Дело № 2-1149/2018 11 сентября 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Фитиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора, взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила расторгнуть договор купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года, взыскать уплаченные по договору денежные средства в размере 26 100 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 сентября 2014 года по 11 апреля 2018 года в размере 8 218 210,23 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 21 марта 2014 года заключила с ответчиком договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого ответчик обязался передать в собственность истца земельный участок для индивидуального жилищного строительства площадью 3 003 кв.м, кадастровый номер 

<

№> по адресу: 

<

адрес>, с расположенным на нем жилым домом с надворными постройками площадью 143,60 кв.м, инд. № 104, лит А, кадастровый номер 

<

№>, жилым домом незавершенным строительством, готовностью 84%, лит. Б, кадастровый номер 

<

№>. В соответствии с п. 3.1 договора цена объекта 12 500 000 рублей. Во исполнение условий договора истцом было оплачено 26 100 000 рублей. Договор купли-продажи от 21 марта 2014 года содержит заверение продавца о том, что объекты свободны от прав третьих лиц, в залоге, под арестом не состоят. Вместе с тем 22 сентября 2014 года ФИО1 было отказа в государственной регистрации перехода прав на недвижимое имущество по договору в связи с наличием обременения – залога недвижимости в пользу З. по договору займа от 22 августа 2013 года. По данному факту истец обратилась в УМВД России по Приморскому району с заявлением о преступлении, постановлением от 16 марта 2015 года № 350319 было возбуждено уголовное дело, истец признана потерпевшей. Решением Всеволожского городского суда от 28 апреля 2016 года по делу № 2-137/2016 истцу было отказано в удовлетворении требований о признании права собственности на объекты недвижимости по договору купли-продажи от 21 марта 2014 года, в указанной части решение оставлено без изменения апелляционным определением Ленинградского областного суда от 16 августа 2017 года. В связи с предоставлением ответчиком в момент заключения договора недостоверной информации о товаре, истец направила в адрес ответчика требование о расторжении договора и возврате уплаченных денежных средств, указанное требование истца ответчиком исполнено не было. 

Истец ФИО1 и ее представитель в судебное заседание явились, поддержали исковые требования с учетом уточнений в полном объеме по основаниям, указанным в иске, указали на то обстоятельство, что передача денежных средств ответчику в счет оплаты договора в размере, превышающем согласованную в договоре цену, связана с дополнительной оплатой неотделимых улучшений объектов недвижимости.

Представитель ответчика ФИО2 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на пропуск истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями, указал на возможность исполнения договора купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года, считал договор действующим, признал факт передачи истцом по договору денежных средств в размере 15 300 000 рублей.

Изучив и оценив материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что 21 марта 2014 года между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого ответчик обязался передать в собственность истца объект недвижимости - земельный участок для индивидуального жилищного строительства площадью 3 003 кв.м, кадастровый номер 

<

№> по адресу: 

<

адрес>, с расположенным на нем жилым домом с надворными постройками площадью 143,60 кв.м, инд. № 104, лит А, кадастровый номер 

<

№>, жилым домом незавершенным строительством, готовностью 84%, лит. Б, кадастровый номер 

<

№> /л.д. 8-10 том 1/.

В соответствии с пунктами 1.3, 1.4 договора продавец гарантирует, что на момент заключения договора объект в споре или под арестом не состоит и не обременен другими правами третьих лиц, стороны договорились, что объект не является предметом залога и в залоге у продавца после регистрации состоять не будет.

Согласно пунктам 3.1, 3.2 договора цена объекта составляет 12 500 000 рублей, которая передана продавцу до подписания договора. 

Согласно подписанному сторонами акту сверки по договору купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года расчету произведены полностью /л.д. 12 том 1/.

Объекты недвижимости по договору купли-продажи от 21 марта 2014 года переданы ответчиком истцу по акту приема-передачи недвижимости от 21 марта 2014 года /л.д. 11 том 1/.

15 августа 2014 года стороны обратились с заявлением в Управление Росреестра по Ленинградской области о регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости по договору купли-продажи от 21 марта 2014 года /л.д. 113 том 2/, в государственной регистрации было отказано по причине наличие записи о регистрации ипотеки в силу договора залога недвижимости от 22 августа 2013 года, что сторонами не оспаривается. 

Сообщением № 13/129/2014-473 от 22 сентября 2014 года Управление Росреестра по Ленинградской области отказало ФИО2 в государственной регистрации прекращения обременения на земельный участок, жилые дома, расположенные по адресу: 

<

адрес> /л.д. 25-26 том 1/.

Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 28 апреля 2016 года по делу № 2-137/2016 ФИО1 было отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании права собственности на земельный участок, жилой дом с надворными постройками, жилой доя незавершенный строительством /л.д. 50-58 том 1/.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 16 августа 2017 года решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 28 апреля 2016 года в части отказа в удовлетворении иска ФИО1 оставлено без изменения /л.д. 59-73 том 1/.

Указанным решением суда установлено, что 22 августа 2013 года ФИО2 заключила с К. договор залога спорного объекта недвижимости. Залог установлен в обеспечение обязательства по договору займа от 22 августа 2013 года, по условиям которого ФИО2 получила от К. денежные средства в сумме 1675000 рублей сроком возврата до 15 февраля 2014 года с уплатой процентов на сумму займа в размере 5% ежемесячно, а также уплатой пени в размере 2% от суммы займа за каждый день просрочки возврата денежных средств (в случае, если такая просрочка будет допущена).

30 августа 2013 года на спорный объект зарегистрировано обременение в виде ипотеки в пользу К. на основании договора залога от 22 августа 2013 года.

26 мая 2015 года между цедентом К. и цессионарием З. заключен договор возмездной уступки прав требований, по условиям которого к З. перешло в полном объеме право требования к ФИО2 по ее обязательствам, вытекающим из договора займа от 22 августа 2013 года и договора ипотеки спорного объекта недвижимости от 22 августа 2013 года.

22 июля 2015 года в ЕГРП внесена запись о регистрации ипотеки спорного объекта недвижимости в пользу ФИО3

21 марта 2014 года ФИО2, не рассчитавшись с ООО «Страховой Аспект» и с К. (преемник З..), произвела отчуждение спорного объекта недвижимости в пользу ФИО1, получив от последней выкупную цену объекта в сумме 12 500 000 рублей.

22 сентября 2014 года ФИО1 отказано в регистрации права собственности на спорные объекты по причине того, что в ЕГРП содержится запись о регистрации ипотеки спорного недвижимого имущества на основании договора залога недвижимости от 22 августа 2013 года, заключенного между собственником ФИО2 и залогодержателем К.

С учетом указанных обстоятельств, разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска ФИО1, Всеволожский городской суд Ленинградской области указал, что при заключении договора купли-продажи от 21 марта 2014 года у залогодержателя не было получено согласие на отчуждение спорного объекта недвижимости, и при рассмотрении дела залогодержатель З. возражал против отчуждения находящейся у него в залоге недвижимости, ссылаясь на то, что обязательства по договору займа от 22 августа 2013 года ответчицей ФИО2 до настоящего времени не исполнены.

В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

11 сентября 2017 года истица направила в адрес ответчика претензию о расторжении договора купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года и возращении в срок до 19 сентября 2017 года денежных средств, уплаченных по договору, указанная претензия оставлена ответчиком без ответа, доказательств обратного не представлено /л.д. 28-30 том 1/.

Согласно пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной, при этом, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно части 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

На основании пункта 1 статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Пунктом 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами (п. 2 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 460 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, за исключением случая, когда покупатель согласился принять товар, обремененный правами третьих лиц.

Неисполнение продавцом этой обязанности дает покупателю право требовать уменьшения цены товара либо расторжения договора купли-продажи, если не будет доказано, что покупатель знал или должен был знать о правах третьих лиц на этот товар.

Правила, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, соответственно применяются и в том случае, когда в отношении товара к моменту его передачи покупателю имелись притязания третьих лиц, о которых продавцу было известно, если эти притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными (п. 2 ст. 460 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 37 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что продавец земельного участка должен предоставить покупателю имеющуюся у него информацию об обременениях и ограничениях прав на земельный участок.

В соответствии с п. 3 ст. 37 Земельного кодекса Российской Федерации покупатель в случае предоставления ему продавцом заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием; о разрешении на застройку данного земельного участка; об использовании соседних земельных участков, оказывающем существенное воздействие на использование и стоимость продаваемого земельного участка; о качественных свойствах земли, которые могут повлиять на планируемое покупателем использование и стоимость продаваемого земельного участка; иной информации, которая может оказать влияние на решение покупателя о покупке данного земельного участка и требования о предоставлении которой установлены федеральными законами, вправе требовать уменьшения покупной цены или расторжения договора купли-продажи земельного участка и возмещения причиненных ему убытков.

Как было указано выше, в пункте 1.3, 1.4 договора купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года ответчик гарантировала истцу, что объекты недвижимости на момент заключения договора в споре или под арестом не состоят и не обременены другими правами третьих лиц, не являются предметом залога.

