Дело № 2-499/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Омск

06 мая 2019 года

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе 

председательствующего судьи Петерса А.Н., 

при секретаре Старцевой Т.В.,

с участием прокурора ЦАО г. Омска 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых правоотношений, взыскании пенсионных отчислений, признании факта получения производственной травмы

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с названным иском. В обоснование исковых требований указал, что 01.05.2011 между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор, согласно которому я была принята на должность администратора в магазине по адресу: 

<

адрес>/Учебная, 152. Трудовой договор заключен на неопределенный срок. В трудовые обязанности истца входило: выполнение управленческих полномочий в помещении магазина, координирование поставщиков и арендодателей (торговые точки), составление отчетов, ведение работы с охранными организациями, постановка и снятие с охраны помещения, начисление и выдача заработной платы техническому персоналу, составление отчетов по коммунальным услугам и их оплата до 2016 года и другое. Согласно трудовому договору истец работала в соответствии с графиком, утвержденным работодателем (два дня через два), продолжительность рабочего дня составляла 8 часов, заработная плата составляла 30 000 рублей, в том числе с выплатой районного коэффициента 15%. Заработную плату истец начисляла себе сама, после чего ведомость отдавала бухгалтеру работодателя. Непосредственное место работы находилось по адресу: 

<

адрес>/Учебная. 152. Начало рабочего дня у меня начиналось с 09.00 часов и заканчивалась 21.00 час. 22.03.2013 утром около 09.00 часов истец получила производственную травму, во время перемещения по магазину на истца упали листы ДСП (2.5 метра в высоту и 5 метров в длину), которые прилегали к стене. Была вызвана скорая помощь, а также был поставлена в известность о случившемся ФИО2 Истец была госпитализирована в МСЧ № 4 бригадой скорой медицинской помощи, где был выставлен диагноз: перелом медиальной лодыжки малоберцовой кости в дистальной трети со смещением отломков, полный вывих стопы кнаружи, полный разрыв дистального межберцового синдезмоза. 22.03.2013 открыт больничный лист, который был закрыт 13.08.2013. По выходу на работу и при беседе с ИП ФИО2, истцу стало известно о том, что работодателем не был надлежащим образом оформлен и закреплен факт получения ей производственной травмы, какие-либо документы не составлялись, расследование не производилось. За период с 22.03.2013 по настоящее время состояние здоровья истца ухудшилось, в виду травматического отрыва левой стопы у меня появилась заболевание тромбофилия. Выплаты со стороны ИП ФИО2 или ФСС РФ по факту получения производственной травмы, как по больничным, так и компенсационных выплат не производилось. 27.09.2018 трудовые отношения с ИП ФИО2 прекращены, по собственной инициативе.

Истец просил суд: 

установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 в период с 01.05.2011 по 27.09.2018. в должности администратора; 

обязать ответчика внести запись в трудовую книжку о приеме на работу к ИП ФИО2; 

обязать ИП ФИО2 перечислить все страховые взносы в Пенсионный фонд РФ, фонд социального страхования и фонд медицинского страхования на мой индивидуальный лицевой счет за период с 01.05.2011г. по 27.09.2018г. исходя из суммы начисленной мне за этот период заработной платы и представить индивидуальные сведения обо мне за аналогичный период; 

Обязать ИП ФИО2 выплатить денежные средства за отпуск с периода с 01.05.2011 по 27.09.2018 в сумме 210 204,46 рублей; 

Признать травму, полученную мной, ФИО1 23.03.2013 по адресу: 

<

адрес> несчастным случаем на производстве.

Взыскать с ответчика, ИП ФИО2 в мою пользу задолженность по пособию по временной нетрудоспособности за период с 23.03.2013 года по 13.08.2013 года в размере 123 285 рублей.

Взыскать с ответчика, ИП ФИО2, денежные средства в размере 15 000 рублей, понесённые мной на оплату юридической помощи.

