судья Кущ А.А. дело № 22-3514/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 июля 2020 года город Ставрополь 

Судья Ставропольского краевого суда Спиридонов М.С., при секретаре судебного заседания Шевляковой М.С., с участием прокурора отдела прокуратуры Ставропольского края Масленникова А.Е., представителя потерпевшей – адвоката Кулевского Н.В., осуждённого ФИО1, защитника – адвоката Олейник И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Олейник И.А. на приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от 2 июня 2020 года, которым

ФИО1 несудимый,

осуждён по ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК РФ) к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев; определено самостоятельное следование к месту отбывания наказания.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений.

Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия в колонию-поселение.

Исковые требования потерпевшей Б.И.С. удовлетворены частично, взыскана с ФИО1 компенсация морального вреда в размере 700000 рублей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Изучив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, судья апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным и осуждён за то, что он, управляя автомобилем «---» нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 19 октября 2019 года примерно в 7 часов 35 минут у дома 74 «а» по ул. --- в г. Ставрополе при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Олейник И.А., в интересах осуждённого ФИО2, не оспаривая доказанность обвинения и квалификацию действий виновного, высказывает несогласие с приговором в следующей части. Полагает, что суд необоснованно отказал в проведении предварительного слушания, поскольку сторона защиты намеревалась заявить ходатайство о прекращении уголовного дела с назначением судебного штрафа, а в случае отказа суда в этом – о назначении судебного заседания по правилам главы 40 УПК РФ. Тем самым, по мнению защитника, было нарушено право ФИО1 на применение к нему льготных положений УК РФ при назначении наказания. Считает назначенное ФИО1 наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости, поскольку суд не учёл все смягчающие обстоятельства, не дал оценку доводам стороны защиты. Не согласен с тем, что суд не признал противоправное поведение потерпевшей смягчающим наказание обстоятельством, хотя об этом просил государственный обвинитель и защитник в прениях сторон. Также полагает неправильным решение суда в части взыскания морального вреда, поскольку оно принято без учёта возмещения 18 мая 2020 года 50000 рублей в пользу потерпевшей, а также без учёта страховой выплаты в размере 500000 рублей. Считает, что суд не дал оценки неоднократным предложениям ФИО1 принять в счёт возмещения вреда принадлежащий ему автомобиль. Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора г. Ставрополя Молодцова Н.М. просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судья апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Анализ материалов уголовного дела показывает, что виновность ФИО1 по предъявленному обвинению установлена доказательствами, изложенными в приговоре, которые обоснованно признаны допустимыми, поскольку получены и исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Судом дана правильная оценка положенным в основу обвинения доказательствам, при этом приведены мотивы, по которым суд признал достоверными и положил в основу приговора одни доказательства и отверг другие.

Выводы суда о доказанности вины осуждённого в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных и изложенных в приговоре доказательств. Выводов суда, имеющих характер предположения, в приговоре не имеется.

Действия ФИО1 судом верно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции допущено не было. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Нарушений принципа презумпции невиновности, равноправия и состязательности сторон, права на защиту, необоснованных отказов подсудимому и защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для рассмотрения дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, по делу не допущено.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в проведении предварительного слушания следует признать несостоятельными.

По смыслу закона в случае, когда обвиняемый, его защитник при ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования воспользовались правом, предусмотренным п. 3 ч. 5 ст. 217 УПК РФ, и выразили желание о проведении предварительного слушания, такое ходатайство должно быть рассмотрено судьей в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 228 УПК РФ. Если в ходатайстве стороны не содержится мотивов и оснований для проведения предварительного слушания, судья при отсутствии таких оснований принимает решение об отказе в удовлетворении ходатайства и назначает судебное заседание.

Как следует из материалов уголовного дела, в протоколе об ознакомлении с материалами уголовного дела от 19 января 2020 года (т. 1 л.д. 229-230) обвиняемым ФИО1 и защитником адвокатом Олейник И.А. было заявлено ходатайство о проведении предварительного слушания. При этом в ходатайстве стороны защиты не содержалось мотивов и оснований для проведения предварительного слушания.

Ссылки адвоката Олейник И.А. на то, что основанием для проведения предварительного слушания являлось ходатайство о прекращении уголовного дела с назначением судебного штрафа, не могут быть приняты во внимание. Данное ходатайство (т. --- л.д. ---) адресовано следователю и было рассмотрено следователем ФИО3 19 января 2020 года с вынесением постановления об отказе в его удовлетворении (т. --- л.д. ---). То есть у суда не было оснований для повторного рассмотрения этого ходатайства, а иное ходатайство о прекращении уголовного дела до момента принятия судом решения о назначении судебного заседания от стороны защиты не поступало.

