Дело № 2-417/17 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 сентября 2017 года город Усть-Джегута

Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего - судьи Айбазовой И.Ю.,

при секретаре судебного заседания - Урусове А.У.,

с участием:

представителя истца - ФИО6, представившей доверенность от (дата обезличена)

представителя ответчика ФИО7, представившего доверенность от (дата обезличена), 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Усть-Джегутинского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы Карачаево-Черкесской Республике» к ФИО8 о защите деловой репутации,

УСТАНОВИЛ:

В Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республикиобратилось ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы Карачаево-Черкесской Республике» с исковым заявлением к ФИО8 озащите деловой репутации.

Из искового заявления следует, что ответчик ФИО8 с заявлением обратился в адрес: Министра труда и социальной защиты Российской Федерации ФИО9, Главы Карачаево-Черкесской Республики ФИО10, Министра Внутренних Дел КЧР ФИО11, в котором изложены сведения о ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы Карачаево-Черкесской Республике», не соответствующие действительности, порочащие деловую репутацию и наносящие ущерб взаимоотношениям с партнерами. Так, ФИО8 в своем заявлении указывает, что в организации сложилась недопустимая ситуация, которая со временем только усугубляется. В бытность его работы в данной организации ФИО1 пыталась вымогать с него большие суммы денег, говоря, что для своего утверждения в должности руководителя ей нужна огромная сумма денег для Глав Республики и Министерства Труда РФ. В заявлении также указано, что ФИО1 является любовницей ФИО2 и действует по его указке. Более того, из заявления следует, что сотрудники не получают положенных им денег и называет организацию «ваххабитским пристанищем» под предводительством ФИО4 и куда уходят средства из бухгалтерии приходится только догадываться, весь коррупционный груз от «деятельности» ФИО1 и ФИО4 неизбежно ложится на социально незащищенных и обездоленных больных людей. Просят суд обязать ФИО8 опровергнуть порочащие деловую репутацию недостоверные сведения о ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по социальной защиты РФ» путем направления опровержения по тем же адресам, куда было направлено заявление с порочащими сведениями.

Представитель истца, поддержала исковые требования, в ходе судебного заседания, увеличив исковые требования, и со ссылками на действующее законодательство просила признать несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике» Министерства труда и социальной защиты РФ, сведения, распространенные ФИО8 в заявлении: «... В бытность моей работы в данной организации ФИО1 пыталась вымогать с меня большие суммы денег, говоря, что для своего утверждения в должности руководителя ей нужна огромная сумма для Главы Республики и Министерства Труда РФ. Якобы Глава КЧР планирует поставить на эту должность своего приближенного ФИО5, и ей нужно его перекупить. В ответ на то, что у меня нет таких денег, ФИО1 вместе с ФИО4 (моим непосредственным руководителем) угрожали мне увольнением... Все знают, что ФИО1, являясь любовницей ФИО2 до сих пор действует по его указке, планируя после своего назначения взять последнего на работу своим заместителем... Кроме всего прочего, сотрудники не получают положенных им денег, т.к. организация превратилась в ваххабитское пристанище под предводительством ФИО4 и куда уходят средства из бухгалтерии приходится только догадываться....весь коррупционный груз от «деятельности» ФИО1 и ФИО4 неизбежно ложится на социально незащищенных и обездоленных больных людей... ». Обязать ответчика опровергнуть порочащие деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике» Министерства труда и социальной защиты РФ сведения путем направления опровержения Министру труда социальной защиты РФ ФИО9, отказавшись от обязания ответчика опровергнуть порочащие деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике», путем направления опровержения Главе КЧР и Министру ВД КЧР, поскольку данные факты не нашли своего подтверждения в суде.

