Дело № 2-27/2025

(2-1339/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2025 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего Панковой С.В.,

при секретаре Корнюшка Е.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

третьего лица ФИО3,

помощник судьи Шестакова Е.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Северске Томской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов,

у с т а н о в и л :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5 (с учетом увеличения требований) о взыскании денежных средств в размере 299106,79 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 1850 руб.

В обоснование исковых требований указала, что в период с **.**.**** по **.**.**** состояла в зарегистрированном браке с ФИО3 В период брака они проживали в квартире по [адрес], собственником которой является ответчик ФИО5 В период брака, в указанном жилом помещении сделан ремонт за счет средств истца. После прекращения брака ФИО4 была вынуждена выехать из указанного жилого помещения. Полагает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, поскольку ремонт в указанном жилом помещении выполнен за счет денежных средств истца, в связи с чем в ее пользу с ответчика в счет возмещения части неосновательного обогащения подлежат взысканию денежные средства.

Истец ФИО4, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась. 

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности от 18.04.2022 70АА1656102 сроком на 10 лет, в судебном заседании исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что обстоятельства осуществления ремонтных работ истцом и третьим лицом, в спорном жилом помещении, в том числе объем указанных работ, и используемые материалы подтверждаются показаниями ответчика ФИО5 данными ею в ходе судебного разбирательства по гражданскому делу о разделе имущества, по которому она была допрошена, как свидетель, ее показания зафиксированы в протоколе судебного заседания, приобщенном к материалам данного гражданского дела. Кроме того, истец считала, что спорное жилое помещение принадлежит ей и третьему лицу на праве собственности, в связи с чем проживала в нем и осуществляла ремонт. После прекращения брачных отношений между истцом и третьим лицом, возник спор о разделе имущества, в ходе которого истцу стало известно, что спорное жилое помещение не оформлено на третье лицо, а находится в собственности матери третьего лица - ответчика ФИО5 Поскольку с момента прекращения брачных отношений, истец лишена возможности пользоваться спорным жилым помещением, считает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, так как ремонтные работы производились в том числе за счет денежных вложений ФИО4 Заблуждение относительно права собственности на спорное жилое помещение возникло у истца ФИО4 в связи с тем, что бывший супруг уверял ее в том, что квартира принадлежит ему на праве собственности. Изначально истец и третье лицо проживали в квартире **, затем переехали в квартиру **. В октябре 2020 г. ФИО5 переехала в квартиру **. Соответственно ремонт в квартире ** осуществлялся до октября 2020. Ремонтные работы произведены за счет денежных средств истца, которые она передавала третьему лицу ФИО3 Источником формирования указанных денежных средств являлась заработная плата истца ФИО4, которая в тот период составляла около 100 000 руб. в месяц. На ремонт истцом было затрачено около 1000000 руб. Ремонтные работы в спорном жилом помещении осуществлялись с нуля. В ходе спора о разделе совместного имущества, доказательства финансового положения истца, сведения о ее доходах не предоставлялись, поскольку имущество было нажито в браке. В этой связи все требования рассчитаны исходя из презумпции равенства долей супругов. Считает, что справки о доходах истца в спорный период не имеют доказательственного значения, поскольку основной доход истца формировался из неофициального источника. 

Ответчик ФИО5, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась.

Ранее в судебном заседании 31.07.2024 ответчик ФИО5 поясняла, что в спорном жилом помещении производились ремонтные работы истцом и третьим лицом в период брачных отношений, данная квартира приобретена ею в 2019 г. в пригодном для проживании виде. Возражает против проведения ремонта за счет денежных средств истца ФИО4 В производство ремонтных работ вложены ее личные денежные средства, которые она передавала своему сыну – третьему лицу ФИО3 около 160000 руб. (т. 1 л.д. 61-65).

