Дело № 10-6/2017

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й 

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

6 июня 2017 года п. Бреды.

Брединский районный суд Челябинской области в составе:

Председательствующего судьи Смирных И.Г.

При секретаре Ковалевой Т.П. 

Частного обвинителя -потерпевшего К. Е.А. 

Защитника адвоката Горбунова С.Ф. удостоверение №, ордер № от 4.04.2017 года 

Осужденного ФИО1

Защитника адвоката Пономарева Ю.П. удостоверение №,ордер № от 18.05.2017 года

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор и.о. мирового судьи судебного участка №2 Брединского района Челябинской области от 27 марта 2017 года, которым 

ФИО1 

<

данные изъяты>,

осужден по ч.1 ст.115 УК РФ к штрафу в размере 5000 рублей, с удовлетворением гражданского иска и взыскания в пользу К. Е.А. компенсации морального вреда в размере 5000 рублей, и расходов на представителя в размере 5000 рублей,

У с т а н о в и л:

31 августа 2016 года в 6 часов 40 минут в 

<

адрес> ФИО1 умышленно, на почве личных неприязненных отношений, возникших в результате ссоры, с целью причинения физической боли К. Е.А. нанес ему удар кулаком в область лица, причинив тем самым тупую травму головы(черепно-мозговую травму), включающую в себя сотрясение головного мозга, ушибленную рану нижней губы справа и ссадины в области носа, вызвавшие кратковременное расстройство здоровья и причинившие легкий вред здоровью К. Е.А. 

Приговором и.о. мирового судья судебного участка №2 Брединского района Челябинской области ФИО1 осужден по ч.1 ст.115 УК РФ к штрафу в размере 5000 рублей, с удовлетворением гражданского иска и взыскания в пользу К. Е.А. компенсации морального вреда в размере 5000 рублей, и расходов на представителя в размере 5000 рублей. 

Не согласившись с приговором мирового судьи осужденным ФИО1 подана апелляционная жалоба на приговор суда по тем основаниям, что приговор не отвечает требованиям ст.297,240 УПК РФ, не основан на доказательствах, исследованных в суде, поскольку показания свидетеля Т. В.А. вообще не нашли оценки в приговоре мирового судьи, хотя тот пояснял в суде, что наблюдал конфликт между К.Е.А. и ФИО1, при этом последний ударов К.Е.А. не наносил. Кроме того, выводы мирового судьи о том, что телесное повреждение в виде сотрясения головного мозга возникло от удара ФИО1 ничем не доказано, противоречит установленным в суде обстоятельствам, поскольку К.Е.А. утверждал о получении им всего четырех ударов, из них одного удара от ФИО1, судебно-медицинский эксперт же указал на то, что сотрясение мозга могло возникнуть от любого удара. 

В судебном заседании осужденный ФИО1, его защитник Пономарев Ю.П. доводы жалобы поддержали по основаниям, изложенным в ней, в связи с чем просили приговор в отношении ФИО1 отменить, подсудимого оправдать.

Осужденный ФИО1 вину в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ не признал, пояснил, что 31 августа 2016 года рано утром между ним и К. Е.А. произошел словесный конфликт из-за скота, который намеренно пас на его улице К.Е.А., при этом именно К.Е.А. нападал на него, пытался ударить палкой, порвал рубашку, кричал, что убьет. Он К.Е.А. ударов не наносил, тот мог получить удары, падая с велосипеда, либо просто упав на землю, либо кто-то еще мог его ударить, поскольку он находился в нетрезвом состоянии. Через несколько дней он помирился с К.Е.А., однако тот желая получить денежную компенсацию обратился в суд.

Частный обвинитель-потерпевший К. Е.А. против жалобы возражал, просил оставить приговор мирового судьи без изменения, жалобу без удовлетворения, подтвердив свои показания, данные ранее. 

Заслушав стороны, их защитников, исследовав представленные доказательства, дела суд полагает, что приговор исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №2 по Брединскому району подлежит отмене в соответствии с п.2 ч.1 ст.369 УПК РФ в связи с допущенным мировым судьей нарушением уголовно-процессуального закона, по делу в отношении ФИО1 подлежит постановлению обвинительный приговор по следующим основаниям:

Мировым судьей при вынесении обвинительного приговора допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора.

