Шейх-Мансуровский районный суд Материал №22К-106/2024

Судья Ибрагимов Э.Р. 

ВЕРХОВНЫЙ СУД ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 марта 2024 года г. Грозный

Верховный суд Чеченской Республики в составе:

председательствующего судьи Адилсултанова Э.А.,

при секретаре судебного заседания Атназовой И.М.,

с участием прокурора отдела прокуратуры ЧР Сатаева М.С.,

обвиняемой ФИО1, защитника - адвоката Кутузова И.А., 

помощника судьи Саиповой Л.Р., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материал производства по апелляционной жалобе адвокатов Кутузова И.А. и Хаджиевой Л.Ш. на постановление Шейх-Мансуровского районного суда г. Грозного от 15 марта 2024 года, которым мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении 

ФИО1 ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения,

уроженки 

<

данные изъяты>, со средним

образованием, 

<

данные изъяты>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 226.1 УК РФ, продлена до 20 мая 2024 года

Заслушав доклад судьи Адилсултанова Э.А., изложившего краткое содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, выступления обвиняемой ФИО1 и адвоката Кутузова И.А., просивших об отмене постановления и избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, прокурора Сатаева М.С., полагавшего постановление изменить, а жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции, 

установил:

20 марта 2023 года органом предварительного расследования в отношении ФИО6 и других неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ. 

6 марта 2024 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 191 УК РФ.

10 марта 2024 года вышеуказанные уголовные дела соединены в одно производство для проведения предварительного расследования.

19 июня 2023 года ФИО1 задержана по подозрению в совершении преступления, а 12 июля 2023 года ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ.

Постановлением суда от 13 июля 2023 года в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок 2 месяца 00 суток, то есть до 12 сентября 2023 года с установлением следующих запретов: 

- не выходить за пределы домовладения, в котором ФИО1 проживает, в период с 16 часов 00 минут до 08 часов 00 минут, за исключением медицинских учреждений, аптеки, продуктового магазина;

-посещать места скопления людей (кроме работы), массовые и общественные мероприятия;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

-пользоваться информационно-телекоммуникационной сетью «Интернет». 

Контроль за исполнением меры пресечения в виде домашнего ареста возложен на 

<

адрес> МФ ФКУ УИИ УФСИН России по ЧР.

Постановлением суда от 6 января 2024 года мера пресечения в отношении ФИО1 в виде домашнего ареста продлена на 2 месяца 08 суток, а всего до 8 месяцев 15 суток, то есть до 20 марта 2024 года с сохранением запретов, установленных постановлением суда от 13 июля 2023 года.

Сроки предварительного расследования дела и содержания обвиняемой под домашним арестом продлевались в установленном законом порядке.

Постановлением Шейх-Мансуровского районного суда г. Грозного от 15 марта 2024 года срок домашнего ареста обвиняемой ФИО1 продлен до 20 мая 2024 года с сохранением установленных ранее запретов. 

В апелляционной жалобе адвокаты Хаджиева Л.Ш. и Кутузов И.А. выразили несогласие с постановлением суда, считая его незаконным и необоснованным, привели при этом следующие доводы:

- ФИО1 признала вину, активно сотрудничает со следствием, дает правдивые признательные показания, и она не препятствует установлению истины по делу, оснований скрываться от суда и следствия у нее не имеется;

- обвиняемые по этому делу ФИО2 и ФИО3 находятся под подпиской о невыезде, ни у суда, ни у следствия, не возникло сомнений в том, что они могут воспрепятствовать ходу следствия, в связи с чем следователю и суду надлежало мотивировать, почему они пришли к выводу, что именно ФИО1 будет воспрепятствовать следствию и суду в установлении истины по делу; 

- судом не дана оценка тому, что ФИО1 неоднократно обращалась к следователю с просьбами разрешить ей выехать на иногороднее лечение, необходимое ей по состоянию здоровья;

- установлены не все имеющиеся у ФИО1 заболевания, ввиду невозможности выехать на обследование, а затем и лечение. 

На основании изложенного адвокаты просят отменить постановление суда и рассмотреть возможность избрания ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Проверив представленные материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

Согласно ч. 2 ст. 107 УПК РФ домашний арест избирается на срок до двух месяцев, а в случае невозможности закончить предварительное расследование в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для его изменения или отмены этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьей 109 УПК РФ, с учетом особенностей, определенных статьей 107 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока домашнего ареста в отношении ФИО1, суд руководствовался вышеуказанными требованиями уголовно-процессуального закона и в достаточной степени мотивировал свои выводы о необходимости такого продления.