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности от 26.07.2024 70АА1932880 сроком на три года, в судебном заседании возражал против заявленных требований. Пояснил, что в собственности ответчика ФИО5 в 2019 находилось две квартиры, которые были проданы и именно на деньги, вырученные от продажи данных квартир, ею приобретена квартира **. Квартира приобреталась с ремонтом, пригодным для проживания. В тот момент каких-либо ремонтных работ спорное жилое помещение не требовало. Финансовое положение истца не позволяло осуществлять дорогостоящие ремонтные работы в спорном жилом помещении. В дальнейшем в спорном жилом помещении произведена замена старых деревянных окон на пластиковые, заменены межкомнатные двери, входная дверь. На произведенные улучшения в квартире потрачено около 144000 руб. Денежные средства на производство указанных улучшений переводились ФИО5 на банковскую карту своего сына – третьего лица ФИО3 Исходя из документов, представленных третьим лицом, в том числе о доходах в указанный период, следует, что для производства ремонтных работ в спорном жилом помещении семья истца и третьего лица должна была ограничивать себя в своих потребностях, поскольку из доходов третьего лица осуществлялась оплата ипотечного кредита, дорогостоящих поездок на юг, коммунальных платежей, расходов на бензин, на ремонт автомобиля, продукты питания. Стороной истца не представлено каких-либо документов, подтверждающих как финансовое положение истца, так и ее затраты на производство дорогостоящих ремонтных работ. Истец, заявляя требования о взыскании в свою пользу денежных средств, умалчивает об обстоятельствах того, что ответчиком возвращены денежные средства, затраченные истцом и третьим лицом на установку пластиковых окон. Переезд ответчика в квартиру на первом этаже произошел в связи с тем, что пожилой отец ФИО5 в силу возраста и состояния здоровья нуждался в постоянном уходе. На тот момент, семья истца и третьего лица проживала в двухкомнатной квартире, ответчик ФИО5 проживала в трехкомнатной. После принятия решения о проживании пожилого отца ответчика в г. Северске, стороны договорились о том, что ответчик с пожилым отцом будут проживать в квартире на первом этаже, а семья истца и третьего лица будет проживать в квартире на пятом этаже. При этом сторонам было достоверно известно о том, кому принадлежат указанные квартиры. В момент, когда семья истца и третьего лица переселилась в трехкомнатную квартиру ответчика, она находилась в пригодном для проживания состоянии. В двухкомнатной квартире на первом этаже также был произведен ремонт, для того, чтобы она была пригодна для проживания маломобильного пожилого человека. 

Третье лицо ФИО3, в судебном заседании возражал против удовлетворения требований. Пояснил, что сторонами совместно принято решение о том, что ФИО3, на тот момент, со своей супругой и их ребенком будут проживать в трехкомнатной квартире, которая принадлежит матери ФИО3– ответчику ФИО5, она в свою очередь будет проживать в двухкомнатной квартире, принадлежащей третьему лицу с истцом, совместно с пожилым дедом (отцом ответчика). Квартира на первом этаже куплена в апреле 2010 г. для совместного проживания с истцом ФИО4, которой было достоверно известно о том, что квартира куплена в ипотеку, и она является созаемщиком. В 2019 г. в этой же квартире производился ремонт с целью ее оборудования для маломобильного пожилого деда (отца ответчика). В трехкомнатной квартире, ремонтные работы производились за счет денежных средств матери третьего лица. Произведена замена окон, межкомнатных дверей, входной двери. Его заработная плата на тот момент составляла около 50000 руб. ФИО4 работала в КПП «Кузьминка» менеджером, ее заработная плата составляла около 25000 руб. При этом выплата заработной платы осуществлялась с задержками, иногда выплачивалась не в полном объеме. Заработную плату в размере 100000 руб. истец не получала. Совместные расходы складывались из ежемесячных платежей по ипотеке в размере 10000 руб., покупки автомобиля в кредит, потребительского кредита, который постоянно рефинансировался, расходы на отпуск. Основные расходы на бытовые нужды нес ФИО3 Семейный бюджет был общим, денег не хватало, в связи с чем приходилось брать кредиты. Денежные средства на ремонт квартиры предоставлялись ответчиком ФИО5 В общей сумме ответчик передала третьему лицу около 144000 руб., которые потрачены на ремонт, замену окон, дверей, настил линолеума. В настоящее время между истцом и третьим лицом произведен раздел имущества. Гражданское дело по разделу имущества закончилось заключением мирового соглашения в мае 2023 г. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, заслушав представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третье лицо ФИО3, допросив свидетелей ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО11, изучив письменные доказательства, приходит к следующему.

В силу ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. 

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ). 

Поскольку иное не установлено данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 названного Кодекса, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По смыслу ст. 1102 ГК РФ, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. 

Как следует из ч. 1 ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. 

В силу ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. 

