22-256/2023 судья ФИО5

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Рязань 12 апреля 2023 года

Рязанский областной суд в составе:

председательствующего судьи – Харламова Н.М.,

с участием прокурора апелляционно-кассационного отдела уголовно–судебного управления прокуратуры Рязанской области – Алехиной О.Н.,

осужденного ФИО5,

защитника осужденного - адвоката Агапова А.Н.,

потерпевших ФИО2 и ФИО3

представителя потерпевших – адвоката Загария А.С.

при секретаре судебного заседания Титовой Е.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвоката Агапова А.Н. в защиту интересов осужденного ФИО5, апелляционному представлению заместителя прокурора Рязанской области ФИО14 на приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15 декабря 2022 года, которым:

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, со средним общим образованием, холостой, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

скрыто>», ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 (Два) года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (Два) года 6 месяцев.

На основании положений ст.75.1 УИК РФ осужденный обязан в срок не позднее 10 суток с момента вступления приговора в законную силу явиться в территориальный орган ФСИН России по месту жительства для вручения предписания о направлении к месту отбывания наказания, куда ему надлежит следовать самостоятельно.

Начало исчисления срока отбывания ФИО5 наказания в виде лишения свободы постановлено считать со дня прибытия осужденного в колонию-поселение с зачетом времени следования к месту отбывания наказания.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять в соответствии с положениями ч.4 ст.47 УК РФ с момента отбытия основного вида наказания.

Избранная в отношении ФИО5 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 к ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, – удовлетворен частично.

Взыскано с ФИО5 в пользу ФИО2 в возмещение морального вреда, причиненного преступлением, 250 000 (Двести пятьдесят тысяч) рублей, в остальной части иска отказано.

Гражданский иск потерпевшей ФИО3 к ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, – удовлетворен частично.

Взыскано с ФИО5 в пользу ФИО3 в возмещение морального вреда, причиненного преступлением, 250 000 (Двести пятьдесят тысяч) рублей, в остальной части иска отказано.

Управлению Судебного департамента в Рязанской области постановлено выплатить потерпевшей ФИО3 понесенные ею процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 50000 (Пятьдесят тысяч) рублей.

Финансовой службе органа предварительного расследования постановлено выплатить потерпевшей ФИО3 понесенные ею процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 50000 (Пятьдесят тысяч) рублей.

В части взыскания расходов, понесенных в связи с проведением экспертного исследования от ДД.ММ.ГГГГ в размере 30000 рублей - отказано. 

Взыскано с осужденного ФИО5, понесенные потерпевшей ФИО3 процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 100000 (Сто тысяч) рублей в доход федерального бюджета. 

Приговором суда, в соответствии со ст. 81 УПК РФ, по делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного ФИО5 и адвоката Агапова А.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение потерпевших ФИО2 и ФИО3, их представителя - адвоката Загария А.С., прокурора Алехиной О.Н., поддержавших апелляционное представление, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО5 признан виновным в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре. 

Подсудимый ФИО5 свою вину в совершении вышеуказанного преступления не признал, от дачи показаний по существу предъявленного обвинения в судебном заседании отказался, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции Российской Федерации, свои показания, данные на предварительном следствии, подтвердил.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Агапов А.Н. в защиту интересов осужденного ФИО5 просит приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15 декабря 2022 года в отношении ФИО5 отменить, уголовное дело вернуть прокурору.

Считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, с существенными нарушениями уголовно-процессуального права, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания. Согласно ст.302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. При этом, суду надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. 

Указывает, что выводы суда, изложенные в обжалуемом приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку они либо не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, либо содержат существенные противоречия, либо основаны на противоречивых доказательствах.

Полагает, что суд в судебном решении не раскрыл существо и содержание непосредственно в суде рассмотренных доказательств, не дал анализ непосредственной причинной связи между исследованным в судебном заседании доказательствами и теми обстоятельствами, которые подлежали доказыванию и были описаны судом в установочной (описательной) части судебного решения.

