№ 2-202/2020

УИД 18RS0016-01-2019-000244-73

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Кез Удмуртской Республики 14 июля 2020 года

Кезский районный суд Удмуртской Республики в составе: 

председательствующего судьи Одинцовой О.П.,

при секретаре Марковой Н.А., 

с участием истцов ФИО1, ФИО3, их представителя ФИО4, представителя ответчика ОАО «РЖД» ФИО5, действующей на основании доверенности № № от ДД.ММ.ГГГГ,

прокурора Главатских А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1, ФИО3 обратились в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> Свердловской железной дороги пассажирским поездом № № был смертельно травмирован их сын ФИО2. По данному факту Пермским следственным отделом на транспорте Следственного комитета РФ при прокуратуре РФ в возбуждении уголовного дела было отказано. Поскольку от действия источника повышенной опасности, принадлежащего ответчику погиб близкий человек, истцы считают, что имеют право на возмещение вреда, в том числе, компенсацию морального вреда. Указывают, что проживают в браке с ДД.ММ.ГГГГ, вырастили и воспитали троих детей: ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Была дружная и сплоченная семья. Потом дети разъехались, с ними остался проживать один ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ умер сын ФИО19 потом сын ФИО13 долго находился в больнице не лечении. ФИО2 вечером ДД.ММ.ГГГГ пошел прогуляться, долго не возвращался. ФИО1 позвонила ему, ей ответил работник полиции и сообщил, что сын попал под поезд и он мертв. Она испытала сильнейший стресс. Прибыв на место и увидев отдельно лежащую ногу у нее случилась истерика, вызвали машину скорой помощи. Очень тяжело перенесла похороны сына. Истец ФИО3 также указал, что был в сильном шоке после сообщения о смерти сына, тяжело перенес его похороны. Причиненные им физические и нравственные страдания истцы оценивают каждый в размере 1 000 000 рублей.

Также истцы указывают, что ФИО2, проживая с ними, постоянно помогал по хозяйству. Работая в ОАО «Милком», получал приличную заработную плату, помогал материально, так как пенсия была небольшая. Считают, что являясь пенсионерами, в силу действующего законодательства имеют право на единовременное возмещение вреда, которое за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 124543 рубля 07 копеек, размер ежемесячного возмещения – 8836 рублей 63 копейки в пользу каждого.

Ссылаясь в качестве правовых оснований на положения ст. ст. 150, 151,1064, 1079, 1088, 1086, 1100, 1101 ГК РФ, истцы просят взыскать с открытого акционерного общества:

- в пользу ФИО1 единовременно в счет возмещения вреда 124543 рублей 63 копейки, установить ежемесячное возмещение вреда в размере 8836 рублей 63 копейки, начиная с ДД.ММ.ГГГГ гожа пожизненно с последующей индексацией в установленном законом порядке, 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, 10 000 рублей расходов по оплате услуг представителя, 1200 рублей расходов на услуги нотариуса, 300 рублей расходов по оплате государственной пошлины, а также почтовые расходы в размере 1500 рублей;

- в пользу ФИО3 единовременно в счет возмещения вреда 124543 рублей 63 копейки, установить ежемесячное возмещение вреда в размере 8836 рублей 63 копейки, начиная с ДД.ММ.ГГГГ гожа пожизненно с последующей индексацией в установленном законом порядке, 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, 10 000 рублей расходов по оплате услуг представителя, 300 рублей расходов по оплате государственной пошлины. 

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО3 исковые требования поддержали, мотивируя доводами, изложенными в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала. В обоснование своих возражений указала на отсутствие вины ОАО «РЖД» в травмировании ФИО6 и наличия в его действиях грубой неосторожности, в связи с чем размер компенсации морального вреда подлежит обязательному уменьшению. В части возмещения вреда в связи с потерей кормильца считает, что истцами не представлено доказательств, что на момент гибели сына они находились на его иждивении, получали от него систематическую материальную помощь. Также указала на завышенный размер расходов на представителя, поддержала письменные возражения на исковое заявление.