Исходя из особенности предмета доказывания и распределения бремени доказывания, на истца, заявляющего требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств: факт получения приобретателем имущества, которое принадлежит истцу, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого приобретения. Ответчик, в свою очередь, должен представить доказательства правомерности получения имущества либо имущественных прав, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является основанием для отказа в иске. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что квартира, расположенная по [адрес] принадлежит на праве собственности ответчику ФИО5 с 12.04.2019, что подтверждается выпиской из ЕГРН и договором купли-продажи квартиры от 02.04.2019 (л.д. 9-11, 117).

Истец ФИО4 и третье лицо ФИО3 в период с **.**.**** по **.**.**** состояли в зарегистрированном браке, который был прекращен на основании решения мирового судьи от 18.02.2022, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 3 Северского судебного района Томской области, что подтверждается свидетельством о расторжении брака ** от **.**.**** (л.д.7-8).

Определением Северского городского суда [адрес] от 10.03.2025 по делу назначена судебная оценочная экспертиза, на разрешение экспертов поставлен вопрос: какова стоимость материалов и произведенных ремонтных работ в ванной комнате, стоимость работ и материалов для выравнивания стен, настила линолеума, установке натяжных потолков и пластиковых окон в жилом помещении, расположенном по [адрес]? Производство экспертизы поручено экспертам ООО «Центр независимой экспертизы и оценки».

Из заключения эксперта № ** от 18.07.2025 следует, что экспертное заключение составлено на основании материалов гражданского дела, предоставленных в распоряжение экспертов и визуального смотра объектов исследования. В материалах дела содержится планировка квартиры (л.д. 11), которая не соответствует фактической планировке квартиры. В ходе проведения осмотра выполнены замеры помещений и составлена схематичная планировка квартиры. 

Также из указанного заключения следует, что суммарная рыночная стоимость материалов и произведенных ремонтных работ в ванной комнате, работ и материалов для выравнивания стен, настила линолеума, установки натяжных потолков и пластиковых окон в квартире № **, расположенной по [адрес] на дату проведения экспертизы составляет 598213,58 руб.

Согласно части 2 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда (часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12. 2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Оценивая указанное заключение, суд учитывает, что при составлении заключения соблюдены требования, предусмотренные Федеральным законом от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», заключение является полным, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, являются последовательными, не допускает неоднозначного толкования.

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подтверждены сведения об их квалификации, исследованы все представленные в распоряжение экспертов материалы дела, осмотрен объект исследования.

Оснований не доверять заключению у суда не имеется. 

Между тем, несмотря на то, что ФИО5 исполнила, возложенную на нее судом обязанность по предоставлению спорного жилого помещения к осмотру, из содержания экспертного заключения не возможно сделать выводы о том, какие именно ремонтные работы произведены истцом ФИО4 и третьим лицом ФИО3, в момент их проживания в спорном жилом помещении и за счет чьих денежных средств.

Представитель истца ФИО1 в ходе судебного заседания 04.08.2025 указал, что истец считала, что спорное жилое помещение принадлежит ей и третьему лицу на праве собственности, в связи с чем проживала в нем и осуществляла ремонт. После прекращения брачных отношений между истцом и третьим лицом, истцу стало известно, что спорное жилое помещение не оформлено на третье лицо, а находится в собственности ответчика ФИО5 Поскольку с момента прекращения брачных отношений, истец лишена возможности пользоваться спорным жилым помещением, считает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, поскольку ремонтные работы производились в том числе за счет денежных вложений ФИО4

При этом представитель истца ФИО1 указывает, что обстоятельства осуществления ремонтных работ истцом и третьим лицом, в спорном жилом помещении, в том числе объем указанных работ, и используемые материалы подтверждаются показаниями ответчика ФИО5 данными ею в ходе судебного разбирательства по гражданскому делу о разделе имущества, в ходе которого она допрошена как свидетель и ее показания зафиксированы в протоколе судебного заседания, приобщенном к материалам данного гражданского дела.

Из протокола судебного заседания по гражданскому делу № 2-17/2023 по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО3 к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества от 21.02.-06.03.2023 следует, что в судебном заседании 06.03.2023 в качестве свидетеля была допрошена ФИО5, которая пояснила, что квартиру ** дети освободили в октябре 2020, когда она привезла отца и переехали на пятый этаж. В квартире ** ремонт делали дети, когда были в браке. Отремонтировали ванную и туалет, стены выравнили, линолеум постелили, сделали потолки натяжные, окна пластиковые установили. Из своей мебели купили только кухонный гарнитур. Что они приобрели в период брака, ответить затруднялась (т. 1, л.д.16 оброт-17).

При этом из протокола судебного заседания по настоящему гражданскому делу от 31.07.2024 следует, что ответчик ФИО5 не отрицает факт проведения ремонтных работ истцом и третьим лицом в период брачных отношений, но возражает против его проведения за счет личных денежных средств истца ФИО4 Напротив указывает, что в производство ремонтных работ вложены ее личные денежные средства, которые она передавала своему сыну – третьему лицу ФИО3 около 160000 руб. (т. 1 л.д. 61-65).

Представитель ответчика ФИО2 в ходе судебного заседания 04.08.2025 пояснил, что переезд ответчика в квартиру на первом этаже произошел в связи с необходимостью перевезти пожилого отца ФИО5 в г. Северск и осуществлять за ним постоянный уход. Стороны договорились о том, что ответчик с пожилым отцом будут проживать в квартире на первом этаже, а семья истца и третьего лица будет проживать в квартире на пятом этаже. При этом сторонам было достоверно известно о том, кому принадлежат указанные квартиры. Квартира на пятом этаже приобреталась с ремонтом, пригодным для проживания. В тот момент производство каких-либо ремонтных работ спорное жилое помещение не требовало. Финансовое положение истца не позволяло осуществлять дорогостоящие ремонтные работы в спорном жилом помещении. В дальнейшем в спорном жилом помещении произведена замена старых деревянных окон на пластиковые, заменены межкомнатные двери, заменена входная дверь. В общей сложности на произведенные улучшения в квартире потрачено около 144000 руб. Денежные средства на производство указанных улучшений переводились ФИО5 на банковскую карту своего сына – третьего лица ФИО3

Указанное следует и из пояснений третьего лица ФИО3, данных им в ходе судебного заседания 04.08.2025 о том, что сторонами совместно принято решение о том, что ФИО3, на тот момент, со своей супругой и их ребенком будут проживать в трехкомнатной квартире, которая принадлежит матери ФИО3– ответчику ФИО5, она, в свою очередь, будет проживать в двухкомнатной квартире, принадлежащей третьему лицу с истцом, совместно с пожилым дедом. Квартира на первом этаже куплена в апреле 2010 для совместного проживания с истцом ФИО4, которой было достоверно известно о том, что квартира куплена в ипотеку, и она является созаемщиком. В трехкомнатной квартире ремонтные работы производились за счет денежных средств матери третьего лица – ответчика. Произведена замена окон, межкомнатных дверей, входной двери. Его заработная плата составляла около 50000 руб. ФИО4 работала в КПП «Кузьминка» менеджером, ее заработная плата составляла около 25000 руб. При этом выплата заработной платы осуществлялась с задержками. Заработную плату в размере 100000 руб. истец не получала. Совместные расходы складывались из ежемесячных платежей по ипотеке в размере 10000 руб., покупки автомобиля в кредит, потребительского кредита, который постоянно рефинансировался, расходы на отпуск. Основные расходы на бытовые нужды нес ФИО3 Семейный бюджет был общим, денег не хватало, в связи с чем приходилось брать кредиты. В общей сумме ответчик передала третьему лицу около 144000 руб., которые потрачены на ремонт в трехкомнатной квартире на пятом этаже, замену окон, дверей, настил линолеума.

В подтверждение указанных обстоятельств третьим лицом ФИО3 представлены следующие документы:

- выписка по счету ПАО Банка ВТБ за период с 01.04.2019 по 30.05.2023 на имя ФИО3 из которой следует, что ФИО5 в период с 2019 по 2020 переводила ему денежные средства на сумму свыше 100000 руб., в качестве подтверждения факта получения денежных средств на ремонт спорной квартиры от ответчика (л.д. 74-103);

- квитанция к приходному кассовому ордеру от 01.03.2019 ** ООО «Агентство туризма «СОЛНЦЕ» на сумму 138800 руб. от ФИО3, в качестве подтверждения факта оплаты туристической путевки во Вьетнам 08.03-19.03.2019 (л.д. 104, 105);

- история операций по договору 16236772 и выписка по кредитному договору ** на имя ФИО3, в качестве подтверждения факта оплаты ипотечных платежей (л.д. 106-109);

- справки о доходах и суммах налога физического лица ФИО3 за 2019 г. с общей суммой дохода 739 631,95 руб., за 2020 г. с общей суммой дохода 821 147,54 руб., в качестве подтверждения факта невозможности производить ремонт в спорной квартире за счет собственных денежных средств (л.д. 110-111);

