хх) №2-5/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

хх года п. Дедовичи

Дедовичский районный суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Федоровой И.А.,

при секретаре Михайловой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №хх по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда 

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ответчикам индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и компенсации морального вреда. В обосновании иска указано, что хх года в хх час. хх мин. на хх км хх м СПАД М-11 «Нева» хххх произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх и автомобиля марки SKАNIA, госномер хх, в составе с полуприцепом марки KRONESDR 27, госномер АХ хх под управлением ФИО3 Собственником автомобиля SKАNIA является ФИО4 ДТП произошло в результате нарушения ФИО3 п. 1,3, п. 1,5, п. 8.4, п. 9.10, п. 10.1 ПДД РФ, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от хх СО ОМВД России по Бологовскому району. Из письменных объяснений ФИО3 и путевого листа грузового автомобиля от хх года следует, что в момент совершения ДТП он выполнял свои служебные обязанности, являясь сотрудником ИП ФИО2 и управлял автомашиной, принадлежащей ФИО4 В результате ДТП автомобиль истца был значительно поврежден. Сумма в размере хх рублей была выплачена истцу на основании решения № хх от хх г. страховой компанией АО «АльфаСтрахование», застраховавшей по полису ОСАГО автомобиль, которым управлял ответчик. С учетом выводов заключения эксперта от хх года № хх, истец просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке, с учетом выплаченной страховой компанией суммы в размере хх рублей, хх рублей, сумму, которая необходима для восстановления доаварийных свойств автомобиля марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх. В результате ДТП истцу также причинен моральный вред, из-за происшедшего ДТП истец в течение длительного времени испытывала сильные негативные эмоции и переживания, в связи с чем просит взыскать компенсацию морального вреда в размере хх руб., а также стоимость услуг по оценке в размере хх рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере хх рублей хх копеек.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне и времени слушания дела извещена, воспользовалась процессуальным правом ведения дела через представителя (ст. 48 ГПК РФ).

Представитель истца ФИО5 в судебное заседание не явилась, обратилась с ходатайством, в котором просила рассмотреть дело в отсутствии представителя истца, уточненные исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО2 и его представитель ФИО6 в судебное заседание не явились, о дне и времени слушания дела уведомлены надлежащим образом, представили возражение, в котором с исковыми требованиями не согласились, указав, что индивидуальный предприниматель ФИО2 не является участником (виновным лицом) в ДТП и не является работодателем виновного водителя ФИО3 Между ним и ФИО7 отсутствуют трудовые отношения: трудовой договор не заключался, приказ о приеме на работу отсутствует, трудовая книжка не оформлялась, денежные средства не выплачивались. Истцом в материалы дела не представлены доказательства о том, что ремонт автомобиля выполнен с применением только новых деталей. В положениях действующего законодательства нет прямого указания на то, что стоимость восстановительного ремонта определяется без учета износа. Взыскание стоимости восстановительного ремонта без учета износа, может привести к неосновательному обогащению истца, в случае если восстановительный ремонт автомобиля выполнен с применением не новых запчастей. Вред, причиненный истцу, в результате ДТП, должен возмещать только ответчик ФИО3 Считает, что положениями ГК РФ в данных правоотношениях, не предусмотрено право истца на компенсацию морального вреда.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, возражений по иску не предоставил, с ходатайством об отложении слушания дела не обращался.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, представила возражения, в котором с исковыми требованиями не согласилась, указав, что не может являться ответчиком по делу, поскольку не является участником (виновным лицом) в ДТП и не является работодателем виновного водителя ФИО3 Истцом в материалы дела не представлены доказательства о том, что ремонт автомобиля выполнен с применением только новых деталей. В положениях действующего законодательства нет прямого указания на то, что стоимость восстановительного ремонта определяется без учета износа. Взыскание стоимости восстановительного ремонта без учета износа, может привести к неосновательному обогащению истца, в случае если восстановительный ремонт автомобиля выполнен с применением не новых запчастей. Вред, причиненный истцу, в результате ДТП, должен возмещать только ответчик ФИО3 Считает, что положениями ГК РФ в данных правоотношениях, не предусмотрено право истца на компенсацию морального вреда.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась, о дне и времени слушания дела уведомлена своевременно, согласно телефонограмме просила рассмотреть дело в ее отсутствии, решение суда оставляет на усмотрение суда.

