Дело № 2-6187/19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

20 июня 2019 года г. Набережные Челны РТ 

Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Хафизовой Р.Р. 

при секретаре Мунировой Г.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Региональная служба ФИО2» о признании договора цессии недействительным,

УСТАНОВИЛ:

САО «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО1, ООО «Региональная служба ФИО2» о признании договора цессии недействительным, с возмещением расходов по оплате госпошлины в размере 6 000 рублей, указав в обоснование, что 10.09.2018 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителей ФИО4 и ФИО1, виновным в ДТП признан водитель ФИО7. ФИО1 является страхователем по полису ОСАГО в САО «ВСК». 18.09.2018 от ООО «Региональная служба ФИО2» поступило заявление о выплате страхового возмещения, право на получение которого возникло у последнего на основании договора цессии № ... от 10.09.2018. Истец полагает договор цессии недействительным по мотиву наличия признака мнимости сделки.

В судебное заседание представитель истца САО «ВСК» ФИО5 по извещению не явилась, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Ответчик ФИО1 в суд по извещению не явилась, суд считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика ООО «Региональная служба ФИО2» ФИО6 в суд по извещению не явилась, иск не признает по основаниям, изложенным в отзыве, просит дело рассмотреть в их отсутствие.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона, и для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

По смыслу пункта 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление. Ограничение прав страхователя по замене выгодоприобретателя установлено для защиты прав последнего только для случаев, перечисленных в пункте 2 статьи 956 ГК РФ, при которых такая замена может производиться по инициативе самого выгодоприобретателя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая.

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 73 указанного Постановления Пленума Верховного суда РФ, при переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) это лицо может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя (пункт 1 статьи 384 ГК РФ), в частности, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате с приложением всех необходимых документов, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим).

По делу установлено:

10.09.2018 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителей ФИО3 и ФИО1, виновным в ДТП признан водитель ФИО3 

ФИО1 является страхователем по полису ОСАГО в САО «ВСК».

10.09.2018 между ФИО1 и ООО «Региональная служба ФИО2» заключен договор цессии № У855ТК, в соответствии с которым к последнему перешло право требования убытков, возникших от вышеуказанного ДТП.

18.09.2018 от ООО «Региональная служба ФИО2» обратилось в страховую компанию САО «ВСК» о прямом возмещении убытков.

Ответчиком было выдано ООО «Региональная служба ФИО2» направление на проведение осмотра транспортного средства (л.д. 34).

24.09.2018 ответчиком было отказано в возмещении убытков по мотиву недействительности договора цессии.

В обоснование иска истец указывает, что поврежденное транспортное средство подлежит направлению на ремонт в соответствии с пунктами 15.1-15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО, в связи с чем, договор цессии является ничтожным, поскольку имеет признаки мнимости.

Оценив в совокупности все обстоятельства по делу, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца исходя из следующего.

Согласно пункту 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (в редакции закона от 28 марта 2017 года N 49-ФЗ), страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 6.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Из разъяснений, изложенных в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если договор обязательного страхования заключен причинителем вреда после 27 апреля 2017 года, страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, в силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта (обязательный восстановительный ремонт).

При этом Пленум Верховного Суда Российской Федерации в указанном Постановлении, принятом после внесения изменений в Закон об ОСАГО, устанавливающих для граждан РФ приоритет натуральной формы страхового возмещения, не называет право требования страхового возмещения в натуральной форме в качестве права, которое не может быть уступлено.

В данном случае уступки требования, неразрывно связанной с личностью, нет, поскольку страхователем уступлено право возмещения вреда, причиненного его имуществу, в рамках договора ОСАГО, то есть имущественное право, которое в силу положений действующего законодательство может быть уступлено.

Все сомнения истца относительно договора цессии касаются только вопроса организации ремонта поврежденного транспортного средства, при этом направления на ремонт цессионарию, обратившемуся к страховщику с заявлением о страховой выплате и сообщившему о состоявшейся уступке, истец не выдал.

Цессионарий все указанные действия выполнил, однако выплата страхового возмещения ни в натуральной, ни в денежной форме не была произведена.

В силу требований пункта 1 статьи 170 ГК РФ, на которую ссылается истец, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Исходя из смысла указанной нормы, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных ими результатов, следовательно, установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной. Для обоснования мнимости сделки заинтересованному лицу (истцу) необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Таких доказательств суду истцом не предоставлено.

Более того, ответчик ООО "Региональная служба ФИО2» обратилось в страховую компанию с заявлением о страховом случае, уведомило страховщика о состоявшейся уступке права. При этом ФИО1 с заявлением о страховом случае к страховщику не обращалась, обратное не доказано.

Следовательно, у суда не имеется оснований считать, что оспариваемый договор цессии является мнимой сделкой.

Изложенные доводы истца о том, что заключенный истцом и потерпевшим договор цессии является ничтожным и личность выгодоприобретателя (страхователя) имеет существенное значение для ответчика (страховщика), судом отклоняется.

Согласно статье 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Указанная норма запрещает уступку требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, что в рассматриваемом деле не имеет места, поскольку уступлены не права по договору ОСАГО, а право требования убытков в рамках этого договора, в том числе и страхового возмещения.

Объем, состав и обстоятельства возникновения перешедшего к истцу права требования указаны в пункте 1.1 договора цессии.

При этом получение ответчиком ООО "Региональная служба ФИО2» права требования убытков не освобождает его от исполнения обязанности по представлению поврежденного транспортного средства страховщику для проведения осмотра и иных обязательств, установленных законом, но и не предписывает исполнять обязательства исключительно лично без содействия лица, уступившего право.

Таким образом, у суда не имеется оснований для признания договора цессии ни мнимой, ни притворной сделкой.

Соответственно, не подлежат удовлетворению требования истца в части возмещения расходов по оплате госпошлины.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований страховому акционерному обществу «ВСК» к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Региональная служба ФИО2» о признании договора цессии недействительным отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан через Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись Р.Р. Хафизова