В ходе судебного следствия было установлено, что пешеход ФИО4 выбежал на проезжую часть из-за препятствия в виде припаркованных автомобилей вдоль правого края дороги, что ограничивало возможность водителю обнаружить пешехода на более ранней стадии его движения. И как скорость движения автомобиля могла повлиять на реакцию водителя, стороне защиты непонятно, так как скорость автомобиля может повлиять только на увеличение остановочного пути транспортного средства. 

Считает, что в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ имеются выводы, противоречащие друг другу. При этом суд необоснованно отверг категоричные выводы эксперта о том, что водитель ФИО5 не имел технической возможности остановиться до линии движения пешехода, приняв предположительный ответ о том, что пешеход мог выйти из опасной зоны, если бы автомобиль двигался со скоростью 60 км/ч.

Судом принят ответ экспертов о том, что выполняется условие, при котором пешеход будет иметь возможность покинуть опасную зону, исключив контакт с автомобилем, произведенный с нарушением методических рекомендаций.

Считает, что на предварительном следствии, так и в суде первой инстанции, достоверно не установлена скорость автомобиля под управлением ФИО5

Кроме того, судом было установлено, что автомобиль под управлением водителя ФИО5 в момент наезда на пешехода ФИО4 смещается вправо, что подтверждается видеозаписью с камер наружного видеонаблюдения с фасадной части 

<

адрес> А по 

<

адрес>. 

Судом необоснованно было отказано в ходатайстве стороны защиты о признании недопустимым доказательством заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенное экспертом ЭКЦ УМВД России по Рязанской области ФИО18 с нарушением методических рекомендаций и грубыми математическими ошибками.

Обоснованность и достоверность установленного расстояния экспертом ФИО18 в рамках произведенной им экспертизы, не представляется возможным, что противоречит ст.8 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-Ф3 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", и является основанием для признания данного доказательства недопустимым.

Кроме того в основу приговора положены недопустимые доказательства, а именно: протокол дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. При этом действия, зафиксированные на видеозаписи, не соответствуют протоколу дополнительного осмотра. В качестве понятых, согласно протоколу дополнительного осмотра, привлечены ФИО11 и ФИО12 Однако на видеозаписи, на которой запечатлено следственное действие от начала и до конца, участников женского рода, принимающих участие в осмотре, нет. Более того, в осмотре участвуют лица, которые не занесены в протокол следственного действия, а именно инспектор ДПС и заместитель начальника отдела № СЧ СУ УМВД России по Рязанской области ФИО13

Также, в качестве доказательств виновности ФИО5, судом в приговоре изложены два протокола следственных экспериментов от ДД.ММ.ГГГГ Однако, данные протоколы следственных действий не соответствуют требованиям ст.181 УПК РФ и являются недопустимыми доказательствами.

Автор апелляционной жалобы не согласен с решением суда о частичном удовлетворении исковых требований потерпевших ФИО2 и ФИО3 в размере по 250 000 рублей в пользу каждого, поскольку, в суде было установлено, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 добровольно был возмещен причиненный вред в размере 3 000 000 рублей, что подтверждается копией его расписки (том №, л.д.161), в которой потерпевший указал, что материальный и моральный вред компенсирован ему и его семье в полном объеме. Более того, потерпевший ФИО2 в ходе его допроса в суде подтвердил, что вред, причиненный ФИО5 в результате преступления, ему и его семье компенсирован выплаченной суммой в размере 3 000 000 рублей, которую он считает достаточной. Также потерпевшая ФИО3 подтвердила, что её супруг ФИО2, принимая деньги от ФИО5, действовал в интересах всей семьи.

