УИД 26RS0020-01-2024-003559-62

2-78/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 марта 2025 года с. Кочубеевское

Кочубеевский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Поляковой Л.Н., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безрядиной О.В., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2, 

представителя ответчика ООО «Сельта» - ФИО3, действующей по доверенности № № от 09.08.2024 г.,

помощника прокурора Кочубеевского района Ставропольского края Бажко С.И. 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кочубеевского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сельта», САО «РЕСО-Гарантия» о взыскании морального вреда и материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному Обществу «Тандер» о взыскании морального вреда и материального ущерба. Свои исковые требования истец обосновывает тем, что 24.05.2023 года в результате дорожно- транспортного происшествия, совершенного водителем ФИО4, управлявшим грузовым автомобилем марки «МАН ТГС 26.350 6X2-2 BL», государственный регистрационный знак №, с прицепом марки «ШМИТЦ КАРГОБУЛ ZKO 18», государственный регистрационный знак №, на автодороге «М4 - Дон - Владикавказ - Грозный - Махачкала - граница с Азербайджанской Республикой» в районе 245-го километра, в направлении от города Минеральные Воды к городу Невинномысск он получил телесные повреждения. После ДТП его доставили в ГБУЗ СК г. Невинномысска в крайне тяжелом состоянии, обусловленном полученными травмами, а именно: Закрытая черепно-мозговая травма; Контузия головного мозга тяжелой степени; Субарахноидальное кровоизлияние; Тупая травма грудной клетки: закрытый осложненный перелом 1-12 ребер слева со смещением; Гемопневмоторакс слева; Контузия левого легкого; Ушибленная рана затылочной области. 28.05.2023 г. он был переведен в ГБУЗ г. Ставрополя для обследования и лечения. Считает необходимым взыскать с работодателя водителя ФИО4, компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, учитывая степень физических и нравственных страданий, которые он испытал вследствие произошедшего ДТП. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. В соответствии с ч. 1 ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Далее - УПК РФ), гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя. Гражданский истец может предъявить гражданский иск и для имущественной компенсации морального вреда. Гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. С учетом уточненных исковых требований истец просит признать его гражданским истцом в рамках уголовного дела № 1240107001902037, взыскать в его пользу сумму морального вреда в размере 700000 рублей, взыскать в его пользу сумму материального вреда в размере 9 719 рублей, упущенную выгоду в размере 550 634 рублей. 

Определением суда от 16.01.2025 года в деле ненадлежащий ответчик АО «Тандер» заменен на надлежащего ответчика ООО «Сельта».

Определением суда от 13.02.2025 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено САО «Ресо – Гарантия» исключив их из числа третьих лиц.