С учетом изложенного, поскольку ответчик при подписании договора купли-продажи сообщил истцу недостоверные сведения относительно отсутствия обременений спорных объектов правами третьих лиц, доказательств получения согласия покупателя принять товар, обремененный правами третьих лиц, в материалы дела ответчиком не представлено, кроме того притязания третьих лиц в отношении спорных объектов впоследствии были признаны правомерными, а в удовлетворении исковых требований истца о признании права собственности на спорные объекты вступившим в законную силу решением суда было отказано, также отказано в государственной регистрации перехода права собственности к истцу, суд приходит к выводу о наличии у истца права требовать расторжения договора в силу положений ст. 450, 460 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем требование о расторжении договора купли-продажи от 21 марта 2014 года подлежит удовлетворению.

Согласно объяснениям истца в счет исполнения обязанности по оплате стоимости объектов недвижимости по договору от 21 марта 2014 года ею были переданы ответчику денежные средства в размере 26 100 000 рублей, в подтверждение указанного обстоятельства истцом в материалы дела представлены копия расписки ФИО2 от 21 марта 2014 года о получении от ФИО1 денежных средств в размере 15 300 000 рублей по договору купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года с указанием на недействительность ранее выданных расписок /л.д. 20 том 1/, расписки ФИО4 от 28 марта 2014 года о получении денежной суммы в размере 2 600 000 рублей в счет оплаты договора купли-продажи за коттедж, расположенный в 

<

адрес> /л.д. 17 том 1/, расписки ФИО2 от 04 апреля 2014 года о получении от ФИО1 денежных средств в размере 3 600 000 рублей в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимости от 20 декабря 2013 года /л.д. 15 том 1/, расписки ФИО2 от 09 апреля 2014 года о получении от ФИО1 денежных средств в размере 4 600 000 рублей по договору купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года /л.д. 16 том 1/. 

Оригиналы указанных расписок были изъяты в ходе выемки старшим следователем СУ УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга майором юстиции М.., что подтверждается протоколом обыска (выемки) от 25 сентября 2015 года /л.д. 101-103 том 1/.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга майора юстиции М. от 03 апреля 2015 года ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу № 350319, указанным постановлением установлено, что в период с 15 октября 2013 года по 19 марта 2014 года в бизнес центре «Авиатор» по адресу: Санкт-Петербург, ул. Мебельная, д. 12, неустановленные лица, действуя путем обмана, под предлогом продажи объектов недвижимости для последующего осуществления предпринимательской деятельности по адресу: 

<

адрес>, не имея намерения выполнять обязательства по передаче объектов в собственность покупателя ФИО1, похитило денежные средства, принадлежащие последней в особо крупном размере на общую сумму 15 300 000 рублей /л.д. 38 том 1/.

Ответчик в ходе рассмотрения настоящего дела подлинность представленных истцом в материалы дела копий расписок не оспаривал, при этом оспаривал обстоятельство передачи истцом в счет исполнения договора денежных средств в размере 26 100 000 рублей.

Как было указано выше, пунктами 3.1, 3.2 договора от 21 марта 2014 года стороны согласовали стоимость объектов недвижимости в размере 12 500 000 рублей, указали, что сумма договора передана продавцу до подписания договора.

В обоснование передачи денежных средств в большем размере, нежели предусмотрено договором, истец ссылался на доплату неотделимых улучшений объектов недвижимости.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, цена в договоре купли-продажи недвижимости признается существенным условием договора (п. 1 ст. 555 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств заключения между сторонами дополнительных соглашений к договору купли-продажи от 21 марта 2014 года либо договоров об оплате неотделимых улучшений спорных объектов недвижимости истцом в материалы дела не представлено.

Кроме того, расписки о получении денежной суммы в размере 2 600 000 рублей, 3 600 000 рублей и 4 600 000 рублей, на которые истец ссылается в обоснование требований, составлены 28 марта 2014 года, 04 апреля 2014 года и 09 апреля 2014 года соответственно, что противоречит условиям договора от 21 марта 2014 года о передаче денежных средств продавцу до подписания договора. Также расписка от 28 марта 2014 года о получении денежной суммы в размере 2 600 000 рублей составлена ФИО4, а не ответчиком, доказательств наличия у ФИО4 права на получение денежных средств от истца в интересах ответчика в соответствии с условиями договора от 21 марта 2014 года на момент составления расписки не представлено, расписка от 04 апреля 2014 года составлена ФИО2 о получении денежных средств в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимости от 20 декабря 2013 года, а не по спорному договору от 21 марта 2014 года. Вопреки доводам истца оснований квалифицировать подписанный между сторонами договор купли-продажи недвижимости от 20 декабря 2013 года /л.д. 29-30 том 2/ как предварительный договор, во исполнение которого был заключен договор от 21 марта 2014 года, исходя из условий указанного договора не имеется. 

В ходе рассмотрения дела истец пояснил, что требование о взыскании денежных средств в размере 26 100 000 рублей обосновывает расторжением договора купли-продажи от 21 марта 2014 года.

