Дело № 2-204/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 мая 2019 года г. Сочи

Центральный районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе судьи Вергуновой Е.М., при секретаре судебного заседания Варданян Л.Т., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Центрального районного суда г. Сочи гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры и применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности на регистрирующий орган аннулировать записи о регистрации права собственности, 

установил:

В Центральный районный суд г. Сочи с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры и применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности на регистрирующий орган аннулировать записи о регистрации права собственности обратилась ФИО1. 

Исковые требования мотивированы тем, что истец ФИО1 является опекуном своей матери ФИО5, которая в судебном порядке признана недееспособной. ФИО6 принадлежала квартира, расположенная по адресу: г.Сочи, 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО7 заключен договор дарения указанной квартиры. ФИО7 был зарегистрирован в спорной квартире, однако в нее не вселялся и фактически не проживал. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 умер. Его наследники по закону: отец ФИО2 и супруга ФИО4 получили спорную квартиру в общую долевую собственность по 1\2 доли. При жизни ФИО7 06.02.2007г. в квартире зарегистрировались его супруга и сын, однако указанные лица в квартире никогда не проживали, расходы по ее содержанию не оплачивали. Решением Центрального районного суда г.Сочи от 24.08.2017г. ФИО5 была признана недееспособной. На основании заключения экспертов было установлено, что ФИО5 страдает психическими расстройствами в связи со смешанными заболеваниями (сосудистое заболевание головного мозга, черепно-мозговая травма). В свою очередь, черепно-мозговая травма была получена ФИО5 в 1985г., о чем ответчикам было известно. В настоящее время ФИО5 утверждает, что квартиру она никому не дарила и не продавала. Истец считает, что на момент заключения договора дарения ФИО5 находилась в состоянии, в котором не могла понимать и осознавать характер и значение своих действий, что подтверждается, по мнению истца, соответствующей медицинской документацией и свидетельскими показаниями. На основании изложенного, истец просит суд признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Сочи, 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО7, недействительным и применить последствия недействительности сделки, возложить обязанность на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю в г. Сочи аннулировать запись о государственной регистрации указанного договора дарения и его последствий.

Истец ФИО1 и ее представитель – адвокат Смыкова И.В. на основании ордера в судебном заседании заявленные требования просили удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Истец суду пояснила, что в спорной квартире, как до заключения оспариваемого договора, так и в настоящее время, проживает ее мать ФИО5, которая несет бремя содержания квартиры. Ответчики в указанной квартире никогда в квартире не проживали, коммунальные платежи не вносили, вследствие чего ни истец, ни ее мать о спорной сделке не знали до 2017 года. Ее мать ФИО5 в 1985 году пострадала в результате дорожно-транспортного происшествия, получив травму головы, длительное время лечилась, после лечения часто меняла место работы вследствие изменений в ее характере. ФИО7 являлся внуком ФИО5, то есть сыном другой дочери ФИО5, родной сестры истца, и племянником истцу. В настоящее время и родная сестра истца, и ее сын ФИО7 умерли. Считает, что родная сестра и члены ее семьи воспользовались болезненным состоянием ФИО5 и заключили договор дарения квартиры между ФИО5 и ее внуком ФИО7 Истец считает, что оспариваемая сделка нарушает права ФИО5, которая в результате совершения этой сделки утратила свое единственное жилое помещение.

Представитель истца адвокат Смыкова И.В., действующая на основании ордера, в судебном заседании просила суд удовлетворить заявленные исковые требования ФИО1, пояснив суду, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку он начинает течь с момента назначения ФИО1 опекуном ФИО5

Ответчик ФИО2 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просил отказать, указав, что в 1979 г. зарегистрировал брак с родной сестрой истца и вместе с семьей переехал в спорную квартиру, а ФИО1, в свою очередь, выехала из нее. Взаимоотношения между истцом ФИО1 и ФИО5 всегда были сложными и натянутыми, в отличие от отношений между ответчиками и ФИО5, которая очень любила своего внука ФИО7 Доводы истца о том, что после травмы в 1985 году ФИО5 не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, считает надуманными и не состоятельными, поскольку он общался с ФИО5 все годы, пока были живы его жена и сын, подолгу беседовал с ФИО5, которая длительное время после травмы работала. В спорной квартире никто из членов его семьи в настоящее время не живет из уважения к ФИО5, чтобы не беспокоить ее. Сам ответчик узнал об этой сделке лишь в 2006 г. Его сын ФИО7 скончался 16.11.2015г., в настоящее время право собственности на спорную квартиру принадлежит ему (ФИО2) и его внуку ФИО3 по 1\2 доли у каждого.

ФИО4, действующая как законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО3, в судебном заседании исковые требования просила оставить без удовлетворения, ссылаясь на то, что являлась супругой ФИО7, о договоре дарения квартиры узнала в 2007 году, когда ее супруг зарегистрировал ее и их сына в спорной квартире. Также ответчик пояснила, что истец интересовалась при жизни у ФИО7 спорной квартирой.

Представитель ответчиков по доверенности ФИО8 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, пояснив суду, что ФИО5 решением Центрального районного суда г. Сочи была признана недееспособной лишь 24.08.2017г. Сторонами договора дарения были ФИО5 и ее внук, ФИО7, каких-либо споров относительно правомерности данного договора у сторон друг к другу при жизни ФИО7 и до признания ФИО5 недееспособной не имелось. Считает, что доводы истца о том, что ФИО5 на момент заключения договора дарения не понимала значения своих действий, опровергаются комиссионным заключением врачей психиатров от 04.03.2019г. О том, что квартира была подарена ФИО7, знали все родственники, заключение указанного договора никем из сторон не оспаривалось. Кроме того, доказательств наличия психических заболеваний на момент заключения договора дарения истцом не представлено. Кроме того, решением Центрального районного суда г.Сочи ДД.ММ.ГГГГ дана оценка медицинской документации, которая предшествовала недееспособности ФИО5, поэтому считает, что истцом сделан неверный вывод о наличии у ФИО5 психического заболевания на момент заключения договора. Представитель ответчиков полагает, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключен с соблюдением всех требований законодательства РФ, с момента заключения договора дарения, т.е. с 2004 г., ФИО5 не предпринимала попыток оспорить данный договор, исходя из заключения экспертов от 04.03.2019г. №, спорный объект недвижимости был отчужден бабушкой любимому внуку. Представитель ответчика также указывает, что, обращаясь с рассматриваемым иском в суд, ФИО1 действует исключительно в своих интересах, а не в интересах ФИО5 

Представители третьих лиц Управления социальной защиты населения Министерства труда и социального развития Краснодарского края, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю в г.Сочи, а также представитель Управления по вопросам семьи и детства администрации г.Сочи, в судебное заседание не явились, о месте и времени которого извещены надлежащим образом, причину неявки суду не сообщили.

Суд, в соответствии с ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о возможности рассмотрения гражданского дела в отсутствие представителей указанных третьих лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч.1 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Истец в обоснование своих требований ссылается на ч.2 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Как видно из представленного в материалы дела договора от 15.12.2004г., ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подарила ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: г.Сочи, Центральный район, 

<

адрес>, общей площадью 45,4 кв.м., жилой 30,6 кв.м., о чем 13.01.2005г. была сделана запись о государственной регистрации № (л.д.15-16).

В связи со смертью ФИО7 16.11.2015г. указанная квартира перешла в порядке наследования в равных долях по ? доли наследникам ФИО7 - отцу ФИО2 и сыну ФИО3 (л.д.17-18).

Решением Центрального районного суда г.Сочи от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признана недееспособной (л.д. 10).

Распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ. №-р ФИО1 назначена опекуном над недееспособной ФИО5 (л.д.11-12).

Согласно ч.1 ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из толкования условий договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что воля ФИО5 была направлена на безвозмездное отчуждение принадлежащей ей квартиры своему внуку ФИО7 

В соответствии с п.10 оспариваемого договора дарения от 15.12.2004г. даритель и одаряемый подтверждают, что они не лишены дееспособности, под опекой, попечительством, а также патронажем не состоят, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельств его заключения. 

Оспариваемый договор подписан ФИО5 собственноручно, что не оспаривается сторонами в судебном заседании.

При рассмотрении гражданского дела была назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам – врачам-психиатрам Специализированной клинической психиатрической больницы № Министерства здравоохранения Краснодарского края. 

Из заключения комиссии экспертов № от 04.03.2019г. следует, что ФИО5 в настоящее время страдает психическим расстройством в форме выраженного органического расстройства личности поведения в связи со смешанными заболеваниями (сосудистое заболевание головного мозга, черепно-мозговая травма). В представленной медицинской документации отсутствуют описания психического состояния ФИО5 на исследуемый, юридически значимый период времени (2004 год). В поле зрения психиатра ФИО5 впервые попадает в 2016 году с диагнозом: «Органическое расстройство личности неуточненное», в связи с чем, ответить на вопрос, страдала ли ФИО5 в юридически значимый период 15.12.2004г. каким-либо временным или хроническим душевным расстройством не представляется возможным. 

Оценивая экспертное заключение, суд принимает во внимание то, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, компетентны в вопросах, поставленных судом на их разрешение, обладают знаниями в области медицины и психологии, имеют большой стаж работы, высокий уровень квалификации, длительный стаж работы по специальности. Заключение является полным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, дано с учетом имеющихся материалов дела, не противоречит другим доказательствам по делу, выводы экспертов носят категоричный характер, заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Согласно ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем истец, на котором лежит бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, в соответствии со ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, не представил суду доказательств, подтверждающих, что ФИО5 в момент составления договора дарения не могла понимать значения своих действий и руководить ими. 

Поскольку при заключении договора дарения квартиры гражданка ФИО5 осознавала и могла руководить своими действиями, не была признана недееспособной, а доказательств обратного суду не представлено, нет оснований для признания заключенного ФИО5 договора недействительным, так как её права и охраняемые законом интересы нарушены не были.

В подтверждение указанного вывода суд принимает во внимание заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проведенной по гражданскому делу о признании ФИО5 недееспособной, из которого следует, что подэкспертная пояснила, что после смерти живет одна, себя обслуживает, поведение изменилось после смерти внука, стала враждебной, беспокойной, агрессивной.

Кроме того, суд принимает во внимание, что из представленных истцов копий квитанций на оплату коммунальных платежей в спорной квартире следует, что плательщиком в них с 2006 года по 2014 годы значился ФИО7, а также из чек-ордеров к указанным квитанциям следует, что денежные средства принимались от ФИО7, а не ФИО5

Следовательно, ФИО5, обладая указанными квитанциями и чеками, знала о том, что она не несет расходы на содержание спорной квартиры не позднее 2006 года, при этом никаких действий по оспариванию договора дарения не предпринимала.

Истец ФИО1, обращаясь в суд с рассматриваемым иском, переход права собственности на спорную квартиру по наследству в общую долевую собственность ответчиков ФИО2 и ФИО3 (свидетельства о праве на наследство по закону, выданные ответчикам) не оспаривает.

Не подлежат удовлетворению и иные требования ФИО1 о возложении обязанности на регистрирующий орган аннулировать запись о регистрации права собственности ответчиков, поскольку в удовлетворении требований о признании сделки недействительной отказано. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры и применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности на регистрирующий орган аннулировать записи о регистрации права собственности – отказать.

В соответствии со ст.199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мотивированное решение изготовлено 17 мая 2019 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Центральный районный суд г. Сочи в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.М. Вергунова