Определением суда от 20.03.2025 года исковое заявление ФИО1 к ООО «Сельта», САО «Ресо-Гарантия» в части взыскания утраченного заработка в размере 550 634 рубля, расходов на приобретение лекарственных препаратов на сумму 4 019 рублей оставлено без рассмотрения.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования в части компенсации морального вреда на сумму 700 000 рублей поддержали, просили их удовлетворить, в части взыскания материального ущерба на оставшуюся сумму не поддержали, как и не поддержали требование о признании ФИО1 о признании его истцом в раках уголовного дела. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, согласно которым размер компенсации морального вреда - 700 000 руб. является завышенным. Размер компенсации необходимо определить с учетом наличия в действиях истца грубой неосторожности, в том числе, послужившей причиной ДТП. Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст.1079 ГК РФ) (пункт 21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»). В соответствии с пунктом 22 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических с страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. Согласно пункту 17 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ, если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имело место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (и. 2 ет. 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность - грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в том случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустил действия либо бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Таким образом, грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. Вред истцу причинен вследствие дорожно-транспортного происшествия. Следовательно, в рассматриваемом споре факт наличия или отсутствия вины истца ФИО1 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения дела. Как следует из материалов дела, водитель ФИО4 24.05.2023 года примерно в 00 часов 20 минут, управляя автопоездом в составе грузового фургона с прицепом и двигаясь по ФАД Р-217 «Кавказ» АД М4, со стороны г. Минеральные Воды в направлении г. Невинномысск. в районе 245 км указанной автодороги, проходящей по территории Кочубеевского муниципального округа Ставропольского края, допустил наезд на пешехода ФИО1, который осуществлял движение по правой полосе автодороги в попутном с ним направлении. В результате ДТП ФИО1 получил телесные повреждения, описанные в заключении эксперта № 528 от 10.01.2024 года и квалифицированные как тяжкий вред здоровью. Согласно протоколу допроса потерпевшего ФИО1 от 15.07.2024 года произведенного, следователем СО Отдела МВД России «Кочубеевский» ст.лейтенантом юстиции ФИО5, ФИО1 в день ДТП поехал со знакомыми на машине в ст. Новоекатериновскую Кочубеевского муниципального округа Ставропольского края, чтобы сфотографировать грозу. Со слов ФИО1 в тот день он выпил две бутылки пива объемом по 0,5 литров, считает, что не был пьян, но обстоятельства ДТП и обстоятельства ему предшествующие, не помнит Описание обстоятельств, предшествующих ДТП, ФИО1 давал со слов жены: ФИО1 с женой возвращались на машине домой в г. Невинномысск, в машине он поругался с супругой, вышел и машины и пошел пешком домой. При этом машина, в которой он находился с женой, еще не доехала до трассы, ведущей в г. Невинномысск. В силу п. 1.2 Правил дорожного движения, пешеход, как и водитель транспортного средства является участником дорожного движения. Согласно статье 24 Федерального закона от 10.12.1995 №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» участники дорожного движения обязаны выполнять требования настоящего Федерального закона и издаваемых в соответствии с ним нормативно-правовых актов в части обеспечения безопасности дорожного движения. ФИО1, будучи пешеходом, должен был руководствоваться и действовать в соответствии со следующими требованиями Правил дорожного движения РФ: пункта 1.5 - участники дорожного движения должны действовать таким образом, не создавать опасности для движения и не причинять вреда; пункта 4.1 главы №4 «Обязанности пешехода» устанавливающими, что пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии – по обочинам. При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости вне населенных пунктов, пешеходы обязаны иметь при себе предметы со светоотражающими элементами и обеспечить видимость этих предметов водителями транспортных средств. Следовательно, возможность предотвращения ДТП со стороны пешехода зависит так же от выполнения им требований раздела 4 ПДД. Между тем, как следует из вышеприведенных материалов дела, действия пешехода ФИО1 не соответствовали названным положениям ПДД РФ. Истец двигался по краю проезжей части, по ходу движения транспортного потока, вне населенного пункта, неосвещенном участке местности, был одет в черную одежду, не имеющую светоотражающих элементов, что указывает на то, что ФИО1 не оценил должным образом дорожную обстановку, не проявил внимательность и осмотрительность, то есть допустил неосторожность. Таким образом, тяжкие последствия для здоровья Истца наступили, в том числе ввиду несоблюдения потерпевшим ФИО1 конкретных пунктов правил (п. п. 1.5. 4.4 ПДД). Оценка действий ФИО1 как пешехода автотехнической экспертизой не осуществлялась, поскольку данные вопросы не были поставлены органами следствия перед экспертом. Между тем, оценка действий пешехода не требует специальных технических знаний и поэтому не входит в круг компетенций эксперта, проводившего автотехническую экспертизу. Данная оценка может быть проведена судом с учетом всех обстоятельств по делу и имеющихся материалов, представленных ОМВД. С учетом обозначенных положений законодательства и фактических обстоятельств дела ответчик полагает, что допущенная истцом неосторожность является грубой, содействовавшей возникновению вреда, что в силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ является основанием для снижения размера компенсации морального вреда, определенного истцом. Размер компенсации морального вреда в размере 700 000 рублей с учетом грубой неосторожности самого потерпевшего является несоразмерной, не соответствующей принципам разумности и справедливости и не соотносится с судебной практикой по данной категории дел установленной на территории Ставропольского края. Ответчик просит суд, при определении размера компенсации морального вреда принять так же во внимание сложившуюся судебную практику в Ставропольском крае по аналогичной категории дел, согласно которой при причинении гражданину в результате ДТП тяжкого вреда здоровью, размер компенсации морального вреда в среднем составляет 350 000 рублей. Данный размер компенсации, по мнению ответчика, согласуется с принципами конституционной ценности здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации) и позволяет с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо (водителя транспортного средства), ответственное за возмещение вреда. Дополнительно пояснила, что не согласна с заявленными требованиями о взыскании материального ущерба, связанного с испорченностью вещей потерпевшего, поскольку сумма страхового возмещения покрывает данный ущерб. 

