Дело №2-107/2018

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Село Верхний Услон 25 мая 2018 года

Республики Татарстан 

Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Тюфтиной О.М.,

при секретаре судебного заседания Мардегалимовой А.Ф., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, Исполнительному комитету Верхнеуслонского муниципального района РТ о признании принявшими наследство и признании права собственности в порядке наследования, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, Исполнительному комитету Верхнеуслонского муниципального района РТ о признании принявшим наследство, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования и признании родственных отношений, 

установил:

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании принявшим наследство и признании права собственности в порядке наследования, в обосновании указав, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его бабушка ФИО4. После ее смерти открылось наследство в виде жилого дома и земельного участка, по адресу: 

<

адрес>

Фактически наследство после смерти ФИО4 приняла ее дочь (мать истца) ФИО5, которая была зарегистрирована и проживала совместно с ней по день смерти. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла, не оформив свои наследственные права.

После смерти матери ФИО5 истец фактически принял наследство, вступил во владение и управление наследственным имуществом, принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательства и притязаний от третьих лиц. На день смерти ФИО5 истец был зарегистрирован и проживал совместно с ней, продолжает проживать по указанному адресу по настоящее время.

Нотариусом было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство в связи с тем, что право собственности на указанное имущество не зарегистрировано в установленном порядке.

На основании изложенного, истец просит признать его принявшим наследство после смерти матери и признать за ним право собственности на земельный участок в порядке наследования.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 увеличил исковые требования и просил признать ФИО5 принявшей наследство после смерти ФИО4, признать истца принявшим наследство после смерти матери ФИО5 и признать за истцом право собственности на земельный участок с кадастровым номером №87 после смерти матери ФИО5

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, заявил встречные исковые требования о признании родственных отношений с ФИО4 и признании за ФИО2 права собственности на земельный участок, площадью 649 кв.м., с кадастровым номером №. В обосновании требования указал, что он и мать истца фактически приняли наследство после смерти матери ФИО4 – принимали участие в организации похорон, он взял себе из имущества матери – икону, которая по настоящее время хранится у него, обеспечивал сохранность имущества – жилого дома, надворных построек, ограждения, помогал производить ремонт дома. При жизни сестры принимал участие в возделывании земельного участка.

В последующем представитель ответчика ФИО7 встречные исковые требования увеличил и просил признать ответчика ФИО2 принявшим наследство после смерти ФИО4

Истец ФИО1 встречные исковые требования не признал.

Привлеченный к участию в деле качестве ответчика представитель Исполнительного комитета Верхнеуслонского муниципального района ФИО8 исковые требования в части признания за истцами по обоим искам права собственности на вышеуказанный земельный участок признал.

Третье лицо – представитель Исполнительного комитета Набережно-Морквашского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в своем заявлении просят о рассмотрении дела в отсутствии представителя, суд считает возможным рассмотреть дело без участия представителя третьего лица. Ранее, буду допрошенным в ходе судебного заседания 08 февраля 2018 года, представитель Набережно-Морквашского сельского поселения пояснила, что ответчик ФИО2 им неизвестен, к ним обращался только его представитель ФИО9 за выпиской из похозяйственных книг. Факт принятия наследства истцом после смерти своей матери не отрицают.

Третьи лица – Нотариус нотариального округа города Казани РТ ФИО10, ФИО11, ФИО11 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Третьи лицо ФИО12 поддержала оба иска, пояснив, что обе стороны фактически приняли наследство после смерти ФИО4. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 131 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с частью 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского Кодекса Российской Федерации, принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно положениям статей 1152, 1153, 1154 Гражданского Кодекса Российской Федерации, для приобретения наследства наследник должен его принять. Признается, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В силу п.1 ст.3 Федерального закона от 25 октября 2001 года №137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», права на землю, не предусмотренные Земельным кодексом Российской Федерации, подлежат переоформлению со дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации. Право постоянного (бессрочного) пользования находящимися в государственной или муниципальной собственности земельными участками, возникшее у граждан или юридических лиц до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, сохраняется. Право пожизненного наследуемого владения находящимися в государственной или муниципальной собственности земельными участками, приобретенное гражданином до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, сохраняется.

Согласно ч.1 п.9.1 ст.3 данного закона, если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4 – бабушка истца и мать ответчика, что подтверждается свидетельством о смерти, свидетельством о рождении матери истца, свидетельством о заключении брака матери, свидетельством о рождении истца (л.д.10, 14-17).