В силу ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства;

Приговор и.о. мирового судьи судебного участка №2 Брединского района Челябинской области в отношении ФИО1 в описательно-мотивировочной части в нарушение указанных выше норм не содержит описания преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также не содержит мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной подсудимого, а именно показания свидетеля Т. В.А., что является нарушением уголовно-процессуального законодательства и влечет в связи с этим отмену приговора мирового судьи и постановление приговора судом апелляционной инстанции.

Из обстоятельств установленных в суде, исследованных судом материалов уголовного дела, несмотря на непризнание вины осужденным ФИО1 его виновность в совершении инкриминируемого частным обвинителем К. Е.А. преступления, предусмотренного, подтверждается следующими доказательствами :

Показаниями потерпевшего К. Е.А., пояснившего, что конфликт с ФИО1 произошел 31.08.2016 года рано утром, когда он гнал своих коров в табун, ФИО1 стал кричать, чтобы он не гонял скот по его улице, подошел к нему, между ними началась ссора, ФИО1 несколько раз ударил его кулаком по лицу, пошла кровь из губы, после чего он обратился в приемный покой, потом в полицию, после чего в поликлинику, где ему обработали рану и поставили диагноз сотрясение мозга, он болел две недели, при этом он испытывал тошноту, головную боль, рвоту, то есть перенес физические и нравственные страдания, которые оценивает в 15000 рублей, просит также взыскать расходы на представителя за участие в первой и во второй инстанциях по 5000 рублей.

Показаниями свидетеля К. Л.Н. пояснившей, что ФИО1 постоянно придирается к ним, заявляя о недопустимости гонять скот по его улице в табун, 31.08.2016 года между ним и ее супругом К. Е.А. возник конфликт, в результате чего супруг вернулся домой избитым, на лице и одежде была кровь, в связи с чем обращался в больницу и полицию, находился на больничном с сотрясением головного мозга.

Показаниями свидетеля Д. Н.А., пояснившего, что в 2016 году работал пастухом скота частного сектора в п. Бреды, К. Е.А. 31.08.2016 года рано утром К.Е.А. пригнал скот в табун, на лице и одежде К.Е.А. была кровь. Были повреждены губы, содрана щека и нос. 

Показаниями свидетеля Ю. Е.И. пояснившего, что в конце лета 2016 года проезжая по 

<

адрес> он видел идущего по дороге от РОВД в сторону больницы К.Е.А., лицо и одежда которого были в крови. Об увиденном он сразу же сообщил своей супруге, чтобы та передала жене К.Е.А..

Показаниями свидетеля Б. А.Ю., пояснившего, что в августе 2016 года он работал участковым в ОМВД Брединского района, утром около 8 часов в полицию обратился К. Е.А., который заявил об избиении его ФИО1, при этом внешний вид соответствовал пояснениям К.Е.А., он был избит, была кровь на лице и одежде. По его заявлению был собран материал участковым П.В.В..

Показаниями свидетеля П. В.В., пояснившего, что в его производстве в конце августа 2016 года имелся материал по заявлению К. Е.А. об избиении его ФИО1 К.Е.А. сразу указывал на ФИО1, что тот избил его. При этом у К.Е.А. на лице была кровь, имелись повреждения на губе, на одежде была кровь, в связи с чем было выдано направление на освидетельствование и собран материал. 

Показаниями свидетеля Т. В.А., пояснившего в суде, что 31.08.2016 года, находясь во дворе дома А.И.З. рано утром слышал, как на улице кто-то кричал, в связи с чем поднялся на крыльцо, откуда стал наблюдать за конфликтом, имевшим место между ФИО1 и К.Е.А., которые ругались друг с другом, замахивались друг на друга, ФИО1 выхватил у К.Е.А. палку. 

Показаниями свидетеля Н. А.С., пояснившего, что работает в Брединской больнице хирургом, на прием к нему в августе прошлого года обратился К. Е.А.с ушибами, раной на лице, указывая что был избит. По имевшимся медицинским показаниям, состоянию больного, внешним признакам ему был поставлен диагноз ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, ушибы мягких тканей лица, ушибленная рана нижней губы, также были ссадины на носу, было прописано лечение и консультация терапевта. 

