№ 1-116/2020

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Чита 14 мая 2020 года

Читинский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Катанцевой А.В., 

при секретаре Наливайко О.С.,

с участием государственных обвинителей: заместителя прокурора Читинского района Забайкальского края Казаковой О.В., прокурора Читинского района Забайкальского края Казанова Е.В.,

подсудимого ФИО1,

защитников – адвокатов: Юринской О.И., предоставившей удостоверение № и ордер № от 30.09.2019 года, Свирской Т.В., предоставившей удостоверение № и ордер № от 27.03.2020 года,

потерпевшего Т.,

рассмотрев в общем порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1 АнатО.ча, 

<

данные изъяты>

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.30 ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение убийства - умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Так, 29.09.2019 года в период с 19 часов 03 минут до 19 часов 20 минут у ФИО1, находящегося в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, на территории домовладения по адресу: 

<

адрес>, - в ходе ссоры с ранее знакомым Т., находящимся на участке местности возле ограды указанного выше домовладения, возник преступный умысел на совершение убийства последнего.

Реализуя задуманное, ФИО2 в вышеуказанное время у себя в жилище, расположенном по указанному выше адресу, вооружился ранее незаконно приобретенным и хранящимся однозарядным гладкоствольным пистолетом, изготовленным самодельным способом, относящимся к гладкоствольному огнестрельному оружию, снаряженным патроном калибра 5.6 мм. (далее - самодельный пистолет), после чего, держа в руке указанный самодельный пистолет, прошел на 

<

адрес>, где находился Т..

29.09.2019 года в период с 19 часов 03 минут до 19 часов 20 минут ФИО2, находясь на участке местности, расположенном возле ограды его домовладения, расположенного по вышеуказанному адресу, на почве личных неприязненных отношений, действуя с прямым умыслом, с целью убийства произвел из самодельного пистолета один выстрел в область расположения жизненно-важных органов человека - грудной клетки и живота Т..

Своими умышленными действиями ФИО2 причинил Т. огнестрельное пулевое проникающее слепое торако-абдоминальное (груди и живота) ранение справа с повреждением нижней доли правого легкого, диафрагмы, правой доли печени, осложнившиеся правосторонним гемотораксом, гемоперитонеумом, геморрагическим шоком 3 степени, ДВС-синдромом, которое является опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Таким образом, ФИО2 совершил все действия, достаточные для наступления смерти Т., и полагал, что его смерть неизбежна. Однако смерть Т. не наступила по независящим от Данилова обстоятельствам в связи с тем, что сразу после совершения преступления потерпевший был доставлен в лечебное учреждение, где ему была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления, признал частично, пояснив, что взял самодельный пистолет, который ранее нашел в лесу, только с целью демонстрации, чтобы напугать Т. и приехавших с ним мужчин, кроме того, стрелял не в направлении Т., а в пустое пространство между Т. и стоящей машиной.

Не смотря на изложенную позицию подсудимого, суд считает, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии в ходе судебного разбирательства нашла свое подтверждение в полном объеме.

Подсудимый ФИО1 суду пояснил, что 29.09.2019 года в утреннее время он с супругой выпил 2 рюмки водки, после чего она ушла, он больше спиртное не употреблял. В этот же день от жены ему стало известно, что Т. не берет его на работу на новый объект. Кроме того, Т. был должен ему за работу на прошлом объекте. Он несколько раз звонил Т., но тот не брал трубки. Потом в ходе разговора по телефону Т. стал высказывать ему оскорбления, угрозы и сказал, что скоро приедет к нему, чтобы разобраться. Через некоторое время, стоя на крыльце, он увидел, как подъехала машина, и из нее вышел Т., К. Д. Т. в нецензурной форме крикнул ему (ФИО2), чтобы он вышел за ограду. Видя, что Т. и приехавшие с ним мужчины настроены агрессивно, он, испугавшись за свою жизнь, вернулся в дом, где из кладовки взял самодельный пистолет, который за три дня до этого нашел в лесу. Он знал, что пистолет заряжен, поскольку ранее рассматривал его и видел патрон. Выйдя за ограду, он продемонстрировал всем пистолет с целью напугать присутствующих, но понял, что никто не воспринял оружие всерьез. Между ним и Т. было расстояние примерно 2-3 м., К. стоял от Т. немного позади на расстоянии 2 м., Д. – стоял еще дальше К.. Т. кричал, нецензурно выражался, провоцировал его, и в момент, когда последний сжав кулаки, сделал 2 шага в его направлении, он (ФИО2), испугавшись, поднял оружие на уровне своего пояса и, подумав, выстрелил. Стрелял он (ФИО2) не в направлении Т., а в свободное пространство между Т. и стоящей машиной. Причинить вред здоровью Т. или убить его он не хотел. После выстрела он понял, что ранил Т., чему был удивлен, поскольку не знал, что пистолет выстрелит, кроме того, стрелял в другом направлении, в связи с чем признает свою вину в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего по неосторожности. Потом К. и ФИО2 увезли Т. в больницу, а он (ФИО2) пошел и спрятал пистолет в поленнице, в последующем добровольно выдал его сотрудникам полиции. 