В судебное заседание представитель ответчика САО «Ресо – Гарантия», не явился, извещены надлежащим образом, представлено ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 не явился, надлежащим образом извещен о дате, месте и времени судебного заседания, представлено ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. 

В судебном заседании помощник прокурора Кочубеевского района Ставропольского края Бажко С.И. дал заключение о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда завялены обоснованно и законно, считает возможным его требования удовлетворить, размер суммы компенсации морального вреда оставляет на усмотрение суда. 

Выслушав стороны, заключение помощника прокурора, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что 24.05.2023 года в 00 часов 20 минут ФИО4, управляя автопоездом в составе грузового фургона марки «МАН ТГС 26.350 6х2-2 BL MAN TGS 26/350 6x2-2BL» № с прицепом марки «Шмитц Каргобул ZKO 18 SCHMITZ CARGOBUL ZKO 18» р/з № и двигаясь по ФАД Р-217 «Кавказ» АД М-4 «Дон» со стороны г. Минеральные Воды в направлении г. Невинномысск в районе 245 км указанной автомобильной дороги, проходящий по территории Кочубеевского муниципального округа Ставропольского края, допустил наезд на пешехода ФИО1, который осуществлял движение по правой полосе дороги в попутном с ним направлении. В результате данного ДТП пешеходу ФИО1 причинены телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта №258 от 22.12.2023 года причинили последнему тяжкий вред здоровью, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 13.06.2024 года, по признакам преступления предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ (т. 1 л.д. 47). 

На момент рассмотрения гражданского дела, предварительное следствие не окончено, обвинение в совершении преступления ФИО4 не предъявлено, к уголовной ответственности ФИО4 не привлекался (т. 1 л.д. 164).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, транспортное средство, с использованием которого произошло ДТП, MAN TGS 26/350 6x2-2BL» № и прицеп марки «Шмитц Каргобул ZKO 18 SCHMITZ CARGOBUL ZKO 18» № принадлежит на праве собственности АО «Тандер», что подтверждается карточкой учета транспортного средства ( т. 1 л.д. 111-112).

Данное транспортное средство находится на законных основаниях владения у ООО «Сельта» на основании договора аренды транспортных средств без экипажа № 14086/23 от 31.12.2022 года, сроком до 31.12.2025 года ( т. 1 л.д. 128-130), что подтверждается актом приема- передачи транспортных средств к договору аренды транспортных средств без экипажа № 214086/23 (т. 1 л.д. 131-134).

Водитель ФИО4 на момент дорожно- транспортного происшествия осуществлял трудовую деятельность в ООО «Сельта» в должности водителя- экспедитора в подразделении Автоколонны, что подтверждается трудовым договором № 73/1 от 29.10.2018 года (т. 1 л.д. 169-171) и не оспаривалось сторонами.

Пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В момент совершения дорожно- транспортного происшествия 24.05.023 года в 00 часов 20 минут, водитель ФИО4 управлял транспортным средством MAN TGS 26/350 6x2-2BL» р/з № с прицепом марки Шмитц Каргобул ZKO 18 SCHMITZ CARGOBUL ZKO 18» №, находясь при выполнении своих должностных обязанностей, что также не оспаривалось сторонами и подтверждается представленными актом погрузки от 23.05.023 года, номер транспортного средства №, водитель ФИО4, время окончания загрузки 23.05.2023 года в 22.:02:15 (т. 1 л.д.194-196), путевым листом от 23.05.2023 года, согласно которого выпуск на линию транспортного средства MAN TGS 26/350 6x2-2BL» р/з № с прицепом марки Шмитц Каргобул ZKO 18 SCHMITZ CARGOBUL ZKO 18» р/з №, был совершен 23.05.2023 года в 19:57, возврат транспортного средства с линии 23.06.2023 в 19:50:26, фактически работа водителя и транспортного средства зафиксировано выпуск на линию 23.05.2023 года в 19:57, возврат транспортного средства с линии- 24.05.2023 года в 15:00 (т. 1 л.д. 197).

