РЕШЕНИЕ

г. Уфа

20 февраля 2017 года

Уфимский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Моисеевой Г.Л. 

при секретаре Каербековой А.О.;

с участием старшего помощника прокурора Уфимского района РБ Гафиатуллина Д.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения РБ Городская клиническая больница № 21 г. Уфы, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения РБ Городская клиническая больница Демского района г. Уфы о компенсации морального вреда и материального ущерба в связи с ненадлежащим оказанием пользования медицинской помощи;

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфы, ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы о защите прав потребителей, компенсации морального вреда и материального ущерба в связи с не надлежащим оказанием медицинской помощи, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была госпитализирована в ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа с диагнозом 

<

данные изъяты> Поскольку после лечения в ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа улучшения не наступило, ФИО1 была вынуждена обратиться за лечением в ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении в ГБУЗ ГКБ № 

<

адрес> с диагнозом: 

<

данные изъяты> Качество оказанной медицинской помощи ФИО1 не устроило, истец обратилась в страховую компанию с обращением проверки качества медицинской помощи. Согласно ответу АО СК «Согаз-Мед» от ДД.ММ.ГГГГ «... по результатам экспертизы качества медицинской помощи экспертом качества установлено, что: При оказании медицинской помощи был выбран метод иммобилизации в «ортезе», что при нарушении режима фиксации и нагрузке травмированную конечность, из-за отсутствия в выписном эпикризе рекомендаций по разгрузке конечностей, наличия сопутствующего заболевания с нарушением процессов остеогенеза, могло способствовать несращению перелома...». Согласно экспертному заключению эксперта качества медицинской помощи С.И.В. от ДД.ММ.ГГГГ указано, что «...Операция больной была необходима, т.к. подобный перелом (субкапитальный) практически не срастается из-за особенностей анатомии данной области...». Исходя из данного экспертного заключения можно сделать вывод, что ГБУЗ ГКБ № 

<

адрес>, должны были незамедлительно произвести операцию по эндопротезированию тазобедренного сустава. Однако в ГБУЗ ГКБ № 

<

адрес> ограничились лишь обследованием, консервативным лечением и наложением ортопедического ортеза на область. Таким образом, со стороны ГБУЗ ГКБ № 

<

адрес> усматривается несвоевременное и неполное оказание медицинской помощи ФИО1 Согласно ответу АО СК «Согаз-Мед» от ДД.ММ.ГГГГ указывается «... 16. ГБУЗ ГКБ № 

<

адрес> по приказу о травматологических центрах является центром 2-го уровня, а значит, сложную плановую ортопедическую патологию должны направлять в центры 1-го уровня или Федеральный центр. В данном случае имеет место административное нарушение...». Таким образом, со стороны лечебных учреждений, в которые [обращалась ФИО1 для оказания медицинской помощи, [усматривается оказание неквалифицированной, несвоевременной и неполной [медицинской помощи, а именно: в ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа медицинская помощь оказана не в полном [объеме, при выписке не были даны полные и исчерпывающие рекомендации [по последующему восстановлению. в ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа хирургическая операция положенная ФИО1 производится не должна поскольку указанное медицинское учреждение не соответствует категории тяжести заболевания ФИО1 ФИО1 ненадлежащим оказанием медицинской помощи причинен моральный вред выразившийся в нравственных страданиях и переживаниях в связи с тем, что в настоящее время нога удлинилась на 

<

данные изъяты> см, ходьба осложнена, требуется дополнительное лечение, приобретение специальной обуви, присутствуют панические атаки и расстройство нервной системы связанные с некачественным оказанием медицинской помощи.

На основании изложенного истец просил взыскать с ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда - 

<

данные изъяты> рубля, материальный ущерб в размере - 

<

данные изъяты> рубля; взыскать с ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа в пользу ФИО4 ФИО1 компенсацию морального вреда - 

<

данные изъяты> рубля, материальный ущерб в размере - 

<

данные изъяты> рубля.

В дальнейшем истец также просила взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> руб.

В ходе рассмотрения дела ответчик ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфа реорганизован в ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы, что подтверждается Уставом организации, произведена замена ответчика ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфа на ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы.

Истец ФИО1 и ее представители ФИО2 по устному ходатайству, ФИО3, действующий по ордеру, в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить, пояснили, что со стороны ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа усматривается несвоевременное и неполное оказание медицинской помощи ФИО4 в виде непроведения операции, неналожения гипсовой повязки. ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфа хирургическая операция, положенная ФИО4, производиться не должна была, поскольку указанное медицинское учреждение не соответствует категории тяжести заболевания ФИО1 В настоящее время нога истца удлинилась на 

<

данные изъяты> см, ходьба осложнена, требуется дополнительное лечение, приобретение специальной обуви, присутствуют панические атаки и расстройства нервной системы, связанные с некачественным оказанием медицинской помощи. 