Из протокола явки с повинной ФИО1 от 30.09.2019 года следует, что 29.09.2019 года он, находясь возле ограды 

<

адрес> в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта с Т. произвел выстрел из самодельного огнестрельного оружия, смерти Т. не желал, хотел его напугать. (т. 1 л.д. 47-48)

Из оглашенных в связи с наличием существенных противоречий показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого 30.09.2019 года, следует, что когда он узнал от супруги, что Т. не взял его на работу на новый объект, его это возмутило. Он стал звонить Т., но тот ему на телефонные звонки не отвечал. 29.09.2019 года между ним и Т. состоялся разговор по телефону, в ходе которого Т. высказывался грубо, оскорбил его и сказал, что скоро приедет. После данного разговора он (ФИО2) решил, что заставит ответить Т. за сказанные грубые слова, угрозы. Т. приехал не один, и, выйдя из машины, стал оскорблять его (ФИО2). Тогда он (ФИО2) потерял самообладание, решил, что нужно действовать, защищать свою честь и достоинство. Понимая, что Т. физически сильнее его, он зашел в дом, взял хранившийся на веранде предмет, похожий на пистолет. Взяв данный самодельный пистолет, будучи осведомленным, что он заряжен, он (ФИО2) вышел из ограды дома, подошел к Т. на расстояние 1 метра. Тот попытался броситься на него с кулаками, но в этот момент он, держа предмет похожий на пистолет в правой вытянутой руке, которая была направлена в сторону Т., примерно на уровне его груди или живота, нажал на курок и произвел один выстрел. В Т. он выстрелил, потому что тот его оскорбил. Он понимал, что от произведенного им выстрела Т. может умереть, но так как он был в состоянии сильного алкогольного опьянения, относился к происходящему безразлично, в нем лишь говорила обида и желание отомстить за оскорбление. (т. 1 л.д. 49-55)

При проверке показаний на месте обвиняемый ФИО1 пояснил обстоятельства случившегося, в целом показания аналогичны показаниям, данным им 30.09.2019 года, указал место совершения преступления, продемонстрировал свои действия, действия потерпевшего Т., изобличая себя в совершении преступления. На вопрос следователя, почему, если вы хотели напугать Т., не стреляли в воздух или в его конечности, ФИО1 пояснил, что так получилось, убивать Т. не хотел. (т. 1 л.д. 58-63)

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи проверки показаний на месте ФИО1 видно, как ФИО2, используя макет оружия, демонстрирует, как в момент выстрела направил дуло оружия прямо в область груди и живота манекена, используемого в качестве потерпевшего. 

После просмотра видеозаписи ФИО1 суду пояснил, что демонстрировал свои действия при проверке показаний на месте добровольно и именно так, как это было.

Из оглашенных в связи с наличием существенных противоречий показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 01.10.2019 года, следуют показания в целом аналогичные показаниям, данным 30.09.2019 года, дополнено, что он понимал, что стреляя в Т., не заденет стоящих рядом Д. и К., понимал, что от его действий пострадает только Т.. При этом он понимал, что стреляет в область груди или живота Т., и что от огнестрельного ранения может наступить смерть Т., но он относился к этому безразлично. (т. 1 л.д. 75-78)

Из оглашенных в связи с наличием существенных противоречий показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого дополнительно, следует, что расстояние между ним и Т. было около 3 метров, при этом Т. не поверил, что пистолет настоящий, направился в его сторону, сделал один или два шага, далее раскинул руки в сторону и крикнул: «Стреляй!», после этого он (ФИО2) передернул затвор пистолета, направил его в сторону Т. и выстрелил в область живота. У Т. в руках ничего не было, никаких угроз Т. не высказывал. Он (ФИО2) выстрелил, потому что в ходе телефонного разговора Т. высказал ему оскорбления, услышав которые он сильно разозлился, был на взводе. Он рассчитывал, что Т., увидев пистолет, испугается и уедет, но Т. стал вести себя вызывающе, тогда он (ФИО2) решил выстрелить и наказать Т. за его действия и слова, убивать Т. не хотел. Он (ФИО2) не выстрелил в воздух или в конечности Т., так как был взвинчен, не сдержался. Указанные события произошли 29.09.2019 года в период времени с 18 часов до 20 часов около дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30. ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту покушения на убийство Т., признает полностью в содеянном раскаивается. (т. 1 л.д. 155-157)

Оглашенные в судебном заседании явку с повинной и протокол проверки показания на месте подсудимый ФИО1 подтвердил в полном объеме, однако не подтвердил показания, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого, пояснив, что следователь задавала наводящие вопросы и вырвала его фразы из контекста, в связи с чем изменился их смысл. Хотя изначально сам настаивал на оглашение его показаний, данных им на стадии предварительного следствия 30.09.2019 года, утверждая, что в тот момент рассказал следователю правду.

Из протокола осмотра места происшествия от 30.09.2019 года, проведенного по адресу: 

<

адрес>, следует, что осмотрена квартира, зафиксирована обстановка на месте происшествия. В ходе осмотра изъята одежда ФИО1 (кофта серого цвета, трико серого цвета). (т. 1 л.д. 6-21)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 30.09.2019 года по адресу: 

<

адрес>, в ходе осмотра домовладения по указанному адресу участвующее в осмотре лицо ФИО1 указал на поленницу дров, расположенную в огороде, справой стороны, на пятом ряду дров (снизу) под дровами обнаружен предмет, похожий на оружие, который изъят, упакован в полимерный пакет. 17.11.2020 года изъятый предмет осмотрен, признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. (т. 1 л.д. 64-69, л.д. 134-137, л.д. 138)

Согласно заключению эксперта № 438 баллистической судебной экспертизы предмет похожий на пистолет, изъятый в ходе осмотра места происшествия, является однозарядным, гладкоствольным пистолетом, изготовленным самодельным способом со стволом, выполненным под патрон калибра 5,6 мм. Пистолет относится к гладкоствольному огнестрельному оружию, предназначен для стрельбы спортивно-охотничьими патронами. Стрельба из представленного пистолета после последней чистки производилась. Пистолет пригоден к производству выстрелов. (т. 2 л.д. 65-69).