Вывод суда о том, что материальный ущерб, причиненный в результате преступления потерпевшим, составляет 500 000 рублей, является необоснованным и не подтвержденным материалами уголовного дела. Потерпевшими не было представлено ни одного доказательства о том, что им в результате дорожно-транспортного происшествия был причинен материальный ущерб в размере 500 000 рублей. В данном случае решение суда противоречит Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. №55 "О судебном приговоре", из которого следует, что во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Рязанской области ФИО14 считает, что приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15.12.2022 не отвечает требованиям ч. 1 ст. 297 УПК РФ, постановлен с неправильным применением уголовного закона.

Указывает, что судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО5, учтено на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение морального и материального вреда потерпевшим, причиненного в результате совершения преступления, выразившееся в передаче потерпевшему ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ - 3 000 000 рублей. В тоже время по данному уголовному делу судом частично удовлетворен гражданский иск потерпевших в части возмещения морального вреда, причиненного преступлением. В пользу каждого из потерпевших ФИО2, ФИО3 с ФИО5 взыскано по 250 000 рублей. Таким образом, у суда отсутствовало основание для применения п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, поскольку моральный вред, причиненный потерпевшим преступлением, не был компенсирован в полном объеме, а частичная компенсация должна была учитываться на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Полагает, что допущенные при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО5 нарушения, выразившиеся в неправильном применение уголовного закона при разрешении вопроса о наличии смягчающих наказание обстоятельств, являются основанием для изменения приговора.

Просит приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15.12.2022 в отношении ФИО5 изменить, исключить признание в качестве обстоятельства, смягчающего наказание п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признать на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, частичное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, усилить назначенное ФИО5 наказание до 2 лет 8 месяцев лишения свободы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть должен быть постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. 

Согласно ст. 87, 88 УПК РФ проверка доказательств производится путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Судом исследованы представленные сторонами доказательства и разрешены по существу заявленные ходатайства в соответствии с требованиями ст. 256 УПК РФ.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО5 в совершении инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, основан на доказательствах, имеющихся в материалах дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании в порядке ст. 240 УПК РФ и получивших надлежащую и мотивированную оценку.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Несмотря на не признание вины осужденным ФИО5, и отрицание иных обстоятельств совершения преступления, судом на основании совокупности собранных по делу и проверенных в ходе судебного разбирательства доказательств, с учетом позиции осужденного в ходе судебного заседания, показаний потерпевших, свидетелей, экспертов, данных, содержащихся в протоколах следственных действий, заключениях экспертов, с достаточной полнотой установлены обстоятельства совершенного осужденным преступления, и сделан правильный вывод о виновности ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы в приговоре суда содержится объективная оценка показаний ФИО5, приведены доказательства, опровергающие его показания, и указывающие на причастность к совершению инкриминируемого преступления. О совершении ФИО5 инкриминируемого преступления свидетельствует совокупность исследованных в ходе судебного следствия доказательств.

Из показаний потерпевших ФИО2 и ФИО3 следует, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходился им сыном. ДД.ММ.ГГГГ, они узнали, что ФИО4 попал в ДТП возле их дома и погиб. 

Свидетель ФИО15 в суде и на следствии показал, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 18 часов 55 минут он стоял у кафе «Автосуши», расположенном в 

<

адрес>, лицом в направлении к дому № №» по 

<

адрес>. В указанное время он увидел, как по проезжей части напротив 

<

адрес> «

<

адрес>» по 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес>, по правой полосе ближе к припаркованным у правого (по ходу движения в сторону 

<

адрес>) края проезжей части автомобилям, двигается автомобиль «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №. В этот момент, со стороны 

<

адрес> «А» по 

<

адрес>, в районе въезда-выезда, ведущего к указанному дому, начал перебегать проезжую часть 

<

адрес>, справа - налево по ходу движения автомобиля «Фольксваген Поло» пешеход - мальчик, на которого автомобиль «Фольксваген Поло» совершил наезд передней частью своего кузова. 