Принимая во внимание, что в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, неявка в суд лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения и разрешения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. К числу последних относятся гражданские права и обязанности, возникающие вследствие причинения вреда другому лицу.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации определен такой способ защиты гражданских прав, как возмещение убытков.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 данной правовой нормы под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда( п 2 ст. 1064 ГК РФ).

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15). 

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд РФ в постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм ГК РФ об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу приведенных положений для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие в совокупности следующих обстоятельств: наступление вреда (факт причинения убытков и их размер), противоправность поведения причинителя вреда (незаконность действий либо бездействия причинителя вреда), причинно-следственная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, вина причинителя вреда.

Бремя доказывания факта причинения вреда и его размера возложено на потерпевшего, а отсутствия вины - на причинителя вреда.

Указанное согласуется с правовой позицией Конституционного Суда, изложенной в определении от 22.04.2010 N 478-О-О, согласно которой, ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в ч. 1 ст. 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истцу принадлежит на праве собственности транспортное средство ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, государственный регистрационный знак хх

хх года в хх час. хх мин. на хх км хх м СПАД М-11 «Нева» Бологовского района Тверской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ФИО1 автомобиля марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх, под управлением ФИО9 и автомобиля марки SKАNIA, госномер хх в составе с полуприцепом марки KRONESDR 27, госномер хх, принадлежащего на праве собственности ФИО4, под управлением ФИО3 

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия принадлежащему истцу автомобилю ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх были причинены механические повреждения.

Из материалов дела следует и установлено судом, что управляя автомобилем SKАNIA, госномер хх, в составе с полуприцепом марки KRONESDR 27, госномер АХ хх, принадлежащим на праве собственности ФИО4, водитель ФИО3, в нарушении п. 1,3, п. 1,5, п. 8.4, п. 9.10, п. 10.1 Правил дорожного движения, двигаясь по крайней правой полосе в направлении г. Москва, не выбрал безопасную дистанцию до впереди движущегося грузового автомобиля, и уходя от столкновения, совершил маневр объезда транспортного средства слева, не справился с управлением в результате чего совершил столкновение с движущимся попутно, в крайне левой полосе автомобилем марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер Р069КЕ178, под управлением ФИО9, автомобиль получил механические повреждения.

Гражданская ответственность ФИО1, связанная с управлением автомобилем марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «Ресо Гарантия».

На момент ДТП автогражданская ответственность владельца автомобиля SKАNIA, госномер хх была застрахована по договору ОСАГО в АО «АльфаСтрахование».

хх года ФИО1 обратилась в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о страховой выплате в соответствии с Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее Закон об ОСАГО).

хх ООО «НМЦ «ТехЮр Сервис» по инициативе страховщика подготовлено экспертное заключение № хх, согласно которому стоимость затрат на восстановление транспортного средства без учета износа составляет хх руб., стоимость затрат на восстановление транспортного средства с учетом износа и округлением до сотен рублей (согласно п. 3.4 ЕМР) составляет хх руб.

Произошедшее хх дорожно-транспортное происшествие признано страховым случаем.

По результатам рассмотрения заявления ФИО1 о страховой выплате АО «АльфаСтрахование» принято решение № хх от хх года об осуществлении компенсационной выплаты в размере хх рублей.

Согласно платежному поручению № хх от хх года АО «АльфаСтрахование» перечислило ФИО1 страховое возмещение в размере хх рублей.

Таким образом, АО «АльфаСтрахование» надлежащим образом осуществило страховое возмещение, выплатив ФИО1 страховое возмещение в пределах лимита ответственности страховщика. Данное обстоятельство участвующими в деле лицами не оспаривается.

Между тем, сумма выплаченного страхового возмещения не покрыла расходов истца, так как стоимость ущерба ее превысила.

Истцом при подаче искового заявления предоставлено в материалы дела досудебное экспертное заключение ИП ФИО10 хх, изготовленное хх года по договору об оказании услуг № хх от хх года, согласно выводам, которого стоимость ремонта транспортного средства ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, с государственным регистрационным знаком хх, поврежденного в результате ДТП хх года, без учета амортизационного износа с учетом округления составляет хх рублей, с учетом износа - хх рублей.

Определением суда от хх по ходатайству ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2, не согласившегося с размером причиненного в ДТП ущерба, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ФГБУ Псковская ЛЭС Минюста России.