Вместе с тем, учитывая условия договора о стоимости объекта и сроке передаче денежных средств в счет оплаты договора, отсутствие дополнительных соглашений к договору, оснований для взыскания денежных средств по распискам от 28 марта 2014 года, 04 апреля 2014 года и 09 апреля 2014 года как следствие расторжения договора от 21 марта 2014 года суд не усматривает.

При этом, в ходе рассмотрения дела ответчик признал факт передачи истцом по договору купли-продажи от 21 марта 2014 года денежных средств в размере 15 300 000 рублей /л.д. 145 том 2/, что соответствует составленной 21 марта 2014 года ФИО2 расписке о получении от ФИО1 денежных средств в размере 15 300 000 рублей по договору купли-продажи недвижимости от 21 марта 2014 года с указанием на недействительность ранее выданных расписок /л.д. 20 том 1/.

В силу ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. 

На основании изложенного, в связи с расторжением договора купли-продажи от 21 марта 2014 года суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу истца уплаченных по договору денежных средств в неоспариваемом ответчиком размере 15 300 000 рублей, оснований для взыскания денежных средств в заявленном истцом размере суд не усматривает.

Возражения ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд с настоящими требованиями подлежат отклонению исходя из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности в соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено вступившим в законную силу решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 28 апреля 2016 года по делу № 2-137/2016 22 сентября 2014 года ФИО1 отказано в регистрации права собственности на спорные объекты по причине того, что в ЕГРП содержится запись о регистрации ипотеки спорного недвижимого имущества на основании договора залога недвижимости от 22 августа 2013 года, заключенного между собственником ФИО2 и залогодержателем К.

Таким образом, о нарушении своего права истица узнала не ранее 22 сентября 2014 года, доказательств наличия у истца сведений об обременении спорных объектов недвижимости ранее указанной даты ответчиком в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам ответчика обстоятельство обращения сторон в Управление Росреестра по Ленинградской области с иными заявлениями о регистрации перехода права собственности на спорные объекты недвижимости по договору купли-продажи от 21 марта 2014 года ранее 15 августа 2014 года не свидетельствует об изменения даты начала течения срока для обращения в суд, поскольку, как следует из представленных по запросу суда регистрационных документов /л.д.77-111 том 2/, государственная регистрация на основании указанных заявлений была прекращена в связи с отказом сторон от государственной регистрации, а не по причине отказа регистрирующего органа в связи с наличием записи о регистрации ипотеки.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчик признавал договор действующим, указал на готовность дальнейшего исполнения его условий, требование о расторжении договора истцом в адрес ответчика было направлено 11 сентября 2017 года.

С учетом изложенного, поскольку с настоящим иском в суд истец обратился 21 сентября 2017 года, оснований полагать срок для обращения в суд пропущенным истцом не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно ч. 3 указанной статьи проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 сентября 2014 года по 11 апреля 2018 года в размере 8 218 210,23 рублей /л.д. 209 том 1/.

Вместе с тем, как было указано выше, с требованием о расторжении договора и возврате денежных средств истец обратился к ответчику 11 сентября 2017 года с указанием на необходимость исполнения указанной обязанности в срок до 19 сентября 2017 года.

Поскольку до указанной даты стороны считали договор действующим, доказательств обращения с претензией к ответчику ранее 11 сентября 2017 года истцом не представлено, срок для возврата денежных средств истцом был установлен до 19 сентября 2017 года, оснований полагать, что до 19 сентября 2017 года ответчик неправомерно удерживал денежные средства истца не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части взыскания с ответчика в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20 сентября 2017 года по 11 апреля 2018 года в размере 677 601,38 рублей исходя из следующего расчета с учетом изменения ключевой ставкой Банка России:

- с 20 сентября 2017 года по 29 октября 2017 года: 15 300 000 х8,5%/365 х40 =142 520,55 рублей,

- с 30 октября 2017 года по 17 декабря 2017 года: 15 300 000 х8,25%/365 х49=169 452,74 рублей,

- с 18 декабря 2017 года по 11 февраля 2018 года: 15 300 000х7,75%/365 х56 = 181 923,29 рублей,

- с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года: 15 300 000 х 7,5%/365 х 42= 132 041,10 рублей,

- с 26 марта 2018 года по 11 апреля 2018 года: 15 300 000 х7,25%/365 х 17= 51 663,70 рублей, 

Итого: 142 520,55+169 452,74+181 923,29+132 041,10+51 663,70= 677 601,38 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требований ФИО1 удовлетворить в части.

Расторгнуть договор купли-продажи недвижимости, заключенный 21 марта 2014 года между ФИО2 и ФИО1.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 15 300 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 677 601,38 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 12 сентября 2018 года.