Дело № 92RS0002-01-2023-004621-44

Производство № 2-408/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 января 2024 года Гагаринский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего судьи – Котешко Л.Л.,

при секретаре судебного заседания – Морозове Н.В.,

с участием истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2,

ответчика – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, о возмещении морального вреда, 

по встречному исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о возмещении морального вреда и материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать солидарно с ответчиков в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что между сторонами сложились конфликтные отношения ввиду наличия спора о местоположении смежной границы между земельными участками, принадлежащими ФИО1 и ФИО2 Судебным решением от 15.07.2020 спор разрешен в пользу ФИО1, постановлено обязать ответчика освободить часть земельного участка, принадлежащего ФИО1, перенести забор. В порядке принудительного исполнения решения суда судебными приставами-исполнителями с участием специализированной бригады освобождена часть земельного участка истца, установлен забор по юридической границе участка. После чего супруги ФИО4, несмотря на возражения ФИО1, самостоятельно демонтировали забор, сопровождая свои действия оскорблениями в адрес истца. В последующем истец неоднократно за счет собственных средств восстанавливал ограждения, которое также было демонтировано ответчиками. Противоправные действия ответчиков в отношении истца послужили поводом для возбуждения уголовного дела по ч. 2 ст. 330 УК РФ. Ответчики в ходе вышеперечисленных действий постоянно высказывали угрозы и оскорбления в адрес истца и его семьи, унижали его честь и достоинство, порочили доброе имя, в связи с чем истец вынужден обратиться в суд для защиты нарушенных прав и законных интересов с иском о компенсации морального вреда в размере 200 000 руб.

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд со встречным иском, в котором просят взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 материальный ущерб и моральный вред в размере 1 500 000 руб.

Встречные требования обоснованы тем, что ФИО1 самовольно захватил часть принадлежащего ФИО2 и ФИО3 земельного участка, незаконно проник на его территорию, сломал расположенную на нем хозяйственную постройку, украл садовый инвентарь и уничтожил редкие, краснокнижные растения, высаженные истцами, чем причинил моральный и материальный вред на сумму 1 500 000 руб.

Истец в судебном заседании поддержал требования искового заявления, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. Показал суду, что ответчики неоднократно разрушали установленный им забор, при этом угрожали его жизни и здоровью, оскорбляли, в том числе в присутствии соседей и эксперта, производившего осмотр земельных участков сторон, называли «вором, мошенником», в связи с чем он испытывал страх за себя и свою семью, его честь и достоинство были опорочены. В удовлетворении встречного иска просил отказать.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании относительно удовлетворения первоначального иска возражали, настаивали на удовлетворении встречного иска. Показали суду, что ФИО1 совершил противоправные действия, проник на принадлежащую им часть земельного участка и уничтожил редкие растения, украл садовые инструменты, чем причинил материальные и моральный вред.

Суд, выслушав сторон по делу, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 и ФИО2 являются собственниками смежных земельных участков №1580 и №1843 соответственно по адресу: г. Севастополь, в границах ТСН СНТ «Сапун-гора».

Решением Нахимовского районного суда города Севастополя от 15.07.2020 по делу №2-15/2020 по иску ФИО1 к ФИО2 разрешен спор между сторонами относительно границ земельных участков, на ФИО2 возложена обязанность в течение 30 дней с момента вступления решения суда в законную силу устранить ФИО1 препятствия в пользовании земельным участком с кадастровым номером 91:03:002016:229, расположенным по адресу: г. Севастополь, в границах ТСН СНТ «Сапун-гора», участок №1580 путем переноса забора на юридически закрепленную границу земельного участка в соответствии с выпиской из ЕГРН. Также суд обязал ФИО2 освободить часть вышеназванного земельного участка площадью 56,7 кв.м, принадлежащего ФИО1, согласно координатам, приведенным в решении суда.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от 19.11.2020 и определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 29.07.2021 вышеназванное решение суда от 15.07.2020 оставлено без изменения, жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

Во исполнение решения суда от 15.07.2020 по делу №2-15/2020 Нахимовским районным судом города Севастополя выдан исполнительный лист ФС №025443198, который был предъявлен к исполнению, 29.01.2021 ведущим судебным приставом-исполнителем ОСП по Нахимовскому району УФССП России по Севастополю возбуждено исполнительное производство.

