Судья Захаров Е.С. Дело № 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

<

адрес> 3 декабря 2020 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Бракара Г.Г.,

при секретаре Черновой А.С.

с участием прокурора Дуденко О.Г., осужденного ФИО1 посредством видеоконференц – связи, адвоката Иванниковой Б.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Иванниковой Б.В., осужденного ФИО1 на приговор Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

осужден по ч.2 ст.167 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

В соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного сложения с не отбытым наказанием по приговору от 01.11.2017 года окончательно к отбытию определено 3 года 1 месяц лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено время содержания под стражей ФИО1 в период с 24 сентября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены гражданские иски.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Бракара Г.Г., мнение осужденного ФИО1 и адвоката Иванниковой Б.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Дуденко О.Г., возражавшей против удовлетворения доводов жалоб и просившей приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога. 

Преступление совершено им 22 сентября 2019 года на территории Октябрьского района г. Новосибирска при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Вину в совершении данного преступления ФИО1 не признал.

На приговор суда адвокатом Иванниковой Б.В. и осужденным ФИО1 поданы апелляционные жалобы.

Адвокат Иванникова Б.В. в апелляционной жалобе просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В обоснование доводов ссылается на пояснения ФИО1 о том, что умысла на поджог сарая у него не было, выронил ключи, пытался осветить место, куда они упали, зажигалкой, а потом увидел кусок газеты и поджог его, после того, как нашел ключи, не задумываясь бросил зажженную газету в сторону сарая, и ушел. О пожаре узнал от ЖЮА и КАН.

Указывает, что приговор основан лишь на признательных показаниях ФИО1 и явке с повинной, которые тот давал при задержании - 24 сентября 2019 года, однако ФИО1 пояснял, что давал их под давлением со стороны потерпевшего КАН, который угрожал физической расправой.

Потерпевшие КАН, ЖЮА, БЕИ не являлись очевидцами, вышли на улицу, когда постройки уже горели, других очевидцев данного события не было. 

Полагает, что к показаниям потерпевших следует отнестись критически, так как они основаны на их предположениях.

Кроме того, ЖЮА является бывшей женой ФИО1, имеет к нему неприязненные отношения, поскольку он не дал разрешения на продажу их совместной квартиры. 

КАН также имеет неприязненные отношения к ФИО1, поскольку вселился в квартиру без разрешения ФИО1, а также дает показания со слов ЖЮА, поскольку знаком с той с сентября 2019 года

По мнению адвоката, суд необоснованно удовлетворил исковые требования потерпевших, так как доказательств, подтверждающих объем имущества, находившегося в постройках, не имеется. 

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе просит приговор отменить.

В обоснование доводов указывает, что судом необоснованно удовлетворены исковые требования потерпевших, поскольку размер ущерба определен лишь с их слов.

Полагает, что исковые заявления потерпевших составлены с нарушением требований закона, отсутствуют документы, подтверждающие факты приобретения указанного имущества, не подтверждена их стоимость с учетом износа.

Кроме того, что суд необоснованно отверг показания свидетеля КГВ

К показаниям потерпевших следует отнестись критически, поскольку ЖЮА является заинтересованным лицом, оговаривает его с целью лишить возможности претендовать на долю в квартире, также у потерпевших имеются основания для его оговора, преувеличивая размер ущерба, определяя стоимость имущества, несмотря на его использование, как нового.

Судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о признании недопустимыми доказательствами заключения эксперта №8356, 8358 от 18.12.2019 года, так как он не был ознакомлен с постановлениями о назначении указанных экспертиз, в связи с чем он был лишен возможность задать вопросы экспертам. 

Также является недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от 24 сентября 2019 года (квартиры, где он проживал), поскольку присутствовавший в ходе следственного действия понятой является заинтересованным лицом, принуждал его к даче показаний в отделе полиции, является близким другом потерпевших КАН и ЖЮА.

Полагает недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от 22 сентября 2019 года, поскольку в нем не отражены все действия следователя и всё обнаруженное в ходе осмотра, с кратким описанием обнаруженных предметов. 

Эксперт АЕМ в судебном заседании пояснял, что в случае нахождения в постройке дивана при его сгорании остались бы пружины, а при сгорании колес, остались бы проволока и диски, то же касается и других предметов, а потому в случае нахождения данных предметов (лодочный мотор, велосипеды, болгарка, кухонная посуда) в постройке, от них бы остались следы, кроме того из протокола осмотра сарая следует, что он сгорел не полностью.

Указывает, что в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ подлежит доказыванию характер и размер причиненного вреда, однако в деле не имеется каких-либо доказательств ущерба, кроме показаний заинтересованных потерпевших.

Указывает, что умысла на поджог построек у него не было, лишь бросил в их сторону горящую бумагу, данные обстоятельства также подтверждаются свидетелем БВВ, показаниями эксперта АЕМ о том, что очагом возгорания является северо – западная сторона построек.

Потерпевший КАН и понятой А в ходе предварительного следствия оказывали на него давление, угрожали, в результате чего он был вынужден написать явку с повинной.