В постановлении о назначении судебного заседания от 25 февраля 2020 года (т. --- л.д. ---) судья Кущ А.А. привела убедительные мотивы для отказа в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении предварительного слушания.

Ссылки защитника на то, что сторона защиты была лишена возможности заявить ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке согласно главе 40 УПК РФ, судья апелляционной инстанции считает надуманными. При выполнении требований ст. 217 УПК РФ обвиняемый и защитник не были лишены возможности заявить такое ходатайство.

После поступления уголовного дела в суд апелляционной инстанции адвокат Олейник И.А. подал в суд первой инстанции замечания на аудиозапись судебного заседания, в которых указал, что файл «---» с аудиозаписью оглашения приговора полностью не соответствует фактически оглашённому 2 июня 2020 года приговору. При этом обращает внимание на то, что дата создания этого файла 4 декабря 2009 года, а дата создания файла «---» с аудиозаписью последнего слова – 20 ноября 2009 года. Просит исключить файл «---» из аудиозаписи судебного заседания.

Исходя из даты поступления указанных замечаний, изложенные в них доводы подлежат проверке в суде апелляционной инстанции.

Файлы «---» и «---» были прослушаны в заседании суда апелляционной инстанции. Осмотром свойств этих файлов установлено, что дата создания файла «---» указана как 4 декабря 2009 года, дата создания файла «---» указана как 20 ноября 2009 года.

Как следует из служебной записки секретаря судебного заседания Курмышкиной Е.М. от 21 июля 2020 года, аудиопротоколирование по уголовному делу в отношении ФИО1 производилось с помощью технического средства - диктофона «Olympus». Оглашение приговора осуществлялось судьей 2 июня 2020 года. Перед сдачей дела в канцелярию суда аудиозапись была перенесена на компакт-диск. В настройках диктофона имел место технический сбой в части даты и времени аудиозаписи, поэтому дата создания файла отображается как 4 декабря 2009 года. В действительности приговор оглашался 2 июня 2020 года в присутствии стороны защиты.

В суде апелляционной инстанции адвокат Олейник И.А. указал, что имеющаяся в материалах дела аудиозапись оглашения приговора не соответствует действительности. В момент оглашения приговора он произвёл собственную аудиозапись, которую затем передал для проведения фоноскопического исследования. В подтверждение представил «акт экспертного исследования № ---, --- от 9 июля 2020 года», в котором отражено содержание произведённой им аудиозаписи оглашения приговора. Основываясь на данном акте, защитник указал, что имеющиеся в материалах уголовного дела текст приговора и аудиозапись его оглашения не соответствуют содержанию реально оглашённого приговора. Исследовав содержание указанного выше «акта экспертного исследования № ---, --- от 9 июля 2020 года», прослушав аудиозапись судебного заседания от 2 июня 2020 года, судья апелляционной инстанции не находит оснований сомневаться в достоверности имеющейся в уголовном деле аудиозаписи судебного заседания. Аудиозапись, содержание которой в восприятии проводившего это исследование ФИО4 изложено в акте, не может быть признана достоверным источником информации, поскольку из протокола судебного заседания следует, что защитник не предупреждал суд и участников процесса о ведении аудиозаписи, то есть она производилась защитником скрытно, неформально. В то же время имеющаяся в деле аудиозапись произведена судом на основании ч. 1 ст. 259 УПК РФ, а её содержание полностью соответствует тексту приговора, что объективно установлено путём прослушивания данной записи в присутствии участников процесса.

При таких данных вышеуказанные доводы стороны защиты следует признать необоснованными.

Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Вопреки доводам апелляционной жалобы при назначении ФИО1 наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ и, учитывая данные о личности осуждённого, роде его занятий, возрасте, семейном положении, а также характере и обстоятельствах совершённого преступления, влиянии назначенного наказания на исправление осуждённого, сделал обоснованный вывод о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы.

Суд обоснованно учел в качестве смягчающих ФИО1 наказание обстоятельств активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение морального вреда, причинённого в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему (п. п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Также к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, в силу положений ч. 2 ст. 61 УК РФ судом первой инстанции обоснованно отнесены: отсутствие судимости, совершение преступления впервые, полное признание вины, раскаяние и сожаление о случившемся, поведение после совершения преступления, его молодой возврат и состояние здоровья, наличие ряда заболеваний, отсутствие вредных привычек, возраст и состояние здоровья его родителей, намерение возместить потерпевшей в полном объеме ущерб, причиненный преступлением, меры, принимаемые к возмещению вреда, причинённого преступлением, принесение извинений и соболезнований потерпевшей в ходе следствия и в ходе судебного разбирательства, заглаживание вреда, положительные характеристики, неоднократные предложения, адресованные потерпевшей, о заглаживании вреда, готовности возместить причинённый вред и об оказании иной помощи потерпевшей.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе суда признать противоправность поведения потерпевшей обстоятельством, смягчающим наказание.