Из представленных материалов следует, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до 10 лет, и на период рассмотрения ходатайства следователя предварительное следствие не завершено. 

При этом с учетом объема проведенных следственных и процессуальных действий и решений, в том числе связанных с необходимостью выполнения требований ст. ст.216 и 217 УПК РФ, проведения очных ставок между обвиняемыми, проживающими в различных населенных пунктах, необходимостью допроса большого количества свидетелей, а также производства большого количества следственных действий с участием обвиняемых, суд справедливо принял во внимание особую сложность данного уголовного дела, указав об этом в постановлении. 

Также судом первой инстанции исследовались все доводы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст. ст. 99, 108, 109 УПК РФ необходимы для принятия решения о продлении срока домашнего ареста. 

Придя к выводу, что необходимость в сохранении избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста не отпала, суд первой инстанции не усмотрел оснований для ее изменения, сделав вывод о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе обвиняемая может скрыться от предварительного следствия и суда либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

С утверждениями защитников в жалобе о том, что суд не проверил наличие обстоятельств, подтверждающих приведенные основания, суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку они противоречат действительности и исследованным материалам дела.

Выводы суда о необходимости продления срока содержания под домашним арестом обвиняемой ФИО1 и невозможности применения в отношении нее иной, более мягкой меры пресечения, в постановлении суда достаточно мотивированы, а доводы авторов апелляционной жалобы о том, что судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, являются несостоятельными.

В судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемой ФИО1 под домашним арестом, согласованное надлежащим образом с уполномоченным должностным лицом, а также документы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Выводы суда о необходимости продления срока домашнего ареста обвиняемой и невозможности применения в отношении нее иной меры пресечения в постановлении суда мотивированы. При этом доводы, приведенные следователем и стороной защиты, были проверены и надлежаще оценены судом.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что суд не учел данные о личности обвиняемой, ссылавшейся, на проблемы с состоянием здоровья и на необходимое ей лечение, суд проверил, и, приняв во внимание тяжесть предъявленного ей обвинения, а также совокупность сведений о ее личности, в соответствии с которыми обвиняемая не трудоустроена, не имеет постоянного легального источника дохода, сделал вывод об удовлетворении ходатайства следователя. Причем каких-либо объективно подтвержденных данных о выявлении у ФИО1 заболеваний, препятствующих содержанию под домашним арестом, в судебном заседании установлено не было, что также было отражено судом первой инстанции в своем решении.

Ходатайство следователя было рассмотрено судом с соблюдением положений ст. 15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства равных возможностей обосновать свои правовые позиции по разрешаемому вопросу.

Постановление о продлении срока содержания под домашним арестом принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса, и оно не противоречит разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, в связи с чем доводы стороны защиты об отсутствии законных оснований для продления обвиняемой меры пресечения в виде домашнего ареста являются неубедительными, при этом, несогласие адвокатов с принятым судом решением не свидетельствует о его незаконности.

Оснований для изменения обвиняемой ФИО1 избранной меры пресечения на более мягкую, о чем содержится требование в апелляционной жалобе и ходатайствовал адвокат в настоящем судебном заседании, суд апелляционной инстанции также не находит.

При этом довод защитников о том, что в отношении двоих соучастников обвиняемой в совершении преступления избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и это является основанием для избрания аналогичной меры пресечения и в отношении их подзащитной не основана на законе и не является безусловным основанием для изменения ранее избранной ей меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Вместе с тем постановление подлежит изменению исходя из следующего.

Так, в соответствии с ч.7 ст.107 УПК РФ суд, избирая в отношении обвиняемого домашний арест в качестве меры пресечения, может установить запреты, предусмотренные п. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Таким образом, законом не предусмотрена возможность установления ограничений при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения.

Вместе с тем суд первой инстанции, при избрании обвиняемой меры пресечения в виде домашнего ареста, указал в резолютивной части постановления о сохранении ранее установленных обвиняемой "ограничений".

С учетом изложенного постановление суда в данной части подлежит изменению, а резолютивная часть уточнению указанием о сохранении установленных ранее обвиняемой "запретов".