Ответчик ФИО8 в суд не явился, хотя надлежащим образом был извещен о времени и месте судебного заседания, направил в суд своего представителя. При указанных обстоятельствах с учетом требований ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в его отсутствие.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал и показал, что ответчик ФИО8 такие заявления никогда не писал, кто их написал, указав его имя, не знает. Предполагает, что это сделал тот, кому это выгодно в настоящий момент, когда решается вопрос о назначении руководителя ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской республике» Минтруда России. ФИО8 не считает себя надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. Кроме копии письма, от имени «ФИО8» истец в материалы дела не представил никаких других доказательств, что именно ответчик написал это заявление в три адреса и, тем самым, умалил деловую репутацию истца. Любой из сотрудников ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» Минтруда России располагает сведениями, указанными в заявлении, и мог, зная их и преследуя свои какие-то цели, написать его. Полагал, что назначение любых экспертиз будет нецелесообразным, поскольку ответчик отрицает сам факт написания заявления, и отказался от проведения, в частности почерковедческой экспертизы. Ответчик является претендентом на должность руководителя ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» Минтруда России и такой грязной технологией он пользоваться не будет. Несмотря на то, что ФИО8, восстановлен на работе на основании решения Черкесского городского суда, он к работе не приступил, так как выйдет на работу либо руководителем, либо вообще не будет работать. Таким образом, исковые требования не обоснованны и не подлежат удовлетворению. 

Третье лицо - Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации надлежащим образом были извещены и времени и месте судебного заседания, однако не изъявили желания участвовать в суде, в связи с чем, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, признав причину неявки неуважительной, суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Выслушав стороны, допросив свидетеля, проверив материалы дела, исследовав письменные доказательства, суд пришел к выводу о необходимости удовлетворения искового заявления в части.

Учитывая, что представитель истца отказалась от исковых требований в части обязания ответчика опровергнуть порочащие деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике», путем направления опровержения Главе КЧР и Министру ВД КЧР, суд принял отказ от иска в части и прекратил в этой части производство.

В соответствии с ч. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Согласно п. 11 ст. 152 ГК РФ правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Пленум ВС РФ в Постановлении от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указал, что в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3, по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Судом установлено, что истец является Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике», которое было создано распоряжением Правительства Российской Федерации от 16.12.2004 года № 1646-р. Учредителем и собственником имущества Учреждения является Российская Федерация.

ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» в своей деятельности руководствуется законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации, актами Федерального медико-биологического агентства, и Уставом.

ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» является юридическим лицом и его целью деятельности является проведение медико-социальной экспертизы для определения потребностей освидетельствуемых лиц в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, а предметом деятельности - установление структуры и степени ограничения жизнедеятельности и определения потребностей освидетельствуемого лица в различных мерах социальной защиты, включая реабилитацию, а также изучение причин, факторов и условий, влияющих на возникновение, развитие и исход инвалидности, анализ распространенности и структуры инвалидности.

Истец самостоятельно решает экономические, социальные и организационные вопросы, планирует свою деятельность и определяет задачи.

Расходы на содержание Учреждения производятся за счет средств, предусмотренных федеральным бюджетом.

Материалами дела подтверждается и из объяснений сторон следует, что ответчик ФИО8 (дата обезличена) был принят на работу в экспертный состав № 2 «Главного бюро МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» на должность врача-специалиста по медико-социальной экспертизе, хирург, работающий на постоянной работе (приказ (номер обезличен) от (дата обезличена)). С 2017 года должность ФИО8 именовалась как врач по медико-социальной экспертизе экспертного состава смешанного профиля ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» Минтруда России. (дата обезличена) ФИО8 был уволен по п. 6а ч.1 ст. 81 ТК РФ - за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей: за прогул, то есть отсутствие (дата обезличена) на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня, независимо от его продолжительности. В связи с чем ФИО8 обратился в Черкесский городской суд с иском о восстановлении на работе.

В суде было установлено, что в Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации (дата обезличена) поступило заявление ФИО8, которое было зарегистрировано за (номер обезличен). Минтрудом в письме от (дата обезличена) был дан ответ ФИО8, что информация о ситуации в деятельности учреждения медико-социальной экспертизы подпадает под определение «правонарушение» и относится к компетенции правоохранительных органов, и что он самостоятельно имеет право обратиться в соответствующие правоохранительные органы в целях проведения проверки.