Третье лицо ООО «Страховая Компания «Согласия» своего представителя для участия в судебном заседании не направило, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшим исковые требования истцов о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению в части, исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ имел место факт смертельного железнодорожного травмирования ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, пассажирским поездом № № сообщением «

<

данные изъяты> у входных стрелок в четной горловине 

<

адрес> Свердловской железной дороги. В ходе проведенной процессуальной проверки данных о наличии события преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ст. 110, ч. 4 ст. 111 УК РФ, не установлено, поскольку данных о доведении ФИО2 до самоубийства путем угроз, жестокого обращения или систематического или систематического унижения его человеческого достоинства не добыто. Третьих лиц, совершивших в отношении ФИО2 противоправные действия, нет. Причиной травмирования ФИО2 явилась собственная неосторожность потерпевшего, допущенная в результате нарушения последним правил нахождения на объекте транспортной инфраструктуры. В возбуждении уголовного дела по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО2 отказано на основании п. 1, 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ст.ст. 105, 110, ч. 4 ст. 111, а также в связи с отсутствием составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 263, ч. 3 ст. 263.1 УК РФ.

Актом служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что смертельное травмирование ФИО2 произошло ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 35 минут на 

<

адрес> поездом № № сообщением «

<

данные изъяты>». Место травмирования – 

<

адрес> видимость нечетным поездам составляет более 700 метров и четным кривой участок пути 500м. Знаки установлены, вывешены знаки «Проход по путям запрещен», «Не оставляйте детей без присмотра». Ближайший пешеходный переход на 

<

адрес> в удовлетворительном состоянии. В качестве причины травмирования указано на нарушение пункта 7 раздела III «Действия граждан при проходе и переходе через железнодорожные пути» Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России 08.02.2007 № 18.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО2 явилась несовместимая с жизнью сочетанная травма: ОЧМТ: 

<

данные изъяты> Эти повреждения по своему характеру в совокупности создали непосредственную угрозу для жизни человека. По этому квалифицирующему признаку расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Факт смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 также подтверждается свидетельством о смерти №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС Администрации муниципального образования «Кезский район» Удмуртской Республики.

Законным владельцем источника повышенной опасности – поезда травмировавшего ФИО2 на момент причинения вреда являлось ОАО «РЖД».

Истцы ФИО1, ФИО3 – родители погибшего ФИО2

ФИО2 на день смерти был зарегистрирован и проживал совместно с истцами ФИО1, ФИО3.

В связи со смертью сына ФИО2 истцам были причинены нравственные страдания. 

Гражданская ответственность перед потерпевшими на случай причинения вреда при использовании железнодорожного транспорта была застрахована по договору добровольного имущественного страхования, заключенному с СПАО «Ингосстрах» ДД.ММ.ГГГГ. Несчастный случай произошел в период срока действия данного договора.

Данные обстоятельства установлены судом из объяснений лиц, участвующих в деле, представленных доказательств и сторонами в целом не оспариваются, какими-либо бесспорными и убедительными доказательствами не опровергнуты.

Проанализировав установленные обстоятельства в их совокупности, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные истцами требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.20 Конституции РФ жизнь человека является высшей ценностью и благом для человека.

В силу ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств…), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствие вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п.п. 1, 2 ст. 1083 ГК РФ).

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26 января 2010 года № 1 владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ); под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, пункт 3 ст. 401 ГК РФ); под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. третьим п. 2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению (п.23).

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом, уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п.2 ст.1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (п.17).

В соответствии со ст. 21 Федерального закона от 10 января 2003 года № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в РФ» железнодорожные пути общего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности.

Приказом Минтранса России от 08 февраля 2007 года №18 утверждены Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути (Правила)

Согласно п.п.6, 7 раздела 3 Правил проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах.

При переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этих целей пешеходными переходами, тоннелями, мостами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом, внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

Согласно п.2 Правил запрещено переходить и перебегать железнодорожные пути перед близко идущим поездом, если расстояние до него менее 400 метров. 

Не допускается нахождение граждан на железнодорожных путях в состоянии алкогольного опьянения (п.10 Правил).

В соответствии с Федеральным законом от 27 февраля 2003 года № 29-ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» единым хозяйствующим субъектом, осуществляющим эксплуатацию, содержание и ремонт объектов инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования, перевозки грузов, пассажиров, багажа и грузобагажа является ОАО «Российские железные дороги».

Смерть ФИО6 наступила вследствие железнодорожной травмы. 

Доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, суду не представлено. 

Таким образом, именно ответчик ОАО «РЖД» являясь владельцем источника повышенной опасности, от действия которого наступила смерть ФИО6, обязан компенсировать причиненные истцам нравственные страдания в связи с утратой для них близкого человека.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 1100 ГК РФ в случае причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, оцениваемых судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Разрешая вопрос о размере морального вреда, суд учитывает, что обстоятельство того, что сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным и близким людям нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, нарушает целостность семьи и семейные связи. 

Суд принимает во внимание наличие родственных отношений истцов с умершим, соглашаясь с их доводами о том, что гибель сына явилась невосполнимой утратой, они получили психологическую травму, прервана одна из основных ценностей – семейные узы, характер причиненных истцам нравственных страданий, фактические обстоятельства дела. 

Суд учитывает также возраст истцов, в котором они потеряли сына (престарелый), степень близости родственных отношений с погибшим (родители-сын), совместное проживание с родителями, проявление ФИО6 при жизни заботы о родителях, наличие других родственников, способных оказать поддержку, облегчить страдания истцов, вызванные гибелью сына, отсутствие физической, моральной, материальной поддержки в том объеме, который существовал при жизни ФИО6, изменение качества их жизни. 

Заслуживают внимание доводы истцов, о том, что в связи смертью сына они претерпевают сильные переживания, влекущие состояние постоянного стресса, невозможности адаптироваться к новым обстоятельствам – изменению привычного круга общения.

Иных, помимо представленных и исследованных в судебном заседании доказательств, свидетельствующих о характере и объеме причиненных физических и нравственных страданиях, их непосредственной глубине, в силу ст. 56 ГПК РФ истцами не представлено. 

С учетом обстоятельств, при которых был причинен вред, а именно: отсутствие вины владельца источника повышенной опасности в данном происшествии; наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, выразившейся в нарушении Правил нахождения на железнодорожных путях: нахождении на железнодорожных путях вблизи оборудованного наземного перехода, в зоне предупреждающих знаков: «Проход по путям запрещен», нахождение в состоянии алкогольного опьянения, которые находятся в непосредственной причинно-следственной связи с фактом наступления смерти потерпевшего, суд считает, что заявленный истцами к взысканию размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению.

Оценив степень причиненных истцам нравственных и физических страданий, с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевших, принимая во внимание вышеустановленные обстоятельства, суд полагает соответствующей требованиям разумности и справедливости и подлежащей взысканию компенсации морального вреда в размере 70000 рублей в пользу каждого истца.

Доводы стороны ответчика о необходимости учета при определении суммы компенсации морального вреда судебной практики со ссылкой на иные судебные акты судом отклоняются, поскольку судебные постановления, вынесенные по иным делам, не относящимся к рассматриваемому, преюдициального значения для разрешения настоящего спора не имеют. 

Доводы стороны ответчика о том, что возмещение вреда в настоящем случае подлежит взысканию со страховой компании «Ингосстрах», с которой ОАО «РЖД» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от ДД.ММ.ГГГГ №, суд отклоняет, как несостоятельные, на основании следующего.

Из материалов дела следует, что указанным договором застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора: жизни и /или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которые в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред (п.2.3.).

При этом согласно п.1.5 договора под понятием морального вреда по условиям договора понимается причинение выгодоприбретателю морального вреда (физические и нравственные страдания) действиями страхователя, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, в случаях, если решением суда на страхователя возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пункт 8.1.1.3 договора также предусматривает, что страховая выплата производится страховщиком выгодоприобретателю в пределах страховых сумм, указанных в настоящем договоре, с учетом оговоренной в настоящем договоре франшизы и в зависимости от причины возникновения ущерба исчисляется в размере:

в случае если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в следующем размере:

не более 300000 рублей – потерпевшему лицу, получившему телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья;

не более 100000 рублей – лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100000 руб. в равных долях.

Если страхователь на основании исполнения судебного решения произвел выгодоприобретателю компенсацию причиненного морального вреда до страховой выплаты по настоящему договору, то страховая выплата осуществляется страхователю в пределах, установленных настоящим договором, после предоставления страховщику доказательства произведенных расходов.

Исходя из буквального толкования вышеуказанных условий договора, следует, что возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по возмещению морального вреда лицам, которым в случае смерти потерпевшего ОАО «РЖД» обязано компенсировать моральный вред, причиненный источником повышенной опасности, принадлежащим ОАО «РЖД», наступает не в результате как такового события причинения морального вреда, а в связи с наступлением гражданской ответственности страхователя на основании решения суда, поскольку определить размер такой компенсации морального вреда может только суд.