Согласно информации нотариуса Казанского нотариального округа ФИО10 от 01 февраля 2018 года, в ее производстве наследственное дело к имуществу ФИО4 не заведено.

Согласно информации нотариуса Казанского нотариального округа ФИО13 от 22 февраля 2018 года, в ее производстве наследственное дело к имуществу ФИО4 не заведено.

ДД.ММ.ГГГГ умерла мать истца ФИО5, о чем свидетельствует запись акта о смерти №, составленная Исполнительным комитетом Набережно-Морквашского сельского поселения (л.д.16).

Согласно справке Исполнительного комитета Набережно-Морквашского сельского поселения № от 23 ноября 2017 года, ФИО5 по день своей смерти была зарегистрирована и проживала по адресу: 

<

адрес> 54 (л.д.13). На день смерти совместно с ней был зарегистрирован и проживал сын ФИО1 (л.д.18), который проживает по указанному адресу в настоящее время (л.д.19).

Согласно государственному акту на право собственности на землю №, ФИО4 для ведения личного подсобного хозяйства предоставлено 0,16 га земли (л.д.12).

Согласно сведениям землеустроительного дела по состоянию на 1999 год, ФИО4 использовался земельный участок площадью 0,0648 га (л.д.25).

В похозяйственных книгах Набережно-Морквашского сельского поселения имеется информация о наличии в пользовании ФИО4 земельного участка площадью 0,06 га.

В сведениях кадастра имеется информация о наличии земельного участка, общей площадью 649 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: Республика 

<

адрес>, категория – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения личного подсобного хозяйства, правообладатель отсутствует.

Представитель исполкома Верхнеуслонского муниципального района РТ не оспаривал право наследников умершей ФИО4 на вышеуказанный земельный участок площадью 649 кв.м., исковые требования в этой части признал.

Суд принимает признание иска в этой части, поскольку оно соответствует закону, не противоречит материалам дела и не нарушает прав сторон и третьих лиц.

Согласно запрошенной судом выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 23 января 2018 года, жилой дом, общей площадью 76,8 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> зарегистрирован на имя ФИО14 (л.д.74-75), что было признано ошибкой и впоследствии исправлено постановлением Исполнительного комитета Набережно-Морквашского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан № от 10 февраля 2018 года. Жилому дому и земельному участку, принадлежащим гражданке ФИО14,. присвоен адрес: 

<

адрес> Согласно информации главы Исполнительного комитета Набережно-Морквашского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан от 15 марта 2018 года, ошибки в адресной системе, выявленные в ходе рассмотрения гражданского дела, устранены.

Судом по ходатайству сторон были допрошены свидетели.

Так, свидетель ФИО15 суду показала, что с детства приезжала к бабушке в с. Набережные Моркваши, помнит ФИО4, после смерти которой домом и землей стала пользоваться ФИО5 с сыном. Она в доме проживала постоянно. Ответчика Малькова на участке не видела. Взял ли он на память икону, не знает.

Свидетель ФИО17 суду показал, что в спорном домовладении на момент смерти ФИО4 проживала ее дочь ФИО5 с сыновьями. В настоящее время жив только А.. Мальков после смерти матери приезжал несколько раз в отпуск – 2000, 2008-2009, 2016 годах. Дом был маленький, в нем жила ФИО5, поэтому на время приезда он там не мог жить, останавливался у соседей. После смерти ФИО4 в доме проживала и за домом смотрела только ФИО5.

Свидетель ФИО19 суду показала, что после смерти ФИО4 в доме осталась проживать ФИО5. После похорон матери ФИО16 она видела только один раз, когда он приехал продавать дом. Ремонт в доме он не делал. Домом занималась только Т. с детьми. После смерти ФИО5 в доме остался проживать ее сын А..

Свидетель ФИО20 суду показал, что после смерти ФИО4 в доме осталась проживать ФИО5 с детьми. Мальков приезжал в спорный дом периодически во время отпуска, через два года после похорон, год или два года назад. Помогал по хозяйству Т., когда она была жива, поправлял забор.