Данный ответ был направлен по адресу: (адрес обезличен ), то есть по месту расположения ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике». В связи с тем, что на момент поступления письма из Минтруда России ФИО8 не являлся работником ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» Минтруда России, ответ был направлен на домашний адрес ФИО8 Однако, конверт с содержимыми письмами был возвращен в Учреждение. ( л.д.62-64).

Деловая репутация организации как профессиональная репутация, которая заработана в среде аналогичных профессионалов, а также в среде лиц, на которых направлена деятельность организации, включает в себя профессиональную репутацию, как самой организации, так и ее руководителей. При этом деловая репутация организации может быть нарушена путем распространения порочащих сведений, как о самой организации, так и о лицах, входящих в органы управления организацией, а также о работниках этой организации. И наоборот, деловая репутация руководителя организации (лица, выполняющего управленческие функции в организации) может быть нарушена распространением порочащих сведений как о нем самом, так и об организации.

Поскольку единоличный исполнительный орган юридического лица действует от имени юридического лица в гражданском обороте, его репутация неизбежно ассоциируется с репутацией самого юридического лица и непосредственно влияет на складывающуюся в обществе оценку деятельности юридического лица. В этой связи умаление профессиональной (деловой) репутации юридического лица, очевидно, в большинстве случаев приводит к умалению деловой репутации руководителя этого юридического лица, влияет на оценку обществом его профессиональных качеств и добросовестности поведения в гражданском обороте.

Исходя из разъяснений п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», установление факта распространения сведений об истце предполагает установление обстоятельств, что такие сведения относятся непосредственно к истцу, а не к иным гражданам или юридическим лицам. При этом порочащий характер сведений об истце и несоответствие их действительности должны быть установлены в отношении каждого сведения, оспариваемого истцом в исковом заявлении о защите чести, достоинства и деловой репутации, и относится ли каждое оспариваемое истцом сведение к сведению как утверждению о факте. В связи с чем установление факта распространения сведений, порочащих честь, достоинство, деловую репутацию, и способ их распространения имеют значение не только для решения вопроса о том, были ли нарушены права истца, но и для определения способа защиты нарушенного права.

Статьей 33 Конституции РФ закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок. В случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (п.п. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ).

Таким образом, суд полагает, что настоящее гражданское дело представляет собой конфликт между правом на свободу выражения мнения и защитой репутации, а конвенционный стандарт, как указывает Европейский Суд по правам человека, требует очень веских оснований для оправдания ограничений дебатов по вопросам всеобщего интереса.

При указанный обстоятельствах, суд считает, что обращаясь в государственный орган - Министерство труда и социальной защиты РФ, ответчик преследовал цель распространения негативной информации, порочащей деловую репутацию ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике».

Согласно п. 5.11.2. Положения о Федеральном медико-биологическом агентстве, утвержденного Постановлением правительства РФ от 11 апреля 2005 года № 206 ФМБА осуществляет полномочия в установленной сфере деятельности, в частности, проведение медико-социальной экспертизы работников обслуживаемых организаций и населения обслуживаемых территорий.

Для осуществления указанных полномочий созданы бюро медико-социальной экспертизы, в частности ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике», наделенные Уставом. ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» возглавляет руководитель - главный эксперт по медико-социальной экспертизе по КЧР, назначенный на эту должность сроком на 5 лет и освобождаемый от должности руководителем ФМБА России.

Судом установлено, что исполняющим обязанности руководителя - главного эксперта по МСЭ по КЧР ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» назначена ФИО1, на основании Приказа Минтруда России от 27.01.2017 года № 2-кр, а руководителем экспертного состава № 2 смешанного профиля - ФИО13

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» ссылалось на заявление, направленное в Министерство труда и социальной защиты населения РФ на имя министра ФИО9, содержащее сведения, порочащие деловую репутацию истца, как бюро медико-социальной экспертизы, выполняющее меры по социальной защите, включая реабилитацию граждан.