Полагает, что судом не были опровергнуты его показания об отсутствии умысла на поджог, доказательств его виновности в судебном заседании не добыто.

По мнению осужденного, назначенное ему наказание является чрезмерно суровым, у суда имелись основания для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ.

При назначении наказания судом не были учтены положения постановления Пленума Верховного Суда «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» от 22 декабря 2015 года.

В дополнениях к апелляционной жалобе просит назначить наказание с применением положений ст.ст.61,64, ч.3 ст.68 УК РФ, исключить отягчающее обстоятельство – рецидив преступлений.

Обращает внимание суда, что согласно протокола осмотра места происшествия от 22.09.2019 года (л.д.93 т.1) площадь двух пострадавших от пожара построек 8 кв.м., указанное потерпевшей БЕИ имущество не поместилось бы в данной постройке площадью 4 кв.м., при этом постройка сгорела частично.

Допрос в качестве подозреваемого, предъявление обвинения, допрос в качестве обвиняемого, проверка показаний на месте были проведены после его длительного нахождения в отделе полиции без сна и еды, а допрос в качестве обвиняемого, проверка показаний на месте были проведены после 22 часов, то есть в ночное время, что является нарушением требований закона.

При этом при каждом его допросе потерпевший КАН находился возле кабинета, в который была открыта дверь. 

Полагает, что при назначении наказания судом не были учтены Директивы Пленума ВС РФ от 28.03.2004 года и ведомостей ВС РФ от 01.07.2011 года об обязательном применении, при наличии заболеваний, положений ст. 61,ст. 64, ч.3 ст. 68 УК РФ, без учета рецидива.

Заслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, является основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке. Исходя из положений, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Помимо того, в силу положений ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей, последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Согласно разъяснениям п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям, суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

Данные требования закона судом выполнены не в полной мере.Как видно из приговора, суд первой инстанции, признав ФИО1 виновным в умышленном уничтожении, путем поджога, имущества принадлежащего ЖЮА с причинением значительного материального ущерба на сумму 38 300 рублей, имущества принадлежащего КАН с причинением значительного материального ущерба на сумму 249 680 рублей, имущества принадлежащего БЕИ с причинением значительного материального ущерба на сумму 921 000 рублей, квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Согласно Примечанию 2 ст. 158 УК РФ, значительный ущерб гражданину в статьях настоящей главы, за исключением ч. 5 ст. 159 УК РФ, определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

При этом, по смыслу закона, при решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, т.е. стоимость уничтоженного имущества подлежит обязательному установлению при квалификации действий виновного лица по ч.2 ст. 167 УК РФ.

Вместе с тем, из материалов дела видно, что в судебном заседании в ходе допроса потерпевшего КАН обстоятельства, подтверждающие причинение потерпевшему значительного ущерба, судом в полной мере не исследовались и в приговоре не приведены. Согласно протокола судебного заседания, потерпевший КАН лишь подтвердил размер причиненного ему ущерба, изложенного в обвинительном заключении, не приведя каких-либо доказательств стоимости уничтоженного имущества, в то же время ссылаясь на существование в воинской части, где он получал часть уничтоженного имущества, накладных о его стоимости, однако не представив их ни органу следствия, ни суду, при этом так же пояснял, что стоимость уничтоженного имущества оценил «на вскидку», судом данные противоречия устранены не были, у потерпевшего не выяснены наименования посуды, кастрюль и другого имущества, степень их износа, которые могли бы способствовать установлению их стоимости; не исследовались какие-либо другие доказательства стоимости уничтоженного имущества. 

Так же в судебном заседании в ходе допроса потерпевшей ЖЮА обстоятельства, подтверждающие причинение потерпевшей значительного ущерба, судом в полной мере не исследовались и в приговоре не приведены. Согласно протокола судебного заседания, потерпевшая ЖЮА лишь подтвердила размер причиненного ей ущерба, изложенного в обвинительном заключении, не приведя каких-либо доказательств стоимости уничтоженного имущества, при этом указывая, что квартира, в которой она проживает, и постройка, которая была уничтожена, были приобретены в период брака с ФИО1, один велосипед принадлежал не ей, а родственникам, судом данные противоречия устранены не были, у потерпевшей не выяснены наименования курток и другого имущества, степень их износа, которые могли бы способствовать установлению их стоимости, кому конкретно принадлежит часть уничтоженного имущества; не исследовались какие-либо другие доказательства стоимости уничтоженного имущества, не проверялись доводы осужденного, что уничтоженная хозяйственная постройка приобреталась в браке и принадлежала так же и ему, и там хранились вещи, не пригодные к использованию. 