Взыскать с ответчика, ИП ФИО2, в мою пользу денежные средства в размере 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец, его представитель ФИО3 исковые требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении и дополнениях к нему. 

Ответчик, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебном заседании отсутствовал. Представители ответчика ФИО4 и ФИО5 иск не признали по основаниям, указанным в письменных возражениях и дополнениях к ним. 

Третьи лица – УПФ РФ по ЦАО г. Омска, ТФОМС РФ, ОРО –ФСС РФ в судебное заседание представителей не направили, извещены о его времени и месте надлежащим образом. 

Выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшей исковые требования в части компенсации морального вреда не подлежащими удовлетворению, поскольку факт причинения вреда здоровью истца действиями ответчика не нашел своего подтверждения материалами дела, исследовав и оценив доказательства, суд приходит к следующему. 

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Указанная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников.

Из приведенных в ст. 15, 56 ТК РФ определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем. 

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 ТК РФ во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 ТК РФ, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Представители ответчика ссылались на то, что истец выполняла разовые поручения ответчика на основании гражданско-правового договора, по устной договоренности в 2018 году истец оказывала ответчику услуги по обеспечению доступа в магазин, получая за это 500 рублей в день. Никаких трудовых отношений между сторонами не было оформлено. 

Суд, оценивая данный довод стороны ответчика, исходит из следующего. 

Договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), основанных на личном труде и подлежащих оплате (оплачиваемая деятельность), по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.).

Поскольку доказательств заключения договора гражданско-правового характера между сторонами суду предоставлено не было, понятие фактических гражданско-правовых отношений в Гражданском Кодексе Российской Федерации отсутствует, суд не может не учесть положения ч. 5 ст. 19.1 ТК РФ, предусматривающей, что все неустранимые сомнения трактуются в пользу наличия между сторонами трудовых отношений. 

Ответчик является собственником нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. В данном помещении расположен торговый комплекс. 

Ответчик от своего имени заключала в период с 2011 по 2018 годы договоры на предоставление коммунальных услуг с ресурсоснабжающими организациями. 

В ответ на запрос суда, АО «Омскводоканал» направил в адрес суда копию бланка лицевого счета абонента ФИО6, из которой следует, что в лицевом счете абонента в объекте ТК «Хозяюшка», расположенном по адресу: 

<

адрес> за период с 31.05.2014 по май 2015 от имени абонента расписывалась ФИО1 при этом, договор был заключен между АО «Омскводоканал» и ФИО2

В материалах дела имеется договор энергоснабжения здания, расположенного по вышеуказанному адресу, заключенный с ФИО2 Акт технической проверки от 11.11.2011, 15.05.2015, 24.03.2014, 08.07.2017, подписанных со стороны абонента ФИО1, которая указана в них как администратор. Как следует из ответа ЧОП «Маяк», которое оказывало услуги по охране вышеуказанного объекта ФИО2, постановка на охрану и снятие с охраны объекта в 2018 году осуществлялось кодом, присвоенным ФИО1

Указанные документы получены судом от третьих лиц, не имеющих никого отношения к истцу, не доверять им у суда не имеется никаких оснований. 

Учитывая изложенное, показания свидетелей со стороны истца согласуются с вышеприведенными доказательства, и при оценке их в совокупности с вышеуказанными доказательствами, суд не имеет оснований считать их недостоверными. 

При этом, работодатель, не оформивший трудовые отношения с работником надлежащим образом, несет риски того, что не сможет доказать наличие иных условий труда, в отличие от тех, которых заявил истец.

Учитывая то, что в силу положений ст. 56-57 ТК РФ, работодатель обязан обеспечить работника работой на условиях нормальной продолжительности рабочего времени, у суда нет оснований считать, что истец работал на иных условиях, отличных от нормальной продолжительности рабочего времени. Доказательств обратного стороной ответчик не предоставлено.