- договоры купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 31.10.2018 и от 19.04.2019, в качестве подтверждения факта наличия у ФИО5 денежных средств (л.д. 118-122, 112-116);

- договор на оказание возмездных услуг от 24.04.2019 **, заключенный между ООО «Ваши Окна» и ФИО3, в качестве подтверждения факта осуществления установки пластиковых окон на сумму 56000 руб. (л.д.130);

- квитанция от 24.04.2019, в качестве подтверждения факта внесения ФИО3 предоплаты в размере 40000 руб. по договору на оказание возмездных услуг от 24.04.2018 ** (л.д. 131);

-договор купли-продажи товара от 24.08.2020 заключенный между ООО «Ростра-Северск» и ФИО3, общая стоимость товара 21321 руб., в качестве подтверждения факта осуществления замены входной двери (л.д. 132-133);

- договор на оказание услуг (по монтажу) от 24.08.2020 заключенный между ООО «Ростра-Северск» и ФИО3, на сумму 2934 руб. (л.д. 134-135);

- кассовые чеки на общую сумму 51 468 руб., в качестве подтверждения факта внесения ФИО3 денежных средств по договору купли продажи товара от 24.08.2020, по договору на оказание услуг (по монтажу) от 24.08.2020 (л.д. 136);

- договор купли-продажи товара от 10.12.2020 заключенный между ИП ФИО12 и ФИО3, общая стоимость товара 47 974 руб., (л.д. 137);

- договор на оказание услуг (по врезке) от 10.12.2020 заключенный между ИП ФИО12 и ФИО3, на сумму 3 636 руб., (л.д. 138);

- договор на оказание услуг (по монтажу) от 10.12.2020 заключенный между ИП ФИО12 и ФИО3, на сумму 17 114 руб. (л.д. 139-140);

- заказ покупателя от 10.12.2020 на имя ФИО3 в размере 70941 руб., в качестве подтверждения факта замены межкомнатных дверей (л.д. 141);

- кассовый чек на сумму 70941 руб., в качестве подтверждения факта внесения ФИО3 денежных средств (л.д. 142).

Данные обстоятельства истцом не оспорены, доказательствами по делу в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнуты. 

В судебном заседании 04.08.2025 в качестве свидетеля был допрошен ФИО13, который пояснил, что в настоящее время с истцом ФИО4 проживает с совместно, у них имеется общий малолетний ребенок. Ему известно, что ФИО4 и ФИО3 долго выбирали квартиру, ранее приобретенная квартира находилась в ипотеке, они собирались приобрести новую, чтобы улучшить жилищные условия. По приезду из отпуска, ФИО3 сообщил ФИО4, что квартира куплена. Считает, что спорное жилое помещение куплено на денежные средства истца и третьего лица. Указывает, что заработная плата сторон позволяла им купить трехкомнатную квартиру. Оба работали, получали заработную плату 60000 руб. – 80000 руб. На момент покупки квартиры, находился с ФИО3 в дружеских отношениях, часто бывал у него и его бывшей супруги ФИО4 в гостях. Квартира 83 приобретена в марте 2019 г.. В указанном жилом помещении (квартира **) бывал, помогал с ремонтом. Ремонт в квартире ** не хотели делать, так как не было денег. Затем стали менять окна, двери, производить капитальный ремонт. Выломали кабинку санузла, чтобы отстроить новую ванную, сняли все старые обои, побелили потолок, поменяли линолеум, поменяли старые дверные проемы. Работы производили как самостоятельно, так и привлекали рабочих, также друзья помогали. Ремонтные работы в спорном жилом помещении производились за счет денежных средств истца и третьего лица. Помогала ли материально ответчик ФИО5 производить ремонтные работы ему неизвестно. Истец ФИО4 получала официальную заработную плату, а также получала заработную плату неофициально «в конверте» и все денежные средства из полученного конверта тратились на ремонт. Истец узнала о том, что квартира не принадлежит ФИО3 в конце брачных отношений. ФИО13 в период 2019-2021 также считал, что спорное жилое помещение принадлежит ФИО3, поскольку неоднократно слышал разговоры о том, что истец и третье лицо купили квартиру, что эта квартира подарок истцу. Проживать в указанной квартире ** стали примерно через полтора года после ее покупки, до этого момента проживали в квартире **. В период 2019-2020 г.г. в квартире ** ремонт не осуществлялся. После переезда истца и третьего лица в квартиру **, в квартиру ** заехала ответчик ФИО5 с дедом. Истец ФИО4 передала ФИО3 денежную сумму, равную стоимости квартиры, для приобретения квартиры **, однако, точную денежную сумму указать не может, поскольку не знает стоимости спорного жилого помещения. ФИО4 лично не передавала денежные средства рабочим, которые производили ремонтные работы, полученную заработную плату из конверта передавала ФИО3, который самостоятельно распоряжался полученными денежными средствами на ремонт. Обои в детскую комнату куплены на денежные средства, которые копил сам ребенок. Истец ФИО4 неоднократно жаловалась на то, что ФИО3 приобретает для себя дорогие продукты питания и спиртные напитки по кредитной карте. При этом задолженность по кредитной карте погашалась из денежных средств истца. 