Кроме того, в соответствии со ст. 107 УПК РФ мера пресечения в виде домашнего ареста заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

Примененные в отношении обвиняемой судом первой инстанции запреты: не выходить за пределы домовладения, в котором ФИО1 проживает, в период с 16 часов 00 минут до 08 часов 00 минут, за исключением медицинских учреждений, аптеки, продуктового магазина, посещать места скопления людей (кроме работы), массовые и общественные мероприятия, не соответствуют положениям ч. 7 ст. 107 УПК РФ, согласно которым суд при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить только запреты, предусмотренные п.п. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, а именно: общаться с определенными лицами; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть "Интернет".

Таким образом, суд не вправе подвергать подозреваемого или обвиняемого запретам, не предусмотренным частью 7 статьи 107 УПК РФ (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста").

Продлевая обвиняемой срок домашнего ареста, суд принял во внимание невозможность окончания следствия, учел данные о ее личности, имеющиеся в материалах дела и установленных в ходе судебного заседания, конкретные обстоятельств обвинения и тяжесть преступления, пришел к верному выводу о наличии оснований для продления срока домашнего ареста и необходимости дальнейшей изоляции ФИО1 в жилом помещении.

Таким образом, учитывая, что в соответствии со ст. 107 УПК РФ сама мера пресечения в виде домашнего ареста подразумевает под собой нахождение обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из постановления установленные судом запреты: не выходить за пределы домовладения, в котором ФИО1 проживает, в период с 16 часов 00 минут до 08 часов 00 минут, за исключением медицинских учреждений, аптеки, продуктового магазина, посещать места скопления людей (кроме работы), массовые и общественные мероприятия, как не предусмотренные вышеуказанным законом.

Кроме того, согласно п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" в постановлении об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста или о продлении срока ее действия необходимо указывать продолжительность срока и дату его окончания. 

Данные требования закона суд учел не в полной мере, продолжительность периода, на который продлена мера пресечения в виде домашнего ареста и общий срок, на который продлевается мера пресечения, судом не указаны.

Установлено, что 13 июля 2023 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Срок домашнего ареста последний раз был установлен до 20 марта 2024 года. Принимая решение о продлении срока домашнего ареста до 20 мая 2024 года, суд не указал период, на который продлевает меру пресечения - 2 месяца, а также общий срок домашнего ареста, который составляет 10 месяцев 15 суток.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым внести соответствующие изменения в постановление суда.

В то же время в связи с исключением вышеуказанных запретов, а также с учетом положений ч. 9 ст. 107 УПК РФ, предусматривающей, что в решении суда об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, указываются условия исполнения этой меры пресечения, в том числе место, в котором будет находиться подозреваемый или обвиняемый, суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнить резолютивную часть постановления указанием о продлении в отношении обвиняемой ФИО1 домашнего ареста по адресу: 

<

адрес>; контроль за исполнением постановления возложить на 

<

адрес> МФ ФКУ УИИ УФСИН РФ по ЧР. 

Поскольку допущенные судом нарушения требований уголовно-процессуального закона не влияют на существо решения суда о возможности продления домашнего ареста в отношении обвиняемой, являются устранимыми в судебном заседании суда апелляционной инстанции, суд пришел к выводу о необходимости внесения изменений в резолютивную часть судебного решения.

Иные существенные или фундаментальные нарушения закона, которые путем лишения или ограничения прав участников судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли бы на исход производства по делу, а также на выводы о необходимости продления в отношении обвиняемой меры пресечения, судом первой инстанции не допущены.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Шейх-Мансуровского районного суда г. Грозного от 15 марта 2024 года о продлении меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить резолютивную часть постановления указанием, что в отношении обвиняемой сохранены ранее установленные "запреты", а не «ограничения».

Исключить установленные судом при избрании домашнего ареста запреты: не выходить за пределы домовладения, в котором ФИО1 проживает, в период с 16 часов 00 минут до 08 часов 00 минут, за исключением медицинских учреждений, аптеки, продуктового магазина, посещать места скопления людей (кроме работы), массовые и общественные мероприятия.

Дополнить резолютивную часть постановления указанием, что мера пресечения в виде домашнего ареста продлена в отношении обвиняемой ФИО1 по адресу: 

<

адрес>; и контроль за исполнением постановления возложить на 

<

адрес> МФ ФКУ УИИ УФСИН России по Чеченской Республике.

Считать срок домашнего ареста ФИО1 продленным на 2 месяца, а всего до 10 месяцев 15 суток, то есть до 20 мая 2024 года.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвокатов - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом обвиняемая ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении кассационных жалобы (представления) судом кассационной инстанции.

Председательствующий: