Дело № 2-1228/2021 (УИД 48RS0001-01-2021-000298-69)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 марта 2021 года г. Липецк

Советский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего Гребенщиковой Ю.А.

при секретаре Боковой М.А.,

с участием прокурора Ильина А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с иском ФИО2 и ФИО3 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.

В обосновании иска указал, что 15.04.2020 года ответчик ФИО3, управляя принадлежащим ответчику ФИО2 автомобилем Фольксваген р/з № на регулируемом пешеходном переходе проехав на запрещающий сигнал светофора допустил наезд на пешехода ФИО1 В результате ДТП истцу причинен вред здоровью средней тяжести, также в ДТП были повреждены личные вещи истца. 

Просил взыскать с ответчиков солидарно компенсацию морального вреда 300000 руб., 11000 руб. – в счет возмещения испорченных вещей. 

Определением суда от 24.03.2021 года производство по делу в части возмещения материального ущерба было прекращено в связи с отказом от иска. 

В судебное заседание ответчики ФИО2, ФИО3 не явились, о дне слушания извещены. 

Истец ФИО4 и его представитель ФИО5 в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в иске.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО6 исковые требования не признал, указал, что заявленная сумма компенсации морального вреда является завышенной, также считал ФИО2 ненадлежащим ответчиком по иску.

Исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск удовлетворить, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По смыслу статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда не должна носить формальный характер, ее целью является реальная компенсация причиненных страданий.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской федерации прав и свобод относится, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значения многие другие блага.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из дела об административном правонарушении, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Установлено, что 15.04.2020 года в 21 час. 00 мин. в районе дома № 37 Б по ул. Космонавтов г. Липецка произошло дорожно-транспортное происшествие. ФИО3, управляя автомобилем Фольксваген р/з №, принадлежащим на праве собственности ФИО2 в нарушении п. 6.2 Правил дорожного движения, допустил проезд на запрещающий красный сигнал светофора на регулируемом пешеходном переходе, в результате чего допустил наезд пешехода ФИО1, который получил телесные повреждения, расценивающиеся как вред здоровью средней тяжести. 

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, владельцы источников повышенной опасности несут ответственность за вред, причиненный в результате действия источника повышенной опасности. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064). 

ДТП произошло по вине ФИО3, в действиях которого имелось нарушение 6.2 Правил дорожного движения РФ, что явилось непосредственной причиной ДТП и повлекло причинение вреда здоровью истца.

Вина ФИО3 установлена вступившим в законную силу постановлением Советского районного суда г. Липецка от 10.12.2020 года, которым ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вина ФИО3 в совершении указанных выше действий доказыванию по гражданскому делу не подлежит.

Как усматривается из заключения эксперта ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» от 23.06.2020 года, ФИО4 находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении для взрослых ГУЗ «Областная клиническая больница» с 15.04.2020 года по 30.04.2020 года (проведено 15 койко-дней). Произведено 

<

данные изъяты>. 

30.04.2020 года осмотрен психиатром – диагноз: 

<

данные изъяты>. 30.04.2020 года – жалобы на постоянное чувство тревоги, беспокойство, бессонницу, на ощущение надвигающейся беды и угрозы. Больной переведен в ЛОПНД. 08.05.2020 года выписан с диагнозом – 

<

данные изъяты>

Как подтверждается заключением эксперта ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ», у ФИО1 отмечено наличие следующих телесных повреждений: в области головы: 

<

данные изъяты>.

Повреждения в составе 

<

данные изъяты> могли образоваться от травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов), о других особенностях которого высказаться не представляется возможным, в комплексе, согласно п. 7.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 года, расцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок более 21 суток, так как осложнений полная консолидация (сращение) перелома происходит в срок более трех недель. 

В представленных медицинских документах судебно-медицинских сведений, позволяющих точно высказаться о давности образования данных телесных повреждений недостаточно, однако, учитывая, обращение за медицинской помощью ФИО7 по скорой медицинской помощи 15.04.2020 года, отсутствие указаний на наличие признаков заживления ссадин и рано, экстренно проведенная первичная хирургическая обработка раны, данные КТ-исследования (отсутствие описания признаков консолидации (сращения) в зоне перелома при обращении), нельзя исключить возможность их образования незадолго до поступления в стационар, 15.04.2020 года в имевшем место дорожно-транспортном происшествии. 

Кроме указанных повреждений отменно наличие следующих телесных повреждений: 

<

данные изъяты>. 

На основании представленных данных высказаться о наличии или отсутствии у ФИО7 такой травмы не предоставляется возможным, так как выставленный диагноз: «

<

данные изъяты>» объективными данными врачебного осмотра, исчерпывающим комплексом объективной патологической неврологической симптоматики, характерной для 

<

данные изъяты>, данными динамического наблюдения не подтвержден. Диагноз без объективных данных обследования судебно-медицинской оценке не подлежит (согласно пункту № 27 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). 

<

данные изъяты> – высказаться о наличии или отсутствии данного повреждения, определить механизм его образования и давность причинения не предоставляется возможным, а также не предоставляется возможным дать судебно-медицинскую оценку вреда здоровью согласно пункту № 27 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), так как в представленных медицинских документах отсутствуют объективные данные рентгенологического обследования правой кисти, описание объективной клинической симптоматики вывиха в динамике. 

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы № 1143/6-34 от 11.08.2020 года ФИО4 страдает в настоящее время, и страдал до ДТП 

<

данные изъяты>. 

Указанное психическое расстройство, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 2624/1-20, хотя и не состоит в причинно-следственной связи с ДТП, имевшим место 15.04.2020г., однако с большей степенью вероятности можно предположить, что данная психотравмирующая ситуация спровоцировала обострение имеющегося психического расстройства. Согласно п. 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздним сроком начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и другими причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью. 

Причинение морального вреда лицу, получившему телесные повреждения и вред здоровью, является общеизвестным фактом и дополнительному доказыванию, в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежит, но при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных и физических страданий, перенесенных истцом.

Суд принимает во внимание, что ФИО1 причинен средний вред здоровью, он прошел курс стационарного и амбулаторного лечения, кроме того, дорожно-транспортное происшествие спровоцировало обострение имеющегося психического расстройства. Также истец перенес операции – 

<

данные изъяты>, более 2-х недель находился в положении 

<

данные изъяты>, не мог себя обслуживать и нуждался в постороннем уходе. 

Поскольку законом предусмотрено возложение ответственности при причинении вреда жизни или здоровью гражданина на причинителя вреда, то надлежащим ответчиком по делу является ФИО3 Таким образом, в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о компенсации морального вреда суд отказывает. 

Учитывая вышеизложенное, а также отсутствие вины потерпевшего, его возраст, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ФИО3 в размере 200000 руб., что полностью отвечает требованиям разумности и справедливости. 

Такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и ст. 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Компенсация морального вреда по своей правовой природе представляет меру гражданской ответственности виновного лица - материальное возмещение за совершенные противоправные действия, и одной из целей этой меры является понуждение виновного лица к осознанию запрета на нарушение принадлежащих гражданину нематериальных благ.

Доказательств, что компенсация морального вреда в сумме 200000 руб. будет являться для ответчика тяжелым обременением, в деле не имеется.

Оснований для применения ч. 3 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не находит, поскольку ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о невозможности уплаты суммы возмещения вреда. 

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика надлежит взыскать госпошлину в местный бюджет в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 200 000 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО3 госпошлину в бюджет г. Липецка в размере 300 руб. 00 коп. 

В иске ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Советский районный суд г. Липецка в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Председательствующий: 

Мотивированное решение изготовлено в соответствии со ст. 108 ГПК РФ - 31.03.2021 г.