Дело №10-456/2020 Судья Табаков А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Челябинск 06 февраля 2020 года

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Гладковой С.Я.,

при ведении протокола помощником судьи Путиловой Е.А.,

с участием:

прокурора Бочкаревой Г.В.,

осужденного ФИО25,

адвоката Жаворонкова С.В.,

представителя потерпевшего ФИО1. – адвоката Ивановой О.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО25 и адвоката Жаворонкова С.В. на приговор Центрального районного суда г. Челябинска от 07 ноября 2019 года, которым

ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец с. 

<

данные изъяты>, судимый: 

1) 19 апреля 2011 года Калининским районным судом г. Челябинска (с учетом изменений от 07 ноября 2011 года) по п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года №26-ФЗ) к лишению свободы на срок один год одиннадцать месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Освобожденный 02 ноября 2012 года по отбытии срока наказания;

2) 17 января 2013 года Варненским районным судом (с учетом изменений от 12 марта 2013 года) по ч.2 ст.162 УК РФ к лишению свободы на срок четыре года два месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Освобожденный 23 января 2017 года по отбытии срока наказания. Решением Озерского городского суда Челябинской области от 16 августа 2016 года установлен административный надзор на срок шесть лет;

3) 19 февраля 2019 года мировым судьей судебного участка №2 Металлургического района г. Челябинска по ч.3 ст.327 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок один год с удержанием из заработной платы 15% в доход государства ежемесячно (неотбытая часть наказания на 31 октября 2019 года составила шесть месяцев шесть дней),

- осужден по п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ к лишению свободы на срок один год одиннадцать месяцев. На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 19 февраля 2019 года ФИО25 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок два года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу; ФИО25 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбытия наказания зачтено время содержания ФИО25 под стражей с 07 ноября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с требованиями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года №186-ФЗ).

В пользу потерпевшего ФИО2. с осужденного взыскано 100000 (сто тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Заслушав выступления осужденного ФИО25 и его адвоката Жаворонкова С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Бочкаревой Г.В. и адвоката Ивановой О.М., полагавших приговор законным и обоснованным, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО25 признан виновным в умышленном причинении потерпевшему ФИО11. средней тяжести вреда здоровью, совершенном из хулиганских побуждений.

