Дело № 2-1777/2021г.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

25 июня 2021 года г. Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Надбитовой Г.П., 

при секретаре Худаевой Ю.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 к Публичному акционерному обществу «Россети Юг» о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО15 обратилась в суд с указанным иском, мотивируя тем, что ее отец ФИО1 работал старшим мастером Южного участка электросетей Ики-Бурульского района электрических сетей филиала открытого акционерного общества «Межрегиональная Распределительная Сетевая компания Юга» - «Калмэнерго» (далее Общество), 17 июля 2009г. при исполнении трудовых обязанностей, во время выполнения ремонтных работ на месте повреждения провода ВЛ-0,4 кВ, был поражен электрическим током. «Актом о несчастном случае на производстве» от 03 августа 2009г. № 2 установлены причины несчастного случая: нарушение производственной дисциплины, а именно, устранение старшим мастером Южного участка электросетей ФИО1 повреждения ВЛ-0,4 кВ без оформления наряда-допуска, в котором указываются: состав бригады, меры по подготовке рабочего места, целевой инструктаж, допуск к работе; нарушение требований п. 1.4.1 и п. 1.4.2 ПОТ РМ-016-2001 «Межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок». Просит суд взыскать с ПАО «Россети Юг» в лице филиала Публичного акционерного общества «Россети Юг» - «Калмэнерго» компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб., за нравственные страдания, причиненные ей смертью отца, умершего вследствие несчастного случая, произошедшего на производстве.

ФИО15 в суд не явилась, ее представитель ФИО16 в судебном заседании поддержала иск, настаивает на его удовлетворении; уточнила лишь ответчика, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда, с ПАО «Россети Юг», а не с ПАО «Россети Юг» в лице филиала Публичного акционерного общества «Россети Юг» - «Калмэнерго».

Представитель ответчика ФИО17 просит суд в удовлетворении иска отказать, мотивируя тем, что заявленная компенсация морального вреда является чрезмерно завышенной, не соответствует принципам разумности и справедливости, не подтверждена никакими доказательствами. Основной причиной несчастного случая с ФИО1 явилось нарушение последним производственной дисциплины.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела; заслушав заключение прокурора Мантышевой М.Э. о частичном удовлетворении иска; суд приходит к выводу о том, что требования истицы подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с абз. 4, 14 ч.1 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Эти правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать бе -зопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15, 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

По ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

Согласно ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда. 

Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

По ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1,2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-право -вой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее Постановление Пленума № 10) указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 3 Постановления Пленума № 10 указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Из материалов дела следует, что истица является дочерью ФИО1 (повторное свидетельство о рождении 

<

данные изъяты>, актовая запись о рождении № 

<

данные изъяты> составлена 90890022 Хомутниковским Сельским советом Ики-Бурульского района Калмыцкой АССР), последний состоял в трудовых отношениях с ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга», работал электромонтером по эксплуатации распределительных сетей 5 разряда (трудовой договор № 02-322 от 14 марта 2008г., дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору от 14 марта 2008 № 02-322 от 31 марта 2008г.). Четырнадцатого февраля 2020г. Открытое акционерное общество «Межрегиональная Распределительная Сетевая компания Юга» переименовано в Публичное акционерное общество «Россети Юг». 17 июля 2009г. при исполнении трудовых обязанностей, во время выполнения ремонтных работ на месте повреждения провода ВЛ-0,4 кВ ФИО1 был поражен электрическим током.

Согласно Акту № 296 судебно-медицинского исследования трупа ФИО1 смерть последнего наступила 17 июля 2009г. от поражения электрическим током, о чем свидетельствует наличие электрометок на коже. При исследовании трупа ФИО1 обнаружены следующие повреждения: электрометки на левом предплечье, на ладонной поверхности левой кисти, на наружной поверхности правого бедра. Данные повреждения расцениваются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу жизни. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО1 этиловый алкоголь не обнаружен.