Свидетель ФИО16, показала, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 18 часов 55 минут она находилась в своем личном автомобиле «KIA RIO», государственный регистрационный знак №, который был припаркован напротив 

<

адрес> «А» по 

<

адрес>, вдоль правого (по ходу движения со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>) края проезжей части 

<

адрес>, который передней частью кузова направлен в сторону вышеуказанного дома. Мимо ее автомобиля со стороны водительской двери прошел мальчик, на вид 10-12 лет. После чего она начала движение задним ходом в направлении 

<

адрес> выехав из-за припаркованных у правого края проезжей части транспортных средств на проезжую часть 

<

адрес> она остановилась и посмотрела в боковое зеркало своего автомобиля и увидела, как со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> движется автомобиль «Фольксваген Поло», который ехал мимо нее на большой скорости. Затем она услышала звук удара с проезжей части 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> чего она выехала на половину проезжей части, предназначенную для движения в направлении 

<

адрес>, и продолжила движение в направлении 

<

адрес> въезд-выезд, ведущий к дому № «А» по 

<

адрес>, увидела, что на проезжей части 

<

адрес>, передней частью направленной в сторону 

<

адрес> стоит со включенной аварийной сигнализацией автомобиль «Фольксваген Поло», который ранее опередил ее стоящий автомобиль, а на левом краю проезжей части, лежащего мальчика, который до происшествия проходил мимо ее автомобиля; 

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, были установлены прижизненные телесные повреждения на различных анатомических частях тела погибшего ФИО4, а также указана причина его смерти - сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся острой массивной кровопотерей, которая состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и относится к категории тяжкого вреда, причиненного здоровью человека.

Дополнительным заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, было установлено, что возможность образования всех вышеуказанных повреждений у ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в условиях дорожно-транспортного происшествия, не исключается.

Протоколами следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, было установлено расположение пешехода ФИО4 на проезжей части 

<

адрес> в момент начала его движения по проезжей части (пересечения им проезжей части) 

<

адрес> 

<

адрес>, непосредственно перед наездом на него автомобилем «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №., а также в момент наезда на него автомобилем «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому средняя скорость движения автомобиля «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №, который отображен на видеозаписи в период с «18:54:34» по «18:54:35» по показаниям временно-числового маркера, согласно видеозаписи в файле «Новоселов Вход_№№.av» (ВГ2, на участке с кадра № по кадр №) и представленным материалам уголовного дела, составляет 99 км/ч.

В ходе дополнительного осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, была дополнительно осмотрена флэш-карта «Lexar» с участием эксперта ЭКЦ УМВД России по Рязанской области ФИО17, на которой содержится файл с наименованием «DRV_2020_03_13_18_51_34», а также компакт-диск, полученный в ООО «

<

скрыто>», на которых зафиксирован момент наезда автомобилем на пешехода ФИО4 Установлено, что время, прошедшее с момента появления силуэта малолетнего ФИО27. (полностью) из-за габаритов автомобиля «KIA RIO», государственный регистрационный знак № до момента наезда на него автомобилем «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №, составляет 1,12 секунды.

Заключением экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ года, установлено, что при скорости движения автомобиля «Фольксваген Поло» в 60 км /час, и нахождении пешехода в опасной зоне 1,12 с., выполняется условие, при котором пешеход будет иметь возможность покинуть опасную зону, исключив контакт с автомобилем.

Судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела были исследованы и другие доказательства, которые подробно изложены в приговоре суда, им дана оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Каких-либо данных о заинтересованности со стороны потерпевших и свидетелей обвинения при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора ими ФИО5, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые могли повлиять на выводы суда о виновности осужденного и правильность применения уголовного закона, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доказательства, положенные судом первой инстанции в основу обвинительного приговора, отвечают требованиям относимости и допустимости, получены без нарушений действующего уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем, после надлежащей их оценки в совокупности, суд обоснованно принял их как достоверные, подтверждающие виновность осужденного в совершении преступления.

Судом первой инстанции дана подробная оценка всем установленным по делу обстоятельствам, в том числе действиям пешехода ФИО4, а также всей дорожной обстановке, которая имелась в период ДТП. 