Преступление совершено им 03 августа 2018 года на территории Центрального района г. Челябинска при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО25 не соглашается с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона. Считает, что показания потерпевшего и свидетелей, а также заключение судебно-медицинской экспертизы имеют существенные противоречия. Отмечает, что из показаний потерпевшего следует, что он (ФИО25) поднял ФИО3. и бросил один раз, а упал он (потерпевший) два раза. При этом спортивный прием «бросок через себя» подразумевает падение обоих участников схватки, однако судом этот момент не был принят во внимание, но почему-то именно последствия броска и получение потерпевшим телесных повреждений позволило суду квалифицировать его (ФИО25) действия по ч.2 ст.112 УК РФ. Полагает, что при возникновении таких сомнений суд должен был привлечь специалиста или эксперта по спортивной борьбе. Не оспаривает того, что бросил потерпевшего через бедро, однако потерпевший указывает на два падения, свидетели ФИО12. и ФИО14. вообще не видели бросков, а свидетель ФИО16. назвала увиденное «применить прием», хотя сама по себе не является специалистом в области борьбы и видела только один бросок. Обращает внимание, что согласно данным из ГКБ №1 потерпевший был выписан из больницы 09 августа 2018 года, прошел лечение за шесть дней, в связи с чем нельзя утверждать о его нетрудоспособности в течение трех недель. Настаивает на том, что суд не выяснил, сколько и какие были броски, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, в связи с чем несостоятельны выводы суда, что все доказательства достаточные, достоверные и допустимые. Отмечает, что он не имел умысла на нанесение травм потерпевшему, его действия были спонтанны и не имели какого-либо расчета. Обращает внимание, что указывая на наличие умысла в его действиях, суд умалчивает о попытке потерпевшего нанести ему (ФИО25) ответные удары, однако именно такие попытки потерпевшего спровоцировали его (ФИО25) на дальнейшие действия, направленные на защиту от ударов. Считает, что действия потерпевшего можно квалифицировать по ч.3 ст.30, ст.112-115 УК РФ, как попытку нападения. Выражает несогласие с указанием суда в описательно-мотивировочной части на его (ФИО25) состояние опьянения, поскольку стороной обвинения данный факт не установлен. Полагает, что суд, определяя размеры компенсации морального вреда и материального ущерба, не основывался на фактических затратах, взяв лишь частично сумму компенсации из требований потерпевшего. Вместе с тем взысканная сумма должна быть обоснована и состоять из реального размера ущерба. Просит отменить приговор, направить дело на новое разбирательство в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе адвокат Жаворонков С.В. находит приговор подлежащим изменению ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора. Отмечает, что его подзащитный допускал, что травма руки потерпевшего возникла в результате падения после броска, хулиганский мотив действий не признавал, утверждая, что между ним (ФИО25) и потерпевшим возникла ссора, в ходе которой потерпевший также пытался нанести ему удар. Обращает внимание, что само по себе совершение противоправных действий, направленных против потерпевшего в общественном месте, в присутствии третьих лиц, не свидетельствует о наличии в действиях виновного хулиганского мотива. Считает предположительным и недоказанным вывод суда, что ФИО25, совершая противоправные действия в отношении ФИО4., стремился тем самым противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к обществу. Полагает, что действия его подзащитного были направлены исключительно против потерпевшего, иные охраняемые законом общественные интересы не пострадали. Указывает, что ФИО25 объяснял свои действия личной неприязнью к потерпевшему, которая возникла в результате сделанного последним замечания в адрес осужденного, при этом сам потерпевший говорил, что в ходе конфликта с ФИО25 также пытался нанести последнему удар рукой, от которого ФИО25 смог уклониться. В связи с чем вывод суда о наличии в действиях осужденного хулиганского мотива носит предположительный характер. Обращает внимание, что у ФИО25 отсутствовал умысел на причинение вреда здоровью потерпевшего, поскольку травма руки ФИО5. возникла в результате падения потерпевшего после борцовского приема, выполненного ФИО25, а возможность возникновения такой травмы обусловлена действиями самого потерпевшего, который при падении выставил левую руку вперед. Так, между действиями ФИО25 и последствиями в виде тупой травмы левого предплечья потерпевшего отсутствует прямая причинно-следственная связь, поскольку в развитие действия включаются ошибочные действия самого ФИО6. Полагает, что умысел ФИО25 по отношению к возможности наступления последствий в виде травмы левой руки потерпевшего выражен в форме небрежности. Настаивает, что в действиях его подзащитного содержатся только признаки умышленного причинения легкого вреда здоровью потерпевшего, в части причинения тому тупой травмы головы, поэтому действия ФИО25 необходимо квалифицировать по ч.1 ст.115 УК РФ. По мнению адвоката, отвергая указанные доводы стороны защиты, суд первой инстанции не привел в приговоре убедительных доводов о доказанности наличия у осужденного умышленной формы вины в отношении причинения потерпевшему средней тяжести вреда здоровью. Считает назначенное его подзащитному наказание чрезмерно суровым, поскольку судом не принято во внимание, что в результате заключения ФИО25 под стражу его семья фактически оказалась без средств к существованию, осужденный имеет троих малолетних детей, один из которых страдает тяжелым хроническим заболеванием, сожительница ФИО25 не может работать, поскольку осуществляет уход за ребенком. Отмечает, что имеющийся у осужденного простой вид рецидива в соответствии с ч.1 ст.73 УК РФ позволяет назначить ему условное осуждение, что в большей степени соответствовало бы целям восстановления социальной справедливости, исправлению осужденного и учитывало бы интересы его семьи. Полагает, что при разрешении вопроса о компенсации морального вреда, суд не исследовал имущественное положение ФИО25 и членов его семьи, что привело к необоснованному определению размера денежной компенсации. Просит изменить приговор, переквалифицировать действия ФИО25 на ч.1 ст.115 УК РФ и назначить иной вид наказания, предусмотренный санкцией статьи. Также просит отменить приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшего, передав спор на разрешение в порядке гражданского судопроизводства.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его адвоката государственный обвинитель Шафикова А.И. просит приговор оставить без изменения, а доводы жалоб – без удовлетворения. 