Факт наличия письма со сведениями, порочащими деловую репутацию истца, ответчиком не оспаривался.

В тоже время, из текста заявления следует, что в организации сложилась недопустимая ситуация, которая со временем только усугубляется. В бытность его (ФИО12) работы в данной организации ФИО1 пыталась вымогать с него большие суммы денег, говоря, что для своего утверждения в должности руководителя ей нужна огромная сумма денег для Главы Республики и Министерства Труда РФ. В заявлении также указано, что ФИО1 является любовницей ФИО2 и действует по его указке. Более того, из заявления следует, что сотрудники не получают положенных им денег и называет организацию «ваххабитским пристанищем» под предводительством ФИО13 и куда уходят средства из бухгалтерии приходится только догадываться, весь коррупционный груз от «деятельности» ФИО1 и ФИО4 неизбежно ложится на социально незащищенных и обездоленных больных людей.

В соответствии с положениями ст. 79 ГПК РФ суд назначает экспертизу при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных познаний. Дабы не лишить стороны права на представление доказательств, судом был поставлен вопрос о назначении по делу лингвистической экспертизы. Согласившись с мнением сторон, которые отказались от назначения экспертизы, суд полагает, что для установления обстоятельств, имеющих значение для настоящего дела, не требуется специальных познаний, поскольку фразы, изложенные в заявлении, двоякому толкованию не подлежат.

Анализируя сведения, изложенные в заявлении, суд приходит к выводу о том, что в тексте заявления содержится негативная информация об Учреждении, которая выражена в форме утверждения, и подлежит проверке на соответствие действительности.

Таким образом, характер сведений, касающихся профессиональной деятельности руководителя Учреждения ФИО14, руководителя структурного подразделения Учреждения ФИО13, влияет на оценку самого ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике», и потому негативная информация, изложенная в высказываниях в заявлении, приводит к отрицательной оценке деятельности ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» и умаляют его деловую репутацию. Использованные ответчиком в заявлении слова и выражения, в частности «Ваххабитское пристанище» под предводительством ФИО4 и куда уходят средства из бухгалтерии, приходится только догадываться», носит негативный характер, поскольку «Ваххабизм» считается радикальным течением, ведущим к терроризму и экстремизму, и в тоже время все выражения носят утвердительный, а не предположительный характер. При этом использованные ответчиком слова и выражения могут быть однозначно негативно восприняты различными слоями населения Российской Федерации, независимо от образовательного, культурного и социального уровня, так как они направлены на достижение определенных целей путем создания общественного резонанса. В проанализированном заявлении используются слова и предложения, которые могут дискредитировать и оскорбить истца, поскольку содержат обвинения в совершении противозаконных действий.

Доказательств того, что сведения, распространенные в отношении истца, изложенные в заявлении, соответствует действительности, а также противоправный характер действий истца, ответчиком суду не представлено (ст. 56 ГПК РФ).

Разрешая заявленные требования, суд, оценив в соответствии с требованиями ст. ст. 55, 67, 68, 71, ГПК РФ, объяснения сторон, представленные сторонами письменные доказательства, в том числе и заявление, приходит выводу, что выражения, которые были указаны ответчиком в заявлении в отношении истца, являются сведениями, содержащими в себе негативную информацию, порочащую профессиональную репутацию ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» в целом.

Поскольку распространенные в отношении истца сведения дискредитируют его как учреждение, проводящее медико-социальные экспертизы освидетельствуемых лиц, подрывают к нему доверие, умаляют его деловую репутацию, носят порочащий характер, и доказательств соответствия указанных сведений действительности ответчиком не представлено, то суд возлагает на последнего обязанности по опровержению спорных сведений, что соответствует требованиям п. 1 ст. 152 ГК РФ.

Довод представителя ответчика о том, что ФИО8 заявление не писал и тем более не направлял в адреса, указанные в заявлении, не подтвержден никакими доказательствами.