Суд не принимает и довод ответчика о том, что ФИО2 не вела никакой деятельности в здании, поскольку сдавала его в аренду. По мнению суда, особенности оформления имущественных прав на здания не касаются рассматриваемого спора, а имеющиеся в деле доказательства с достоверностью подтверждают тот факт, что именно ответчик осуществляла эксплуатацию этого здания, а истец действовала от ее имени в отношениях с третьими лицами. 

Истец приложила к иску переписку с ФИО7, которая оказывала ответчику услуги по ведению бухгалтерского учета. Сама ФИО7 пояснила в суде, что истец оказывала ответчику разовые услуги. 

Изложенное по мнению суда с достоверностью подтверждает тот факт, что истец действовала в интересах ответчика и по его поручению в период с 2011 по 2018 годы. Учитывая отсутствие заключенного между сторонами гражданско-правового договора, а также принимая во внимание презумпцию трудовых отношений, суд считает доказанным факт наличия трудовых отношений, возникших на основании допуска ответчиком истца к работе. 

Судом по ходатайству стороны ответчика была назначена судебная экспертиза трудового договора, предоставленного истцом. Как следует из заключения эксперта, подпись от имени ФИО2 выполнена ФИО2, при этом подпись не выполнена истцом. Рукописная подпись от имени ответчика выполнена не ранее февраля 2017 года и не позднее августа 2018 не соответствует дате указанной в документе. 

Стороной ответчика была заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы, со ссылкой на то, что подпись от имени ответчика исполнена бухгалтером ФИО2 – ФИО7 При этом, ФИО7 в судебном заседании пояснила, что договор подписан ею по просьбе истца. Суд отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы, поскольку не доверять заключению эксперта у суда оснований не имеется. 

При этом, суд не может не отметить, что ответчик до назначения экспертизы умолчал о факте подписания договора от имени ответчика третьим лицом, только ознакомившись с заключением эксперта, ответчик стал ссылаться на указанный факт. 

При этом, во всяком случае, заключение эксперта само по себе не является решающим доказательством наличия между сторонами трудовых отношений, по мнению суда, факт трудовых отношений с достаточной полнотой подтвержден имеющимися в деле доказательствами. 

Однако, суд не может не учесть вывод эксперта о том, что дата в договоре не соответствует фактической. Данный вывод не может подтвердить размер заработной платы за период с 2011 по 2017 годы и возникновение трудовых отношений на основании трудового договора в 2011 году. Трудовые отношения возникли, по мнению суда, на основании фактического допуска работника к работе. 

Таким образом, суд считает, что факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком в должности администратора нашел свое подтверждение в материалах дела.

Определяя размер заработной платы истца, суд исходит из установленного факта ее работы в должности администратора. Учитывая то, что истец выполняла трудовую функцию администратора, у суда нет оснований для определения ее труда как неквалифицированного и определения размера ее заработной платы с учетом МРОТ. 

При определении размера заработной платы суд исходит из общедоступных данных по номинальной заработной плате по Омской области, расположенных на сайте Федеральной службы государственной статистики (http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/wages/). 

С учетом приведенных данных, суд считает возможным определить заработную плату истца за 2011-2016 годы в размере 20 000 рублей в месяц, за 2017-2018 годы в размер 30 000 рублей в месяц. 

В соответствии с ч. 1 ст. 127 ТК РФ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Учитывая то, что сторона ответчика отрицала факт трудовых отношений, требования истца в этой части подлежат удовлетворению в заявленном размере. Расчет истцом произведен верно, исходя из заработной платы истца в 30 000 рублей.

Вместе с тем, суд не находит основания для удовлетворения требований истца в части признания травмы, полученной мной, ФИО1 23.03.2013 по адресу: 

<

адрес> несчастным случаем на производстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 227 ТК РФ, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Истец, доказывая факт несчастного случая, ссылается на то, что 22.03.2013 утром около 09.00 часов истец получила производственную травму, во время перемещения по магазину на истца упали листы ДСП (2.5 метра в высоту и 5 метров в длину), которые прилегали к стене. Была вызвана скорая помощь, а также был поставлена в известность о случившемся ФИО2 Истец была госпитализирована в МСЧ № 4 бригадой скорой медицинской помощи, где был выставлен диагноз: перелом медиальной лодыжки малоберцовой кости в дистальной трети со смещением отломков, полный вывих стопы кнаружи, полный разрыв дистального межберцового синдезмоза.