Таким образом, ответственность по выплате компенсации морального вреда подлежит возложению на непосредственного владельца источника повышенной опасности как причинителя вреда - ОАО «РЖД». Обязанность по компенсации морального вреда у СПАО «Ингосстрах» не наступила.

При этом ОАО «РЖД» не лишено права по обращению к страховщику с требованиями о возмещении выплаченного вреда в пределах страховых сумм в соответствии с договором.

Рассматривая требования истцов в части взыскания с ответчика вреда в связи со смертью кормильца суд исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 1088 Гражданского Кодекса Российской Федерации в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30.09.2010 года N 1260-О-О, от 03.10.2006 г. N 407-О указал на то, что факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию; по смыслу оспариваемых норм в системе действующего законодательства, понятие "иждивение" предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, т.е. не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода.

Согласно разъяснениям п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" круг лиц, имеющих право на возмещение вреда в случае потери кормильца (потерпевшего), установлен в п. 1 ст. 1088 ГК РФ.

К таким лицам относятся: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

Следует учитывать, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются:

б) женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет. Достижение общеустановленного пенсионного возраста (п. 1 ст. 7 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности;

в) инвалиды независимо от того, какая группа инвалидности им установлена, - I, II или III.

В соответствии с ч. 3 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение вреда по случаю потери кормильца не ставится в зависимость от того, состоят ли они в какой-либо степени родства или свойства с умершим кормильцем. Основополагающими юридическими фактами в этом случае являются факт состояния на иждивении и факт нетрудоспособности.

Положения статьи 87 Семейного Кодекса РФ предполагает законодательно установленную обязанность взрослых детей предоставить своим нетрудоспособным нуждающимся родителям хотя бы минимум материальных благ, способных обеспечить их существование. Эта обязанность носит безусловный характер и не связывается законодателем с наличием либо отсутствием у гражданина постоянного и достаточного дохода. То есть вне зависимости от материального и семейного положения взрослых трудоспособных детей родители вправе получить от них необходимое для поддержания жизнедеятельности содержание.

При этом, из буквального толкования ст. 87 СК РФ следует, что еще одним условием для получения пожизненного содержание является нуждаемость нетрудоспособных родителей.

Истцы ФИО1, ФИО3 являются родителями погибшего ФИО2

На момент гибели ФИО2 истцы достигли пенсионного возраста. В соответствии со справкой УПФР в Кезском районе УР от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ установлена пенсия в размере 10876,04руб. В соответствии с пенсионным удостоверением №, выданным ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ установлена пенсия в размере 6895,17руб.

Указанные обстоятельства являются безусловным основанием для признания ФИО1 и ФИО3 нетрудоспособными.

Статья 87 СК РФ предполагает законодательно установленную обязанность взрослых детей предоставить своим нетрудоспособным нуждающимся родителям хотя бы минимум материальных благ, способных обеспечить их существование. Эта обязанность носит безусловный характер и не связывается законодателем с наличием либо отсутствием у гражданина постоянного и достаточного дохода. То есть вне зависимости от материального и семейного положения взрослых трудоспособных детей родители вправе получить от них необходимое для поддержания жизнедеятельности содержание.

Установлено, что у ФИО1 и ФИО3 два сына – ФИО2 и ФИО13 Истцы проживала совместно с сыном ФИО6

Согласно сведений, представленных ОПФР по Удмуртской Республике от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 является получателем страховой пенсии по старости, размер пенсии на ДД.ММ.ГГГГ составлял 10876,04руб., на ДД.ММ.ГГГГ составлял 15 613,89 руб. ФИО1 также является получателем страховой пенсии по старости, размер которой на ДД.ММ.ГГГГ составлял 11974,26руб.

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 02 июля 2019 года № 461н «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации за 1 квартал 2019 года» величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации за I квартал 2019 года на душу населения для пенсионеров составляла 8894 рубля.

Законом УР от 28.09.2018 N 52-РЗ "Об установлении величины прожиточного минимума пенсионера в Удмуртской Республике на 2019 год в целях установления социальной доплаты к пенсии, предусмотренной Федеральным законом "О государственной социальной помощи" (принят Государственным Советом УР 18.09.2018 N 233-VI) установлена величина прожиточного минимума пенсионера в Удмуртской Республике в целях установления социальной доплаты к пенсии, предусмотренной Федеральным законом "О государственной социальной помощи", на 2019 год в размере 8502 рубля.