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний эксперта ФИО3, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что при решении вопроса признания данного пистолета огнестрельным оружием производилась экспериментальная стрельба в количестве 3 выстрелов, в результате 2-х выстрелов происходила экстракция гильзы (извлечение из канала ствола после выстрела - выброс). (т. 2 л.д. 74-76)

Согласно заключению эксперта № 1827 от 01.10.2019 года судебно-медицинской экспертизы у ФИО1 на момент осмотра каких-либо видимых телесных повреждений не обнаружено. (т. 2 л.д. 53)

Из заключения эксперта № 4297 химической экспертизы следует, что на представленных марлевых тампонах со смывами с рук и на представленной одежде, принадлежащей ФИО1, следов характерных для продуктов выстрела не выявлено. (т. 2 л.д. 86-87)

В судебном заседании потерпевший Т. суду пояснил, что его супруга является индивидуальным предпринимателем, он, действуя от ее имени, как главный бригадир, занимается строительством и ремонтом частных домов. В его бригаду входил ФИО2, которого он не взял на работу на новый объект, потому что ранее тот стал злоупотреблять спиртным и не выходил на работу. 29.09.2019 года ФИО2 и его жена Д. в течение дня в смс -сообщениях и в разговоре по телефону стали предъявлять ему (Т.) претензии по поводу того, что он не взял на работу на новый объект ФИО2, кроме того, должен ему деньги за проделанную работу за прошлый объект. По окончанию рабочего дня он на своем автомобиле довез до вокзала своих работников ФИО4 и Д., и поехал домой. Ему вновь позвонил ФИО2, который стал оскорблять его, требовать деньги. Он (Т.) решил съездить к ФИО2 домой и поговорить с ним о случившемся. Намерений избивать его (ФИО2) или каким-либо образом запугивать у него не было. Поскольку он (Т.) находился в состоянии алкогольного опьянения легкой степени, он позвонил Х. и попросил свозить его к ФИО2, проживающему в 

<

адрес>. На данное предложение 

<

адрес> согласился. По дороге он позвонил К. и Д., которые от вокзала на маршрутном такси поехали домой в 

<

адрес>, и сказал, что подберет их по дороге. При этом он им сказал, что ему звонил ФИО2, и он едет с ним поговорить. К. и Д. дождались его (Т.) приезда на остановке, и все вместе они поехали к ФИО2. Он позвонил ФИО2 и сказал, что подъезжает к нему, чтобы тот вышел. Когда он подъехал, Х. остался в машине, Д. пошел к супруге, которая проживает по соседству, К. стоял где-то в стороне, а он подошел к ограде дома ФИО2 и попросил его выйти. ФИО2 и его жена Д. находились в состоянии алкогольного опьянения, последняя позвала его зайти в дом, но он отказался. Когда ФИО2 вышел за ограду, он увидел у него в руках пистолет, при этом тот сказал, что убьет его. Он (Т.) попросил ФИО2 убрать пистолет и нормально поговорить, при этом раскинул руки в сторону и сделал шаг ему на встречу, показывая, что он безоружен. В этот момент ФИО2 с близкого расстояния выстрелил ему в туловище. Он отшатнулся, пошел к машине, его повезли в больницу. Ему сделали несколько операций, он долго находился в коме, был на грани жизни и смерти. В настоящее время он не может работать, хромает, рука и нога у него функционирует не в полном объеме, кроме того, у него строгая диета. Каких-либо мер к заглаживанию причиненного вреда ФИО2 не предпринимал. Вопрос о мере наказания оставил на усмотрение суда.

Согласно заключению эксперта № 3378 судебно-медицинской экспертизы по медицинским документам у Т. имелось огнестрельное пулевое проникающее слепое торако-абдоминальное (груди и живота) ранение справа с повреждением нижней доли правого легкого, диафрагмы, правой доли печени, осложнившееся правосторонним гемотораксом, гемоперитонеумом, геморрагическим шоком 3 степени, ДВС-синдромом, которое могло образоваться незадолго до обращения в стационар в результате выстрела из оружия, снаряженного пулей. Согласно п. 6.1.9 и п. 6.1.15 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к Приказу Минздравсоцразвития от 24.04.2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека») и «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 указанное повреждение являлось опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. (т. 2 л.д. 130-131)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 29.09.2019 года в ГУЗ «Краева клиническая больница» по адресу: 

<

адрес>, изъята одежда Т. (т. 1 л.д. 25-29)

Из заключения эксперта № 5105 баллистической экспертизы на одежде (спортивной мастерке и футболке), принадлежащей Т., имеется по одному огнестрельному входному, повреждению. Повреждения расположены на передней поверхности мастерки и футболки в центральной части. Повреждения образованны в результате одного выстрела пулей калибра 5.6 мм., произведенного с дистанции двух и более метров. (т. 2 л.д. 149-154)

Согласно протоколу выемки в помещении ГУЗ «Краева клиническая больница» по адресу: 

<

...>, - произведена выемка предмета, похожего на пулю, извлеченного при оперативном вмешательстве из тела Т. (т. 1 л.д. 109-113).