Согласно заключению хх от хх года стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца на дату дорожно-транспортного происшествия составляет хх рублей без учета износа запасных частей, с учетом износа запасных частей -хх рублей.

Проанализировав выполненное на основании определения суда заключение экспертов ФГБУ Псковская ЛЭС Минюста России № хх от хх года, определяя его полноту, научную обоснованность и достоверность полученных выводов, имеются достаточные основания полагать, что данное заключение в полной мере является допустимым доказательством по делу. 

Экспертом обоснованно при расчете применены Методические рекомендации по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, 2018 г., которыми предусмотрено, при расчетах расходов на ремонт в целях возмещения причиненного ущерба применение в качестве запасных частей подержанных составных частей с вторичного рынка не допускается.

В ходе рассмотрения дела сторонами не представлено надлежащих доказательств, позволяющих поставить под сомнение заключение судебной экспертизы, выводы которой, достаточно и убедительно мотивированы, не противоречат иным доказательствам по делу, сделаны при наличии у экспертов подтвержденной квалификации, необходимого образования и стажа экспертной деятельности, а также при предупреждении об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Представленными в дело доказательствами: постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от хх г. СО ОМВД России по Бологовскому району, заключением судебной автотехнической экспертизы № хх от хх года, проведенной ФГБУ Псковская ЛЭС Минюста России, подтверждено, что дорожно-транспортное происшествие произошло хх года по вине водителя ФИО3, управлявшего автомобилем SKАNIA, государственный регистрационный номер хх

Разрешая заявленные требования, суд с учетом установленных по делу обстоятельств, исходит из того, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля SKАNIA, государственный регистрационный номер хх ФИО3, который двигаясь по крайней правой полосе, не выбрал безопасную дистанцию до впереди движущегося грузового автомобиля, и уходя от столкновения, совершил маневр объезда транспортного средства слева, в результате не справился с управлением и совершил столкновение с движущимся попутно, в крайне левой полосе автомобилем марки ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх, что не соответствуют требованиям п. 1,3, п. 1,5, п. 8.4, п. 9.10, п. 10.1 Правил дорожного движения. Таким образом, аварийная ситуация, результатом которой является причинение истцу материального ущерба, была создана именно вышеуказанными противоправными действиями водителя ФИО3

Стороной ответчиков вина водителя ФИО3 в совершенном дорожно-транспортном происшествии не оспорена.

В соответствии с пунктом 5.3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П в контексте конституционно-правового предназначения статей 15, 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств учитывается полная стоимость новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.

Стоимость ущерба по экспертному заключению № хх от хх года, причиненного автомобилю истца ЛЕНД РОВЕР RANGE ROVЕR SPORT, госномер хх в результате ДТП от хх, произошедшего по вине водителя ФИО3, управлявшего грузовым автомобилем SKАNIA, государственный регистрационный номер хх с полуприцепом, принадлежащим на праве собственности ответчику ФИО4, выше суммы выплаченного страхового возмещения.

Поскольку сумма ущерба составила хх рублей, а страховое возмещение выплачено в размере хх руб., то истец имеет право на возмещение ущерба в размере хх руб. (хх).

Доказательств иного размера материального ущерба, причиненного истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, не представлено.

Доводы ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 о том, что истцом не доказано, что он выполнил ремонт автомобиля с использованием только новых запасных частей, отклоняются. 

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствие с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ (постановление от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой гражданского кодекса РФ), применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (п. 11 постановления № 25).

Таким образом, на причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов, а также неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений. Таких доказательств ответчиком не представлено.

Доводы ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 о непредставлении истцом доказательств фактически понесенных расходов на восстановление поврежденного транспортного средства на право истца на полное возмещение ущерба не влияют. Ответчиком не доказано существование иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений автомобиля, а также наличие реальной возможности восстановительного ремонта, с учетом деталей бывших в употреблении, в связи, с чем истец вправе требовать возмещения ему стоимости восстановительного ремонта, исходя из стоимости новых деталей, подлежащих замене.

Доводы ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 о том, что взыскание полной стоимости восстановительного ремонта приведет к неосновательному обогащению потерпевшего, подлежат отклонению.