В судебном заседании 04.08.2025 в качестве свидетеля была допрошена ФИО9, которая пояснила, что находится с истцом ФИО4 в дружеских отношениях. Часто приходила к ним в гости как в квартиру на первом этаже, так и в квартиру **. Считала, что квартира ** является совместной собственностью истца и третьего лица. Указанную квартиру ФИО4 и ФИО3 приобрели весной 2019. Истец и третье лицо были достаточно обеспеченными, могли приобрести квартиру. Впервые попала в квартиру ** летом 2019, когда там еще не было ремонта. Ремонт начали делать постепенно. Отремонтировали ванную и туалет, поменяли обои, полы, потолки, окна, межкомнатные двери. В настоящее время истец не проживает в спорном жилом помещении, поскольку брак между ФИО4 и ФИО3 расторгнут. Ремонтные работы в спорном жилом помещении производились за счет совместных средств истца и третьего лица. Истец получала официальную заработную плату в размере 10000 руб., также получала премии в конверте. Общий размер заработной платы истца составлял 40000 руб. 

В судебном заседании 04.08.2025 в качестве свидетеля был допрошен ФИО10, который пояснил, что находится с истцом ФИО4 в дружеских отношениях. Также ранее находился в дружеских отношениях с третьим лицом ФИО3 Ответчика ФИО5 не знает. Указал, что в 2019 г. истец и третье лицо приобрели квартиру ** по [адрес], часто бывал у них в гостях. До этого стороны проживали по этому же адресу в двухкомнатной квартире на первом этаже, там также бывал. Истец и третье лицо осуществляли ремонтные работы в спорном жилом помещении. За счет чьих денежных средств производился ремонт, пояснить не может. Ремонт делали долго, клеили обои, меняли потолки, заказывали мебель. 

В судебном заседании 04.08.2025 в качестве свидетеля была допрошена ФИО11, которая пояснила, что у истца и третьего лица имелась квартира ** по [адрес]. В 2019 по приезду из отпуска узнала, что ответчик ФИО5 купила квартиру ** по [адрес]. На тот момент в указанной квартире был обычный ремонт. ФИО5 обращалась к ней за помощью, с целью узаконить перепланировку в спорном жилом помещении, поскольку фактическая планировка в спорной квартире отличалась от выписки из ЕГРН и кадастрового плана. Квартиру ответчик приобрела за счет денежных средств вырученных от продажи других квартир. В июне 2020 г. между сторонами произошел конфликт в связи с отношениями истца ФИО4 и бывшего мужа ФИО11 – ФИО13, после чего стороны долгое время не общались. В феврале 2021 ФИО11 попала к ним в гости. Тогда заметила, что поменялись окна, входная дверь. Межкомнатные двери отсутствовали, мебель принадлежала ответчику. На тот момент ФИО5 проживала в двухкомнатной квартире на первом этаже совместно со своим отцом. ФИО3 всегда жил за счет кредитов. Знала, что семья истца и третьего лица испытывала финансовые трудности, так как сама истец неоднократно об этом упоминала. ФИО3 также жаловался на то, что истец то работает, то не работает, основные расходы лежат на нем, поэтому денег не хватает. На поездку в 2019 г. во Вьетнам ФИО3 брал кредит. Не слышала, что спорное жилое помещение приобретается истцом и третьим лицом, в том числе за счет их денежных средств. Считает, что истцу ФИО4 было достоверно известно о том, кто покупает и кому принадлежит квартира **, поскольку истец жаловалась, что квартира покупается «за ее спиной». 