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ, влекущих отмену либо изменение оспариваемого приговора.

Выводы суда о виновности ФИО25 в инкриминируемом ему преступлении основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

Все представленные сторонами доказательства получили надлежащую оценку по правилам главы 10 УПК РФ, при этом суд привел мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и отверг другие. 

В основу обвинительного приговора правомерно положены показания потерпевшего ФИО7., свидетелей ФИО18., ФИО19., ФИО20., ФИО21. (сотрудника полиции, участвовавшего в задержании ФИО25), письменные доказательства, указывающие на то, что телесные повреждения потерпевшему были причинены именно осужденным, действовавшим из хулиганских побуждений.

О беспричинном нанесении потерпевшему ударов по лицу и телу, о его бросках на землю поясняли суду сам ФИО22., свидетели – очевидцы ФИО17. и ФИО13. На предварительном следствии свидетель ФИО15. сообщала следователю о противоправных действиях ФИО25 по отношению к потерпевшему. Её показания были оглашены в порядке ст.281 УПК РФ, с согласия всех участников процесса (том №1, л.д. 78-79).

Показания потерпевшего и свидетелей в целом являются последовательными, сообщенные ими сведения о месте и времени преступления, о механизме образования телесных повреждений не противоречили иным объективным доказательствам. В частности, заключению судебно-медицинской экспертизы №400 от 23 января 2019 года, в которой эксперт допустил возможность образования 

<

данные изъяты> в результате более одного травмирующего воздействия.

Так, в описательной части заключения экспертом указано, что потерпевший ФИО23. был доставлен в медицинское учреждение 03 августа 2018 года бригадой «скорой» с жалобами на 

<

данные изъяты>. Объективно были установлены 

<

данные изъяты>. По данным рентгенографии – 

<

данные изъяты>. 09 августа 2018 года выписан на амбулаторное лечение. 

Изучив медицинские документы, эксперт пришел к выводу, что у ФИО8. имели место: 

<

данные изъяты>, причиненная однократным, возможно и более, ударным воздействием тупого твердого предмета, причинившая легкий вред здоровью; 

<

данные изъяты>, образовавшаяся в результате однократного, возможно и более, 

<

данные изъяты>, причинившая средней тяжести вред здоровью; 

<

данные изъяты>, образовавшиеся от однократного, возможно более, воздействия тупой травмирующей силы, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья. При этом эксперт не исключил возможность образования данных телесных повреждений при обстоятельствах, указанных потерпевшим при допросе 28 декабря 2018 года (том №1, л.д.59-62).

Поскольку каких-либо неясностей и сомнений в выводах эксперта не содержалось, у суда не имелось оснований для привлечения к делу специалистов, о чем упоминает осужденный в своей апелляционной жалобе.

Длительность нахождения потерпевшего на лечении в связи с травмой левой руки (более 21 дня) подтверждена медицинскими документами. То обстоятельство, что ФИО24. был выписан со стационарного лечения 09 августа 2018 года (спустя шесть дней со дня получения травмы), не опровергает выводы эксперта. Потерпевший пояснил суду, что он проходил амбулаторное лечение до начала октября 2018 года, а его выписка со стационара являлась вынужденной из-за прихода в отделение супруги ФИО25 (протокол судебного заседания (том №1, л.д.249)). При освидетельствовании потерпевшего 28 сентября 2018 года эксперт не смог определить степень тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшего из-за 

<

данные изъяты>, поскольку исход вреда здоровью ясен не был (акт №6713 от 28 сентября 2018 года (том №1, л.д.53-55)).

Суд первой инстанции справедливо посчитал показания потерпевшего и свидетелей достоверными доказательствами, не усмотрев оснований для оговора ими осужденного. В ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что до случившегося данные лица ФИО25 не знали, каких-либо неприязненных отношений между ними не имелось. 

Неточности в показаниях свидетелей в указании количества нанесенных осужденным ударов, на что ссылается сторона защиты, получили надлежащую оценку в приговоре. Суд первой инстанции обоснованно сослался на субъективные особенности восприятия увиденного, а также на то, что свидетели наблюдали различные стадии избиения потерпевшего. 

Совокупность исследованных судом доказательств, признанных допустимыми и достоверными, являлась достаточной для признания ФИО25 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни и здоровья и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений. 