Из Акта о несчастном случае на производстве № 2 от 03 августа 2009г. следует, что Комиссия в составе: ФИО2. – заместителя руководителя Государственной инспекции труда – заместителя главного государственного инспектора труда в Республике Калмыкия (по охране труда) – председатель комиссии и членов комиссии: ФИО3 – государственного инспектора Калмыцкого отдела по энергетическому надзору Нижне-Волжского межрегионального управления по технологическому и экологическому надзору Ростехнадзора; ФИО4 – заместителя Главы Администрации Ики-Бурульского РМО Республики Калмыкия; ФИО5 – главного специалиста Отдела страхования от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний ГУ РО ФСС РФ по РК; ФИО6 – специалиста 1 разряда Отдела труда Агентства занятости населения и труда Республики Калмыкия; ФИО7 – заместителя начальника СПК и ОТ филиала ОАО «МРСК Юга» - «Калмэнерго»; ФИО8 - директора Производственного отделения «Калмыцкие электрические сети» филиала ОАО «МРСК Юга» - «Калмэнерго»; ФИО9 – председателя профкома филиала ОАО «МРСК Юга» - «Калмэнерго»; ФИО10 – техника Ики-Бурульского РЭС производственного отделения «Калмыцкие электрические сети» филиала ОАО «МРСК Юга» - «Калмэнерго» (представитель трудового коллектива) провела расследование несчастного случая, произошедшего 17 июля 2009г. возле дома № 6 по ул. Мира в п. Хомутниково Ики-Бурульского района Республики Калмыкия. Комиссия установила, что старший мастер Южного участка электросетей ФИО1, получив в 15 час. 30 мин. сообщение о том, что на железной ограде домовладения № 8 по ул. Мира лежит оборванный провод, прибыл на место и, не надев средства индивидуальной защиты, приступил к производству работ по устранению повреждения ВЛ-0,4 кВ, не отключив при этом автомат 0,4 кВ в ТП № 2 160 кВт; и не выполнил организационные и технические мероприятия, обеспечивающие безопасное проведение работ. Произведя скрутку оборванного фазного провода, надел монтерские когти и с использованием предохранительного пояса залез на деревянную опору № 8; натянул фазный провод, обвязал его за изолятор и стал присоединять шлейф отпайки ввода в домовладение № 6 по ул. Мира. В это время дежурный электромонтер по обслуживанию подстанции ФИО11, обнаружив отключенное положение масляного выключателя МВ-10 кВ «Центральная усадьба «Хомутниково»», ввиду отсутствия заявки на проведение работ на линии ВЛ-10 кВ от ПС 110/10 кВ «Чолун-Хамур» до ТП № 2-160 кВА «Школьная» и ВЛ-0,4 кВ фидер № 1, в соответствии с п. 4.1 «Инструкции по ликвидации нарушений в работе распределительных сетей 0,38-10 кВ» в 16 час. 03 мин. произвел ручное повторное включение масляного выключателя МВ-10 кВ «Центральная усадьба «Хомутниково»». ФИО1, присоединявший шлейф отпайки ввода в дом № 6 к фазному проводу, был поражен электрическим током. Комиссия установила причины несчастного случая: нарушение производственной дисциплины, допущенное ФИО1, устранение повреждения ВЛ-0,4 кВ без оформления наряда-допуска, в котором указываются: состав бригады, меры по подготовке рабочего места, целевой инструктаж, допуск к работе; нарушение требований п. 1.4.1 и п. 1.4.2 ПОТ РМ-016-2001 «Межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок» (действовавших на момент несчастного случая); нарушение начальником Ики-Бурульского РЭС ФИО12 п. 7.1 «Положения о Ики-Бурульском районе электрических сетей» - РЭС, предусматривающего его ответственность за соблюдение «Межотраслевых правил по охране труда (правил безопасности) при эксплуатации электроустановок» ПОТ РМ-016-200 ПТЭ, инструкций лично им и подчиненным ему персоналом. Данный акт подписан и утвержден работодателем погибшего – ОАО «Межрегиональная Распределительная Сетевая Компания Юга» - «Калмэнерго».

По ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации надлежащим и допустимым доказательством, устанавливающим обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также лиц, в результате виновных действий (бездействия) которых произошел несчастный случай, является акт о несчастном случае на производстве, составленный по результатам расследования несчастного случая.

Постановлением следователя Целинного межрайонного следственного отдела СУ СК при прокуратуре РФ по Республике Калмыкия ФИО13 от 27 августа 2009г. отказано в возбуждении уголовного дела по факту несчастного случая на производстве со смертельным исходом. При этом, в ходе проверки следователем установлено, что 17 июля 2009г. примерно в 16 час. ФИО14 сообщила электрику п. Хомутников Ики-Бурульского района РК ФИО1 об обрыве электрического провода вблизи ее дома, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. Приехавший на место обрыва электрического провода ФИО1, поднялся по электрическому столбу к проводам, после чего в процессе соединения проводов его ударило электрическим током. Смерть ФИО1 наступила от поражения электрическим током. 

В соответствии с частью 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен; при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Частью 4 статьи 230 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте о несчастном случае на производстве указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

При этом, допущенную потерпевшим неосторожность при наличии прямой вины самого ответчика, допустившего к работе ФИО1 самостоятельно без оформления соответствующего наряда-допуска, нельзя признать грубой. Более того, по результатам расследования несчастного случая на производстве не выявлен факт грубой неосторожности работника, акт о несчастном случае на производстве в указанной части работодателем не обжалован.

Следовательно, исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, в связи со смертью отца истицы, подлежат удовлетворению.

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истицы, которая лишилась отца, являющегося близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Смерть ФИО1 - трагическая, наступила, в том числе, и по вине ответчика, не обеспечившего должных мер по безопасности труда на производстве. Неожиданная смерть близкого человека – отца, обусловленная неестественными причинами, а именно причинением тяжкого вреда его здоровью, является для истицы тяжелой невосполнимой утратой. При этом моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Таким образом, суд, принимая во внимание обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, а именно неосторожность погибшего ФИО1, и с учетом требований разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу истицы в размере 250 000 руб.

По ст. ст. 333.16, 333.19 Налогового Кодекса РФ при обращении в суд подлежит уплате государственная пошлина в зависимости от цены иска. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

ФИО15 при подаче иска в суд оплатил государственную пошлину в размере 300 руб. (чек по операции Сбербанк Онлайн от 29 апреля 2021г.).

Следовательно, с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию вышеуказанная государственная пошлина в размере 300 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО15 к Публичному акционерному обществу «Россети Юг» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Юг» в пользу ФИО15 компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Юг» в пользу ФИО15 расходы, понесенные последней на оплату государственной пошлины при подаче иска в суд, в размере 300 (триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Элистинский городской суд Республики Калмыкия.

Председательствующий Г.П. Надбитова

В окончательной форме решение суда изготовлено 28 июня 2021г.