А напротив, из показаний свидетеля ФИО3, работающей секретарем руководителя ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике» Минтруда России с (дата обезличена), допрошенной в суде (дата обезличена), следует, что с ФИО8 она знакома, так как он работал врачом-экспертом в одном из структурных подразделений ФКУ «ГБ МСЭ по Карачаево-Черкесской Республике». Отношения с ответчиком были деловые, неприязни не имелось. В апреле (дата обезличена) года ФИО8 пришел к руководителю ФИО14, но поскольку ее на работе не оказалось, он стал ее ожидать в приемной, где на ее рабочем столе ФИО8 увидел заявление, и, не читая его, утвердительно сказал, что все, что там написано, это, правда, и что он еще будет писать и всем покажет, кто и чем занимается в их организации. Из его слов, свидетель сделала вывод, что именно ФИО8 написал заявление в Минтруд России и другие правоохранительные органы. После написания заявления, их проверял ОБЭП МВД по КЧР.

Кроме того, в заявлении указаны инициалы ответчика, а не иного лица, ответ из Минтруда РФ был направлен не кому иному, как ФИО8. Сам же ответчик не предпринял никаких мер к опровержению заявления, написанного от его имени, хотя его представитель в суде утверждал, что заявление ФИО8 ни в какие адреса не писал и не посылал.

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что истцом предоставлены доказательства, подтверждающие факт написания заявления, в котором указаны порочащие сведения об истце, именно ответчиком.

В тоже время, суд считает, что сведения «… Все знают, что ФИО1 являясь любовницей ФИО2 до сих пор действует по его указке…», указанные в заявлении, отнесены гражданским законодательством к спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации гражданина, что не исключает возможности обращения в суд с иском такого рода. 

В связи с чем, суд считает, что в указанной части, в удовлетворении требований истца необходимо отказать. 

Суд считает необходимым отметить, что в ходе судебных заседаний, проведенных по данному делу, судом были разъяснены положения статьи 57 ГПК РФ, согласно которым в случаях, если представление необходимых доказательств для сторон затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств. Участниками процесса о намерениях представить дополнительные доказательства, а также о намерениях ходатайствовать перед судом об оказании содействия в их истребовании заявлено не было. 

При указанных обстоятельствах, суд исковые требования истца рассмотрел и разрешил по представленным доказательствам, проанализировав и оценив их в совокупности, не нарушив и не ограничив при этом право сторон на предоставление доказательств. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы Карачаево-Черкесской Республике» к ФИО8 о защите деловой репутации - удовлетворить.

Признать несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике» Министерства труда и социальной защиты РФ, распространенные ФИО8 сведения, изложенные в заявлении: «... В бытность моей работы в данной организации ФИО1 пыталась вымогать с меня большие суммы денег, говоря, что для своего утверждения в должности руководителя ей нужна огромная сумма для Глав Республики и Министерства Труда РФ…. Якобы Глава КЧР планирует поставить на эту должность своего приближенного ФИО5, и ей нужно его перекупить. В ответ на то, что у меня нет таких денег, ФИО1 вместе с ФИО4 (моим непосредственным руководителем) угрожали мне увольнением... Кроме всего прочего, сотрудники не получают положенных им денег, т.к. организация превратилась в ваххабитское пристанище под предводительством ФИО4 и куда уходят средства из бухгалтерии приходится только догадываться....весь коррупционный груз от «деятельности» ФИО1 и ФИО4 неизбежно ложится на социально незащищенных и обездоленных больных людей... »;

Обязать ответчика после вступления решения в законную силу опровергнуть сведения, порочащие деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Карачаево-Черкесской Республике» Министерства труда и социальной защиты РФ путем направления опровержения Министру труда социальной защиты РФ ФИО9.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного суда КЧР через Усть-Джегутинский районный суд в течение одного месяца после составления мотивированного решения, на что потребуется пять дней, то есть с 13 сентября 2017 года. 

Мотивированное решение составлено на компьютере в единственном экземпляре 12 сентября 2017 года.

Председательствующий - судья И.Ю. Айбазова