Показаниями свидетеля К. Д.К. пояснившей, что работает в Брединской районной больнице терапевтом, на излечении в прошлом году у нее находился К. Е.А. Она назначала ему лечение, продляла больничный лист. Диагноз, выставленный хирургом она подтвердила, поскольку имелись для этого показания, состояние больного, его внешний вид-он был действительно избит, и указывал об этом в жалобах, имелись медицинские критерии и признаки, позволявшие поставить ему диагноз сотрясение головного мозга.

-заявлением К.Е.А. от 31.08.2016 года об избиении его ФИО1 31.08.2016 года в 6-40 час. на 

<

адрес> (л.д.14) 

-талоном-уведомлением № о принятии 31.08.2016 года в ОМВД по Брединскому району заявления от К. Е.А. в 9часов 30 минут (л.д.6)

-справкой БМЦРБ об обращении К. Е.А. 31.08.2016 года в приемный покой больницы 31.08.2016 года в 7 часов 30 минут с ушибленной раной нижней губы(л.д.17)

-Актом судебно-медицинского исследования, согласно которого у К.Е.А. имела место тупая травма головы, включающая в себя сотрясение головного мозга, ушибленную рану нижней губы,, ссадины в области носа, причинившие легкий вред здоровью.

-Заключением СМЭ № о том, что у К. Е.А. на момент обращения в больницу 31.08.2016 года имела место тупая травма головы, включающая в себя сотрясение головного мозга, ушибленную рану нижней губы, ссадины в области носа, причинившие легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья менее 21 дня, которые могли образоваться при обстоятельствах, указанных К. Е.А.(л.д.57-60); 

-копией амбулаторной карты К. Е.А. об обращениях в больницу в период с 31.08.2016 года в 7-44 час. и амбулаторного лечения до 15.09.2016 года по поводу закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга легкой степени, ушиба мягких тканей лица, ушибленной раны нижней губы (л.д.82-85)

Совокупность доказательств дает суду основания считать вину подсудимого ФИО1 доказанной, действия его следует квалифицировать по ч.1 ст.115 УК РФ как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья. 

Обвинение в причинении ФИО1 К. Е.А. телесных повреждений, повлекших легкий вред здоровью, на 

<

адрес> 31.08.2016 года нашло свое подтверждение в судебном заседании в показаниях свидетеля Т. В.А., подтвердившего, что рано утром на 

<

адрес> между ФИО1 и К. Е.А. возникла ссора, при этом они ругались и намахивались друг на друга, а также в показаниях свидетеля К. Л.Н., сотрудников полиции Б. А.Ю., П. В.В. о том, что утром того же дня К.Е.А. обратился в полицию, сразу указав на ФИО1, как на лицо, причинившее ему телесные повреждения, при этом у К.Е.А. имелись на лице следы избиения и кровь на одежде, свидетелей Д. Н.А., Ю. Е.И. о том, что рано утром 31.08.2016 года они видели К.Е.А. со следами избиения на лице и следами крови на одежде, а также в показаниях свидетелей врачей ГБУЗ Районная больница п. Бреды Н. А.С., К. Д.К. о том, что у К.Е.А. при обращении в больницу и в период лечения имелись признаки ЗЧМТ, сотрясения головного мозга, происхождение которых он объяснил избиением.

Кроме показаний свидетелей вина подтверждается письменными доказательствами, сведениями об обращении К.Е.А. в больницу, полицию сразу же после произошедшего конфликта, данными медицинской карты, заключением судебно-медицинского эксперта о наличии у К.Е.А. телесных повреждений, причинивших легкий вред здоровью. 

Об умысле на причинение легкого вреда здоровью свидетельствует механизм причинения телесного повреждения, удар был нанесен кулаком в лицо, с приложением силы, поскольку были причинены как ушибленная рана, так и ссадины носа, а также внутренние повреждения в виде тупой травмы головы, включающей в себя сотрясение головного мозга, что требует целенаправленного приложения значительных физических усилий. 

Таким образом, характер повреждений, механизм причинения, их тяжесть, локализация причиненных телесных повреждений объективно свидетельствуют о наличии умысла на причинение вреда здоровью потерпевшему К. Е.А. и исключают неосторожный характер причинения повреждений. 

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей Б. А.Ю., П. В.В., Ю. Е.И., Д. Н.А., К. Д.К., Н. А.С., поскольку они стабильны, последовательны в ходе судебных заседаний.

Данных о заинтересованности в исходе дела вышеуказанных свидетелей у суда не имеется, каких-либо ссор, конфликтов между ФИО1 и данными свидетелями не имелось, что подтвердили как данные свидетели, так и сам ФИО1 Указанные лица, а также свидетель К. Л.Н., чьи показания не противоречат показаниям вышеуказанных свидетелей и потерпевший К. Е.А. были неоднократно предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Доводы подсудимого о недостоверности показаний Д.Н.А., Ю.Е.И. несостоятельны, ничем не подтверждены в ходе судебного заседания, каких-либо противоречий между их показаниями и показаниями остальных свидетелей не установлено, Показания данных свидетелей соответствуют показаниям свидетелей К.Л.Н., П.В.В., Б.А.Ю. о наличии у К.Е.А. следов избиения на лице, крови на одежде.

Ссылка защиты на показания свидетеля Т. В.А., Т. Б.П., К. В.Г. А. И.З., как на основание оправдания ФИО1 несостоятельна, поскольку свидетель А.И.З. очевидцем конфликта не являлся, подтвердив лишь, что у него в августе прошлого года рано утром мог находиться во дворе Т.В.А., свидетели Т.В.А. и К.В.Г. подтвердили, что между сторонами имел место конфликт по поводу прогона скота К.Е.А. по улице, где живет ФИО1, стороны намахивались друг друга, кричали друг на друга, со слов К.В.Г. ФИО1 отталкивал К.Е.А., а не наносил удары, при этом Т. В.А. и К. В.Г. наблюдали за конфликтом на значительном удалении и не с самого начала. Однако утверждения Т. В.А. о том, что он не видел, как ФИО1 бил К.Е.А., и К.В.Г. о том, что ФИО1 отталкивал К.Е.А. не исключают факта нанесения удара, кроме того, их показания в данной части противоречат друг другу в описании одних и тех же событий и их последовательности, а также показаниям самого подсудимого в той части, что они ударились друг о друга с К.Е.А., когда он отбирал палку у К.Е.А., а также его первоначальным объяснениям от 2.09.2016 года о том, что он допускал возможность нанесения К.Е.А. ударов палкой или локтем. 

Показания же Т. Б.П. о том, что 31.08.2016 года в 8 часов 10 минут К.Е.А. возвращался из табуна, от него исходил запах спиртного и повреждений не имелось, противоречат как показаниям свидетелей Б.А.Ю., П.В.В., Ю.Е.И., К.Л.Н., так и письменным доказательствам-заявлению в полицию, данным медицинской карты, справке из приемного покоя о том, что в 7-30 К.Е.А. уже обратился в приемный покой больницы, после 8-00 часов находился в РОВД, где у него было отобрано объяснение и принято заявление о привлечении к ответственности ФИО1, в связи с чем показания указанного свидетеля не являются достоверными, противоречат всем остальным исследованным доказательствам. 

Доводы подсудимого о возможности получения ФИО2 телесных повреждений при падении или от иных лиц или при других обстоятельствах ввиду нахождения его в состоянии алкогольного опьянения необоснованны, опровергаются показаниями свидетелей Б. А.Ю., П. В.В., Н. А.С., К. Д.К. К. Л.Н., а также данными медицинской документации, о том, что признаков алкогольного опьянения у К.Е.А. не имелось на момент его обращения в полицию и в больницу. 

При этом доводы защитника Пономарева Ю.П. о том, что К. Е.А. первоначально утверждал о нанесении ему ФИО1 одного удара, потом стал утверждать о четырех ударах, в то время как согласно заключения эксперта у него имеется несколько повреждений, то есть не установлено, от какого именно могло произойти сотрясение головного мозга и было ли оно причинено ФИО1, несостоятельны, не являются основанием к оправданию подсудимого, поскольку ни показания К. Е.А., ни его первоначальные объяснения, ни медицинская карта К. Е.А. не противоречат друг другу, в заключении СМЭ указание на точное количество ударов отсутствует, из показаний судебно-медицинского эксперта З. В.В. также не следует, что в ходе экспертизы было установлено какое-либо точное количество ударов, эксперт же, будучи допрошенным в суде пояснял, что любой удар по голове приводит к сотрясению мозга той или иной степени, при этом ни в показаниях эксперта, ни в заключении СМЭ не содержится утверждений об установлении точного количества ударов, исследованными в суде обстоятельствами также не установлено, что потерпевшему были нанесены кем-либо еще удары, либо имелись следы падения на теле или одежде, при этом К. Е.А. последовательно и сразу утверждал о нанесении ему повреждений в область головы именно ФИО1 

В то же время доводы К. Е.А. о нанесении ему подсудимым именно четырех ударов в лицо не нашли объективного подтверждения в судебном заседании, противоречат первоначальным объяснениям самого К.Е.А., данным непосредственно после произошедшего, а также акту освидетельствования и заключению СМЭ. 