При этом, в предоставленной медицинской документации, обстоятельства несчастного случая приведены только со слов истца. Согласно ответу БУЗОО «ССМП» карта вызова скорой помощи была уничтожена с истечением срока хранения. Иных доказательств, с достоверностью подтверждающих обстоятельства получения травмы при обстоятельствах указанных истцом суду предоставлено не было. В связи с тем, что несчастный случай был предварительно квалифицирован как легкий, участия ГИТ по Омской области в расследовании не являлось обязательным. Истец не предприняла никаких действий по возбуждению процедуры расследования несчастного случая на производстве. Таким образом, учитывая давность получения истцом травмы и отсутствие достоверных доказательств получения истцом травмы при указанных ей обстоятельствах, суд не имеет оснований считать факт получения истцом травмы при указанных истцом обстоятельствах недоказанным. 

Вместе с тем, в связи с тем, что факт трудовых отношений был установлен судом, требования истца о взыскании оплаты за период нетрудоспособности за период с 23.03.2013 года по 13.08.2013.

В соответствии с правилами, приведенными в Федеральном законе от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» и Постановлении Правительства РФ от 15.06.2007 № 375 Об утверждении Положения об особенностях порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», для расчета пособия по временной нетрудоспособности необходимо заработок работника за 2 предшествующих года разделить на 730, применить коэффициент в 80 процентов (если страховой стаж составляет от 5 до 8 лет) и умножить на число дней временной нетрудоспособности. 

Исходя из того, что число дней болезни составляет 144 дня, страховой стаж с учетом трудовой книжки и периода трудовых отношений у ответчика составляет менее 8 лет (80 процентов), а суммарный заработок за два года с учетом заработной платы в 20 000 рублей в месяц составляет 480 000 рублей, расчет среднего заработка будет выглядеть следующим образом:

480 000 / 730 = 657,53 рубля

657,53 х 80 % = 526,02 рубля

562,02 х 144 = 53 053 рубля.

Ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Суд не принимает указанный довод в силу следующего. 

В рассматриваемом случае срок, предусмотренный ст. 392 ТК РФ необходимо исчислять с момента установления факта трудовых отношений – то есть с момента вынесения решения судом. В соответствии со ст. 208 ГК РФ, на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина исковая давность не распространяется. 

В соответствии со статьей 237 ТК РФ, в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установлено, со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, что в силу положений ст. 237 ТК РФ является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

С учетом фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать в пользу истца с ответчика в качестве компенсации морального вреда 7 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Учитывая сложность дела, объем проделанной представителем работы, суд считает возможным взыскать с ответчиков а в пользу истца в равных долях в счет оплаты услуг представителя 15 000 рублей.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход бюджета г. Омска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 835 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 за период с 01.05.2011 по 27.09.2018 в должности администратора.

Обязать ИП ФИО2 внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу и увольнении. 

Обязать ИП ФИО2 перечислить все страховые взносы в Пенсионный фонд РФ, фонд социального страхования и фонд медицинского страхования на мой индивидуальный лицевой счет за период с 01.05.2011г. по 27.09.2018г. исходя из суммы начисленной мне за этот период заработной платы и представить индивидуальные сведения обо мне за аналогичный период.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск с 01.05.2011 по 27.09.2018 в сумме 210 204,46 рублей.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по пособию по временной нетрудоспособности за период с 23.03.2013 года по 23.08.2013 года в размере 53 053 рублей.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 7 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 15 000 рублей в счет расходов на оплату представителя.

Взыскать с ИП ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета г. Омска 5 835 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Омска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья

А.Н. Петерс

Решение в окончательной форме принято 13 мая 2019 года. 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>