При допросе в судебном заседании потерпевшей БЕИ судом так же в полной мере не исследовались и в приговоре не приведены обстоятельства, подтверждающие причинение потерпевшей значительного ущерба, размер причиненного ущерба. Согласно протокола судебного заседания, потерпевшая БЕИ.И. лишь подтвердила размер причиненного ей ущерба, изложенного в обвинительном заключении, не приведя каких-либо доказательств стоимости уничтоженного имущества, при этом указывая, что стоимость шубы оценила как новую, комплекты автомобильной резины принадлежат как ей, так и другим лицам, лодочный мотор принадлежит другому лицу, однако судом данные противоречия устранены не были, у потерпевшей в полной мере не выяснены наименования имущества, степень их износа, которые могли бы способствовать установлению их стоимости, не выяснялось, кому конкретно принадлежит часть уничтоженного имущества; не исследовались какие-либо другие доказательства стоимости уничтоженного имущества, и его принадлежность, стоимость принадлежащего другим лицам имущества с учётом его износа; так при допросе мужа потерпевшей - БВВ, суд вообще не выяснял количество, стоимость и принадлежность уничтоженного имущества, и не проверялись доводы осужденного, что потерявшими названы завышенные количество и стоимость уничтоженного имущества.

Заслуживают внимания доводы осужденного и о том, что судом необоснованно отвергнуты пояснения свидетеля КГВ, поскольку из материалов дела, протокола осмотра места происшествия (т.1 л.д. 94-98), рапорта об обнаружении признаков преступления (т.1 л.д. 92-93) следует, что сарай, принадлежащий ЖЮА поврежден по всей площади, другой сарай поврежден на площади 2 кв. метра; данным обстоятельствам судом оценки не дано, другие свидетели последствий пожара допрошены не были, в том числе и с учетом пояснений эксперта АЕМ о том, что при горении должны были остаться металлические части уничтоженных предметов.

Вместе с тем, размер причиненного осужденным ФИО1 ущерба потерпевшим относится к существу обвинения и является существенным обстоятельством, имеющим значение для дела.

Поскольку определение стоимости уничтоженного имущества и причинение потерпевшему значительного ущерба в результате уничтожения его имущества является необходимым признаком состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, отсутствие в приговоре мотивированных, со ссылкой на конкретные доказательства, выводов об этом, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит обоснованным утверждение, содержащиеся в апелляционных жалобах осужденного и его адвоката, что вывод суда первой инстанции о причинении потерпевшим ущерба от преступных действий ФИО1 не подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Учитывая, что все указанные выше нарушения, допущенные судом при постановлении приговора, являются существенными и не могут быть восполнены в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции считает, что приговор суда подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, в ходе которого суду следует принять все необходимые меры для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела и вынести по нему законное и обоснованное решение.

В связи с отменой приговора суда, при новом судебном разбирательстве подлежат проверке в полном объеме доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, которым необходимо дать соответствующую оценку.

При новом рассмотрении суду первой инстанции надлежит строго руководствоваться требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства, и вынести законное и обоснованное решение.

Решая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1 суд апелляционной инстанции учитывает положения ст. 255 УПК РФ, в соответствии с которыми, если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, а продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

Отменяя приговор, суд апелляционной инстанции считает необходимым меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу изменить на меру пресечения в виде запрета определенных действий сроком на 3 месяца, поскольку он обвиняется в совершении преступления средней тяжести и содержался под стражей при рассмотрении дела судом со 2 февраля до 30 июля 2020 года, т.е. практически 6 месяцев. 

На основании изложенного, руководствуясь п.4 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, 

Постановил:

Приговор Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 30 июля 2020 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 изменить на меру пресечения в виде запрета определенных действий на срок 3 месяца, т.е. до 03 марта 2021 года.

Возложить на обвиняемого ФИО1 обязанность своевременно и самостоятельно являться по вызовам в суд.

Запретить ФИО1 выходить в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут за пределы 

<

адрес>, в которой он проживает, без разрешения суда, в производстве которого находится уголовное дело, за исключением случаев необходимости посещения медицинского учреждения.

Запретить ФИО1 общаться с лицами, имеющими отношение к уголовному делу, за исключением защитников, работников суда и контролирующего органа.

Запретить получать и отправлять корреспонденцию, в том числе письма, телеграммы, посылки и электронные послания, вести переговоры с использованием любых средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», по обстоятельствам данного уголовного дела, за исключением общения с работниками суда, защитником, контролирующим органом, а также использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации. О каждом звонке обвиняемый должен информировать контролирующий орган.

Копию настоящего постановления направить заинтересованным лицам, указанным в ч. 5 ст. 105.1 УПК РФ.

Возложить осуществление контроля за соблюдением запретов на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Разъяснить ФИО1, что в случае нарушения им возложенных на него запретов, отказа от применения к нему аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля или умышленного повреждения, уничтожения, нарушения целостности указанных средств либо совершения им иных действий, направленных на нарушение функционирования применяемых к нему аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, суд по представлению контролирующего органа может изменить эту меру пресечения на более строгую.

ФИО1 из-под стражи из СИЗО № 1 г. Новосибирска (ФКУ ЛИУ-10 ГУФСИН России по Новосибирской области) освободить.

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и адвоката Иванниковой Б.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья областного суда подписано Г.Г. Бракар

Копия верна

Судья областного суда Г.Г. Бракар