РЕШЕНИЕ

 № 2 –1436/2018

Именем Российской Федерации

г. Тамбов 30 июля 2018 г. 

Ленинский районный суд г. Тамбова в составе:

Председательствующего судьи Н.В.Емельяновой,

при секретаре Клемешовой Е.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ТОГБОУ высшего образования «Тамбовский государственный музыкально-педагогический институт им С.В. Рахманинова» об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания и взыскания компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

На основании трудового договора от 11.10.2016г. ФИО1 принята на должность *** в ТОГБОУ высшего образования «Тамбовский государственный музыкально-педагогический институт им С.В. Рахманинова» (далее ТГМПИ им. С.В. Рахманинова).

15.05.2018г. ФИО1 обратилась в суд с иском к ТГМПИ им. С.В. Рахманинова об отмене дисциплинарного взыскания, наложенного на ее приказом от 04.05.2018г. и компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что работодатель приказом от 04.05.2018г. наложил на нее дисциплинарное взыскание в виде замечания за ненадлежащее исполнение без уважительных причин своих трудовых обязанностей, выразившееся в досрочном уходе с работы. Основанием для издания приказа явилась служебная записка начальника отдела кадров и акт о досрочном уходе с работы от 06.04.2018г., а также ее объяснительная записка от 17.04.2018г.. Полагает, что наложение на нее дисциплинарного взыскания осуществлено работодателем без разбирательства по существу вменяемого ей дисциплинарного проступка, не содержит ссылок на нарушение ей конкретных пунктов трудового договора либо должностных инструкций. В связи с изложенным просит приказ отменить и взыскать в ее пользу с учетом уточненных требований компенсацию морального вреда в размере 12500 рублей и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей.

В судебном заседании истица и ее представитель по доверенности ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, по изложенным в нем основаниям. Дополнительно пояснили, что несмотря на то, что в ходе рассмотрения дела судом приказом от 18.07.2018 г. приказ ответчика от 04.05.2018г. отменен, трудовые права ФИО1 остаются не восстановленными.

Наложение на истицу дисциплинарного взыскания осуществлено работодателем без наличия с ее стороны вменяемого ей дисциплинарного проступка с нарушением норм ч.5 ст. 192 ТК РФ. При этом, в силу указанной нормы отсутствие дисциплинарного проступка со стороны работника является основанием для признания приказа о привлечении его в дисциплинарной ответственности незаконным. Отсутствие правовых оснований для вынесения приказа от 04.05.2018г. признал сам работодатель, отменяя его. Незаконность привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в силу положений ст. 237 ТК РФ является основанием для компенсации ей морального вреда, возникновение которого по смыслу указанной нормы права презюмируется, то есть не требует дополнительного доказывания. В связи с этим даже добровольное удовлетворение работодателем совершенных в отношении истицы нарушений не освобождает его от обязанности компенсировать моральный вред.

Кроме того истица пояснила, что в связи с изданием в отношении нее незаконного приказа о наложении дисциплинарного взыскания, у нее ухудшилось моральное и нравственное состояние, появилось постоянное чувство тревоги, раздражительность, из-за переживаний ухудшился сон, состояние здоровья, о чем свидетельствует тот факт, что за время разбирательства она дважды уходила на больничные.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что действительно 04.05.2018г. в отношении и ФИО1 работодателем был вынесен приказ о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Основанием для наложения дисциплинарного взыскания явились в совокупности акт начальника отдела кадров от 06.04.2018г. о досрочном уходе ФИО1 с работы и объяснительная самой ФИО1 по данному факту. Так в объяснительной ФИО1 указала, что в период, когда было установлено ее отсутствие в аудитории, она исполняла воспитательную и методическую работу со студенткой ФИО7

При этом Федеральный закон от 29.12.2012г. №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» разделяет понятие учебной нагрузки, воспитательной и методической работы. В период, когда было установлено отсутствие ФИО1 на рабочем месте, она должна была выполнять установленную ей расписанием учебную нагрузку. Из содержания ее объяснительной работодатель сделал вывод о том, что данные должностные обязанности истицей не выполнялись, что и послужило основанием для наложения дисциплинарного взыскания. Таким образом, действия самой истицы послужили основанием для привлечения ее к дисциплинарной ответственности. Выслушав в судебном заседании показания свидетеля ФИО9, работодатель посчитал возможным приказ от 04.05.2018г. отменить. Сама по себе отмена данного приказа не свидетельствует о том, что работодатель признал свою вину в нарушении трудовых прав истицы, в связи с чем исковые требования о компенсации морального вреда находит необоснованными. Кроме того, полагает, что в судебном заседании не представлено относимых и допустимых доказательств моральных и нравственных страданий истицы.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 5 Трудового кодекса РФ трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются в том числе коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Непосредственные отношения между работником и работодателем в силу ст. 56,57 ТК РФ регулируются заключенными между ними трудовым договором, в котором в том числе должно содержаться описание трудовой функции работника (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретный вид поручаемой работнику работы), место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.

Как установлено в судебном заседании, следует из материалов дела и пояснений сторон в судебном заседании, на основании трудового договора от 11.10.2016г. (л/д 3-6) ФИО1 принята на должность *** в ТГМПИ им. С.В. Рахманинова.

06.04.2018г. начальником отдела кадров института был составлен акт о досрочном уходе ФИО1 с рабочего места. В акте отражено, что урок ФИО1 должен заканчиваться в 13 часов 45 минут, факт ухода зафиксирован в 13 час. 30 мин.