По смыслу закона если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание.

Согласно материалам уголовного дела факт перехода пешехода Б.А.В. проезжей части с нарушением требований п. 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации подтверждён заключением эксперта № ---, --- -э от 19 ноября 2019 года (т. --- л.д. ---), протоколом осмотра предметов от 9 декабря 2019 года - компакт-диска с видеозаписью произошедшего дорожно-транспортного происшествия (т. --- л.д. ---), а также показаниями свидетеля П.О.Б., пояснившего, что наезд на пешехода произошёл в месте, не предназначенном для перехода проезжей части пешеходами (т. --- л.д. ---).

Таким образом, переход потерпевшей Б.А.В. проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации судья апелляционной инстанции оценивает как противоправное поведение, явившееся поводом для преступления.

Необоснованный отказ суда признать данное обстоятельство смягчающим наказание свидетельствует о неправильном применении уголовного закона - нарушении требований Общей части УК РФ, что является основанием для изменения приговора в апелляционном порядке (п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ).

Допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено в апелляционном порядке путём признания предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельства, смягчающего ФИО1 наказание. Это влечёт за собой смягчение назначенного ФИО1 наказания. 

Отягчающих наказание обстоятельств по делу нет.

Вопреки доводам стороны защиты, при назначении наказания суд объективно и всесторонне оценил данные о личности ФИО1

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 и ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ достаточно аргументированы, судья апелляционной инстанции их разделяет.

Вид исправительного учреждения определен судом верно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы у судьи апелляционной инстанции нет оснований для смягчения ФИО1 наказания путём существенного снижения срока лишения свободы или применения менее строгого наказания. ФИО1 за содеянное назначено справедливое и соразмерное наказание.

Доводы апелляционной жалобы о неправильном решении суда в части взыскания морального вреда следует признать несостоятельными. 

Так, согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Добровольные переводы ФИО1 денежных средств потерпевшей, в том числе перевод от 18 мая 2020 года, были учтены судом при решении вопроса о размере компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с осуждённого. Доводы жалобы в данной части необоснованны.

Получение потерпевшей страховой выплаты в размере 500000 рублей не может быть признано возмещением морального вреда, о чём обоснованно указал представитель потерпевшей адвокат Кулевский Н.В.

Определённая судом к взысканию с осуждённого ФИО1 компенсация морального вреда в сумме 700000 рублей является разумной и соразмерной тем нравственным страданиям, которые испытала потерпевшая в связи с утратой матери Б.А.В.

Указание в резолютивной части приговора о взыскании с ФИО1 в пользу Б.И.С. указанной суммы в счёт возмещения морального ущерба является технической ошибкой, которая не влияет на законность и обоснованность приговора. Тем более что в описательно-мотивировочной части приговора верно указано о взыскании компенсации морального вреда. Доводы стороны защиты в данной части несостоятельны.

При таких данных отсутствуют основания для удовлетворения апелляционной жалобы защитника Олейник И.А.

Вместе с тем имеются следующие основания для изменения приговора.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления (п. 1 ст. 307 УПК РФ).

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела от 19 октября 2019 года и обвинительному заключению от 27 января 2020 года наезд автомобиля «---» под управлением ФИО1 на пешехода Б.А.В. произошёл 19 октября 2019 года примерно в 7 часов 35 минут.

Однако в описательно-мотивировочной части приговора в описании преступного деяния указано, что преступление совершено 19 января 2019 года. Таким образом, указав в приговоре ошибочную дату совершения преступления, суд допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое повлияло на законность и обоснованность приговора (ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ). Данное нарушение закона может быть устранено в апелляционном порядке путём внесения соответствующих изменений в приговор.

Иных оснований для изменения приговора нет.

На основании изложенного, руководствуясь гл. 45.1 УПК РФ, судья апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от 2 июня 2020 года в отношении ФИО1 изменить:

- указать в описательно-мотивировочной части приговора в описании преступного деяния дату совершения преступления - 19 октября 2019 года, вместо «19 января 2019 года»;

- признать в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления;

- смягчить назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы, снизив его срок до 1 года 5 месяцев.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Олейник И.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке согласно главе 47.1 УПК РФ.

Мотивированное решение вынесено 30 июля 2020 года.

Судья М.С. Спиридонов