Вопреки доводам жалобы заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д. №) произведено без каких-либо нарушений УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-Ф3 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Противоречий в выводах экспертов не имеется, ответы на поставленные вопросы экспертами даны с учетом заданных вопросов, материалов уголовного дела, а также заданных условий. 

Конкретная формулировка ответа на поставленные вопросы следствия, относится к компетенции эксперта, проводившего исследование. В данном случае, ответы экспертов на постановленные вопросы, являются ясными и понятными.

Каких-либо противоречий, в заключении экспертов не усматривается. Судом были оценены выводы указанного заключения экспертов, в совокупности с иными исследованными по делу доказательствами и дана оценка, не согласится с которой у суда апелляционной инстанции, оснований не имеется. 

Средняя скорость движения автомобиля под управлением ФИО5, равная 99 км/час, была установлена в ходе судебного следствия и подтверждается выводами заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д.№), показаниями эксперта ФИО17, а также выводами дополнительной комиссионной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д. №), в исследовательской части которой имеются расчеты экспертов и установлено, что скорость движения автомобиля ФИО5, погашенная торможением определена в 99 км/час.

Таким образом, какой-либо неопределенности в части установленной скорости движения автомобиля «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак 

<

***> не имеется и доводы жалобы в данной части суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Приведенное заключение экспертов основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Доводы защитника в жалобе о том, что заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д. №) является недопустимым доказательством, поскольку проведено экспертом с нарушением методических рекомендаций и грубыми математическими ошибками, также следует признать несостоятельными. 

В ходе судебного следствия судом был допрошен эксперт ФИО18, который пояснил, что им были допущены математические ошибки при вычислении по формулам, имеющимся в методических рекомендациях, которые были им применены, данные математические ошибки повлияли на его выводы. 

Вместе с тем в приговоре суд дал оценку как показаниям эксперта ФИО18, так проведенному им экспертному заключению, которые признал достоверными в части определенных выводов. 

В данном случае оснований для признания указанного заключения эксперта недопустимым доказательством у суда не имелось, поскольку оно было получено с соблюдением норм УПК РФ. Допущенные же экспертом ошибки и неточности в математических расчетах, подлежали оценке наряду с иными доказательствами по делу, что и было сделано судом в приговоре.

В данном случае, проведенная судом оценка выводов эксперта в заключении и его показаний в судебном заседания, является объективной, правильной и сомнений не вызывает.

Опровергая доводы апелляционной жалобы защитника, в части недопустимости протоколов дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.№), от ДД.ММ.ГГГГ (т№), от ДД.ММ.ГГГГ (т.№), суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что указанные доводы были предметом проверки в суде первой инстанции и им дана надлежащая оценка.

Так, судом обоснованно установлено и отражено в приговоре, что указанные протоколы дополнительного осмотра места происшествия составлены уполномоченным должностным лицом с соблюдением требований ст. 166, 167, 170, 177, 180 УПК РФ. Следователем ФИО19 применялись технические средства фиксации хода и результатов следственных действий. В таких случаях в силу п. 1.1 ст. 170 УПК РФ участие понятых является необязательным.

Также судом обоснованно отмечено, что факт проведения следственных действий ДД.ММ.ГГГГ подтверждается приобщенным в качестве вещественного доказательства к материалам дела видеозаписью с камер видеонаблюдения. 

Привлечение следователем для производства следственных действий иных лиц, в числе которых следователь ФИО20, следователь ФИО21, не свидетельствует о нарушении норм УПК РФ, поскольку оказание помощи в осуществлении измерений, как и сам по себе факт нахождения их, а также заместителя начальника отдела № СЧ СУ УМВД России по Рязанской области ФИО13, инспектора ДПС на месте осмотра, нельзя расценивать как нарушение норм УПК РФ.

Данных о нарушении гарантированных Конституцией РФ прав человека и гражданина или установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств, а также о получении доказательств ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами, нет.