Таким образом, на момент смерти сына истцы имели собственный основной и постоянный источник дохода - пенсию по старости, превышающую установленную на 2019 года величину прожиточного минимума для пенсионеров как в целом по Российской Федерации, так и по Удмуртской Республике, что опровергает доводы истцов о нуждаемости в постоянной посторонней финансовой помощи для существования.

В судебном заседании истцы не представили доказательств получения систематической ежемесячной материальную помощь от погибшего сына.

Таким образом, истцами не доказан факт получения от сына ФИО2 такой систематической помощи, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Сам по себе факт родственных отношений, совместное проживание с погибшим сыном не является достаточным подтверждением нахождения истцов на иждивении у сына.

Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что у погибшего ФИО2 имеется брат ФИО13, который в равной степени с погибшим обязан нести обязанность по содержанию нетрудоспособных родителей. Вместе с тем, из исследованных доказательств не следует и стороной истца не представлено, что истцы имеют какие-либо материальные требования к сыну ФИО13, фактически в настоящее время они существует за счет получаемой страховой пенсии, что свидетельствует также об отсутствии нуждаемости в помощи.

Исходя из смысла норм закона, вред должен возмещаться в размере того содержания, которое было для нетрудоспособного лица, состоявшего на иждивении умершего постоянным и основным источником средств к существованию. 

Сам по себе факт того, что ФИО2 не имел семью, получал доход, превышающий размер пенсии истцов по старости, как и сведения о проживании по одному адресу, не свидетельствует о том, что доход погибшего являлся для истцов постоянным и основным источником средств к их существованию и о их нахождении на иждивении.

Поскольку не доказано, что умерший ФИО2 нес обязанность по содержанию родителей, является неправомерным перекладывание бремени ответственности на лицо, в данном случае владельца источника повышенной опасности, лишь в силу того, что ответственность на него возложена в силу закона независимо от вины.

При таких обстоятельствах суд, основываясь на положениях ст. 1088 ГК РФ, Федерального закона "О страховых пенсиях в Российской Федерации", принимая во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, позицию Конституционного Суда РФ, приходит к выводу о недоказанности истцами факта нахождения на иждивении у сына ФИО2 на момент его гибели, констатирует отсутствие оснований для включения их в круг лиц, имеющих право на возмещение вреда в порядке ст. ст. 1088 - 1089 ГК РФ, что исключает возможность взыскания с ОАО "РЖД" заявленных денежных средств в связи с потерей кормильца и тем самым отказывает истцам в удовлетворении исковых требований полном объеме.

Обсуждая вопрос о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом ФИО1 заявлено о взыскании судебных расходов на оформление доверенностей в размере 1200 рублей. 

В абзаце 3 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела копии доверенности серии №, выданной представителю истцов ФИО4, следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле. При таком положении имеются правовые основания для взыскания расходов на оформление доверенностей.

Также истцами понесены почтовые расходы, которые подтверждены чеками на общую сумму 1049,37руб. В соответствии с квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 оплачено ИП ФИО4 1500 рублей на почтовые расходы. В связи с чем, сумма почтовых расходов в размере 1049,37руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1

Кроме того, истцы просят возместить понесенные ими судебные расходы в виде оплаты услуг представителя в размере 10000 рублей каждому.

Как следует из квитанций № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО3 оплачено ИП ФИО4 по 10000 рублей каждым за изготовление искового заявления и представительство в судебном заседании.

Суд находит доказанными расходы истцов по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей, в том числе каждым в размере 10000 рублей. 

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства дела, объем и характер оказанной представителем юридической помощи, сложность дела, количество судебных заседаний, в которых принял участие представитель, руководствуясь требованиями разумности, суд считает, что с ответчика подлежат взысканию в пользу каждого из истцов расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей.

Также при подаче искового заявления истцами была уплачена государственная пошлина каждым в размере 300 рублей.

Поскольку при разрешении требований истцов суд пришел к выводу об их частичном удовлетворении в части компенсации морального вреда, то руководствуясь положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 2 подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу каждого из истцов расходов по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194, 197-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1, ФИО3 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда - 70000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей, расходы по оформлению доверенности в размере 1200 рублей, почтовые расходы в сумме 1049,37руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда - 70000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Кезский районный суд УР.

Мотивированное решение составлено 20 июля 2020 года.

Судья О.П. Одинцова