Как следует из п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Принимая во внимание, что у собственника нет обязанности выполнять ремонт бывшими в употреблении комплектующими изделиями (деталями, узлами и агрегатами), а причинителем вреда не представлено доказательств того, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений транспортного средства, не представлено доказательств реальной возможности ремонта транспортного средства с учетом использования бывших в употреблении изделий (деталей, узлов и агрегатов), потерпевший вправе требовать возмещения расходов по ремонту транспортного средства с учетом применения новых комплектующих (без учета износа). При таких обстоятельствах, в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых комплектующих не произойдет значительного улучшения транспортного средства, влекущего существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред, неосновательного обогащения потерпевшего за счет причинителя вреда.

С учетом вышеприведенного правового регулирования замена поврежденных в ДТП деталей автомобиля на новые не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик. При этом фактический размер понесенных расходов на восстановление транспортного средства не является юридически значимым обстоятельством, поскольку установлению подлежит действительный размер ущерба. Целью расчета стоимости восстановительного ремонта является определение наиболее вероятной суммы затрат (на материалы, работы), достаточной для восстановления доаварийного состояния автомобиля.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 № 6-П, замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Таким образом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном Постановлении, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Содержащееся в возражениях указание на то, что рыночная стоимость восстановительного ремонт автомобиля, с учетом только указанных в документах ГИБДД поврежденных деталей, с учетом износа запасных частей, составляет хх рублей, не свидетельствует о недостоверности экспертных исследований, поскольку при оформлении сотрудниками ГИБДД документов по факту дорожно-транспортного происшествия, не обладающими специальными техническими познаниями, указываются только внешние (видимые) повреждения транспортных средств, в то время как в экспертных исследованиях стоимость восстановительного ремонта отражена с учетом стоимости заменяемых деталей и ремонтных воздействий в совокупности, включая скрытые повреждения. При этом у суда не имеется оснований не доверять документам, представленным в материалы дела и заключению судебной автотехнической экспертизы, в которых перечислены полученные транспортным средством повреждения.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд учитывает следующее.

Согласно, карточки учета транспортного средства, транспортное средство грузовой тягач седельный SCANIA зарегистрировано за ФИО4 в органах ГИБДД хх года.

01 ноября 2021 года между ФИО4 (арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства без экипажа. Объектом аренды является автомобиль SKANIA R124LA, 1996 года выпуска, государственный регистрационный номер хх. Договор заключен сроком на один год. 

В соответствии с пунктом 6.2 указанного договора ответственность за вред, причинённый третьим лицам, арендуемым транспортным средством, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 ГК РФ.

Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства. Передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не подтверждает передачу владения автомобилем и не освобождает собственника от ответственности за причиненный вред.

Согласно пункту 1 статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. 

Статьей 648 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса. 

Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором. 

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможность его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства. 

Таким образом, на момент дорожно-транспортного происшествия индивидуальный предприниматель ФИО2 владел автомобилем SKANIA по договору аренды транспортного средства без экипажа. Данный договор аренды не расторгался, недействительным в установленном законом порядке не признавался.

Согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник имущества вправе, оставаясь собственником, передавать другим лицам права владения имуществом.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда.

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен особый режим передачи собственником правомочия владения источником повышенной опасности (передача должна осуществляться на законном основании), при этом для передачи правомочия пользования не достаточно по общему правилу только волеизъявления собственника.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В абзаце втором пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из приведенных норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что владельцем автомобилем признается лицо, которое осуществляет пользование автомобилем на законном основании, то есть в силу наличия права собственности на автомобиль или в силу гражданско-правового договора о передаче автомобиля во временное пользование (владение). При этом как право собственности, так и право пользования (владения) автомобилем должно подтверждаться соответствующими доказательствами (правоустанавливающим документом, доверенностью, договором и т.п.). В случае передачи собственником автомобиля в фактическое владение (техническое управление) другому лицу без надлежащего юридического оформления правомочия в отношении автомобиля и без надлежащего правового основания, то это другое лицо не становиться владельцем и не может быть привлечено к ответственности за причиненный им вред по статье 1079 ГК РФ. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения, но не владельцем транспортного средства. Для наступления ответственности фактического пользователя (владельца) транспортным средством необходимо, чтобы транспортное средство было передано лицу во временное владение и использование его осуществлялось по усмотрению лица, на имя которого оформлена доверенность либо с которым заключен соответствующий договор. То есть, с точки зрения статьи 1079 ГК РФ, владение транспортным средством должно основываться на юридическом, а не на фактическом владении.

Таким образом, не признается владельцем и не несет ответственности за вред перед потерпевшим лицо, управляющее транспортным средством без законных на то оснований.