Таким образом, следственные действия в виде осмотров места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.№), от ДД.ММ.ГГГГ (т.№), от ДД.ММ.ГГГГ (т.№) произведены законно, процессуальных нарушений при их проведении не усматривается.

Вопреки доводам жалобы, привлечение к участию в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.№ специалиста ФИО22, без предупреждения его об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ, не является нарушением норм УПК РФ, и не влечет признание указанного доказательства недопустимым. 

В силу ч.1 ст. 58 УПК РФ специалист - лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Согласно ч.5 ст. 164 УПК РФ следователь, привлекая к участию в следственных действиях участников уголовного судопроизводства, указанных в главах 6 - 8 настоящего Кодекса, удостоверяется в их личности, разъясняет им права, ответственность, а также порядок производства соответствующего следственного действия. Если в производстве следственного действия участвует потерпевший, свидетель, специалист, эксперт или переводчик, то он также предупреждается об ответственности, предусмотренной статьями 307 и 308 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Следователь вправе привлечь к участию в следственном действии специалиста в соответствии с требованиями части пятой статьи 164 настоящего Кодекса. Перед началом следственного действия, в котором участвует специалист, следователь удостоверяется в его компетентности, выясняет его отношение к подозреваемому, обвиняемому и потерпевшему, разъясняет специалисту его права и ответственность, предусмотренные статьей 58 настоящего Кодекса. (ч.1,2 ст. 168 УПК РФ)

Согласно ст. 307 УК РФ уголовная ответственность предусмотрена за заведомо ложные показание свидетеля, потерпевшего, либо заключение или показание эксперта, показание специалиста, а равно заведомо неправильный перевод в суде либо при производстве предварительного расследования.

По смыслу указанных правовых норм, специалист может быть привлечен к уголовной ответственности лишь за дачу заведомо ложных показаний, либо заключений. В данном случае, при производстве следственного действия – осмотра места происшествия, к производству которых органами предварительного расследования привлекался специалист, не связан с дачей им показаний или заключений.

Таким образом, необходимости специального предупреждения, в данном случае специалиста, об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ не требовалось, т.к. его участие в указанных следственных действиях не предполагало дачу заключения или показаний, ответственность за заведомую ложность которых предусматривается названной статьей уголовного закона.

Вопреки доводам жалобы, порядок производства дополнительных осмотров места происшествия соответствует требованиям УПК РФ.

В протоколе дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ указано на применение технических средств, в том числе и участвующим специалистом ФИО22 Вопреки доводам жалобы указано, как было применено техническое средство и для чего оно применялось. Приобщение к протоколу следственного действия, документов, содержащих информацию об инвентарном номере и поверке прибора, законом не предусмотрено. 

Органом предварительного следствия требования ч. 8 ст. 166 УПК РФ при осмотре места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ выполнены, применялось техническое средство в виде фотокамеры телефона, о чем имеется отметка в протоколе осмотра. Кроме того, к протоколу осмотра приложена фото-таблица, которая содержит фотоснимки осмотренного места происшествия.

В данном случае, приобщение к протоколу осмотра фотографических негативов, при наличии фото-таблицы, является излишним. 

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» при рассмотрении ходатайства стороны о признании доказательств недопустимыми в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 75 УПК РФ суд должен выяснять, в чем конкретно выразилось нарушение требований уголовно-процессуального закона. 

Доказательства признаются недопустимыми, в частности, если были допущены существенные нарушения установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка их собирания и закрепления, а также, если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Вынесение частного постановления в адрес следователя в связи с допущенными им процессуальными нарушениями при собирании доказательств, не влечет признания указанных доказательств недопустимыми, поскольку не всякое нарушение требований УПК РФ, является основанием для признания их недопустимыми. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, протоколы следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами, получили оценку в совокупности с иными доказательствами.