Представитель ответчика ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа – ФИО5, действующий по доверенности, с исковыми требованиями не согласился, просил иск оставить без удовлетворения, доводы, изложенные в отзыве на иск, поддержал, пояснил, что пациентке ФИО1 ответчиком ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа медицинская помощь оказана правильно, своевременно, в полном объеме и технически верно в соответствии с состоянием пациента, что подтверждается результатами проведенной по делу судебной медицинской экспертизы. 

Представитель ответчика ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы – ФИО6 действующий по доверенности, с исковыми требованиями не согласился, просил иск оставить без удовлетворения, доводы, изложенные в отзыве на иск, поддержал, пояснил, что пациентке ФИО1 ответчиком ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфа медицинская помощь оказана правильно, своевременно, в полном объеме и технически верно в соответствии с состоянием пациента, что подтверждается результатами проведенной по делу судебной медицинской экспертизы. 

Третье лицо ФИО7 с иском не согласился, просил в иске отказать, доводы, изложенные в возражениях на иск, поддержал.

Третье лицо ФИО8 с иском не согласился, просил в иске отказать, пояснил, что ФИО1 сама настояла на проведении операции, о возможных осложнениях после операции она была предупреждена. 

Представитель третьего лица ТФОМС РБ по доверенности ФИО9 просила вынести решение на усмотрение суда.

Пом. Прокурора Уфимского района РБ Гафиятуллин Д.И. в своем заключении указал на отсутствие оснований для удовлетворения иска в части взыскания морального вреда. 

Представитель третьего лица АО «СК «СОГАЗ-Мед», извещенный о судебном заседании надлежащим образом, не явился, представил отзыв на иск, в котором просил исковые требования удовлетворить.

Представители третьих лиц Министерства финансов РБ, Министерства здравоохранения РБ, извещенные о судебном заседании надлежащим образом, не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не представили.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы настоящего гражданского дела, представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно положениям п. п. 3, 4, 5, 21 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. При этом под медицинским вмешательством понимаются выполняемые медицинским работником по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности. Качество медицинской помощи предполагает совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19, ст. 98 приведенного Федерального закона пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицо, причинившим вред, если это лицо не докажет, что вред возник не по его вине. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Исходя из содержащихся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснений следует, что по общему правилу, установленному п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу вышеприведенных норм права для наступления ответственности по возмещению вреда необходима совокупность условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

Как закреплено в ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и не оспорено сторонами, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была госпитализирована в ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа с диагнозом 

<

данные изъяты> Находилась на лечении по ДД.ММ.ГГГГ.

Проведено консервативное лечение, рекомендован ортез на правую нижнюю конечность. Согласно выписному эпикризу, лечащим врачом ФИО7 ФИО1 рекомендована 

<

данные изъяты>

Как следует из пояснений истца, был выбран метод иммобилизации в «ортезе», но, поскольку ношение ортеза доставляло ей неудобства и причиняло боль, она его не носила.

Поскольку после лечения в ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа улучшения не наступило, ФИО1 обратилась за лечением в ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении в ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Госпитализирована ДД.ММ.ГГГГ Проведено оперативное лечение.

ФИО1 дала согласие на проведение операции – эндопротезирование тазобедренного сустава и была предупреждена о возможных последствиях. 

<

данные изъяты>

Истец свои требования обосновывал тем, что в результате некачественно оказанной медицинской помощи, выразившейся в том, что ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа не проведена операция, не наложена гипсовая повязка, не были даны полные и исчерпывающие рекомендации по последующему восстановлению, а ГБУЗ ГКБ № 3 г. Уфа хирургическая операция, положенная ФИО1, производиться не должна, ее здоровью причинен вред, в обосновании своих доводов истец также ссылается на ответ АО СК «Согаз-Мед» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому «... по 

<

данные изъяты>...». Согласно экспертному заключению эксперта качества медицинской помощи ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что «...

<

данные изъяты> 

С целью проверки доводов истца о некачественно оказанной медицинской услуги ответчиком и неблагоприятных последствиях для здоровья ФИО1 определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству последней по делу была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы N № от ДД.ММ.ГГГГ, диагноз ФИО1 при нахождении на стационарном лечении в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 и в ГБУЗ РБ ГКБ № 3 города Уфы, выставлены своевременно и правильно. Выставленные гражданке ФИО1 в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 и в ГБУЗ РБ ГКБ № 3 города Уфы диагнозы являются обоснованными, подтверждены объективными и клиническими данными, результатами инструментальных и лабораторных методов исследования. Результаты рентгонологического обследования в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 и в ГБУЗ РБ ГКБ № 3 города Уфы трактованы верно. В ГБУЗ РБ ГКБ № 21 гражданка ФИО1 получала 

<

данные изъяты>

Оснований усомниться в достоверности экспертного заключения не имеется, поскольку экспертиза проведена на основании определения суда, проведенное экспертное исследование полностью соответствует требованиям закона, выполнено специалистами, квалификация которых сомнение не вызывает, заключение основано на материалах дела, выводы заключения научно обоснованы, являются ясными, понятными и достоверными, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Судом не установлено обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности заключения эксперта.