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Исходя из чего, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

Таким образом, сам по себе факт управления ФИО3 автомобилем на момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия не может свидетельствовать о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Факт передачи владельцем (собственником) транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

Предусмотренный статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, но любое из таких оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).

С учетом приведенных выше норм права и в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возложение на ФИО3 как водителя транспортного средства гражданско-правовой ответственности может иметь место при установлении обстоятельств передачи владельцем (собственником) автомобиля индивидуальным предпринимателем ФИО2 в установленном законом порядке права владения автомобилем ФИО3

Добровольно передав автомобиль в управление другому лицу – собственник автомобиля автоматически взял на себя риски наступления неблагоприятных последствий, который возникли в результате действия водителя автомобиля. Автомобиль является источником повышенной опасности и за ущерб, возникший при его использовании, несёт ответственность собственник такого имущества.

Как указано выше передача технического управления транспортным средством не является безусловным основанием для вывода о переходе законного владения либо о том, что транспортное средство выбыло из владения его собственника.

При этом в силу положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, п. 1 ст. 1064 и ст. 1079 Гражданского кодекса РФ обязанность доказать факт перехода законного владения к другому лицу лежит на собственнике источника повышенной опасности.

Однако индивидуальный предприниматель ФИО2 не представил суду доказательств тому, что на момент ДТП от хх он не являлся владельцем, принадлежащего ему по договору аренды, грузового автомобиля SKANIA R124LA, государственный регистрационный номер хх а автомобиль находился в законном владении водителя ФИО3 Кроме того, индивидуальный предприниматель ФИО2 не ссылался на то, что автомобиль выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц, и доказательств этому не представлял. 

При таком положении, если автомобиль не передан во владение лица на основании соответствующей сделки, ответственность за вред, причиненный в результате использования транспортного средства, должна быть возложена только на владельца (собственника).

Поскольку судом не установлен факт перехода к ФИО3 права владения источником повышенной опасности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на него, как водителя автомобиля SKАNIA, госномер хх ответственности за причиненный данным источником вред.

Факт наличия между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО3 трудовых отношений, на которые ссылался истец, также не нашел своего подтверждения при рассмотрении дела. В материалы дела не представлены ни трудовой договор, ни трудовая книжка на имя ФИО3 о том, что последний является работником индивидуального предпринимателя ФИО2, а факт разового поручения по указанию или просьбе индивидуального предпринимателя ФИО2 не свидетельствует о том, что между ними возникли трудовые отношения. То обстоятельство, что ФИО3 управлял транспортным средством, принадлежащим по договору аренды индивидуальному предпринимателю ФИО2, не свидетельствует о наличии между сторонами трудовых отношений. Таким образом, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих факт заключения между сторонами трудового договора и наличие признаков трудовых отношений, указанных в статьях 15 и 56 ТК РФ, в суд не представлено, и по делу не установлено. Наличие у водителя путевого листа не свидетельствует о факте трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО3, поскольку представляет собой документ, служащий для учета и контроля работы транспортного средства.

При таких обстоятельствах, учитывая наличие вины водителя ФИО3 в совершенном дорожно-транспортном происшествии, в результате которого были причинены повреждения имуществу истца в виде транспортного средства, причинно-следственную связь, служащей основой для возникновения ответственности ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 (как владельца источника повышенной опасности) по возмещению ущерба, поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по устранению повреждений, образованных при заявленных обстоятельствах происшествия, превышает страховую выплату, в отсутствие доказательств существования иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления возникших повреждений подобного имущества, свидетельствующего о меньшем размере ущерба, сумма ущерба, подлежащая взысканию с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу истца, составляет разницу между действительной стоимостью восстановительного ремонта, определенного судебной автотехнической экспертизой по рыночным ценам без учета износа автомобиля (хх) и размером произведенной страховой выплаты (хх), что составляет хх рублей.

При этом, требования, предъявленные к ответчикам ФИО3, ФИО4 суд находит необоснованными, поскольку в силу вышеуказанных норм права обязанность по возмещению причиненного ущерба возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Соответственно требования, предъявленные к ответчикам ФИО3 и ФИО4 удовлетворению не подлежат.

Разрешая исковые требования в части взыскания морального вреда, суд исходит из следующего.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При этом моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 1099 ГК РФ). 