Как следует из материалов уголовного дела, следственные эксперименты проведены в соответствии с требованиями ст. 181 УПК РФ, на месте дорожно-транспортного происшествия. Антропометрические данные (рост) статиста ФИО23 совпадали с данными погибшего ФИО4 

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО5 не имеется. Его вина была установлена совокупностью исследованных по делу доказательств, полученных в установленном законом порядке. 

В судебном заседании осужденный ФИО5 правильно ориентировался в судебной ситуации и принимал активное участие в исследовании доказательств по делу, при отсутствии каких-либо сомнений в его способности осознавать окружающую обстановку и адекватно реагировать на происходящие события. Учитывая изложенное, суд первой инстанции, признал его вменяемым по отношению к инкриминируемому ему деянию.

Судом, с учетом исследованных материалов уголовного дела, было принято во внимание, что ФИО5 по прежнему месту учёбы (МБОУ «Школа №»), характеризуется положительно. Является почетным волонтером школы, принимая участие в областных и городских волонтерских проектах, таких как «Бессмертный полк», «Георгиевская ленточка», и ряде других. ФИО5 является активным участником областного лагеря актива детских общественных объединений Рязанской области, членом Рязанского отделения общественной организации «Российский союз молодежи», имеет высокие результаты в различных конкурсах социальной направленности. ФИО1 пользуется заслуженным авторитетом среди сверстников, к старшим относится с уважением, положительные характеристики из РОО «Объединение педагогических отрядов Рязанской области», АНО «Пламенный» и РООО «РСМ». По месту учёбы 

<

скрыто>») ФИО5 зарекомендовал себя с положительной стороны, проявляя интерес к учебе, являясь дисциплинированным и ответственным студентом. Принимает активное участие в общественной жизни университета, участвует в волонтерском движении.

Кроме этого, судом было учтено, что ФИО5 привлекался к административной ответственности по ч.3.1 ст.12.5 КоАП РФ (ДД.ММ.ГГГГ), ч.3.1 ст.12.5 КоАП РФ (ДД.ММ.ГГГГ), ч.1 ст.12.5 КоАП РФ (ДД.ММ.ГГГГ), за совершение которых ему назначалось наказание в виде штрафа.

В качестве смягчающих наказание осужденного ФИО5 обстоятельств суд обоснованно в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ учел принесение извинений потерпевшим ФИО2 и ФИО3, наличие заболеваний у подсудимого ФИО5 и его матери, с которой он совместно проживает, нарушение потерпевшим ФИО4 п.4.3 Правил Дорожного движения РФ, а также положительные характеристики осужденного по месту жительства, по прежнему месту обучения в школе, а также в институте и по месту осуществления волонтерской деятельности.

Также было признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства, в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, добровольное возмещение морального и материального вреда потерпевшим, причиненного в результате преступления, что, по мнению суда первой инстанции, подтверждено распиской потерпевшего ФИО2 о получении им 3000000 рублей от ФИО5 в счет возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда. 

По смыслу п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ применение льготных правил назначения наказания может иметь место в случае, если имущественный ущерб и моральный вред возмещены потерпевшему в полном объеме.

Частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда может быть признано судом обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ.

В данном случае, как следует из протокола судебного заседания, потерпевшие в ходе судебного следствия заявили о том, что имущественный ущерб от преступления в сумме 500000 рублей, (то есть часть суммы от полученных потерпевшим ФИО2 3 000 000 рублей) был возмещен им в полном. 

При этом, потерпевшие также заявили, что моральный вред от преступления им полностью не возмещен, заявив гражданский иск о возмещении каждому потерпевшему дополнительно по 5 000 000 рублей компенсация морального вреда. 

Анализирую сложившуюся ситуацию, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающего наказание обстоятельства, может иметь место при полной компенсации, как имущественного ущерба, так и морального вреда одновременно. Частичная компенсация хотя бы одного из двух составляющих, влечет невозможность признания смягчающим наказание обстоятельством п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ. 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в данном случае при полном возмещении имущественного ущерба и частичной компенсации морального вреда, у суда отсутствовало основание для применения положений п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает возможным исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение морального и материального вреда потерпевшим.