ФИО2 решение суда в добровольном порядке не исполнено, в связи с чем ФИО1 исполнил его самостоятельно, установив новый забор согласно юридических границ участка, закрепленных в ЕГРН.

Установленный истцом забор был поврежден ФИО3, забор оказался непригодным для использования, что повлекло причинение ФИО1 материального ущерба и послужило поводом для обращения суд с иском о его возмещении.

Решением Гагаринского районного суда города Севастополя от 19.04.2022 по делу №2-1176/2022, вступившим в законную силу, исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, с ФИО5 в пользу ФИО1 взыскано в счет возмещения ущерба 69 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 270 руб., почтовые расходы в размере 460,44 руб., а всего 71 730,44 руб.

В ходе вышеперечисленных судебных разбирательств, выполнения действий по переносу забора на юридически закрепленную границу земельного участка согласно выписке из ЕГРН и освобождении земельного участка истца по решению суда от 15.07.2020 по делу №2-15/2020 между сторонами сложились конфликтные отношения, ФИО1 неоднократно обращался в правоохранительные органы с заявлением о совершении ФИО2 в отношении него преступления.

03.02.2023 постановлением дознавателя ОД ОМВД России по Нахимовскому району №12301670004000068 по факту повреждения неустановленным лицом имущества ФИО1 возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указывает на факты высказывания ответчиками угроз его жизни и здоровью, оскорблений с нецензурной бранью.

Согласно части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований. 

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. 

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

В подтверждение доводов искового заявления о распространении супругами ФИО4 сведений прочащих честь и достоинство ФИО1 и членов его семьи, высказывание угроз и оскорбительных выражений, истцом к материалам дела приобщены видеозаписи, произведенные в разные периоды времени, также представлена расшифровка в печатном тексте. Кроме того, истец ссылался на присутствие посторонних лиц, которые слышали оскорбления в его адрес.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 пояснил суду, что работает главным экспертом-геодезистом в компании «Арго», проводил землеустроительную экспертизу по делу №2-15/2020, осматривал земельные участки сторон. Помнит, что между сторонами были напряженные отношения, но что они говорили друг другу не помнит, поскольку осмотр участков проводился три года назад.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 пояснил суду, что является соседом по даче ФИО1, с супругами ФИО4 не знаком. Показал суду, что видел разрушенный забор, но кто его сломал не знает. Также слышал ругательства, но кому они были адресованы пояснить не может.

Просмотренными в судебном заседании видеозаписями подтверждается, что ФИО2 и ФИО3 допускали в адрес ФИО1 угрозы, оскорбительно-унизительные высказывания в неприличной форме, содержащие такие выражения со стороны ФИО2 как «воры паскудные», «дрянь», «подлюка» и иные нецензурные выражения (22.07.2021 в 19:28 видеофайл «нападение с камнем», 22.07.201 в 21:40 видеофайл «угроза 3»), высказывались угрозы «я тебя… убью», содержащие нецензурную лексику (22.07.2021 в 19:24, видеофайл «угроза 1»). Ответчиком ФИО3 в адрес ФИО1 и его семьи допускались слова проклятия, угрозы физической расправы, оскорбления «урод», «мошенник» (23.05.2020 – видеофайл «угроза 23.05.2020», 16.02.2022 – видеофайл «угроза разрушения третьего забора 16.02.2022»).

Оскорбительные выражения и угрозы в адрес истца, зафиксированные на указанных выше видеозаписях, свидетельствуют об оскорбительном характере высказываний в адрес истца, унижающих его честь и достоинство, выходящие за допустимые пределы осуществления ответчиками права на свободу выражения своих мнений и убеждений, и избранная для этого форма была явно несоразмерна целям и пределам осуществления ответчиками своих прав.