Доводы подсудимого и защитника о несостоятельности медицинской документации, отсутствии записей об объективных показаниях о наличии сотрясения головного мозга опровергаются как данными медицинской карты К. Е.А., так и показаниями врачей Н. А.С., К. Д.К., у которых на излечении находился потерпевший, а также заключением судебно-медицинского эксперта.

При этом у суда не имеется оснований не доверять данным медицинской карты потерпевшего, поскольку как следует из показаний свидетелей Н. А.С., К. Д.К. диагноз был поставлен К.Е.А. и назначено амбулаторное лечение по имевшимся данным, как с его слов, так и объективным данным о состоянии здоровьям, пробам проводимым на приеме, внешним данным, свидетельствующим о состоянии больного, обратившегося за медицинской помощью. 

Ссылки защиты и подсудимого на противоправное поведение потерпевшего, который пас скот на улице, ругался в ответ на замечание ФИО1, замахивался на него палкой, не являются основанием для переквалификации действий, поскольку в суде достоверно установлено, что каких-либо телесных повреждений у подсудимого не имелось, при этом действия ФИО1 носили последовательный и целенаправленный характер, о чем свидетельствует место приложения удара, локализация его, характер и тяжесть полученных потерпевшим повреждений, что обнаруживает умышленный характер его действий и не свидетельствует о самообороне или превышении ее пределов, поскольку объективных обстоятельств тому в суде не установлено. 

Как не оспаривают сами стороны, конфликт начат был именно ФИО3 в связи с прогоном скота по улице К.Е.А., именно подсудимый подошел к К.Е.А., поскольку тот находился на другой стороне улицы от дома подсудимого ФИО1 При этом никем из свидетелей не подтвержден факт нападения со стороны К.Е.А., либо угрозы причинения им вреда подсудимому, что давало бы основания для самообороны в виде причинения телесных повреждений в область головы, которые были обнаружены у потерпевшего. 

Доводы подсудимого о том, что если бы он на самом деле ударил кулаком К.Е.А. в лицо, то характер повреждений был бы сильнее, поскольку он физически выше и сильнее потерпевшего, являются предположительными, напротив данные доводы не опровергают факт причинения им потерпевшему повреждений, причинивших легкий вред здоровью, а подтверждают его, как и доводы о том, что первоначально К.Е.А. в присутствии соседей его простил за случившееся и сказал, что претензий не имеет, поскольку отсутствие или наличие претензий у потерпевшего не опровергает самого факта умышленного причинения ему телесных повреждений. 

Оценивая показания подсудимого суд расценивает их, как способ защиты от предъявленного обвинения, доверяет им в части не противоречащей показаниям потерпевшего и свидетелей П. В.В. Б. А.Ю., К. Л.Н., Д. Н.А., Ю. Е.И. а также письменным доказательствам.

Не имеется оснований не доверять экспертному заключению, поскольку судебно-медицинская экспертиза произведена квалифицированным специалистом в соответствующем государственном экспертном учреждении, заключение не противоречит остальным доказательствам по делу, дано лицом, состоящим на момент производства экспертиз в штате Бюро судебно-медицинских экспертиз Челябинской области, имеющим разрешение на производство такого рода деятельности и обладающим специальными познаниями в области медицины.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что вина подсудимого ФИО1 полностью доказана, оснований не верить исследованным в судебном заседании доказательствам не имеется.

Согласно ст.6 УК РФ справедливость назначенного наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

При назначении наказания подсудимому суд в соответствии с положениями ст.6,ст.43,ст.60 УК РФ учитывает тяжесть совершенного преступления, его общественную опасность, что преступление относится к категории преступлений небольшой тяжести, направленных против личности, учитывает характер и обстоятельства совершенного деяния, данные о личности подсудимого, который положительно характеризуется, 

<

данные изъяты>, ранее не судим, отсутствие отягчающих обстоятельств и полагает необходимым назначить подсудимому наказание в виде штрафа, поскольку именно такое наказание в полной мере отвечает как обстоятельствам, характеру, общественной опасности совершенного преступления, так и личности подсудимого, будет служить как целям исправления подсудимого, так и отвечать принципу возмездности совершенного деяния назначаемому наказанию. 