Оснований расценивать заключение эксперта как недопустимое доказательство у суда не имеется. Вследствие чего заключение эксперта принято судом как допустимое доказательство по делу.

Комиссия пришла к выводу, что причинно-следственная связь между невыполнением, несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий и наступлением осложнений отсутствует.

Таким образом, исследовав в ходе производства комплексной судебно-медицинской экспертизы медицинские документы, эксперты не установили причинно-следственную связь между действиями ответчиков по оказанию истцу медицинской помощи и наступившими последствиями в виде ухудшения состояния ее здоровья. Состояние здоровья ФИО1, согласно сведениям из представленной медицинской документации, обусловлено имевшимися у нее сопутствующими заболеваниями и их проявлениями. 

Представленный же истцом Акт экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от ДД.ММ.ГГГГ не может быть принят в качестве доказательства несостоятельности заключения судебной экспертизы, поскольку является лишь субъективным мнением конкретного лица о предмете и методике проведения лечения. Кроме того, допрошенная в ходе судебного заседания эксперт качества медицинской помощи ФИО12 пояснила, что давала заключение по поручению СК «Согаз», пояснила, что избранная врачами тактика лечения была правильная, имеет место административное правонарушение со стороны ГБУЗ РБ ГКБ № 3, поскольку ГБУЗ РБ ГКБ № 3 по приказу о травмоцентрах является центром 2 уровня, в связи с этим сложную плановую ортопедическую патологию должны направлять в центры 1 уровня или Федеральный центр.

Довод истца ФИО1 о том, что в ГБУЗ РБ ГКБ № 3 не имели права ей проводить операцию, поскольку ГБУЗ РБ ГКБ № 3 является центром 2-о уровня, а указанная операция должна проводиться в центре 1-го уровня, опровергается представленными доказательствами. 

Согласно Лицензии № № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Министерством здравоохранения РБ, Приложению №, ГБУЗ РБ ГКБ № 3 г. Уфа имеет право оказывать услуги, в том числе и высокотехнологическую медицинскую помощь: по анестезиологии и реаниматологии, операционному делу, травматологии и ортопедии, хирургии.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доводы истца о том, что врачом ГБУЗ РБ ГКБ № 21 медицинская помощь оказана не в полном объеме, не проведена операция, при выписке не были даны полные и исчерпывающие рекомендации по последующему восстановлению, а врачом ГБУЗ РБ ГКБ № 3 города Уфы (ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы) хирургическая операция проводится не должна, поскольку указанное медицинское учреждение не соответствует тяжести заболевания истца, ответчиками истцу были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку на материалах дела не основаны, указанные доводы ничем не подтверждены, доказательств таким доводам стороной истца, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, в материалы дела представлено не было, имеющиеся в деле доказательства эти доводы с бесспорностью опровергают. К тому же, никакими объективными доказательствами выводы заключения судебной медицинской экспертизы, со стороны истца, опровергнуты не были.

Кроме того, из пояснений сторон, данных в ходе судебного заседания, и материалов дела следует, что после истечения 3 месяцев ГБУЗ РБ ГКБ № 21 ФИО1 на повторный прием не явилась, рекомендованный метод иммобилизации – ортез, не носила.

Таким образом, в действиях лечебных учреждений ГБУЗ РБ ГКБ № 21 и в ГБУЗ РБ ГКБ № 3 города Уфы (ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы) не установлено виновных действий (бездействия), которые можно было расценить как некачественное оказание медицинских услуг, повлекшее причинение вреда здоровью ФИО1, поскольку дефект медицинской помощи предполагает противоправность действия (бездействия) медицинского работника и установление виновности конкретного лица в неблагоприятном исходе лечения, а отсутствие вины является основанием для освобождения ответчика от ответственности.

Все доступные диагностические возможности проведены и предприняты для планирования лечения и определения диагноза ФИО1 в лечебных учреждениях, что соответствует требованиям, предъявляемым к данным медицинским манипуляциям.

В связи с тем, что судом не установлено наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков при оказании медицинской помощи ФИО1 и наступившими у последней последствиями, то правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований и в части компенсации морального вреда не имеется (ст. ст. 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, в иске ФИО1 к ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы, ГБУЗ РБ ГКБ Демского района г. Уфы, о компенсации морального вреда и материального ущерба в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения РБ Городская клиническая больница № 21 г. Уфы, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения РБ Городская клиническая больница Демского района г. Уфы, о компенсации морального вреда и материального ущерба в связи с ненадлежащим оказанием пользования медицинской помощи отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Уфимский районный суд РБ в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: Г.Л. Моисеева