При этом суд считает недоказанным факт высказывание ответчиками оскорблений и угроз в той части, в которой истец ссылается на видеозаписи: «и так будет каждый день» от 22.07.2021 в 21:53, «клевета сокращенный» от 21.08.2021 в 17:55, «результат повреждения забора по состоянию на 21.59 22.07.2021», «угроза 2» от 22.07.2021 в 19:26, «угроза 07.03.2021 во время ИП» от 07.03.2021 в 16:42. Указанные видеофайлы однозначно не подтверждают факт высказывания ответчиками в адрес истца угроз и оскорблений, унижающих его честь и достоинство, в связи с чем суд не принимает во внимание приведенные истцом высказывания оскорбительного характера со стороны ответчиков, в подтверждение которых ФИО1 представлены данные файлы. 

Суд, установив, что ответчиками в отношении истца были допущены высказывания негативного характера, выраженные в неприличной форме, с использованием нецензурной брани и ненормативной лексики, оскорбительный и угрожающий характер которых сомнений не вызывает и подтверждается представленными в материалы дела видеозаписями, данные высказывания нарушили нематериальные блага истца на достоинство личности, честь и доброе имя, в отсутствие доказательств обратного, суд приходит к выводу наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер перенесенных ФИО1 нравственных страданий и душевных переживаний, причиненных ему ответчиками посредством высказывания оскорблений, содержащих нецензурную брань, прямых угроз жизни и здоровью, вызванных личным неприязненным отношением к истцу, что стало причиной психологического стресса, вызвало у истца чувство незащищенности от неадекватных агрессивных проявлений посторонних лиц, безнаказанно унижающих его честь и достоинство. С учетом требования разумности и справедливости, характера и степени нравственных страданий истца, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков денежной компенсации морального вреда в сумме по 7 000 руб. с каждого. При этом суд отмечает, что доказательств имущественного положения, которое не позволяет возместить причиненный истцу вред в данном размере, ответчиками не представлено.

По мнению суда, не может служить оправданием таких действий, а равно основанием для освобождения от гражданско-правовой ответственности, доводы ответчиков о длительном конфликте с ФИО1, о самовольном занятии последним части принадлежащего им земельного участка, причинении материального ущерба, поскольку указанные обстоятельства не освобождают ответчиков, нарушивших нематериальные блага истца от ответственности, предусмотренной в законодательстве Российской Федерации за такие действия. 

Разрешая встречные исковые требования ФИО2 и ФИО3 о взыскании материального ущерба и морального вреда, причиненного действиями ФИО1, суд исходит из следующего.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме, лицом, причинившим вред.

Обязательство вследствие причинения вреда возникает при наличии в совокупности следующих условий: противоправное деяние (действия, бездействия), наличие вреда, причинно-следственная связь между противоправным деянием и наступившими последствиями (вредом) для истца, вина лица, ответственного за причинение вреда. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возмещение вреда. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Исходя из указанных положений закона и разъяснений по их применению, на истце лежит бремя доказывания факта причинения ущерба, его размера, а также того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. На ответчика возлагается бремя доказывания своей невиновности. 

ФИО2 и ФИО3, заявляя встречные исковые требования, ссылаются на то, что на части земельного участка, которые истцы считают своим, ФИО8 незаконно демонтирован принадлежащий им забор, уничтожены редкие растения и самовольно выстроено новое ограждение.

С изложенной позицией суд согласиться не может, поскольку спор о границах и площади земельных участков сторон разрешен вступившим в законную силу решением суда, которым установлено, что спорная часть земельного участка находится в границах земельного участка ФИО8, следовательно действия последнего по освобождению принадлежащего ему земельного участка от сооружений, установленных супругами ФИО4, и посаженных ими растений, не могут быть расценены судом как противоправные действия, направленные на причинение материального ущерба ФИО2 и ФИО3

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречного требования ФИО2 и ФИО3 о взыскании с ФИО8 материального ущерба, и производного от него требования о возмещении морального вреда. 

Принимая во внимание представленные доказательства, оценив их в совокупности и руководствуясь, ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд, - 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО3, о возмещении морального вреда, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб.

Взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб.

В удовлетворении оставшейся части иска отказать.

Встречное исковое заявление ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о взыскании компенсации морального и материального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Гагаринский районный суд города Севастополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 31.01.2024.

Председательствующий –