04.05.2018г. ректором в ТГМПИ им. С.В. Рахманинова вынесен приказ №83-к об объявлении ФИО1 замечания, в котором указано, что зафиксирован факт досрочного ухода с работы ФИО1. Как следует из ее объяснений, ФИО1 заменила учебную (контактную) работу со студентами на «воспитательную, исследовательскую и методическую», составляющую вторую ненормируемую часть нагрузки преподавателя, нарушив тем самым в 6.3 федерального государственного образовательного стандарта высшего образования по направлению подготовки 53.03.02 Музыкальное инструментальное искусство, утвержденного приказом Минобрнауки РФ от 11.08.2016г. №1010.

В действиях ФИО1 усмотрено нарушение, приказ вынесен в соответствии с п. 8.2 Правил внутреннего трудового распорядка института.

Приказом от 18.07.2018г. приказ от 04.05.2018г. в отношении ФИО1 был отменен.

В соответствии со ст.21 ТК РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину.

Согласно ст.192 ТК РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со ст.193 ТК РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

В соответствии с п. 8.2 Правил внутреннего трудового распорядка, дисциплинарное взыскание применяется к работнику за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Исходя из бремени распределения обязанностей по доказыванию в гражданском процессе, закрепленного в ст. 56 ГПК РФ именно на работодателе лежит обязанность по доказыванию совершения работником дисциплинарного проступка.

При этом под дисциплинарным проступком подразумевается виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Как следует из пояснений истицы в судебном заседании в тот момент, когда было установлено ее отсутствие на рабочем месте, она осуществляя свои должностные обязанности проводила урок со студенткой ФИО8 в читальном зале библиотеки.

Указанные пояснения истицы в судебном заседании подтвердила свидетель ФИО7, допрошенная в судебном заседании, которая показал, что в назначенное по расписанию время она одна из трех учеников группы пришла на занятия, которые проводила ФИО1 В ходе проведения урока возник вопрос, который требовал уточнений, изложенных в музыкальных энциклопедиях, в связи с чем они прошли в читальный зал библиотеки, где продолжили урок до 13 час. 45 мин.

Оснований не доверять указанным показаниям свидетеля у суда е имеется, поскольку они согласуются с пояснениями истицы в судебном заседании, а также изложенными ею в объяснении от 17.04.2017г., не опровергнуты ответчиком.

В соответствии с п. 5.4 трудового договора рабочим местом работника являются учебные аудитории в учебных корпусах института, расположенные по адресам: *** (1,2,3 корпуса), *** (4 корпус), *** (5 корпус), ответчиком не оспаривалось в судебном заседании, что помещение библиотеки расположено в учебном корпусе института.

При таких обстоятельствах суд находит несостоятельными доводы ответчика о том, что ФИО1 06.04.2018г. оставила свое рабочее место, чем совершила дисциплинарный проступок.

Доводы ответчика о том, что некорректное изложение ФИО1 сведений в объяснительной привели к тому, что работодатель посчитал, что она заменила учебную (контактную) работу со студентами на «воспитательную, исследовательскую и методическую», не могут является подтверждением правомерности действий ответчика по наложению дисциплинарного взыскания.

Как следует из содержания ст. 193 ТК РФ объяснение отбирается у работника по факту вменяемого ему дисциплинарного проступка. Объяснительная записка (л/д 9) представлялась ФИО1 по факту нарушения трудовой дисциплины 06.04.2018г., а именно: досрочный уход с работы. О том, что на тот момент работодателем ФИО1 вменялись другие нарушения трудовой дисциплины, ответчиком в суд не представлено. В связи с изложенным доводы ответчика, изложенные в приказе и в судебном заседании относительно того, что основанием для привлечения истицы к дисциплинарной ответственности явилось то, что она изложила в своей объяснительной факт замены одного вида работы на другой, суд находит несостоятельной. О совершении такого дисциплинарного проступка она в известность не ставилась, объяснения непосредственно по данному вопросу у нее не отбиралось.

При таких обстоятельствах, суд находит обоснованными доводы истицы и ее представителя в судебном заседании о незаконности приказа о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания от 04.05.2018г.

Ввиду того, что в указанной части ответчиком права истицы восстановлены путем издания приказа от 18.07.2018г., оснований для удовлетворения требований о его отмене в судебном порядке не усматривается.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004г. N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. N10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба,

Учитывая то обстоятельство, что судом установлено нарушение трудовых прав работника, исходя из характера возникших правоотношений, степени вины работодателя, нравственных страданий истицы, суд считает обоснованными требования истицы о взыскании компенсации морального вреда в размере 3000 рублей.

В соответствии со ст. 98, 100 ГПК РФ в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя. Размер указанных расходов установлен судом на основании договора на оказание юридических услуг и документов, подтверждающих их оплату. Исходя из количества судебных заседаний, проведенных судом с участием представителя истца, сложности дела и проделанной представителем работы, оснований для их снижении суд не усматривает, в связи с чем в пользу истицы подлежат взысканию судебные расходы в размере 10000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ТОГБОУ высшего образования «Тамбовский государственный музыкально-педагогический институт им С.В. Рахманинова» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей. 

В удовлетворении исковых требований об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания и о взыскании компенсации морального вреда в большем размере ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Н.В.Емельянова

Решение в окончательной форме принято 01.08.2018 г.

Судья: Н.В.Емельянова