Из заключения эксперта № 477 баллистической судебной экспертизы следует, что предмет, похожий на пулю, изъятый из тела Т., является моноснарядом - пулей, предназначенной для снаряжения охотничьего патрона к нарезному огнестрельному оружию калибра 5.6 мм. Пуля, вероятно, выстреляна в канале гладкого ствола огнестрельного оружия калибра 5.6 мм. (т. 2 л.д. 115-117)

Согласно протоколу осмотра предметов от 01.12.2019 года осмотрены: предмет, похожий на пулю, спортивная мастерка и футболка, принадлежащие Т., кофта и трико, принадлежащие ФИО1 В последующем данные предметы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (т. 1 л.д. 204-210, л.д. 211)

Из протокола осмотра предметов от 26.12.2019 года следует, что осмотрены распечатки телефонных соединений абонентского номера №, используемого обвиняемым ФИО1, распечатки телефонных соединений абонентского номера №, используемого потерпевшим Т., установлено, что 29.09.2019 года между подсудимым и потерпевшим было 4 телефонных разговора: 1-ый в 14-40 часов, а 4-ый в 19-03 часов. Данные документы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (т. 1 л.д. 159-160, л.д. 161)

В судебном заседании свидетель К. суду пояснил аналогичные обстоятельства о том, как он, Т., Х. и Д. встретились и поехали к ФИО2 домой. При этом указал, что они поехали объяснить ФИО2, что он не прав в своих претензиях по поводу работы и ее оплаты, драться никто не собирался, они ехали просто поговорить. По дороге ему позвонила супруга Т. и просила не ездить к ФИО2. Он передал Т. слова его супруги, но они все равно поехали. Подъехав к ограде дома ФИО2, он, Т. и Д. вышли из машины. В какой-то момент выбежала собака, схватила его за штанину. Он стал ее отгонять. Т. позвал ФИО2 выйти за ограду, чтобы поговорить, каких-либо угроз он (Т.) ему (ФИО2) не высказывал. Когда ФИО2 вышел, у него в руке был пистолет. На просьбу Т. убрать оружие, ФИО2 сказал, что будет только так разговаривать с ними, передернул затвор, вскинул руку и с близкого расстояния – почти в упор 1-1,5 м. – выстрелил в Т.. Он (К.) подхватил Т. и помог ему сесть в машину, после чего они поехали в больницу. По дороге от дома Данилова они встретили жену Т., которая ехала за ним, все вместе они поехали в больницу.

Аналогичные показания свидетель К. дал при проведении очной ставки с обвиняемым ФИО1 (т. 1 л.д. 237-241)

В судебном заседании свидетель Д. суду пояснил, что его мать Д. состоит в браке с ФИО2, который фактически его отчим. Он (Д.), как и ФИО2, работает в бригаде Т.. Ему известно, что у ФИО2 были претензии к Т. по поводу оплаты его работы, считает, что данные претензии были обоснованными, не смотря на то, что ФИО2 не вышел на работу по причине злоупотребления спиртными напитками, поскольку такое периодически случалось с каждым членом их бригады и при этом деньги они всегда получали поровну. 29.09.2019 года в вечернее время, когда он с К. ехал домой, К. на сотовый телефон позвонил Т. и сказал, что едет домой к ФИО2, чтобы поговорить с ним, просил дождаться его на остановке. Когда он и К. встретили на остановке Т., который подъехал к ним на машине Х. под управлением последнего, он заметил, что Т. находится в состоянии алкогольного опьянения, настроен агрессивно, считает, что он хотел применить физическую силу к ФИО2. Вчетвером они поехали к ФИО2, при этом он (Д.) фактически поехал домой, а не к ФИО2, поскольку проживает в соседнем доме. Подъехав к дому ФИО2, он, К. и Т. вышли из машины. Т. сказал ФИО2 выйти за ограду, чтобы поговорить. В этот момент на улицу вышла его мать Д., он завел ее в дом, так как увидел в руках у ФИО2 пистолет. В какой-то момент выбежали собаки, одна из которых стала хватать ФИО4 за штаны. Он (Д.) начал отгонять собак. Т. и ФИО2 начали ругаться, оба выражались в нецензурной форме. Т. просил ФИО2 убрать пистолет, предлагал поговорить, каких-либо активных действий, нападения не осуществлял. В какой-то момент ФИО2, находясь лицом к Т. на расстоянии 1,5-2 м., поднял руку с пистолетом на уровне своего пояса и выстрелил в Т.. После этого К. помог Т. сесть в машину, и они повезли его в больницу.

В судебном заседании свидетель Х. суду пояснил, что 29.09.2019 года в вечернее время ему позвонил Т. и попросил свозить его к ФИО2. По дороге на остановке они подобрали К. и Д., и все вместе поехали к ФИО2. Т. по пути выпил одну баночку пива. Когда они подъехали к дому ФИО2, он (Х.) из машины не выходил, припарковался немного в стороне. Он за происходящим не наблюдал, смотрел в свой сотовый телефон. Когда он поднял глаза от телефона, то увидел, что ФИО2, стоя напротив Т. на расстоянии 1,5-2 м., направляет в область живота последнего пистолет, при этом вытянул руку, в это же мгновение раздался выстрел. После того, как ФИО2 выстрелил в Т., он (ФИО2) развернулся и пошел в дом. К. же подхватил Т., у которого шла кровь, и посадил в машину. Они повезли Т. в больницу, по дороге встретили жену и мать Т., которые ехали за ними. 