Как следует из материалов дела, по факту ДТП возбуждено уголовное дело по признака преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в рамках которого ФИО1 признан потерпевшим на основании постановления следователя СО ОМВД России «Кочубеевский» от 13.06.2024 года (т. 1 л.д. 66-68). 

Требования истца о признании его гражданским истцом в рамках уголовного дела не может быть рассмотрено в данном гражданском деле, поскольку предусмотрен иной порядок признания гражданским истцом, но в рамках уголовного, а не гражданского дела. Более того, суд обращает внимание истца на то, что уголовного дела в отношении юридического лица ООО «Сельта», как работодателя водителя, с участием которого произошло ДТП, не возбуждено, в связи с чем его требования в данной части не подлежат удовлетворению. 

Рассматривая требования истца ФИО1 о взыскании материального ущерба в виде стоимости испорченных в ДТП вещей, на сумму 5 700 рублей, суд приходит к следующему.

Одежда истца в виде футболки стоимостью 900 рублей, спортивных брюк, стоимостью 1 000 рублей, куртки- олимпийки, стоимостью 1 600 рублей, летней открытой обуви- шлепки, стоимостью 1 200 рублей, признаны вещественными доказательствами (т. 1 л.д. 235-244).

Из представленных суду протоколов осмотра предметов, не установлено повреждение либо приведение в негодность указанных вещей.

Кроме того, стороной истца в судебное заседание не представлено доказательств, подтверждающих материальный ущерб в заявленном размере, в силу ст. 56 ГПК РФ.

Поскольку факт причинения материального ущерба и его размер не подтвержден стороной истца, то в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба на сумму 5 700 рублей необходимо отказать.

Рассматривая требование истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

Статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав, предусмотрена компенсация морального вреда.

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, истец ФИО1 при дорожно- транспортном происшествии получил тяжкий вред здоровью, что подтверждается заключением эксперта № 528 от 22.12.2023 года (т. 1 л.д. 72-86), в котором указано, что истцу причинены телесные повреждения в виде контузии головного мозга тяжелой степени, субарахноидальное кровоизлияние, двусторонние переломы ребер – 1,3 и 4 справа и 1-12 слева правосторонний пневмоторакс и левосторонний гемопневмоторакс, перелом поперечного отростка первого нервного поясничного позвонка, перелом поперечного первого грудного позвонка справа, перелом костей носа, раны затылочной области волосистой части головы слева и ссадины головы, что квалифицировано экспертом как причинение вреда тяжкого вреда здоровью, что подтверждается вышеуказанным постановлением и заключением эксперта № 528 от 22.12.2023 года.

В связи с полученной травмой истец ФИО1 проходил стационарное лечение, что подтверждается выписным эпикризом (т. 1 л.д. 13-14), из которой следует, что истец был доставлен в ГБУЗ СК «городская больница» травматологическое отделение г. Невинномысск, находился на лечении с 24.05.2023 по 28.05.2023 года. 28.05.2023 года перевезен в ГБУЗ Ставропольская «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» г. Ставрополя, находился на стационарном лечении до 29.06.2023 года.

Длительное время с 30.06.2023 года по 06.02.2024 года находился на амбулаторном лечении, что подтверждается медицинскими документами (т. 1 л.д. 91-96). Таким образом, период нетрудоспособности истца составил 8 месяцев 13 дней.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст.ст. 1064 - 1101) и ст. 151 данного кодекса.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье).

В соответствии с п. 12 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с положениями ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. 

Таким образом, истцу причинен моральный вред, поскольку он перенес нравственные страдания, причиненные действиями на нематериальные блага- здоровье гражданина.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевшая сторона в связи с причинением вреда ему здоровья во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Наличие такого обязательного условия как вина причинителя вреда не требуется, поскольку компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

Источник повышенной опасности — любая деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Характер физических и нравственных страданий устанавливается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения виновного лица непосредственно после совершения дорожно- транспортного происшествия, индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения ст. 1101 ГК РФ, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причинённый моральный вред лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд исходит из степени нравственных и физических страданий истца (тяжесть вреда здоровью, продолжительность лечения), индивидуальных особенностей потерпевшего, поведение виновного- оказание помощи истцу сразу после ДТП.