Исковые требования К. Е.А. о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ч.1,ч.2 ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Причинением телесных повреждений, повлекших кратковременное расстройство здоровья менее 21 дня К. Е.А. были причинены физическая боль и нравственные страдания, в связи с чем истец имеет право на возмещение с подсудимого-ответчика ФИО1 компенсации морального вреда.

Ответчик ФИО1, как лицо, которое признано виновным в причинении вреда здоровью в соответствии со ст. ст. 1064, 1101 ГК РФ обязано возместить вред, причиненный истцу.

Поскольку положением статьи 151 ГК РФ предусмотрено, что моральный вред заключается не только в физических, но и в нравственных страданиях причиненных гражданину, переживания истца, претерпевание им физической боли являются нравственными страданиями, а сам факт обращения в больницу и полицию подтверждает наличие таких страданий. 

Таким образом, требования потерпевшего-истца К. Е.А. к подсудимому- ответчику ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, выразившегося в причинении телесных повреждений и связанных с этим нравственных страданий являются обоснованными, предусмотрены положениями ст. ст. 1064, 1100 ГК РФ и подлежат удовлетворению. 

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из характера и степени фактически причиненных истцу и пережитых в связи с этим нравственных страданий и переживаний. 

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности, справедливости, соразмерности причиненного вреда сумме компенсации, а также учитывает сами обстоятельства произошедшего, в соответствии со ст.1083 ГК РФ материальное положение ответчика, который имеет иждивенца, трудоспособен, имеет в собственности автомобиль, трудоустроен, имеет постоянный заработок.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает взыскать в пользу потерпевшего-истца К. Е.А. с подсудимого-ответчика компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 5 000 рублей, что отвечает в полной мере как степени пережитых нравственных страданий, переживаний, так и требованиям разумности и справедливости. Для взыскания компенсации морального вреда в заявленном объеме 15000 рублей оснований не имеется, исходя из представленных суду доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных в судебном заседании. 

В соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

Поскольку стоимость услуг представителя потерпевшего при рассмотрении уголовного дела законодательно не определена, она определяется договором, заключенным между потерпевшим и адвокатом и должна оцениваться с учетом требований разумности, необходимости и оправданности.

Сумма, которую потерпевший просит взыскать с осужденного, подтверждается документально, в материалах дела имеются квитанции за участие в деле адвоката Горбунова при осуществлении защиты К.Е.А. в первой и второй инстанциях по 5000 рублей. 

В качестве представителя потерпевшего адвокат Горбунов С.Ф. принимал участие во всех судебных заседаниях первой и второй инстанций, готовил заявление в суд, возражения на апелляционную жалобу. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 42 от 19 декабря 2013 г. "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", к процессуальным издержкам относятся подтвержденные соответствующими документами расходы потерпевшего на участие представителя при условии их необходимости и оправданности.

При таких обстоятельствах судебные расходы в размере 10000 рублей, понесенные потерпевшим К. Е.А. связанных с выплатой вознаграждения представителю надлежит взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшего. 

При принятии данного решения суд апелляционной инстанции учитывает, что потерпевший не мог самостоятельно защищать свои права и интересы по уголовному делу частного обвинения вследствие юридической неграмотности, в связи с чем суд признает расходы потерпевшего на участие представителя необходимыми и оправданными.

Суд также принимает во внимание сложность уголовного дела, фактический объем оказанной адвокатом юридической помощи. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.28,389.31, 389.32 УПК РФ суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 удовлетворить.

Приговор и.о. мирового судьи судебного участка №2 Брединского района от 27 марта 2017 года об осуждении ФИО1 по ч.1 ст.115 УК РФ отменить ввиду нарушения норм уголовно-процессуального законодательства.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ и назначить наказание в виде штрафа в размере 5000 рублей

Гражданский иск удовлетворить, взыскать в пользу К.Е.А. с ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 5000 рублей.

Взыскать в пользу К.Е.А. с ФИО1 расходы на представителя в размере 10000 рублей. 

Приговор суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть пересмотрен в порядке, установленном главами 47.1, 48.1 и 49 УПК РФ.

Судья Смирных И.Г.