В судебном заседании свидетель Д. суду пояснила, что является супругой ФИО2, Т. – ее дальний родственник, неприязненных отношений с ним не имеет. 26-27 сентября 2019 года она узнала, что Т. не взял в качестве работника на новый объект ФИО2, в связи с чем написала ему одно смс -сообщение, при этом каких-либо претензий Т. в грубой форме не высказывала, по данному факту ему больше не писала и не звонила. 29.09.2019 года она с ФИО2 в утреннее время выпила спиртного, после чего она ушла в гости, где также употребляла спиртное. Вернувшись домой, она увидела, что к дому подъехал Т.. ФИО2 стоял в ограде дома, в руках у него ничего не было. Она поздоровалась с Т., после чего с сожительницей своего сына Д. – С. зашла в дом. Что произошло на улице между Т. и ФИО2, она не видела, характеризует обоих с положительной стороны.

Из оглашенных в связи с наличием существенных противоречий показаний свидетеля Д., данных ей в ходе предварительного следствия, следует, что она была возмущена тем, что Т. не взял на работу ФИО2. В связи с чем 29.09.2019 года она писала Т. различные смс сообщения, в которых корила его за то, что он так поступил с ФИО2. Также она звонила Т., чтобы высказать ему претензии, не помнит сколько раз она ему звонила и писала, но Т. ее игнорировал, также Т. звонил и ФИО2, но она не слышала их разговора. 29.09.2019 года в течение дня она употребляла спиртное, была в состоянии алкогольного опьянения. Когда начало смеркаться, к их дому подъехал Т. на легковом автомобиле, за рулем находился незнакомый ей мужчина. Из автомобиля вышел Т., ее сын Д. и еще один незнакомый молодой человек. ФИО2 в это время находился во дворе дома. Дальнейшие события она помнит смутно, так как была в состоянии сильного алкогольного опьянения. Помнит, что ФИО2 молча зашел в дом, а через некоторое время пришли сотрудники полиции и пояснили, что ФИО2 стрелял в Т., спрашивали, где находится пистолет. В последующем ФИО2 сказал ей, что он стрелял в Т., но мотив и цель данного поступка не объяснял, говорил лишь, что он очень сожалеет о случившемся. (т. 1 л.д. 100-104)

Оглашенные в судебном заседания показания свидетель Д. подтвердила частично, пояснив, что не писала 29.09.2019 года Т. смс- сообщения с претензиями, также как и не звонила ему по данному поводу в тот день.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С., данных ей в ходе предварительного следствия, следует, что она сожительствует с Д., проживают они по соседству с его матерью – Д. Она (С.) пришла в гости к Д. и ФИО1, они оба были в состоянии алкогольного опьянения. ФИО2 ей сообщил, что сейчас приедет Т., чтобы поговорить. Ранее Д. ей рассказывала, что Т. не выплатил ФИО2 деньги за работу. Примерно через 20 минут приехал ее сожитель ФИО2 вместе с Т. и еще с двумя мужчинами, которых она не знает. Она слышала, как Т. позвал ФИО2 за ограду. В этот момент Д. попросил ее зайти домой, где в том числе уже находилась Д. Примерно минут через 15 она вышла на улицу и увидела, как ФИО2 заходит в ограду через калитку, в правой руке у него она заметила предмет, похожий на пистолет, при этом ФИО2 был спокоен, ей ничего не сказал. Выйдя на улицу, она позвонила мужу, который сообщил, что ФИО2 выстрелил Т. в живот и, что они везут его в больницу. (т. 1 л.д. 146-149)

В судебном заседании свидетель Т. суду пояснила, что Т. – ее муж. Он работает бригадиром, занимается строительством частных домов, в его бригаду входит в том числе и ФИО2. С 27.09.2019 года супруга ФИО2 и он сам писали ее мужу сообщения, звонили с претензиями по поводу оплаты работы ФИО2, и почему его не взяли для работы на новый объект. 29.09.2019 года вечером муж приехал домой и сказал, что поедет поговорить с ФИО2, поскольку он целый день звонил, оскорблял его, предъявлял претензии. Когда муж с Х. уехал к ФИО2, к ней прибежала мать мужа и сказала, что не надо было отпускать Т. к ФИО2, поскольку у последнего есть оружие и она, зная его, считает, что он может убить ее сына. Тогда испугавшись за жизнь Т., они решили поехать за ним, также она позвонила К. с просьбой остановить Т., не пустить его к ФИО2. Она, ее свекровь и З. поехали следом за Т.. Не доезжая 300 м. до дома ФИО2, им навстречу попалась машина Х., и К. им пояснил, что ФИО2 выстрелил в Т., они везут его в больницу. В последующем ФИО4 рассказал ей, что когда они подъехали к ФИО2, последний вышел за ограду дома уже с пистолетом, а потом выстрелил в Т., хотя тот предлагал поговорить. В больнице муж находился 2 месяца, период реабилитации после случившегося у него длится до сих пор.

В судебном заседании свидетель Т. суду дала показания в целом, аналогичные показаниям свидетеля Т., уточнила, что когда узнала, что ее сын Т. поехал к ФИО2, испугалась, так как от дочери ей известно, что у ФИО2 есть оружие. 

В судебном заседании свидетель З. суду пояснил, что в настоящее время уже не помнит обстоятельства случившегося, помнит, что ездил с Т. и Т. к ФИО2 домой, поскольку они переживали за жизнь Т., так как знали, что у ФИО2 есть оружие.