Вместе с тем, добровольное возмещение имущественного ущерба и частичное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, подлежат признанию в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Также следует отметить, что апелляционное представление, несмотря на просьбу об исключении из приговора указания на признание смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение морального и материального вреда потерпевшим, не содержит просьбу об исключении из приговора ссылки на применение положений ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО5, в связи с чем, в силу ст. 38924, суд апелляционной инстанции лишен возможности по собственной инициативе ухудшить положение осужденного.

Отягчающих наказание ФИО5 обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел. 

Как основное, так и обязательное дополнительное наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия смягчающих обстоятельств.

Все заслуживающие внимания обстоятельства учтены судом при решении вопроса о назначении ФИО5 наказания, оснований для смягчения или усиления которого суд апелляционной инстанции не находит, полагая его справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденного, чрезмерно мягким оно не является, определено в пределах санкции ч.3 ст. 264 УК РФ, с учетом требований ст. 6, 43, 60 УК РФ. 

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что признание добровольного возмещения имущественного ущерба и частичного возмещения морального вреда, причиненного в результате преступления, в качестве смягчающего наказание обстоятельства по п.2 ст. 61 УК РФ, а не в силу п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, не влечет оснований для усиления назначенного ФИО5 наказания, которое назначено с учетом всех установленных обстоятельств и является справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденного.

Осужденный совершил преступление средней тяжести, допустив при этом нарушение правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть малолетнего ФИО4

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цели наказания, предусмотренные УК РФ, а именно – восстановление социальной справедливости, исправление ФИО5, допустившего нарушение правил дорожного движения, предупреждение совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты только при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы, то есть в условиях изоляции его от общества, и не нашел оснований для применения в отношении него положений ст. 73 УК РФ.

С данным выводом соглашается суд апелляционной инстанции. 

В приговоре суд мотивировал свои выводы о невозможности изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также применения положений ст. 64 УК РФ.

Вид исправительного учреждения ФИО5 определен правильно – колония-поселение. Оснований для назначения наказания в колонии общего режима, суд апелляционной инстанции не находит.

Гражданский иск потерпевших судом рассмотрен с соблюдением требований закона. Сумма компенсации морального вреда, взысканная с осужденного в пользу потерпевших, с учетом частичной компенсации морального вреда в ходе предварительного следствия, соответствует степени причиненных им нравственных страданий и определена в строгом соответствии с требованиями ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ.

Разрешая гражданский иск потерпевших в части возмещения морального вреда, суд первой инстанции правильно оценил имеющуюся в деле расписку (т.1 л.д.161). 

Из содержания расписки следует, что в ней указана единая сумма, полученная потерпевшими от ФИО5 в счет возмещения имущественного ущерба и морального вреда. При оценке содержания расписки, суд принял во внимание пояснения сторон по делу и правильно определил сумму компенсации морального вреда, в пользу каждого потерпевшего. Указанная сумма является разумной и справедливой и оснований для ее снижения или увеличения не усматривается.

Вопрос о процессуальных издержках по настоящему делу решен судом в строгом соответствии со ст. 131, 132 УПК РФ.

Вопросы об исчислении срока, как основного, так и дополнительного наказания, мере пресечения, вещественных доказательствах разрешены судом первой инстанции верно.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15 декабря 2022 года в отношении ФИО5 – изменить.

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение морального и материального вреда потерпевшим, причиненного в результате преступления.

- признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч. 2 ст. 61 УК РФ, добровольное возмещение имущественного ущерба и частичное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления.

В остальной части приговор Октябрьского районного суда г. Рязани от 15 декабря 2022 года в отношении ФИО5 – оставить без изменения.

Судебное решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции (г. Москва) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Н.М. Харламов