Доводы осужденного и его адвоката об иной юридической оценке содеянного ввиду недоказанности умысла виновного на причинение потерпевшему вреда здоровью средней тяжести и отсутствия хулиганского мотива, правомерно отвергнуты судом как противоречащие доказательствам, представленным стороной обвинения. Мотивы своего решения суд убедительно изложил в описательно-мотивировочной части приговора.

Действительно, причинно-следственная связь между действиями ФИО25 и наступившими у потерпевшего ФИО9. телесными повреждениями, повлекшими вред здоровью средней тяжести, установлена; хулиганский мотив подтвержден показаниями потерпевшего и свидетелей. По смыслу закона преступление, предусмотренное ст.112 УК РФ может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом.

Показания же ФИО25 о возникновении конфликтной ситуации по вине потерпевшего не нашли своего подтверждения и обоснованно расценены как средство защиты. 

Ссылки осужденного на отсутствие доказательств нахождение его (ФИО25) в состоянии алкогольного опьянения противоречат материалам уголовного дела, в которых имеются протокол об административном правонарушении от 03 августа 2018 года и постановление о наложении административного наказания за появление в общественном месте в состоянии опьянения. В данных документах указано, что ФИО25 03 августа 2018 года в 13-00 часов находился по адресу ФИО26 9 и имел шаткую походку, неопрятный вид, резкий запах алкоголя (том №1, л.д. 159-160).

С доводами стороны защиты о чрезмерной суровости приговора суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Определяя вид и размер наказания, суд учел характер и степень общественной опасности преступления, совокупность смягчающих и отягчающих обстоятельств, данные о личности ФИО25, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами признаны: раскаяние в содеянном, частичное признание вины, наличие троих малолетних детей на иждивении, один из которых имеет тяжелое хроническое заболевание, участие осужденного в боевых действиях на территории Чеченской республики в 2003-2004 годах и наличие звания ветерана боевых действий. На эти же обстоятельства ссылаются осужденный и адвокат в своих жалобах.

Также судом были учтены возраст осужденного, его состояние здоровья, семейное положение и характерологические особенности личности.

Отягчающим наказание обстоятельством суд верно признал рецидив преступлений, поскольку ФИО25 ранее был судим за совершение умышленных тяжких преступлений и вновь совершил умышленное преступление средней тяжести.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, сведения о личности осужденного, суд пришел к правильному выводу о назначении ФИО25 наказания в виде реального лишения свободы. Срок наказания определен с учетом положений ч.2 ст.68 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, ч.3 ст.68 УК РФ, ст.53.1 УК РФ, а также назначения условного наказания, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции. 

Наличие в действиях осужденного отягчающего наказание обстоятельства исключало возможность изменения категории преступления на менее тяжкую.

Поскольку преступление против здоровья потерпевшего ФИО25 совершил до вынесения приговора мирового судьи судебного участка №2 Металлургического района г. Челябинска от 19 февраля 2019 года, то окончательное наказание ему правомерно назначено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ. При этом суд применил принцип частичного, а не полного сложений наказаний.

Назначенное ФИО25 наказание, как за совершенное преступление, так и по их совокупности, соразмерно содеянному; оно призвано обеспечить исправление осужденного, предупредить совершение им новых преступлений. Оснований полагать наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровсти не имеется, поэтому смягчению оно не подлежит.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание, назначен судом правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ. 

Гражданский иск потерпевшего о компенсации морального вреда разрешен судом в установленном законом порядке в соответствии со ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, с учетом физических и нравственных страданий ФИО10., причиненных насильственными действиями осужденного, прохождения потерпевшим длительного лечения, а также имущественного положения ФИО25 В связи с чем размер взысканной с осужденного суммы компенсации морального вреда чрезмерно завышенным признать нельзя.

Уголовное дело в отношении ФИО25 рассмотрено судом с соблюдением уголовно-процессуального закона, а постановленный обвинительный приговор является законным, мотивированным и справедливым. 

При таких обстоятельствах апелляционные жалобы стороны защиты, в которых ставится вопрос об изменении приговора, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Центрального районного суда г. Челябинска от 07 ноября 2019 года в отношении ФИО25 оставить без изменений, апелляционные жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Судья