Из оглашенных показаний свидетеля З., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что он работает в бригаде Т., характеризует его положительно. ФИО2 может охарактеризовать как человека конфликтного, который ведет себя вызывающе, злоупотребляет спиртным. Т. относился к ФИО2 снисходительно, прощал ему прогулы и не увольнял. 29.09.2019 года после работы он с Т. ехали домой, и последний рассказал, что ему звонил ФИО2, который находится в состоянии алкогольного опьянения, предъявлял претензии, почему они занимаются строительством дома в п. ГРЭС без его участия. В этот момент Т. вновь позвонил ФИО2, Т. разговаривал корректно, не оскорблял ФИО2. Примерно в 18 часов, когда он находился дома, зашла его бабушка Т., которая была сильно взволнована, так как Т. поехал на встречу с ФИО2, бабушка опасалась, что ФИО2 может причинить вред Т., так как ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения. Далее изложены обстоятельства их поездки к ФИО2 аналогичные, изложенным свидетелями Т., Т. (т. 1 л.д. 95-99)

Оглашенные в судебном заседании показания свидетель З. подтвердил в полном объеме.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Т., данных ей в ходе предварительного следствия, следует, что она работает фельдшером скорой помощи. 29.09.2019 года в 19 часов поступил вызов на 

<

адрес>, в связи с огнестрельным ранением мужчины. Она совместно с водителем выехали на вызов, когда они отъехали от больницы, диспетчер сообщил, что родственники уже доставили пострадавшего. Она произвела осмотр пациента, одежда пострадавшего была спереди в области живота испачкана кровью, при осмотре было обнаружено ранение спереди в области грудной клетки справа. Мужчина был в сознании, ничего не пояснял, молчал, был ослаблен, состояние было тяжелое, ему была оказана первая помощь, после чего его повезли в дежурную больницу. (т. 1 л.д. 184-187)

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ч., данных ей в ходе предварительного следствия, следует, что она работает врачом хирургом. 29.09.2019 года в 20 часов 20 минут в приемный покой был доставлен Т. с огнестрельным ранением, находился в сознании, ничего не говорил, состояние было тяжелое, при поступлении были проведены первичные процедуры, проведена операция, пациент переведен в реанимацию. (т. 1 л.д. 32-35)

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ч., данных ей в ходе предварительного следствия дополнительно, следует, что ранее данные показания подтверждает в полном объеме, уточнила, что состояние пациента Т. на момент поступления оценивалось как тяжелое, угрожающее жизни. После осмотра пациент Т. экстренно обследован и экстренно взят в операционную для проведения ему оперативного вмешательства с целью спасения жизни. В случае не проведения оперативного вмешательства или несвоевременного оказания оперативного вмешательства в 100% случае привело бы к летальному исходу. Травмы внутренних органов, который получил пациент, привели к соответствующим осложненияним (массовая кровопотеря с развитием ДВС синдрома, посттравматической пневмонией, гемаррогического, травматического шока, гнойного трахеобронхита). В послеоперационном периоде пациенту проводилась трансфузия компонентов крови. В течении 3-х недель с момента поступления пациент находился на искусственной вентиляции легких в сознании – комы. В реанимации Т. провел один месяц, после чего переведен в отделении гнойной хирургии, где находился в стабильно тяжелом состоянии, у пациента имелись поздние осложнения травмы, сепсис, тяжелая двухсторонняя пневмония, двухсторонний плеврит, тромбоз суральных вен левой голени и инфекционный эндокардит. Полученные пациентом Т. травмы в результате огнестрельного ранения явились опасными и угрожающими для жизни, при неоказании, в том числе несвоевременного оказании, помощи наступила бы смерть больного. Следует отметить, что при оказании такого квалифицированного объема помощи, шанс выживания пациента был крайне мал, прогноз был для жизни пациента крайне сомнительным. (т. 1 л.д. 130-133)

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Х., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что он работает заведующим отделением гнойной хирургии. 29.09.2019 года в больницу был доставлен Т. в крайне тяжелом состоянии с огнестрельным ранением брюшной полости, грудной клетки справа, шок 3 степени. Была проведена срочная операция по жизненным показаниям. В случае несвоевременного оказания помощи Т. мог умереть, так как состояние было тяжелое, угроза его жизни была реальной. После операции Т. находился в реанимации длительное время, находился в коме. После стационарного лечения больной переведен в стационар гнойного лечения. 27.11.2019 года больной выписан в удовлетворительном состоянии, под наблюдение врача по месту жительства. (т. 2 л.д. 11-14).

Оценивая письменные материалы дела, суд признает их допустимыми и достоверными доказательствами по делу, так как они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются с другими доказательствами, исследованными судом. 

Анализируя и оценивая показания потерпевшего Т., свидетелей К., Д., как каждые в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к выводу, что в целом показания указанных лиц правдивые, поскольку согласуются между собой и с письменными материалами дела. 

При этом суд критически относится к показаниям потерпевшего, что прежде, чем выстрелить ФИО2 высказал ему угрозу, что убьет его, поскольку это не подтверждается показаниями очевидцев - свидетелей Д. и К.. Сам потерпевший суду пояснил, что события случившегося помнит отрывочно, может что-то перепутать.

Кроме того, свидетель Д. суду пояснил, что Т. был настроен по отношению к ФИО2 агрессивно, по его поведению, он решил, что Т. собирается применить физическое насилие по отношению к ФИО2, а в момент конфликта и Т., и ФИО2 выражались в адрес друг друга нецензурной бранью, однако свидетель К. и сам потерпевший подобное отрицали, утверждая, что ехали к ФИО2 исключительно, чтобы поговорить с ним, конфликтовать не собирались. Сам подсудимый ФИО2 изначально на стадии предварительного следствия говорил, что Т. оскорблял его в ходе разговора по сотовому телефону и в тот момент, когда приехал к нему домой.

