.**.**** ничем ей не помогает, не ухаживает за ней, своих обещаний не выполняет. Истец вынуждена прибегнуть к помощи социального работника, родных и близких, а так же соседей.

Истец в момент заключения оспариваемого договора не мог понимать значения своих действий и руководить ими, заблуждалась относительно природы сделки, поскольку не имела намерение дарить жилой дом и земельный участок ответчику, т.е. имеются наличия оснований для признания вышеуказанного договора дарения спорного жилого дома и земельного участка от **.**.****. на имя ответчика ФИО2 недействительным по ст. 177 и ст.178 ГК РФ.

В подтверждение отсутствия воли у истца на дарение ФИО2 жилого дома и земельного участка, имеется тот факт, что ФИО1 неоднократно переоформляла завещание на свое имущество, и поэтому, подписывая договор дарения, думала, что подписывает документ, по которому её имущество будет передано Кильман после смерти истца за то, что ответчик буде совершать за ней уход, помогать ей материально и физически. Подписывая договор дарения, истец рассчитывала взамен получить соответствующую помощь и уход, гарантированные иным договором, нежели договором дарения.

Истец какой-либо выгоды от заключенного договора дарения не получила. Более того, подписанный ею договор дарения не предусматривает даже ее право постоянного проживания в спорном жилом помещении, а всего лишь сохраняет право на регистрацию и проживание по указанному адресу, что может привести к утрате ею права пользования указанным помещением в будущем в случае перемены собственника жилого помещения.

Просила признать договор дарения недвижимого имущества, состоящего из земельного участка и жилого дома, расположенные по адресу: ***, заключенный между ФИО1 и ФИО2 **.**.****, в связи с нахождением истца в момент совершения сделки в состоянии, когда та не осознавала своих действий, поскольку в момнет заключения договора находилась в таком состоянии, при котором не могла понимать сути заключаемой сделки, ее последствий, не могла понимать значения своих действий и руководить ими, заблуждалась относительно природы сделки, так как не имела намерения дарить жилой дом и земельный участок по адресу: ***, ответчику, хотя и была дееспособной.

Применить последствия недействительности сделки: признать недействительной запись в ЕГРП о государственной регистрации данного договора; признать право собственности на недвижимое имущество в виде земельного участка и жилого дома, расположенные по адресу: ***, за ФИО1; обязать ФИО2 возвратить недвижимое имущество в виде земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: ***, ФИО1 

Истец ФИО1 и ее представители ФИО5 и ФИО6 в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования по вышеизложенным доводам.

Ответчик ФИО2 иск ФИО1 не признала, также как и ее адвокат Пильщикова Л.Н., и просили применить срок исковой давности, предусмотренный ст.181 ч.2 ГК РФ, поскольку срок исковой давности по оспоримой сделке составляет 1 год, а о нарушении своего права истцу стало известно с даты заключения договора 20.02.2016г. 

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области и Комитета по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации МО «Мелекесский район» Ульяновской области, извещенных о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Судом в судебном заседании разрешался вопрос о применении срока исковой давности, указанном в ходатайстве истца и адвоката Пильщиковой Л.Н.

Истец и ее представитель возражали относительно его применения, указав, что о нарушении прав истца ей, истцу, стало известно лишь в январе 2017 года, а не в момент заключения договора 20.02.2016г, и даже не в момент подачи первого иска в январе 2017г, а в мае-июне 2017 года.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка).

В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ч.6 ст.152 ГПК РФ в предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд. При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке (в ред. Федерального закона от **.**.**** N 353-ФЗ).

В соответствии со ст. ст. 199, 200 требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковое заявление ФИО1 к Кильман Д,А. о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на недвижимое имущество и обязании возвратить недвижимое имущество в виде земельного участка и жилого дома поступило в Мелекесский районный суд Ульяновской области **.**.****.

Судом установлено, что решением Мелекесского районного суда Ульяновской области от **.**.****г в иске ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на недвижимое имущество и обязании возвратить недвижимое имущество в виде земельного участка и жилого дома отказано. Решение вступило в законную силу **.**.****.

Из вышеуказанного решения следует, что ФИО1 **.**.**** безвозмездно передала, как даритель, а одаряемая ФИО2 приняла в дар земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: *** (стр.6 решения), в момент заключения договора дарения 20.02.2016г могла правильно понимать характер и значение своих действии и руководить ими (стр.10 решения).

Со слов истца и ее представителя следует, что истец узнала о нарушении своего права не в **.**.****, когда обратилась за восстановлением своих нарушенных прав в суд, **.**.**** года.

Однако суд не может согласиться с доводами истца и ее представителя о том, что истец узнала о нарушении своего права только в **.**.****, а поэтому срок применения исковой давности не может быть применен судом, поскольку **.**.**** истцом было подано исковое заявление к ФИО2 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на недвижимое имущество и обязании возвратить недвижимое имущество в виде земельного участка и жилого дома в порядке ст.170 и ст.178 ГК РФ в Мелекесский районный суд Ульяновской области. 

Таким образом, судом установлен факт пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности за заявленным исковым требованиям о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании права собственности, понуждении возвратить недвижимое имущество, поэтому приходит к выводу, что ФИО1 следует отказать в иске.

Согласно ч.2 ст.103 ГПК РФ при отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Поскольку при приеме иска судом не был разрешен вопрос об освобождении истца от уплаты государственной пошлины, ее отсрочке либо рассрочке, то в силу вышеуказанного закона следует взыскать с истца в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности, понуждении возвратить недвижимое имущество отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Мелекесский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, то есть с 31 июля 2018 года.

Судья: Ю.Н.Дибдина