Поскольку действующее законодательство не предусматривает возможности компенсации морального вреда в связи с причинением имущественного ущерба в результате ДТП, истцом не доказано нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца, причинения физических или нравственных страданий, суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании морального вреда в размере хх рублей отказывает.

Истцом также заявлены требования о взыскании расходов, связанных с оплатой независимой технической экспертизы транспортного средства по оценке стоимости восстановительного ремонта в размере хх рублей, которые подтверждены договором №хх от хх г., кассовым чеком от хх г.

В силу п. 6 ч. 2 ст. 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в исковом заявлении должны быть указаны цена иска, если он подлежит оценке, а также расчет взыскиваемых или оспариваемых денежных сумм; в соответствии с п. 5 ст. 132 указанного Кодекса к исковому заявлению прилагается расчет взыскиваемой или оспариваемой денежной суммы, подписанный истцом, его представителем.

Истец, не обладая специальными познаниями, обосновывал первоначально заявленные требования о взыскании материального ущерба проведенной ИП ФИО10 оценкой, содержащей соответствующий расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля.

Данные действия лица, обращающегося за судебной защитой, являются разумными и направлены на исполнение приведенных выше норм процессуального права, устанавливающих требования к форме и содержанию искового заявления.

В связи с этим судебные расходы, понесенные истцом, на проведение досудебной оценки стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в сумме хх рублей, которые были необходимы для определения цены настоящего иска, подлежат взысканию с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 в полном размере, как необходимые судебные расходы истца в части требования о возмещении материального ущерба, причиненного повреждением имущества, признанного судом обоснованным.

Судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном гл.7 ГПК РФ. Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (ст. 98 ГПК РФ).

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, также относятся: суммы, подлежащие выплате экспертам, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В силу абз.2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ст. 98 ГПК РФ.

Определением суда от хх по ходатайству индивидуального предпринимателя ФИО2 по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, оплата которой с учетом бремени доказывания и заявленного ходатайства, возложена на индивидуального предпринимателя ФИО2 До проведения вышеуказанной экспертизы индивидуальным предпринимателем ФИО2 на депозит Управления Судебного департамента в Псковской области была внесена сумма хх рублей. 

хх года был выставлен счет № 00ГУ-000003 за производство экспертизы на сумму хх рублей. 

Определением Дедовичского районного суда от хх года на Управление Судебного департамента в Псковской области возложена обязанность по оплате проведенной экспертизы путем перечисления с депозитного счета Управления Судебного департамента денежных средств в размере хх рублей на счет экспертного учреждения.

Поскольку заключение эксперта является отвечающим требованиям гл.6 ГПК РФ доказательством и выводы эксперта положены в основу решения суда, вместе с тем доплата экспертизы в размере хх рублей не была произведена, то взысканию с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФГБУ Псковская ЛСЭ Минюста России подлежит неоплаченный остаток стоимости судебной экспертизы в размере хх рублей хх копеек. 

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.

Так истцом при подаче иска была уплачена государственная пошлина в размере хх рублей хх копеек в соответствии со ст. 333.19 НК РФ. Впоследствии по результатам проведённой судебной экспертизы, истец увеличил исковые требования.

С учетом размера взысканных судом денежных средств, удовлетворения требования имущественного характера, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере хх руб. хх коп. 

Вместе с тем, поскольку стороной истца государственная пошлина по уточненным исковым требованиям в размере 122 рублей не была доплачена, то с ответчика в бюджет муниципального образования «Дедовичский район» подлежит взысканию государственная пошлина в размере хх рубля хх копеек. 

руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО3 ФИО4 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП хх ИНН хх), в пользу ФИО1, хх года рождения, уроженки хххх паспорт гражданина РФ: серия хх номер хх, выдан ТП №51 Отдела УФМС России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в Московском районе гор. Санкт-Петербурга хх года, к/п хх материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере хх рублей, стоимость услуг по оценке в размере хх рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере хх рублей хх копеек. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП хх, ИНН хх), в доход бюджета муниципального образования «Дедовичский район» ИНН хх ОГРН хх государственную пошлину в размере хх рубля хх копеек.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП хх ИНН хх в пользу ФГБУ Псковская ЛСЭ Минюста России (ИНН хх КПП хх, г. хххх) неоплаченный остаток стоимости судебной экспертизы в размере хх рублей хх копеек. 

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Дедовичский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено хх года

Председательствующий судья И.А.Федорова