Учитывая, что Д. является пасынком ФИО2, а племянница К. является женой Т., суд, руководствуясь ч.3 ст.14 УК РФ о том, что все сомнения, которые не могут быть устранены, толкуются в пользу обвиняемого, приходит к выводу, что поведение потерпевшего Т., выразившееся в оскорблениях ФИО2, в том числе в нецензурной форме, как в ходе телефонного разговора, так и по приезду домой к подсудимому, было аморальным и в том числе явилось поводом для совершения преступления.

Показания свидетелей Х., С., Т., З., Т., Ч., Т., Х., эксперта ФИО3 сомнений у суда не вызывают, поскольку последовательны, стабильны, согласуются между собой и с иными доказательствами по делу. 

Анализируя показания свидетеля Д., данные ею в суде и на стадии предварительного следствия, суд признает правдивыми показания свидетеля, данные на стадии предварительного следствия, в том числе, что 29.09.2019 года она писала Т. смс-сообщения и звонила, чтобы высказать ему претензии по поводу того, что он не взял ФИО2 на работу, поскольку это подтверждается детализацией телефонных соединений с ее сотового телефона.

Оценивая и анализируя показания подсудимого ФИО1, данные им в суде и на стадии предварительного следствия, суд считает правдивыми его показания, данные им на стадии предварительного следствия, поскольку они согласуются с показаниями потерпевшего, очевидцев свидетелей К., Д., письменными материалами дела. 

Показания подсудимого, данные им в ходе предварительного следствия, в том числе при проведении проверки показаний на месте, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника, правильность сведений, изложенных в протоколах, заверена подписью подсудимого и защитника. 

К доводу ФИО2 о том, что следователь задавала наводящие вопросы, его ответы вырваны из контекста, в связи с чем искажен их смысл, суд относится критически, поскольку замечаний на протоколы допроса и проверки показаний на месте ни у ФИО2, ни у защитника не имелось, подсудимый указал, что каждый протокол допроса был прочитан ему вслух защитником. Кроме того, оглашенный в судебном заседании протокол проверки показаний на месте и явку с повинной подсудимый подтвердил в полном объеме, также судом была просмотрена видеозапись проверки показаний на месте, которая соответствует содержанию протокола.

К доводу подсудимого ФИО2, изложенному на стадии предварительного следствия при допросе 30.09.2019 года о том, что Т. с кулаками кинулся в его сторону, суд относится критически, поскольку это не подтверждается показаниями очевидцев свидетелей К. и Д., которые пояснили, что Т. каких-либо активных действий в сторону ФИО2 не производил.

К доводу подсудимого, изложенному в судебном заседании, о том, что он стрелял не в Т., а в свободное пространство между потерпевшим и машиной, суд относится критически, поскольку это опровергается показаниями ФИО2, данными им на стадии предварительного следствия, когда он в первый раз на вопрос следователя, почему, если вы хотели напугать Т., не стреляли в воздух или в его конечности, ответил, что так получилось, а во второй раз пояснил, что не выстрелил в воздух или в конечности Т., так как был взвинчен, не сдержался. Кроме того, указанный довод опровергается показаниями ФИО2, данными им при проверки показаний на месте. Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи проверки показаний на месте ФИО1 видно, как ФИО2, используя макет оружия, демонстрирует, как в момент выстрела направил дуло оружия прямо в сторону манекена, используемого в качестве потерпевшего. При этом суду ФИО1 пояснил, что демонстрировал свои действия при проверке показаний на месте добровольно и именно так, как это было.

Таким образом, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства как каждое в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении им покушения на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение убийства – умышленное причинение смерти человеку, при этом преступление не было доведено до конца, по независящим от него обстоятельствам. 

Об умысле ФИО1 на причинение смерти потерпевшего свидетельствует использование подсудимым в качестве орудия преступления самодельного пистолета, при этом он заранее убедился в том, что данный пистолет заряжен, а также произведение выстрела с близкого расстояния в жизненно важную область – грудную клетку, живот Т.. При этом после произведенного выстрела ФИО2 каких-либо мер к оказанию помощи Т. не предпринял, его преступный умысел не был доведен до конца исключительно потому, что Т. отошел к машине, где ему К. помог сесть в машину, после чего его увезли в больницу. Согласно показаниям врачей Т., Ч., Х. состояние пациента Т. было тяжелым, в случае не проведения оперативного вмешательства или несвоевременного оказания оперативного вмешательства в 100% случае привело бы к его летальному исходу, но даже в случае проведения операции его шансы на выживание были малы.

В связи с вышеизложенным доводы стороны защиты о квалификации действий подсудимого по ч.1 ст.118 УК РФ как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, суд признает несостоятельными.

Время и место совершения преступления, установленные следственными органами, зафиксированы в соответствующих процессуальных документах, подтверждены показаниями подсудимого, потерпевшего, свидетелей, распечаткой телефонных соединений.

На основании изложенного, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение убийства - умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Решая вопрос о вменяемости ФИО1, у суда не возникло сомнений по поводу его психической полноценности, способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, отдавать отчет своим действиям и руководить ими, поскольку он на учете в Краевом психиатрическом диспансере не состоит (т. 2 л.д. 191).