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности истцом обстоятельства возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения, подлежащего возмещению в пользу истца.

Так, исходя из смысла вышеприведенных норм права, само по себе осуществление истцом ремонтных работ в квартире ответчика, в том числе за счет собственных средств, не влечет оснований получения истцом имущественного права на возмещение стоимости ремонтных работ после прекращения брачных отношений с третьим лицом, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо наличие соответствующих возмездных соглашений между титульным владельцем квартиры (ответчиком) и истцом о приобретении последним после завершения ремонтных работ имущественных благ. Не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата - такое право может возникнуть лишь при наличии особых условий, квалифицирующих обогащение как неправомерное.

В ходе рассмотрения дела ответчик не отрицала факт осуществления ремонтных работ в спорном жилом помещении истцом по своему усмотрению, однако возражала против их осуществления за счет денежных средств истца.

Представитель истца напротив, указывал, что ремонтные работы производились истцом за счет личных денежных средств, с целью улучшения обстановки и ремонта своего жилого помещения ввиду того, что истец считала спорное жилое помещение собственностью семьи истца и третьего лица.

Однако, доказательств, подтверждающих обоснованное предположение истца о принадлежности спорной квартиры ей и третьему лицу, как и наличие каких-либо договорных отношений между сторонами относительно последующей передачи в собственность истца спорной квартиры, в материалы дела не представлено.

Какого-либо соглашения о порядке пользования квартирой, устанавливающего определенные возмездные обязательства, сторонами не заключалось.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлено и истцом надлежащими доказательствами не опровергнуто, что ремонтные работы в спорном жилом помещении производились истцом добровольно, в том числе и для удобства своего проживания в квартире, истец достоверно знала об отсутствии у нее обязательств по оплате ремонтных работ, в связи с чем в силу ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации данные денежные средства не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Последующее изменение обстоятельств совместного проживания истца и третьего лица не привело к возникновению у ответчика обязательств по возврату стоимости ремонта, поскольку наличие обязательства должно иметь место на момент предоставления истцом ответчику денежных сумм или иного имущества.

Как следует из материалов дела, истец была вселена в квартиру ответчика на неопределенный срок, проживала в ней с третьим лицом с согласия ответчика, при этом доказательств, подтверждающих наличие каких-либо договорных отношений между сторонами относительно пользования квартирой не представлено.

Таким образом, поскольку какого-либо соглашения о порядке пользования квартирой сторонами не заключалось, ответчиком каких-либо обязательств по возмещению истцу затрат на ремонт не принималось, то оснований для признания ремонтных работ в квартире ответчика неотделимыми улучшениями, которые привели к неосновательному обогащению ответчика, не имеется.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна - сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Пунктом 2 данной нормы предусмотрено, что к договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные ст. 607, п. 1 и абз. первым п. 2 ст. 610, п. 1 и 3 ст. 615, п. 2 ст. 621, п. 1 и 3 ст. 623 ГК РФ.

Согласно п. 3 ст. 623 ГК РФ стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.

Исходя из того, что спорная квартира была предоставлена ответчиком для проживания семье истца и третьего лица, затраты на ремонт квартиры произведены истцом добровольно в своих собственных интересах и в интересах своей семьи при заведомой ее осведомленности об отсутствии у нее соответствующих обязательств по производству ремонта в квартире ответчика, учитывая также отсутствие доказательств того, что ответчик имел намерения передать права на квартиру семье истца.

Как было указано выше, в соответствии с п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

На основании изложенного, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что истец не имела обязанностей по выполнению заявленных ремонтных работ, следовательно, соответствующие затраты понесены истцом добровольно и исключительно по собственной инициативе, доказательств того, что таковые были вызваны необходимостью исполнения каких-то обязательств, необходимостью проведения этих работ в квартире с целью сохранения жилого помещения, согласования проведения данных работ с собственником помещения, не представлено, то в силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ правовые основания для выплаты ответчиком неосновательного обогащения истцу отсутствуют, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся судебные расходы.

Учитывая, что исковые требования ФИО4 о взыскании денежных средств в размере 299106,79 руб. оставлены судом без удовлетворения, требования о взыскании с ответчика расходов по уплате государственной пошлины в размере 1850 руб. также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО4 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд через Северский городской суд Томской области.

Председательствующий С.В. Панкова

УИД: 70RS0009-01-2024-001589-23