При этом суд учитывает семейное положение истца, который состоит в браке, на иждивении которого находятся шесть несовершеннолетних детей (т. 1 л.д. 121-126), длительность его нетрудоспособности – 8 месяцев 13 дней, причиненный вред его здоровью, который квалифицируется как тяжкий по признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни, состоящий в причинно- следственной связи с совершением на него наезда транспортного средства под управлением водителя ФИО4, а также обстоятельства совершения ДТП, при котором на основании заключения эксперта № 1066/6-5 от 03.05.2024 года и № 4381/6-1 от 17.09.2024 года (т. 1 л.д. 50-58, т. 1 л.д. 65) установлено, что т скорость движения транспортного средства МАН была превышена по заданному условию видимости дороги вперед на 32, 5 м, что не соответствует требованиям п. 10.1 ПДД, водитель располагал технической возможностью снижением скорости (экстренным торможением) предотвратить наезд на пешехода ФИО1 в момент возникновения опасности для движения. 

Кроме того, судом учитывается материальное положение ответчика, подтвержденное сведениями из бухгалтерской (финансовой ) отчетности (Ресурса ФБО) (т. 2 л.д. 10).

В ст. 1083 ГК РФ указано, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Постановление Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 24.10.2022) «О Правилах дорожного движения» (вместе с «Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения») в п. 4.1. указано, что пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов. При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Таким образом, доводы представителя ответчика о нарушении истцом Правил дорожного движения являются обоснованными.

Однако, доводы представителя ответчика о ом, что истец ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку Правилами дорожного движения не установлен прямой запрет пешеходу передвигаться в состоянии алкогольного опьянения, более того, в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что именно состояние опьянения истца привело к дорожно- транспортному происшествию, в результате которого им получен тяжкий вред здоровью, и потерпевший действовал таким образом, что создал опасность для движения и причинения себе вреда (п. 15 ПДД).

Учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства, требования истца о возмещении морального вреда суд находит подлежащими удовлетворению частично, считает, что заявленный размер компенсации морального вреда 700 000 рублей завышен, с учетом обстоятельств совершения дорожно- транспортного происшествия, материального положения сторон, семейного положения истца, суд считает, что размер компенсации морального вреда подлежит снижению до 650 000 рублей, которая, по мнению суда, в полной мере будет согласовывается с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, позволит максимально возместить причиненный моральный вред потерпевшему, не допустить его неосновательного обогащения.

При этом суд приходит к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда с ответчика ООО «Сельта», поскольку требования о взыскании морального вреда вытекают из причинения вреда здоровью, причиненного в результате дорожно- транспортного происшествия, в связи с чем моральный вред не может быть взыскан с ответчика САО «Ресо-Гарантия», как не предусмотренный положениями Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если истец, освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии с разъяснениями пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан" государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (часть 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации).

При подаче физическим лицом искового заявления неимущественного характера государственная пошлина подлежит уплате в размере 3000 рублей, (подпункт 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Поскольку истец освобожден от оплаты государственной пошлины, с учетом удовлетворения искового требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, которое согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" является требованием неимущественного характера, то в соответствии с требованиями части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находящейся в нормативно-правовом единстве с положениями подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика ООО «Сельта» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 3000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 151, 1100, 1079, 1064 ГК РФ, 194 – 198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сельта», САО «Ресо-Гарантия» о взыскании морального вреда и материального ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сельта» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда, причиненного дорожно- транспортным происшествием, в размере 650 000 рублей, в остальной части взыскания компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей- отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сельта», САО «Ресо-Гарантия» о признании гражданским истцом по уголовному делу, взыскании материального ущерба в размере 5 700 рублей- отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к САО «Ресо-Гарантия» о взыскании компенсации морального вреда- отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сельта» (ОГРН №) в доход муниципального образования госпошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кочубеевский районный суд Ставропольского края.

Мотивированное решение изготовлено 02.04.2025 года.

Судья Л.Н. Полякова