Суд не может взять за основу показания свидетеля ФИО20 в части оценки им показаний свидетелей ФИО15 и ФИО19, как недостоверных, поскольку сомнений в правдивости показаний ФИО15 и ФИО19 у суда не возникает, их показания соотносятся друг с другом, другими материалами дела и не противоречат им, в том числе и показаниям самого свидетеля ФИО20. Кроме того, к показаниям ФИО21 в этой части суд относится критически, поскольку ФИО20, как видно из его же показаний, является отцом представителя ответчика ФИО2 – ФИО6, в связи с чем заинтересован в исходе дела.

При изложенных обстоятельствах, суд считает, что после смерти ФИО4 ее дочь ФИО5, которая была зарегистрирована в спорном доме, и проживала совместно с матерью, фактически приняла наследство. Однако право собственности на спорное имущество на имя ФИО4 не был оформлено в установленном порядке, на момент смерти ФИО5 также не оформила свои наследственные права.

После смерти матери ФИО5 истец ФИО1, который был зарегистрирован и проживал совместно с ней по день ее смерти, фактически принял наследство, вступил во владение и управление наследственным имуществом, что участниками судебного разбирательства не оспаривалось.

Кроме того, истцом в подтверждение своего проживания в селе Набережные Моркваши суде представлены – аттестат об образовании, заявление о зачислении в студены в лицей, военный билет, оплата самообложения за 2007 год.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истец фактически принял наследство после смерти матери ФИО5, которая также фактически приняла наследство после своей матери ФИО4, суд считает, что исковые требования ФИО1 о признании принявшими наследство и признании права собственности в порядке наследования обоснованы и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Ответчиком по делу ФИО2 заявлены встречные исковые требования о признании его принявшим наследство после смерти матери ФИО4, признании за ним права собственности в порядке наследования и признании родственных отношений.

Суд считает встречные исковые требования подлежащими удовлетворению в части признания родственных отношений по следующим основаниям.

Согласно свидетельству о рождении ФИО2, выданного ДД.ММ.ГГГГ, отцом истца является ФИО22, матерью – ФИО23.

Брак между ФИО22 и ФИО4 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ Набережно-Морквашским сельским советом Верхнеуслонского района ТАССР составлена запись акта о заключении брака №, после заключения брака обоим присвоена фамилия Мальков (ФИО16).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 умер, о чем составлена запись акта о смерти ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4.

Отделом ЗАГС исполнительного комитета Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан отказано в выдаче записи акта о расторжении брака ФИО22 и ФИО24, в связи с тем, что запись отсутствует. 

Стороны по делу и третьи лица не оспаривали, что умершая ФИО4 является матерью ФИО2.

В отношении исковых требований ФИО2 о признании его принявшим наследство после смерти матери, суд считает, что допустимых доказательств, подтверждающих данное обстоятельство, стороной истца по встречному иску суду не представлено. 

Так, ни один из допрошенных свидетелей не подтвердил факт принятия ФИО2 наследства в течение полугода со дня смерти матери. Не представлено ни одного доказательства, подтверждающего, что ФИО2 в период с февраля по август 1996 года вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Довод представителя ФИО2 о том, что ФИО2 взял из дома на память икону после смерти матери, не может являться единственным основанием для удовлетворения исковых требований в этой части. Кроме того, третье лицо ФИО12 суду пояснила, что эту икону ФИО2 передала родная сестра его умершей матери.

Оценивая доводы истца по встречному иску о принятии им наследства после смерти матери, суд также принимает во внимание, что в самом встречном иске истец считает мать истца ФИО5 принявшей наследство после смерти матери, о чем прямо указывает в тексте, однако, не признает за ней права собственности по этому основанию.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, о том, что поскольку доказательств, подтверждающих, что ФИО2 фактически принял наследство после смерти ФИО4, в материалах дела не имеется, исковые требования в этой части подлежат отклонению, что влечет за собой также отсутствие оснований для признания за ним права собственности на спорный наследственный участок в порядке наследования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, Исполнительному комитету Верхнеуслонского муниципального района РТ о признании принявшими наследство и признании права собственности в порядке наследования удовлетворить.

Признать ФИО5 принявшей наследство после смерти матери ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Признать ФИО1 принявшим наследство после смерти матери ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ФИО1 право собственности на земельный участок, общей площадью 649 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании принявшим наследство, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования и установлении факта родственных отношений удовлетворить частично.

Признать ФИО4, умершую ДД.ММ.ГГГГ, матерью ФИО2.

В остальной части встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца через Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан.

Председательствующий: О.М.Тюфтина