Кроме того, согласно заключению экспертов № 2773 амбулаторной психиатрической экспертизы ФИО1 хроническими психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не страдал, как не страдает и в настоящее время. У него обнаруживаются признаки органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями, синдром зависимости от алкоголя. Имеющиеся у ФИО1 изменения психики выражены не столь значительно и глубоко, не лишали его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не лишают и в настоящее время. ФИО1 в принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, принимать участие в следственных действиях, судебном заседании, самостоятельно защищать свои права. (т. 2 л.д. 98-103)

Оценивая заключение экспертов в совокупности с характеризующим подсудимого материалом, его поведением до, во время и после совершения преступления, а также в судебном заседании, суд не сомневается в правильности выводов экспертов и признаёт ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. 

При назначении вида и размера наказания суд, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил покушение на преступление, относящееся к категории особо тяжких, ранее не судим (т. 2 л.д. 164-165), на учёте в психоневрологическом и наркологическом диспансере не состоит (т. 2 л.д. 191, 192), по месту работы характеризуется положительно (т. 2 л.д. 183), участковым уполномоченным и администрацией городского поселения «Новокручининское» по месту жительства - посредственно (т. 2 л.д. 185, 187), женат (т. 2 л.д. 188).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том числе в показаниях, данных при проверке показаний на месте, а также в добровольной выдаче орудия преступления, в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ – аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, а также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины на стадии предварительного следствия в полном объеме, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Отягчающих обстоятельств, предусмотренных ч.1 ст.63 УК РФ, судом не установлено.

Суд не может признать обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с ч.1.1. ст.63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку в судебном заседании установлено, что причиной совершения преступления послужило в том числе аморальное поведение потерпевшего, кроме того, ФИО1 пояснил, что находился в нормальном состоянии, все осознавал, понимал, выпитое спиртное на его поведение не повлияло.

В соответствии с санкцией статьи особенной части уголовного кодекса в качестве основного наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд назначает ФИО1 лишение свободы. С учетом личности подсудимого, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, при этом суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

При определении размера наказания суд учитывает правила, предусмотренные ч. 3 ст. 66 УК РФ, поскольку преступление не было доведено до конца подсудимым по независящим от него обстоятельствам, а также требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку в действиях подсудимого установлено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного подсудимым преступления, степень его общественной опасности, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ не имеется.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает вид исправительного учреждения - колонию строгого режима, так как ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, ранее он не отбывал лишение свободы. 

ФИО1 не задерживался в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ. 30 сентября 2019 года в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении. 10 декабря 2019 года Читинским районным судом Забайкальского края мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, в последующем срок содержания под стражей ФИО2 продлевался, крайний раз до 14 июня 2020 года.

Учитывая тяжесть совершенного преступления, данные о личности подсудимого, назначение ему наказания в виде лишения свободы, суд полагает необходимым избранную в отношении подсудимого меру пресечения оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Сведениями о наличии заболеваний, которые могли бы препятствовать исполнению наказания, суд не располагает. 

Исковые требования прокурора Читинского района Забайкальского края Казанова Е.В. о взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Забайкальского края 78135 рублей 19 копеек подлежат удовлетворению в полном объеме на основании ст. 1064 ГК РФ, поскольку подтверждены в полном объеме. 

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: гладкоствольный пистолет, изготовленный самодельным способом, хранящийся в оружейной комнате ОМВД России по Читинскому району, предмет похожий на пулю, - надлежит передать в Центр лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Забайкальскому краю для принятия правового решения в соответствии с Федеральным Законом «Об оружии» № 150-ФЗ от 13.12.1996 года; спортивную мастерку и футболку, принадлежащие Т., - надлежит уничтожить, как предметы не истребованные; кофту и трико, принадлежащие ФИО1, хранящиеся при уголовном деле, - надлежит вернуть ему по принадлежности, распечатку телефонных соединений абонентского номера №, распечатку телефонных соединений абонентского номера №, - надлежит хранить при уголовном деле. 

Учитывая, что защиту интересов ФИО1 при рассмотрении дела по назначению суда осуществляли адвокаты Юринская О.И., Свирская Т.В., которым было выплачено 15000 рублей и 13125 рублей соответственно, оснований для освобождения подсудимого от процессуальных издержек не имеется, суд считает необходимым, в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов в размере 28125 рублей, взыскать с ФИО1 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296, 297, 302-304, 307-310 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 АнатО.ча виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с момента вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения в виде заключения под стражей ФИО1 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186 ФЗ) время содержания под стражей ФИО1 с 10.12.2019 года по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Исковые требования прокурора Читинского района Забайкальского края Казанова Е.В. удовлетворить. Взыскать с ФИО1 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Забайкальского края 78135 рублей 19 копеек в счет возмещения причиненного материального ущерба. 

Вещественные доказательства: гладкоствольный пистолет, изготовленный самодельным способом, хранящийся в оружейной комнате ОМВД России по Читинскому району, предмет, похожий на пулю, - передать в Центр лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Забайкальскому краю для принятия правового решения в соответствии с Федеральным Законом «Об оружии» № 150-ФЗ от 13.12.1996 года; спортивную мастерку и футболку, принадлежащие Т., - уничтожить; кофту и трико, принадлежащие ФИО1, - вернуть по принадлежности; распечатку телефонных соединений абонентского номера №, распечатку телефонных соединений абонентского номера 

<

***>, - хранить при уголовном деле. 

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки за участие адвокатов в судебном заседании в размере 28125 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня провозглашения в Забайкальский краевой суд, а осужденным к лишению свободы, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Читинского районного суда 

Забайкальского края Катанцева А.В.